Грегор Маеле. Аштанга йога. Продвинутая серия.

Глава 2.

Перевод с английского - Анна Ян, редакция - MNK


Использование индийской мифологии и космологии для углубления практики

В этой главе я объясняю важность изучения мифологической традиции, лежащей в основе всей йогической практики1. В ходе дискуссии я покажу, как изучение мифов может изменить ваш образ жизни и практики. Также я расскажу о том, как через знакомство с мифами и божественными формами вы сможете создать свою личную линию связи с Высшим Сущим.

В первой главе я показал, что для большинства современных людей карма/аштанга йога - йога техник и действий - наиболее перспективный путь. Я так же отметил опасность, с которой сталкиваются практикующие такую йогу - увязнуть в техниках практики асан, забывая о том, что основополагающей целью йоги все же является самопознание (джняна) или осознание себя как Сына Божьего (бхакти), что, по сути, становится одним и тем же, когда разум переходит в состояние бесконечного сознания.

Наилучший способ придать практике целостность и избежать ловушек забвения ее основной цели и одержимости техникой - глубокое погружение в духовные истоки йоги. У современных аштангистов есть два варианта метода интеграции древнего учения в свою практику: первый - изучение индийской философии - поможет вам соприкоснуться со своими джняна-основами; второй - постижение индийской мифологии - нацелен на ваш бхакти-аспект. Несмотря на то, что это - разные пути, они разделяют единое происхождение и ведут к единой цели. Именно потому, для практика карма йоги допустимо работать в обоих направлениях параллельно, взаимодействуя с тремя ответвлениями йоги (карма, бхакти, джняна), как с трезубцем господа Шивы.

Как же выбрать свой путь? Все зависит от вашей пранической конституции. Изучение философии - инструмент, который более подходит людям с академическими или интеллектуальными наклонностями, что характерно для строения тонкого тела с преобладанием пранического тока через солнечную нади. Философия чаще всего состоит из каузальных цепочек, где предположения и аргументы нанизываются на нить логики подобно цветам, сплетенным в индийскую малу. Практики мало-помалу осваивают ее через рациональное осмысление.

Мифология, напротив, подходит тем, кто постигает мир интуитивно, в связи с преобладанием пранического тока через лунную нади. Мифы выражают сложные и многосторонние связи и зачастую содержат множество парадоксов; слушатель или читатель осваивает их спонтанно, посредством интуиции.

В моей первой книге, “Аштанга йога: философия и практика”, детально разобран предмет индийской философии, как и древние направления индийской психологии. Читатели с «солнечной», или рациональной, конституцией, могут обратиться к этой работе. Настоящая глава, в которой речь пойдет об индийской мифологии, будет более полезна обладателям «лунной» конституции, а так же тем, кто хочет развить свою интуицию, пользуясь фактом, что при изучении мифов в работу включается правое полушарие мозга, активируя способность спонтанного восприятия.

В отличие от философских учений, заключенных в немногословные строки, именуемые сутрами, мифы описаны в обширном корпусе сказаний, называемых Пуранами. “Пурана” переводится как “древний”, и на сегодняшний день известно восемнадцать основных пуран - Маха пураны, и восемнадцать второстепенных - Упа пуран. В отношении этих текстов не существовало традиции бережного хранения их целостности (как это было с Ведами, Упанишадами и другими текстами, относящимися к категории шрути), поэтому в течение времени к ним периодически добавлялось что-то новое; вот почему древние пураны перемежаются новыми, подчас недостоверными материалами. Таким образом, к этим текстам следует относиться в некотором смысле критически. Тем не менее, пураны представляют собой обширную энциклопедию индийской мифологии.


Миф и развитие в себе высшего

Древние традиции пересказа, слушания и переживания мифов глубоко интегрированы в индийскую культуру и по сей день. Мифы считались и считаются важными, так как чтение священных текстов стимулирует саттвичный или духовный, благородный аспект психики. Вот почему Патанджали обозначил чтение сакральных текстов как свадхьяю, самопознание, и сделал его частью ниямы и крийя йоги (йоги действия, предварительной йоги). Еще в его времена люди тратили большую часть времени на занятия, развивающие тамасичные и раджасичные стороны своей личности, и великий мудрец видел в чтении священных писаний путь к включению в работу более высоких аспектов человека. Чтение мифов было стремлением арьи, человека, старающегося пробудить благородные, высокие качества своей сакральной сущности2.

Сегодня мы еще более склонны индульгировать на свои низшие потребности, мы тотально окружены цифровыми развлечениями, рекламой, средствами массовой информации и тому подобным. Если бы Патанджали жил в наши дни, он бы предложил заняться чтением священных книг вместо того, чтобы следить за очередным реалити-шоу. Сколько примерно времени вы тратите на просмотр телевизора, прослушивание радио и музыки, чтение газет и никчемных романов? Если вы будете и дальше продолжать скармливать себе всю эту информацию, вы можете сильно удивиться, как мало вас меняют все те огромные усилия, которые вы вкладываете в ежедневную практику асан.

Если на данный момент вас можно назвать медиа-потребителем, не поленитесь произвести эксперимент: в течение заранее определенного отрезка времени, например, один полный лунный цикл (двадцать восемь дней) или год, замените ваши привычные развлечения на чтение священных текстов, хотя бы по полчаса каждый день. Если вам удастся высвободить часть или, в идеале, все время и энергию, которые вы тратите на бездумные развлечения, и вложить их в чтение сакральных книг, вы вскоре поразитесь, как быстро и как глубоко изменится ваша жизнь.


Миф и ваше божество для медитации

Общее благотворное влияние - не единственная причина, по которой изучение мифологии так важно: оно необходимо и для того, чтобы определить своего ишта девату, или божество для медитации. Священные тексты описывают множество божественных форм, среди которых можно его отыскать. Сама идея ишта деваты предназначена для тех, кто хочет понять индийское сознание и интегрировать индийскую духовную систему в свою жизнь.

Древние индийские мудрецы знали, что люди отличаются друг от друга, и что то, что годится для одного, не обязательно будет так же полезно другому. У людей могут быть по-разному выражены интеллектуальные, эмоциональные, послушнические и физические склонности. В рамках этих четырех категорий можно находить и другие подразделения и комбинации. Вот почему было создано такое множество медитативных образов - чтобы каждый мог отыскать для себя подходящий. Такие образы обычно содержат человеческие черты, которые мы узнаем в самих себе, наряду с божественными, которым мы обычно поклоняемся.

Ишта девата относятся к категории дэвов - многочисленным божественным формам. Термин “дэва” зачастую переводится как “бог”, и, соответственно, успел обрасти массой ненужных ассоциаций3. Правильнее использовать изначальное санскритское слово, содержащее намного более сложный смысл, постоянно напоминающий нам о том, что, возможно, мы еще не все до конца понимаем. Термины “божественная форма” и “божественный образ” также приемлемы, поскольку они менее нагружены, нежели чем “бог”; хотя, конечно, ни тот ни другой не отражают всей полноты и всех нюансов понятия “дэва”.

Для понимания значения идеи дэвы, нам необходимо рассмотреть отношения многочисленных дэвов (принадлежащих к лунной стихии, происходящей из праны, проходящей через левую ноздрю) к единому Брахману (солнечная стихия, порождаемая праной, проходящей через правую ноздрю). Все многообразие индийских божеств является лишь проявлениями единого Брахмана, и этот случай - не исключение. Наиболее авторитетные священные тексты (Упанишады, Бхагавад Гита, Брахма Сутры, вместе называемые праштхана трайя, или тройственный канон) сходятся в том, что есть лишь одна Высшая Сущность, которая может быть постигнута разными путями. Например, в Бхагавад Гите господь Кришна говорит Арджуне: “Какому бы дэве ты бы ни поклонялся, ты всегда придешь ко мне”. В Сканда Пуране сказано “Вишну - никто иной, как Шива, а Шиву называют Шивой, но он соответствует Вишну”4. Вараха Пурана предупреждает, что те «глупцы, кто не осознает, что Дэви (Великая Богиня), Вишну и Шива - есть одно и то же, закончат свою жизнь в аду»5. Это очень и очень сильные слова, но для тех, кто действительно сумел прочувствовать индийскую духовность, очевидно, что все божественные формы - ничто иное, как образы или проявления единого Брахмана, бесконечного сознания и истинной реальности.

Тем не менее, Брахман для большинства людей - нечто слишком абстрактное и неосязаемое, и потому сложное для осознания. Намного проще познание божеств, имеющих форму и конкретные качества. Также, изображение Брахмана в виде разных сущностей препятствует формированию догматичности. Вместо того, чтобы постулировать один правильный путь к постижению Брахмана, Индия принимает все пути, если эти пути ведут к божественному озарению. Весьма удобно, не правда ли?


Брахман

Давайте рассмотрим более подробно термин “брахман” (не путать с Господом Брахмой, являющимся одним из множества божественных образов). Брахман зовется Истиной или действительностью «сат» потому, что он не может быть разделен на более мелкие составляющие. Таким образом, мы можем также назвать его глубокой истинной сущностью. Индийская философия полагает, что объекты, которые можно разложить на более мелкие компоненты, являются лишь явлениями (что не обязательно значит их нереальность). На определенном уровне глубины лежит Неделимое, и именно это в индийских текстах называется Брахманом и так же описывается как «чит» - бесконечное сознание, бесконечное и во временном и в пространственном смыслах. Наше современное научное понимание физической материи - атомы состоят из электронов, нейтронов и протонов, которые сводимы к субатомным частицам, которые, в свою очередь, можно делить дальше - лишь придает дополнительную глубину этому принципу.

Брахман обладает безграничной потенцией. Это - состояние до и после Большого взрыва, создавшего Вселенную; это то, что продолжало существовать во время разворачивания Вселенной, так как ни время, ни космос не способны на него повлиять; это то, из чего происходит бесконечное количество таких миров, как наш. Брахман познается через преклонение перед безграничным экстазом «ананда».

В Упанишадах говорится о Брахмане как о чем то, что одновременно обладает качествами (caгуна), и не обладает оными (ниргуна). Это не значит, что существует два разных Брахмана; просто разные люди смогут лучше понять его в том или ином виде. Ни одна из точек зрения не является верной; вопрос лишь в том, какая из них приведет вас к постижению Брахмана.

В соответствии с подходом ниргуна, Брахман - бесформенный и бесконечный Абсолют. Каждое качество, проецируемое на это бесформенное сознание, уже является частью относительного мира феноменов. Ни одно качество не может быть вечным, поэтому ни одно качество не может верно описать Брахман. Этот подход практикуется большинством школ буддизма (хотя они не называют это Брахманом) и школой адвайта веданта Шанкары. Можно сказать, что подобный подход разделяет и ислам; в этой религии запрещается любое изображение Всевышнего, или даже наделение его какими-либо качествами, ибо считается, что любое человеческое воспроизведение пятнает вечное.

Строгие приверженцы ниргуна Брахмана отвергают бытие как его качество. Они считают Брахман над-сущим, над-не сущим, сущим и не сущим одновременно, и ничем из вышесказанного. Так они пытаются выразить, что Брахман выше любых категорий, которые может помыслить человек, в то же время охватывает все эти категории, и даже такие, которые человеческий разум не в силах себе представить. Иными словами, последователи школы ниргуна, такие как Шанкара, считают бытие относительной категорией, в то время как Брахман - абсолютен.

Все те, кто относятся к этому направлению, медитируют на бесформенный абсолют; он является их ишта деватой, их божеством для медитации. Другого для них не может быть, ибо они отрицают идею о том, что Брахман может иметь конкретную форму. Это - путь джняна йоги (йоги знания), о которой шла речь в первой главе.

Для всех остальных, кто не может или не хочет поклоняться бесформенному Абсолюту - вероятно, к ним относится большинство современных людей - существует проявленный Брахман (сагуна). Если мы добавим к Брахману форму, то придем к Высшей Сущности, часто называемой Ишвара6. Ишвара обычно не отсылает к какому-то определенному божеству; именно это имя Патанджали использует для обозначения Высшей Сущности. Он почти никак не поясняет это понятие7. Тем не менее, мы узнаем, что Высшая Сущность издает сакральный слог Ом, является формой сознания, отличного от человеческого, всеведущая и не подвержена времени, а так же является создателем йоги. Это описание дает нам лишь крайне расплывчатое представление о том, что же эта Сущность из себя представляет, и, по сути, оставляет на усмотрение практикующего то, какую ее форму следует выбрать для медитации.

Давайте рассмотрим подробнее те качества, которыми индийская мысль обычно наделяет Всевышнего. В древние времена Ишвара изображался как Тримурти, трехликий. Статуи Тримурти имели одну голову с тремя ликами, обращенными в разные стороны, олицетворяющими господа Брахму, создателя, господа Вишну, хранителя, господа Шиву, вселенского разрушителя8. Суть такого изображения в том, чтобы показать, что все эти три проявления - лишь разные аспекты одного Высшего Сущего. Тем не менее, интересен факт, что господу Брахме в Индии поклоняться не принято; есть лишь один храм, относящийся к Брахме, но даже он посвящен жене Брахмы, а не ему самому.

Более распространено поклонение трем божествам, или формам Высшего - господу Шиве, отражающему чистое сознание внутри нас; господу Вишну, олицетворяющему истинное “Я”; богине Шакти, Богине-матери, представляющей весь созданный мир (пракрити), наше дыхание и жизненную силу (прана), восходящую энергию, текущую через центральный канал системы нади (кундалини).

Эти три формы Высшего являются основными образами для медитации. Из них было порождено множество подобразов, столь многочисленное, что его можно сопоставить с количеством человек, населяющих нашу планету. Но так как ишта девата должен в точности отвечать эмоциональным потребностям человека, то, в теории, их может быть действительно столько же, сколько людей.


Личные отношения с божественным

Ваши отношения с вашим ишта деватой должны стать настолько личными, насколько это возможно. Известный отрывок из Упанишад гласит: “В центре вашего тела находится цветок лотоса, в котором скрыт треугольный ковчег. В этом ковчеге покоится Истинная Сущность, в которую волшебным образом включена вся обширная вселенная, со всеми ее горами, реками, деревьями, океанами, звездами и солнцами”9. Весь мир собран в Высшей Сущности, а она, исходя из этих строк, живет в наших сердцах. С этой точки зрения, все многочисленные так называемые боги - лишь средства, пробуждающие наши души, так отличающиеся друг от друга, к воссоединению с Всевышним в наших сердцах. Это возвращает нас к цели мифологии: слушая мифы и сказания древней Индии, читая тексты, их описывающие, мы знакомимся все ближе и ближе с разными божественными образами. Через некоторое время вам откроется ваш ишта девата.

Найдя свое божество, вы как будто находите свою личную частоту для связи с Высшим. Нет смысла спорить, какая частота - сиречь, какой Бог - лучше или правильнее. Важно, что вам удалось найти свою, и установить свою личную связь с Высшей Сущностью, в которой вы найдете утешение и наставника10.

В концепции ишта девата заключены невероятная красота и смирение. Ваш ишта девата - это ваш путь к Высшему, и его частность напоминает вам об ограниченности вашего взгляда на Него. Вы не можете критиковать или принижать кого-то только потому, что вы не понимаете его видения Высшего. Опять же, путей и ишта деват может быть так же много, как и людей в мире.


Истинная религия

В более широком контексте, все это - основа для того, что я зову истинной религией. Практиковать истинную религию означает признавать все религии, даже те, что нам кажутся инопланетными, как эманацию Высшего и путь к нему. Человека, который заявляет, что истина может быть найдена лишь в веровании его или ее племени, можно назвать не столько религиозным, сколько фанатиком или сектантом. Задача сектанта - доказать, что тот или иной подход или религия верен или не верен; его основная цель - в контроле над другими людьми. Напротив, истинно религиозный человек не столь интересуется тем, как вы обращаетесь к Высшему, сколь тем, удается ли вам осознание его, и насколько быстро. В этом случае цель - во Всевышнем и его экстатическом раскрытии человеку.



1 Некоторые традиционные авторитеты считают западный термин “миф” недостаточным для описания древних индийских сказаний. Дело в том, что в современном употреблении слово “миф” также (в основном – прим. редактора) означает широко принятое заблуждение. Но это не соответствует изначальному определению слова, которое, помимо традиционного рассказа о ранней истории, людях или цивилизации, часто включает повествование о богах и других сверхъестественных сущностях. Термины “миф” и “мифология” будут использоваться здесь и далее строго в их исконном значении.


2 Санскритский термин “арья” означает “благородный”. Он относится не к этнической принадлежности, а к особому духовному мировоззрению, к приятию человеком того факта, что в душе каждого, как бы нелеп он (или она) ни казался бы, живет вечная и божественная сущность.


3 Западные люди, впервые прикоснувшись к индийской традиции, пытались применить к ней понятия европейской культуры. Таким образом, проецируя политеизм древнейших европейских религий на индийскую культуру, переводчики приняли для индийских “дэвов” значение “боги”. Это привело к широко распространенному ошибочному мнению, что индийцы поклоняются множеству разных богов.


4 Сканда Пурана, I, 8, 20.


5 Артур Авалон, “Шакти и Шакта”.


6 Ишвара так же является одним из тысячи имен господа Шивы, но в данном случае термин используется не в этом значении.


7 Грамматически, Брахман - слово мужского, женского и нейтрального родов одновременно.


8 Не путать с Брахманом, бесформенным Абсолютом.


9 Чандогхья Упанишада, 8.1.


10 Время от времени авторитетные индийские мыслители, такие как Шанкара, вмешивались и обличали некоторые из подобных медитативных образов, так как оные вели к неестественному поклонению (например, секта тхагов). Хотя, очевидно, совет этот был услышан не всеми, Шанкара ограничил “правильное” поклонение шестью божественными формами: господь Шива, его два сына Ганеша и Картикейя (также известный как Муруган, Айяппа, Субраманья, Кумара или Сканда); господь Вишну (представленный его многочисленными аватарами, главных из которых 10 и среди них такие известные, как Рама и Кришна); Богиня, Мать (известная под многими именами, такими как Ума, Парвати, Дурга, Дэви); и, наконец, Сурья, солнце.