Беседа Маркандеи МАХАБХАРАТА ВЫПУСК IV БЕСЕДА МАРКАНДЕИ ЭПИЗОДЫ ИЗ КНИГИ III, XIV, КНИГИ: XI, XVII, XVIII Перевод, предисловие, примечания и толковый словарь академика АН ТССР Б. Л. СМИРНОВА Текст печатается по: Махабхарата. Беседа Маркандеи эпизоды из книги III, XIV, книги: XI, XVII, XVIII. Издательство АН ТССР, Ашхабад, 1958 * . г. Москва – 2008 год Редакция сайта БоЛеСмир СОДЕРЖАНИЕ TOC \h \z \t "а1;1;а2;2;а3;3" ПРЕДИСЛОВИЕ.. PAGEREF Toc186736552 \h 3 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100380036003700330036003500350032000000 ВВЕДЕНИЕ.. PAGEREF Toc186736553 \h 4 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100380036003700330036003500350033000000 НЕСКОЛЬКО ЗАМЕЧАНИЙ О СОЦИАЛЬНОМ И КУЛЬТУРНОМ ЗНАЧЕНИИ «МАХАБХАРАТЫ». PAGEREF Toc186736554 \h 4 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100380036003700330036003500350034000000 АНАЛИЗ ТЕКСТОВ. PAGEREF Toc186736555 \h 8 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100380036003700330036003500350035000000 ЭПИЧЕСКИЕ ТЕКСТЫ.. PAGEREF Toc186736556 \h 8 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100380036003700330036003500350036000000 БЕСЕДА МАРКАНДЕИ. PAGEREF Toc186736557 \h 10 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100380036003700330036003500350037000000 АНУГИТА. PAGEREF Toc186736558 \h 15 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100380036003700330036003500350038000000 БЕСЕДА МАРКАНДЕИ… PAGEREF Toc186736559 \h 26 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100380036003700330036003500350039000000 АНУГИТА… PAGEREF Toc186736560 \h 219 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100380036003700330036003500360030000000 КНИГА О ЖЕНАХ… PAGEREF Toc186736561 \h 320 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100380036003700330036003500360031000000 ПРИНЕСЕНИЕ ВОДЫ.. PAGEREF Toc186736562 \h 321 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100380036003700330036003500360032000000 ПРИЧИТАНИЕ ЖЁН.. PAGEREF Toc186736563 \h 360 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100380036003700330036003500360033000000 ТРИЗНА. PAGEREF Toc186736564 \h 387 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100380036003700330036003500360034000000 ВЕЛИКИЙ ИСХОД.. PAGEREF Toc186736565 \h 394 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100380036003700330036003500360035000000 ВОЗНЕСЕНИЕ НА НЕБО… PAGEREF Toc186736566 \h 406 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100380036003700330036003500360036000000 ПРИМЕЧАНИЯ.. PAGEREF Toc186736567 \h 425 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100380036003700330036003500360037000000 БЕСЕДА МАРКАНДЕИ. PAGEREF Toc186736568 \h 426 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100380036003700330036003500360038000000 АНУГИТА. PAGEREF Toc186736569 \h 478 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100380036003700330036003500360039000000 О ЖЁНАХ. PAGEREF Toc186736570 \h 504 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100380036003700330036003500370030000000 ВЕЛИКИЙ ИСХОД. PAGEREF Toc186736571 \h 518 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100380036003700330036003500370031000000 ВОЗНЕСЕНИЕ НА НЕБО. PAGEREF Toc186736572 \h 520 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100380036003700330036003500370032000000 ТОЛКОВЫЙ СЛОВАРЬ ИМЁН И ТЕРМИНОВ.. PAGEREF Toc186736573 \h 523 08D0C9EA79F9BACE118C8200AA004BA90B02000000080000000E0000005F0054006F0063003100380036003700330036003500370033000000 ПРЕДИСЛОВИЕ Четвёртый выпуск серии переводов из «Махабхараты» можно условно разбить на два отдела: философский и эпический. «Анугита» является очень важным философским текстом «Махабхараты», наиболее систематически и полно по сравнению с другими текстами «Махабхараты», излагающим теоретические обоснования теории Санкхьи. Памятник относится к переходному периоду от эпической к классической Санкхье и необходим для всякого, желающего ознакомиться с основами этой выдающейся школы традиционной древнеиндийской философии, т. е. с одной из наиболее ранних философских систем, созданных человечеством. «Беседу Маркандеи», несмотря на пестроту текстуального состава, также можно причислить к философским текстам, во всяком случае знаменитую «Беседу брамина и охотника» — текст исключительной важности как с точки зрения истории культуры и философии, так и с точки зрения литературной, один из самых блестящих художественно-философских диалогов «Махабхараты». Полностью переведённая XI книга (О жёнах) по своему гуманизму, предельной эмоциональной насыщенности и художественности принадлежит к лучшим произведениям общечеловеческой литературы; антивоенная тематика памятника особенно актуальна в наши дни. Эта книга, равно как и грандиозная трагедия «Книги великого исхода», являются ценнейшими жемчужинами не только «Махабхараты», но и индийской литературы вообще. В книге XVIII пафос этических исканий индийского народа доведён до предельно-достижимых высот. Выпуски II, III и IV дают три из основных философских текстов «Махабхараты». V выпуск будет посвящён четвёртому, самому крупному по объёму (около 7500 шлок), философскому тексту поэмы, с переводом которой советский читатель получит почти все философские тексты ранней (эпической) Санкхьи. ВВЕДЕНИЕ НЕСКОЛЬКО ЗАМЕЧАНИЙ О СОЦИАЛЬНОМ И КУЛЬТУРНОМ ЗНАЧЕНИИ «МАХАБХАРАТЫ» В четырёх выпусках переводов из «Махабхараты» дано в общей сложности свыше 10000 шлок, т. е. около 10% всего объёма эпоса, так что читатель получил уже достаточно материала, чтобы иметь возможность самостоятельно проверить известные высказывания, разбросанные во введениях к отдельным выпускам и в примечаниях к тексту. Это позволяет до известной степени систематизировать основные положения оценки «Махабхараты», как социального и культурно-исторического памятника. «Махабхарату» принято определять как сказание о войне феодалов в древней Индии, созданное приблизительно в середине первого тысячелетия до н. э., но повествующее (аналогично «Иллиаде» и «Одиссее») о событиях, происходивших на 8—10 веков до этого. Будучи формально правильным, такое определение настолько узко, что скорее дезориентирует, нежели разъясняет. Его недостаточность становится очевидной даже при грубой количественной оценке; поэма содержит приблизительно 33 000 шлок более или менее соответствующих вышеприведенному определению, а 65000 к нему не подходят. Учитывая, что из 33000 шлок много тысяч приходится на вставные эпизоды, можно сказать, что тематика войны охватывает приблизительно 1/4 эпоса, а 3/4 посвящено социальным, философским и мифологическим темам. Вот почему «Махабхарата» на протяжении более 20 веков была своего рода энциклопедией, на которой воспитывались поколения, и поколения индийского народа. И уже это одно придаёт памятнику первостепенную ценность для истории культуры Индии. И до наших дней следы его влияния отчётливо видны во всех отраслях индийской духовной культуры: изобразительном искусстве, художественной литературе, театре, философии, этике и т. д. Некоторые исследователи склонны преуменьшать историческое значение событий, о которых повествует эпос. Так, например, академик Баранников, определяя «Махабхарату», как «сказание о великой войне» добавляет «о которой до нас не дошло подлинно-исторических данных (см. предисловие к переводу Кальянова I книги «Махабхараты»). О троянской войне до раскопок Шлиманна тоже не было «подлинно-исторических данных», если б Шлиманн не следовал глубокой вере греческого народа в историчность своего эпоса, хранимого им как святыня на протяжении веков. Так и с «Махабхаратой»: нельзя считать не «подлинно-историческим» то, что народ веками сохранил как свою «подлинную» историю. Это, конечно, не исключает, а безусловно требует критического отношения к памятнику, ибо без такого критического отношения самая обыкновенная фальшивка может быть принята за «подлинный исторический документ» только потому, что она снабжена «подлинными» подписями и печатями. Итак, «Махабхарата», подобно всякому другому настоящему эпосу имеет известное историческое значение, как рассказ о событиях, сохранённых памятью народа; и пока история материальной культуры Индии ещё так мало разработана, для некоторых событий «Махабхарата» остаётся единственным историческим источником. Но, если для истории событий ценность «Махабхараты» относительна, то для истории культуры, социального и духовного развития индийского народа значение этого памятника нельзя переоценить. «Махабхарата» веками была весьма реальной силой, объединяющей многочисленные индийские племена. И в настоящее время во многих отношениях эпос продолжает быть основным источником наших знаний о жизни индийского общества в средние века I тысячелетия до н. э. о духе этой эпохи и об осмыслении народом своей жизни. Итак, «Махабхарату» в первую очередь следует расценивать с точки зрения истории социальной жизни и культуры народа. К сожалению, богатейший материал памятника ещё очень мало обработан. Работы европейских исследователей немногочисленны и зачастую слишком формалистичны. Убедительным примером в этом отношении может служить работа Гольцмана «Махабхарата и её части»; все три тома посвящены так называемой «критике текста», почти без анализа его содержания, как будто такой формальный разбор, без учёта содержания, может дать сколько-нибудь убедительные выводы. Такие работы по «Махабхарате», как Далемана, — редкие исключения. Первое критическое издание текста поэмы предпринято институтом Бхандаркара лишь в последнее время. Нет ни одного полного перевода на европейский язык, снабжённого хотя бы небольшими комментариями. Существующие переводы (французский Фоша и 2 английских) недостаточно точны, а французский доведён только до 10-й книги. В Индии лишь в последнее время принялись за серьёзную научную разработку «Махабхараты», «Рамаяны», Пуран. Всё это создаёт большие трудности в работе, иногда приходится заново прокладывать пути анализа. А вместе с тем разработка наследия древней Индии имеет для общечеловеческой истории не меньшее значение, чем разработка «Иллиады» и «Одиссеи». При изучении текстов «Махабхараты» бросаются в глаза 2 слоя тематики: слой политической истории феодальных родов и слой истории борьбы двух активных групп тогдашнего феодального общества — касты кшатриев и браминов, — выразившейся в политико-социальных отношениях, в борьбе двух основных религиозных течений — вишнуизма и шиваизма — и в борьбе философской мысли. «Махабхарата» отображает кипучую работу мысли в среде кшатриев, эпоху напряжённых и плодотворных исканий, определивших дальнейшие промеры. Первый слой, менее сильный и богатый, а потому больше привлекал внимание и легче поддаётся формалистическому анализу, второй слой — мощный, богатый, требует глубокого диалектического анализа, а потому разработан гораздо слабее. Но диалектические антитезы настолько сильны и в первом слое, что не могли не обратить на себя внимание даже в начальный период изучения эпоса. Уже некоторые немецкие учёные конца прошлого начала текущего века обратили внимание на то, что в «Махабхарате» далеко не всегда сохраняется «правда» за Пандавами, а «кривда» за Кауравами, как этого следовало бы ожидать, если бы эпос являлся произведением лишь одной из враждующих сторон. Строились догадки, что «первичная» редакция «Махабхараты» была прокауравской ориентации (А. Гольцман, Лассен). Эти высказывания подкреплялись не диалектическим анализом содержания, а чисто формалистическими соображениями в роде толкования имени Дурьйодханы-Суйодхана. Считалось, что тексты, где сын Дхритараштры именуется Суйодхана относятся к «первичной прокауравской» редакции, а тексты, где он назван Дурьйодхана — ко «вторичной пропандавской» редакции, что тексты, где говорится о свирепости Бхимы, — прокауравские. Дальше подобных соображений критика не заходила. Не делалось даже попытки осмысления таких «редакций», вскрытия их социальной сути, так как по молчаливой предпосылке эпос рассматривался, как произведение сильнейшего из враждующих родов. А когда одержала победу противная сторона, то «редакторы» перекрасили белых в чёрных, а чёрных в белых, но следы первичной редакции видны в тех местах, где Пандавам приписываются неблаговидные поступки (например, нечестное ведение боя) и в сохранении за кауравами имён с «положительным» значением, что кстати сказать весьма спорно. Бесплодность таких рассуждений очевидна, и объясняется она порочной предпосылкой, игнорирующей истинную народность памятника. Гораздо более основательны предположения о редакционной обработке эпоса браминами: доказательства такого предположения опираются не на формальные моменты, а на анализ содержания. Для решения вопроса о социальном облике «Махабхараты» весьма полезно проанализировать социальный характер враждующих сторон. Сторона Пандавов носит выраженный кшатрийский характер. Сам претендент на престол Юдхиштхира — кшатрий, хотя и претендующий на браминство: он «сын Дхармы», бога, соединяющего черты обеих каст. Как владыка и судья мёртвых Яма — кшатрий, но как блюститель Закона Дхарма — брамин, имеющий власть кшатрия сделать брамином (ср. эпизод с Вишвамитрой в «Странствовании Галавы», вып. III). Характерно, что поэма, как правило, называет Юдхиштхиру «сыном Дхармы», а не «сыном Ямы». В небесном мире Юдхиштхира становится великим риши и достигает «мира Брамы», т. е. становится брамином (ср. кн. XVIII). Таким образом, Юдхиштхира есть выразитель воли касты (класса) кшатриев объединить власть обеих каст, власть исполнительную и законодательную, выражаясь языком современности. Это стремление и есть истинный двигатель «великой войны». Братья Юдхиштхиры все чистые кшатрии, особенно самый выдающийся из них, Арджуна, сын бога кшатрия — Индры. По « земному отцу» все пять братьев — сыны Панду «Бледного» или «Желтовато-бледного», что совпадает с символическим цветом Вишну в трета-югу (Хари значит «бледно-жёлтый»; в трета-югу Вишну носит жёлтую одежду). Идейный руководитель Пандавов — Кришна, воплощённый Вишну, бог кшатрий, олицетворение Солнца, от которого ведут свой род кшатрии (брамины ведут свой род от Сомы-Луны). Из человеческих воплощений Вишну — два кшатрийские: Рамы, Кришны, и одно — браминское, но характерно, что кшатрий Рама прогоняет брамина Парашураму и кладёт конец его бесчинствам, как брамина, топорами изничтожившего кшатриев (тысяча рук Парашурамы подчёркивает коллективность образа). Кришна — особый кшатрий: хотя он и царского рода и после борьбы сам стал царём, он — сын народа, пастух из Вриндавана, Говинда, охранитель коров, весёлый деятельный шутник, проведший детство и юность среди природы, в вечно весёлых, но безобидных проказах, в обществе таких же жизнерадостных подруг, безумно влюблённых в него пастушек. Образ Кришны близок нашему Ивану-царевичу, разделяющему с народом и горе и радость, преследуемому царём, подобно Кришне и одержавшему победу над всем, чтобы справедливо и радостно править народом. Оба они, Иван-царевич и Кришна, вышедшие из народа, идеальные его вожди. Но кроме того Кришна — вдохновенный мудрец, йогин, владыка йоги, пришедший исправить пути её, когда йога пришла в упадок (ср. «Гита», гл. IV). Кришна передаёт ученику своему, кшатрию из кшатриев, йогу, хранимую традицией кшатриев (раджа-ришами), открывает великий, царственный путь Освобождения, ниспровергающий все преграды, понаставленные законниками-браминами, упраздняющий Веды, становящиеся ненужными, как не нужен маленький водоём в наводнение (ср. «Гита» гл. II). Итак, Кришна не только политический вождь, но и духовный водитель, махатма. И оскорблённые брамины, ему мстят: убивают его и весь его народ, его последователей. Таков социальный облик одной стороны. Даже при поверхностном рассмотрении ясно виден антагонистический социальный характер другой стороны. Кауравы — змеи. Дхритараштра и наг подземного царства (ср. «Повесть о Матали», вып. III), и царь земной; в небесном царстве он входит в природу Куверы, бога-брамина, хранителя сокровищ и покровителя купцов, ездящего на колеснице, запряженной людьми (ср. «Сказание о Раме», вып. III и кн. XVIII настоящего выпуска). Змеи почитаются шиваитами, браминами, как символ бога-брамина — Шивы. Лексикографы толкуют слово «каурава» как «ритвидж». Каково бы ни было коренное значение слова, важно, что так его традиционно понимали; ритвидж значит «знаток ритуала» — эпитет брамина. Таким образом, индийская традиция — за предлагаемое толкование. Имена большинства сыновей Дхритараштры — сложные слова с первым составляющим словом «дур» — «дурно», «трудно». Например, Дурйодхана — Труднооборный; за то, что имя это понималось не в отрицательном смысле — «дурно сражающийся» — свидетельствует то обстоятельство, что его сторонники только так и называют его, тогда как переделка его имени Суйодхана, якобы имеющая положительный смысл «хорошо сражающийся», употребляется только противниками и всегда по контексту презрительно, в смысле «легко одолимый». Однообразное составление имён для членов одного рода не раз встречается в «Махабхарате». Такой приём подчёркивает единство членов рода и носит тотемический характер, т. е. в конечном счёте — ритуальный. Так имена членов рода Икшваку-Кувалаяшвы составные со словом «ашва» — «конь». Ясно, что этим род объединяется в своём тотеме: «конь». Подобно и слово «дур» объединяет членов рода, говорит о его тотеме, а следовательно, для носителей имён не имеет дурного значения. Тотемические имена весьма близки теофорным, широко распространённым у всех древних народов (ср. Теодор, Худайберды, Ионатхан, Деватта-Богдан). Имена сыновей Дхритараштры составлены по типу одного из эпитетов жены Шивы — Дурга (Труднодостижимая). Сыновья Дхритараштры родились при ближайшем участии браминов: жена Гандхари родила кусок мяса, который брамины разделили на 101 часть и разложили по кадушкам, где из этих кусков выросли сто сыновей и одна дочь. Полководцами кауравов были Бхишма и Дрона, как правило, упоминаемые вместе, так что даже зачастую одна речь передаётся от обоих вместе (ср. их речь в «Путешествии Бхагавана»). Дрона-брамин тоже родился в кадушке, а Бхишма — сын Ганги, реки, особенно связанной с Шивой и Дургой. Небесную Гангу Шива принял на свои плечи и так низвёл на землю через Гималая, отца Дурги. Против Дроны-брамина восстают его ученики-кшатрии — Пандавы. Сокрушительный удар, уничтоживший войско Панадавов, наносит брамин, сын Дроны — Ашваттхаман и не честно, в открытом бою, а предательски напав на спящих, совершив таким образом преступление презреннейшее из презренных. Он совершает это под руководством Шивы и его нежити. Вражда продолжалась и после смерти Пандавов: Парикшит, внук Арджуны, поставленный Юдхиштхирой царём в Хастинапуре, был умерщвлён змием Такшикой, сыном Кашьяпы, брамином, за что сын Парикшита, Джанамеджая задумал умертвить всех змей (шиваитов-браминов). Изложенное говорит против мнения Далемана, который видит в Пандавах представителей браминов, считая, что имя Панду — «бледный» — является намёком на белые одежды браминов, а Куру (он понимает как «красный») считает представителями буддистов и кшатриев, что весьма не убедительно, начиная с того, что для буддистов характерен не красный цвет, а бледно-жёлтый или коричневый, так как они носят, как и вообще индийские аскеты, мочальную одежду. В такой одежде традиционно изображают Будду. Так выясняется вторая, более важная тема «Махабхараты»: история борьбы каст кшатриев и браминов, борьбы не только физической, но и идеологической, что для того времени выражалось в религиозных терминах — борьбы Вишну и Шивы. Помимо главной линии повествования, намеченной выше, эта борьба сказывается во множестве эпизодов, которые особенно легко было подвергнуть редакционной обработке. Так история Рамы и Парашурамы — прокшатрийский вариант открытой борьбы каст, история Аларки и Парашурамы (кн. XIV, «Анугита») — пробраминский. В истории насмешки царя над жадностью Нарады, в перебранке браминов из-за даров («Беседа Маркандеи») сказывается идеологическая борьба. Таких примеров можно подобрать большое количество. Характерно, что в «Махабхарате» брамины, как конкретные личности, в подавляющем большинстве случаев изображаются отрицательно: гневливыми, жадными, мстительными, интриганами. Только так сказать агиографические фигуры вроде Маркандеи, Нарады изображаются с абстрактно-каноническими чертами святых, да и то не всегда безупречных — раджа старается поставить Нараду в смешное положение, говорит о любопытстве Нарады и пр. Но самая главная черта в плане идейной борьбы — это сведение к минимуму учительской роли браминов, на которую они всегда ревниво претендуют. Из четырёх главных философских текстов «Махабхараты» — книги «Санатсуджаты», «Бхагавадгиты», «Анугиты» и «Мокшадхармы» — только один текст наименее значительный и в качественном и в количественном отношении, — «Книга Санатсуджаты», даётся от лица брамина, но не конкретной личности, а мифического существа. В остальных трёх, наиболее важных, как поучающие, выступают кшатрии — Кришна, Бхишма. Три текста уже даны в этой серии, один же — «Мокшадхарма» — намечен для пятого выпуска. В замечательном тексте из «Беседы Маркандеи» брамин оказывается даже в положении ученика, выслушивающего поучения от представителя низшей касты, охотника. В философских текстах «Махабхараты» неоднократно затрагивается авторитет Вед. Если этот момент в «Гите» можно смягчить толкованиями, то в «Анугите» он поставлен с резкостью, исключающей всякие толкования. В «Махабхарате» продолжается борьба с ритуализмом и косностью браминства, начатая Упанишадами, борьба за право свободной мысли, за великую идею Освобождения Человека. Эта борьба придаёт общую ценность «Махабхарате», утверждает её величие как памятника высочайшего гуманизма, впервые в истории человечества провозглашённого Упанишадами и эпосом индийцев. Следует отметить, что изложенное понимание «Махабхараты», как истории борьбы класса воинов-правителей с жреческим классом, находит подтверждение в аналогичных явлениях феодального общества у других народов. Ярким примером может служить история Тутмеса III и особенно Аменхотепа IV, переименовавшего себя в Эхнатона (XVIII династия, середина II тысячелетия до н. э.). АНАЛИЗ ТЕКСТОВ В настоящий выпуск входят довольно разнохарактерные тексты, знакомящие читателя с различными гранями «Махабхараты», но все они проникнуты одним духом гуманизма и во всех сказывается основной пафос поэмы: стремление к Правде, высокой нравственности и конечному Освобождению. ЭПИЧЕСКИЕ ТЕКСТЫ «Книга о жёнах» (XI) — один из самых сильных в художественном отношении текстов «Махабхараты». Высокий пафос этой книги о плаче женщин на поле битвы, утончённость и чистота чувств настолько общечеловечны, общепонятны, что непосредственно захватывают читателя, даже мало знакомого с Индией. Достаточно многочисленные примечания обеспечивают понимание фактического материала как в смысле фабулы, так и в смысле местных особенностей. То же можно сказать и о двух последних книгах: «Книга великого исхода» (XVII) и «Книга вознесения на небо» (XVIII). Они проникнуты глубокой нравственностью, высоким чувством долга, понимаемого как безусловная ценность, преодолевающего слепой инстинкт самосохранения. Торжественные и суровые мотивы «Книги великого исхода» звучат, как хорал в стиле высокой мистериальной трагедии. Гораздо слабее, менее целостна в художественном отношении кн. XVIII, где догматико-ритуалистические темы ослабляют основной мотив беззаветного самопожертвования и верности до конца. Но эти привнесения легко снимаются, как поздние записи на картине великого мастера, и тогда картина предстаёт во всём своём простом и строгом величии. В целом же XVIII книга представляет интерес, как подводящая итоги некоторым темам, проходящим через всё произведение. Отметим две из них, своеобразные и глубоко интересные в культурно-историческом смысле. Первая — это взаимоотношения победителей и побеждённых. Как далека картина, развёрнутая в XI книге от обычного изображения «торжества победителей», не только в литературе древних народов, но и гораздо более поздней. «Махабхарата» здесь снимает личные моменты, как таковые, всё внимание устремлено на нравственный пафос. Ни в древнегреческой, ни в египетской, ни, тем более, в жестокой литературе круга ассиро-вавилонской культуры нельзя встретить ничего близкого к внутренним установкам «Махабхараты». В лучшем случае мы встречаемся с «великодушной» пощадой жизни побеждённых или разрешением похоронить убитых врагов. Достаточно сравнить сцену встречи Прияма с Ахиллом, пришедшего умолять победителя о последнем горьком утешении, о разрешении похоронить обесчещенное тело Гектора, которое Ахилл с торжеством волочил вокруг Трои, на глазах родных издеваясь над трупом павшего героя, или трагедию Антигоны, поплатившейся жизнью за оказание последнего долга убитому брату, со сценой встречи Юдхиштхиры с Дхритараштрой и Гандхари, чтобы увидеть всё глубочайшее различие в понимании нравственности греками и древними индийцами. А ведь греки — наиболее передовой из древних народов Средиземноморья и Передней Азии, их гуманизм признан примером достойным подражания. Или ещё одна характерная параллель: когда Саул и народ пощадили Агага, амаликитийского царя, пророк Самуил проклял Саула, как нарушившего слово господнее и велел привести к себе Агага. Далее летопись говорит: «…и подошёл к нему Агаг дрожащий и сказал Агаг: «Конечно, горечь смерти миновала?» Но Самуил сказал: «Как меч твой жён лишал детей, так и мать твоя между жёнами пусть будет лишена сына». И разрубил Самуил Агага перед Адонаем в Галгале» (см. I Самуила, XV, 33). Характерно и отношение к правде. «Махабхарата» считает позором ложь при каких бы то ни было обстоятельствах и при положительной характеристике не преминет упомянуть о правдивости данного лица. Грек подчёркивает «хитроумность» Одиссея и вменяет ему в заслугу всякие плутни, как пример, достойный подражания. Плутнями занимаются и греческие боги — в отношениях друг с другом и в отношениях с людьми. Вторая знаменательная черта в XI книге — это проклятие Гандхари Кришны. Гандхари знает, что Кришна воплощенный Вишну, но не в этом суть эпизода; «Махабхарата» не так уж редко повествует о подобных случаях проклятия богов человеком, которые сбываются, как и проклятие Гандхари. Удивителен ответ Кришны, с усмешкой возразившего Гандхари, что она этим своим проклятием лишь способствует совершению предназначенного. Никаких громов, никаких угроз, никакого гнева, лишь усмешка мудреца, действительно знающего закономерность всего совершающегося и умеющего перемагнитить зло так, чтобы оно стало силой, использующей закон, т. е. добром. В этом особенность решения проблемы зла индийской философией, постоянно предъявляющей требование мудрецу стать выше всяких противоположностей. «…Кто преступил пороги добра и зла, сжигает корабли. Да заклянут усопших боги, да заклянёт их дух Земли…» Так решает Индия одну из труднейших этических проблем. К этому важному философскому вопросу предстоит вернуться в дальнейшем при подведении итогов изучения философских текстов «Махабхараты». На этом можно закончить краткий анализ трёх эпических текстов, помещённых в настоящем выпуске и обратиться к задаче, гораздо более сложной — анализу двух других текстов настоящего выпуска. БЕСЕДА МАРКАНДЕИ «Беседа Маркандеи» — раздел III книги «Махабхараты», интересен своим особым разнообразием стилей, направлений и тем. Сюда вошли тексты существенно разных исторических и социальных слоёв: и великолепные эпические картины природы, и легенды о потопе, и вдохновенное пантеистическое сказание, один из наиболее ранних памятников подобного рода, и басни о браминских, довольно наивных фокусах, сложенные на устрашение кшатриям, и анекдоты про браминов, явно сложенные кшатриями, и длинные «небесные прейскуранты», свидетельствующие о жреческих аппетитах. Им позавидуют даже «святые отцы» из Ватикана, как известно создавшие себе не только славу, но и немалый капитал на торговле «небесным товаром». Здесь и теологические легенды, прославляющие браминов. И среди всего этого нагромождения — чудесная «Беседа брамина и охотника», блестящий философский диалог, по мастерству не уступающий лучшим диалогам Платона. Не даром один из самых выдающихся людей Индии прошлого века Вивекананда называл эту беседу «одной из лучших Упанишад». Основная тематика «Беседы Маркандеи» изложена в конце 183 главы книги (вторая глава «Беседы») — теория перевоплощений в одном из её ранних изложений. Вся беседа построена, как обычно не только для «Махабхараты», но и для многих других литературных памятников древней Индии, в виде поучения, вызванного вопросом ученика. Вопрошает Юдхиштхира, поучает идеальный мудрец, вечно юный многовековый Маркандея. Теория перевоплощений основывается не на гедонистическом принципе, не на желании вечно наслаждаться жизнью и не на догме существования бессмертной души. Эмоциональный тон теории пессимистичен, а учение о долговечной душе не основа, но следствие теории, построенной на чисто философской концепции непрерывности причинно-следственного ряда. Миропроявление рассматривается, как процесс возникновения объекта перед единственно действительным абсолютным субъектом, определяемым поздними Упанишадами, как единство Бытия-Знания-Блаженства. Отсюда зло определяется как всё более утверждающееся неведение, забвение истины бытия. Следовательно, на более ранних ступенях миропроявления зло менее выражено, так как тогда слабее неведение; на более поздних ступенях, по мере возрастания неведения, уплотнения сознания, возрастает и зло. В начале миропроявления сильна кинетическая энергия (раджас) и совсем ничтожна потенциальная (тамас), а потому преобладает свет и разум (саттва). Но по мере развития процесса миропроявления кинетическая энергия (раджас) истощается и нарастает инерция — тамас, тьма; истощается свет, разум. Когда кинетическая энергия, разворачивающаяся центробежной спиралью (правритти), истощается, начинается центростремительный процесс, повторяющий обратный ход спирали (нивритти), сворачивание. Таков закон потока жизни, самсары, проявляющейся в смене юг (мировых периодов). Изложение учения о миропроявлениях начинается с пралаи, т. е. с того момента, когда мир истощивший свою кинетическую энергию, растворяется в первичных водах. Так вводится в философскую систему миропроявления сказание о потопе. В древнеиндийской литературе есть несколько вариантов сказания. Первым, прозаическим и наиболее простым, является вариант, сохранившийся в «Шатапатхабрахмане»; варианты, сохранившиеся в «Махабхарате» и «Манавадхармашастре», сложнее и написаны размером шлоки. В «Беседе Маркандеи» соединены два варианта сказания о потопе — основной вариант повествует о Ману, долженствующем воссоздать новый мир; Ману спасается на корабле, хранящем семена будущего мира. Другой вариант — рассказ о переживаниях Маркандеи во время потопа, мало связанный с первым и выпадающий из системы учения о мировых периодах (манвантарах) правления одного из Ману. В «Беседе Маркандеи» слово «манвантара» не употребляется, роль Ману отходит на задний план, и неожиданно выплывает эпизод с Маркандеей. Семитические варианты сказания о потопе изображают событие, как катастрофу, вызванную гневом богов, а не как закономерное звено в цикле миропроявления, тогда как в индийских вариантах этот момент выдвигается на первый план. В редакции, сохранённой «Махабхаратой», в рассказе о плавании Ману, вдруг появляются неизвестно откуда семь ришей, и сам рассказ резко обрывается рассказом о плавании Маркандеи. Характерно, что в повествовании о Ману Брама заботится о спасении Ману, в истории же Маркандеи Брама не играет никакой роли: этот вариант не брахманический, а вишнуитский, а следовательно, не браминский, а кшатрийский, и создан он для прославления Вишну, как Пурушоттамы, Космического Духа, тело которого — вселенная. Пантеистический текст прерывается изложением теории мировых циклов, причём дано два варианта, оба вишнуитских, но второй подвергся сильной браминской обработке. Весь текст, заключающийся в главах 185—193, — вставка, прерывающая тему «о великой участи браминов» (гл. 184—185 и 192—193). Тема эта распадается на несколько, мало связанных между собой рассказов и брахманических ритуалистических отрывков, более близких по духу и, вероятно, по времени Брахманам, нежели эпосу. Представляет значительный интерес фольклорная вставка гл. 192, лишь искусственно притянутая к теме «о великой участи браминов», путём присоединения к ней истории с конями Вамья. Тема вставки — повесть о царевне-лягушке. Эпизод изложен более архаическим языком, нежели язык предшествующих глав. В, казалось бы, простой сказке затрагивается важный для того времени политический момент. Схема сказки такова: раджа встречается с девушкой неизвестного происхождения и вступает с ней в так называемый гандхарвский брак; увлечённый женой, он забывает о своём долге правителя; первый министр, обеспокоенный увлечением раджи, подстраивает исчезновение (гибель) новой царицы и вызывает избиение её народа; родственник царицы (отец) спасает свой народ и устраивает дальнейшую жизнь царя с любимой женой. Царица, в наказание за распутное поведение, родит нечестивых сынов, не чтущих браминов, за что царевичи и получают от них надлежащую острастку. Мораль сказания: не следует радже жениться на иноплеменницах, да ещё из неизвестного рода, так как от такого брака рождаются нечестивые сыны, не чтущие браминов — добавляет браминская редакция. Схема эта поразительно совпадает со схемой подобного же семитского повествования, сохранённого в еврейском варианте истории Эстеры (Эсфири), но, несомненно, не еврейского, а вавилонского происхождения. В этой истории царь также женится на девушке, скрывающей своё происхождение; первый министр замышляет погубить новую царицу и её народ, но спасает положение приёмный отец царицы; интриган-царедворец повешен (вариант в вавилонском вкусе). Сказание это подверглось еврейской редакции в период вавилонского пленения, но его вавилонское происхождение совершенно ясно выявляет анализ имён. Имени Эстер в еврейском языке довавилонского периода нет, это лишь, еврейское произношение вавилонского asthr — Истар; имени Мардух тоже нет, это вавилонское имя Мардук или Меродах — в халдейском произношении. Книга Эсфири связана с именем Артаксеркса, т. е. относится к середине первого тысячелетия до н. э. В первом же стихе книги говорится, что царство Артаксеркса простирается от Индии до Эфиопии. Среди князей мидийских и персидских, которые «могли видеть царя», упоминается Каршона (chrshn; 1, 14); явно это санскритское Кришна, лишь семитически вокализованное, но сохранившее то же начертание, только с начальным твёрдым «ход», произносимым как «к», вместо ожидаемого «каф». Нужно подчеркнуть, что имена Истар и Мардук восходят к халдейской древности. Мне неизвестно, существует ли в вавилонской литературе сказание, параллельное индийской сказке-притче о царевне-лягушке, но, по-видимому, история Эсфири есть какой-то вариант из многочисленных легенд о борьбе Мардука с другими богами, закончившейся его полной победой, равно, как и победой Истар. Истар носит некоторые черты, общие с царевной-лягушкой: она, как и царевна-лягушка, постоянно меняет любовников и потом превращает их в животных или губит, в чём её упрекает Гильгамеш; так и отец царевны-лягушки упрекает дочь, что она погубила много раджей. В период возвышения Вавилона из прежних богов практически остались лишь Мардук, отождествлённый с планетой Юпитером, и Истар, отождествлённая с планетой Венерой; их отношения были не вполне ясны: то ли супружеские, то ли отца и дочери, так как в обоих божествах слились образы более древних богов. В древности Истар считалась дочерью Сина, Месяца и Мардук, вобравший в себя образ Сина, становился как бы приёмным отцом Истар, как Мардохай был приёмным отцом Эсфири. Син (Луна) связан с водой, а следовательно, это повелитель водяных животных, как и отец царевны — властитель лягушек. Думается, что такой почти полный параллелизм и прямое указание книги Эсфири на связь с Индией, с достаточной убедительностью исключает предположение о случайных совпадениях. Для разбираемых легенд нужно найти их место в истории культурных связей Индии с Двуречием. Ряд рассказов, объединённых общей темой «великая участь раджей» (гл. 194—200, 96), носит явный характер поучений, как полагается раджам обращаться с браминами. Основной мотив поучений — требование щедрости к браминам, вплоть до юродства: раджа бьёт брамина, чтобы иметь возможность компенсировать его более щедрыми дарами, чем те, которые просил брамин. Все эти поучения даны в прозе, что говорит об относительно раннем их происхождении. Заканчиваются они длинным прейскурантом, сообщающим цены за те или иные привилегии в мире Ямы (200, 1—96). Это вариант главы 186. Из рассматриваемых фрагментов нужно выделить знаменитую легенду о самопожертвовании Шиби. В III книге существуют два варианта легенды, из которых данный, как прозаический, является, по-видимому, более ранним. История Шиби сближается с историей воплощения Будды (Джатака), где повествуется, как Будда в одной из своих жизней отдал своё тело в пищу голодной тигрице, кормившей детёнышей. Это — апогей учения о невреждении (ахимса). Характерно, что легенда ставит высокое нравственное требование не откупаться за счёт другого, но жертвовать собой: Сокол-Индра не принимает барана, как выкуп. Легенда ставит огромную нравственную проблему, издревле близкую психике индийцев и сохранившую среди них свою популярность вплоть до наших дней: между жертвой Шиби и великой жертвой, принесённой Махатмой Ганди за свой народ, — прямая связь. На протяжении веков сказание о Шиби повторялось, как высокий пример, достойный подражания. И наряду с ней, как уродливый нарост, легенда о том же Шиби, но уже в чисто браминском духе: испытание Шиби Дхармой. Сходство этого испытания с легендой о жертвоприношении Авраамом Исаака несомненно. Только в кн. Берейшит вопрос был поставлен раньше, чем в «Махабхарате», в конце первого — начале второго тысячелетия до н. э. и может быть ещё раньше в Вавилоне. Тураев замечает, что в период расцвета вавилонской культуры человеческие жертвоприношения совершались лишь в исключительных случаях и что они, по-видимому, заменялись жертвоприношением животных. Автор ссылается на один текст, указывающий: «Агнец — замена человека. Агнца даёт он за свою жизнь». Такое разрешение вопроса в точности совпадает с библейским. Легенду о жертвоприношении Авраамом Исаака принято рассматривать как символическое повествование о прекращении человеческих жертвоприношений, хотя позднейшие летописи и упоминают о единичных случаях принесения в жертву людей. Так, Иофай приносит в жертву свою дочь в благодарность за победу. Аналогично Агамемнон приносит в жертву Ифигению для обеспечения победы над Троей. Во 2‑й (4) книге «Царей» рассказывается эпизод войны евреев с моавитянами: видя, что он проигрывает битву, моавитянский царь «взял сына своего первенца», которому следовало царствовать вместо него и вознёс его во всесожжение на стене. Евреи были так впечатлены, что потеряли веру в победу и сняли осаду города. Постановка вопроса в истории Шиби ближе всего к той, которой отличается история Авраама, но обладает и своими особенными чертами. Авраама испытывал Иегова непосредственно и вопрос ставился о покорности воле божьей, а Шиби испытывает Дхатар под видом простого брамина и вопрос ставится в плоскости безусловной покорности земным богам, браминам, что очень обостряет социальный момент и позволяет рассматривать легенду о Шиби, как одну из перипетий борьбы браминов и кшатриев. Ведическая религия не знала человеческих жертвоприношений, они появились в индуизме в связи с культом Шивы и в особенности с параллельным культом Дурги, явно не ведического происхождения. Строго говоря и обряд сати (самосожжения вдов) можно рассматривать, как особый вид человеческого жертвоприношения. Но эпизод с Шиби не просто жертвоприношение сына наподобие известных жертвоприношений детей Молоху, ибо этот эпизод связан с людоедством. О людоедстве в «Беседе Маркандеи» упоминается дважды: в легенде о Шиби и очень глухо в гл. 208 в связи с именем раджи Саудасы (Калмашапады), история которого подробно рассказана в I кн. «Махабхараты» (гл. 166—168). И здесь людоедство связано с брамином: по проклятию брамина царь становится людоедом, так как в него вселяется ракшас. Интересно, что проклятие обернулось на голову проклинающего: раджа в первую очередь съел проклявшего его брамина. Трудно думать, что рассказ этот имеет лишь символическое значение, как изображающий борьбу двух каст (ср. метафорическое выражение «съесть» кого-нибудь). Эти легенды нужно рассматривать, как отражение реальных фактов людоедства. Обычай пить кровь побеждённого врага — тоже не ведического происхождения и, по-видимому, привился арийцам в более позднее время, возможно вместе с культом Шивы. О таком обычае, как о символическом утверждении победы, упоминается в сне Карны («Путешествие Бхагавана), в кн. XI Гандхари обвиняет Бхиму в том, что он пил кровь своего двоюродного брата. Бхима отклоняет от себя обвинение, но не отрицает существование самого обычая, хотя и отзывается о нём как о непохвальном. Вопрос о существовании людоедства во времена «Махабхараты» и о его происхождении представляет определённый этнографический интерес и требует специального изучения. Он как-то связан с общением пришлых арийцев с аборигенами: «Махабхарата» часто упоминает о ракшасах-людоедах, живущих в лесах; по-видимому, речь идёт о каком-то диком племени (или племенах). Интересно, что в употреблении крови обвиняется Бхима, «сын Ветра», равно, как «сыном Ветра» именуется и лесной человек Хануман. Не исключена возможность, что речь идёт о лесном племени с тотемом обезьяны. Обычай пить кровь врага объясняется как магический акт, обеспечивающий победителю получение воинских качеств побеждённого. Главы 205–215 излагают знаменитый диалог между брамином и охотником. Философские положения диалога общи и для других философских текстов «Махабхараты». Вопроса о так называемой «эпической» или «ранней» Санкхье мы коснёмся ниже, здесь же остановимся на некоторых социальных моментах, затрагиваемых диалогом. Взгляды диалога для своей эпохи поражают широтой и свободомыслием. Уже один тот факт, что брамин не поучает, а принимает поучения от человека низшей касты, свидетельствует, что произведение родилось не в браминской среде. Поражает глубокий гуманизм диалога, утверждение права человека на свободное мышление и на духовное развитие вне кастовых условий и вне половых ограничений. Низшей касте, по браминской установке, запрещалось даже слушать чтение священных книг, запрещалось заниматься йогическими упражнениями (тапасом). В «Рамаяне» есть сказание о том, как один шудра успешно занимался йогическими упражнениями и этим осквернил всю округу, за что Рама и прикончил его. В свете таких фактов нужно оценивать широту социальных взглядов «Беседы брамина и охотника», действительно близких Упанишадам, как считал Вивекананда. Женщинам высших каст разрешалось заниматься аскезой, чему есть многочисленные свидетельства в «Махабхарате», но особенностью разбираемого диалога является поучающая роль женщины. Правда, в позднейшей (шиваитской) литературе встречаются диалоги, где поучает женщина, но это связано с культом Великой Матери. В более ранних памятниках встречаются поучения матерей сыновьям, но в других случаях, как правило, поучают мужчины. Философские диалоги между мужчиной и женщиной встречаются уже в Упанишадах (ср. диалог Яджнавалкьи с женой Майтреи — Брихадараньяка уп.); в «Анугите» муж-брамин поучает жену, причём подчёркивается пассивная роль женщины: пассивно она достигает тех миров, которых активно добивается муж. В беседе же брамина и охотника муж Цапли не играет никакой роли: женщина сама добивается великой доли исполнением долга; более того она даёт наставления брамину. Последний эпизод «Беседы Маркандеи» типичный браминский текст, основная цель которого показать бессилие кшатрия Индры и величие брамина Картикеи-Сканды. Миф очень запутан и осложнён превходящими астральными моментами. Путём сложных хитросплетений легенда доказывает, что Сканда — сын брамина Шивы, лишь принявшего образ кшатрия Ангирасы * . Миф о воеводе-брамине переплетается с астральным мифом о пребывании Огня (Солнца) возле «жён семи ришей», созвездия Плеяд, т. е. приблизительно в 15° Тельца, откуда он удалится (в лес). Так как Солнце — родоначальник кшатриев, то и для Огня избрана не его браминская форма Агни, а форма Ангирасы. Пребывание Солнца в Тельце означает, что там происходило равноденствие. Известно, что круг эклиптики смещается по отношению к экватору так, что точки пересечения обоих кругов возвращаются к исходному положению приблизительно через 26 тысяч лет. Следовательно, равноденствие происходит в одном и том же знаке приблизительно в течение 2150 лет, так что переход равноденствия в знаке Овна совершился приблизительно за 200 лет до н. э. В средних столетиях первого тысячелетия точка равноденствия находилась на грани Тельца, т. е. переходила в знак Овна, что и могло служить поводом для создания мифа, опоэтизирующего это астрономическое явление. Возле Плеяд точка весеннего равноденствия находится в середине второго тысячелетия до н. э. Нужно отметить, что Плеяды среди народов Древнего Востока пользовались дурной славой. Так в Вавилоне их принимали за 7 злых духов (Тураев); в мифе о рождении Сканды Плеяды фигурируют в виде злых матерей. Остаётся неясным, почему в легенду о брамине-полководце вплетён астрономический миф. Возможно, что весь текст есть заговор против болезней и потому понадобилось излагать всю историю происхождения владыки болезней, каковым является Сканда. Как бы то ни было, но ясно, что в легенде о рождении Сканды, переплетаются различные мотивы, разделить которые в достаточной мере трудно, так как общая цель их одна: показать фактическое превосходство Сканды над Индрой, т. е. браминов над кшатриями, хотя юридически первенство остаётся за последними. АНУГИТА Как и «Беседы Маркандеи», «Анугита» не является целостным текстом, но распадается на три раздела. Первый — составляют главы 16—19. Текст этот по форме и по содержанию близок буддизму. Как у буддистов, и здесь поучение ведётся от имени совершенного (сиддха) о двух путях и об отрешённости. Оно атеистично, как и поучения раннего буддизма: освобождение понимается как отрыв от всего проявленного. Теоретические положения и учение о перевоплощении затрагиваются кратко лишь постольку, поскольку это необходимо для обоснования практики йоги; об относительно раннем происхождении текста свидетельствует внимание, уделяемое учению о пранах, что свойственно Упанишадам. По мере развития школы Санкхьи это учение отходит на задний план. Второй раздел называется «Песнь брамина» и охватывает главы 20—34. Текст этот тоже не целостен, в нём отмечаются плохо увязанные с основным текстом вставки. Ведущей мыслью является изложение психологического учения в целях практической йоги. К вставочным эпизодам относятся: а) полемика с буддистами (спор брамина с яти, гл. 28); б) эпизод о Парашураме (браминский вариант легенды, гл. 30); в) рассуждение Амбариши; г) испытание Джанаки Дхармой и д) формула брамина о единой задаче во всех стадиях жизни (гл. 31–33). Всё это по существу — вариации на тему о практике отрешения. Главы 20—23 — теоретическое вступление к основному йогическому тексту (24—27). Текст этот относится к ранней Санкхье, когда теория гун была ещё слабо разработана, а теория пран оставалась в силе. В смысле направления это вишнуитский текст и, следовательно, кшатрийский, на фоне которого особенно резко выдаются браманические вставки. Спор жреца-брамина с отшельником сомнительного типа, яти, ясно направлен против буддизма. Он вполне аналогичен эпизодам, встречающимся в суттах раннего буддизма, но, разумеется, с противоположным исходом диалога: в буддийских текстах брамины отдаются под покровительство Будды, а здесь посрамлённым оказывается яти. Легенда о Парашураме, данная в III книге в вишнуитском (кшатрийском) варианте с победой Рамы и поражением Парашурамы, в «Анугите» дана в браминском варианте. Рама — слишком яркая и популярная фигура, чтобы представить его побеждённым, а поэтому в данном варианте его заменяет неизвестный Аларка, которого не опасно проучить. Кшатрии представлены трусливыми вырожденцами, загнанными в горы и утратившими своё кастовое достоинство. Свирепость Парашурамы останавливают сами брамины в лице предков Парашурамы, которые весьма резонно указывают, что полное уничтожение кшатриев невыгодно для самих же браминов, но браминам следует держать их в руках и пользоваться их богатствами. Конец текста особенно плохо отредактирован и сбивчив, что отмечено в соответствующих примечаниях. Третий раздел — «Беседа ученика и учителя» — начинается с 35 главы; это наиболее систематическое изложение уже хорошо сложившегося учения Санкхьи, где учение о пранах вытесняется учением о гунах, на котором основана вся система. Оно весьма обстоятельно изложено в четырёх главах (36—39). Учение о 25 таттвах (гл. 40—43) изложено вполне в духе теистической Санкхьи, очень полно и систематично. Глава 44 не более как вариант гл. 43. Главы 45—48 посвящены учению о периодах жизни как ступенях достижения освобождения. В первой главе текста (гл. 35) дан общий обзор системы в теистическом духе, разбирается отношение личности к Вселенской Душе и освобождение понимается, как преодоление гун путём накопления саттвы. В этом отношении важны последние главы 50—51, излагающие отношение саттвы и пуруши и смысл достижения Брахмо. Резюмируя, можно сказать, что «Беседа ученика и учителя» относится к поздним эпическим текстам периода окончания формирования системы Санкхья, которая, хотя и остаётся ещё теистической, уже выработала все основы для перехода к своей атеистической форме. Развитая и вполне обоснованная система ступеней жизни (ашрама) в духе «Законов Ману» тоже говорит о более поздней датировке текста, который является одним из наиболее полных и систематических изложений в «Махабхарате» учения Санкхьи. В третьем выпуске этой серии дан очерк теории освобождения согласно учению Санкхьи в связи с темой, затрагиваемой «Книгой Санатсуджаты». Но этот текст мало пригоден для изучения теоретических основ школы, а потому излагать этот вопрос в третьем выпуске было бы несвоевременно. В четвёртом выпуске даны ещё два текста, гораздо более полные и систематичные. Таким образом, читатель располагает достаточным текстуальным материалом. Это даёт возможность подвести некоторые итоги. Философские тексты «Махабхараты» нельзя подвести под схему какой-либо определённой системы. В этих текстах постоянно встречаются термины Санкхья, Йога, Веданта, но значение их не то, какое в них стали вкладывать несколько столетий позже, как наименования определённых философских систем. В «Махабхарате» эти слова скорее надо понимать в их общем первичном значении, нежели как специальные, узкие термины. Время «Махабхараты» — время бурного развития философской мысли, время напряжённых исканий, а не схоластической обработки духовных ценностей, добытых творческим усилием тех немногих, кого в Индии так выразительно именуют «махатма». Упанишады всесторонне развивали идею монизма в свете онтологической дилеммы: Бытие — бывание. Вопрос можно было бы сформулировать так: каким образом безусловное, а потому и простое неделимое и покоящееся Бытие-Сознание может проявляться как относительное, сложное, а потому делимое и преходящее бывание? Уже к концу периода Упанишад, в поздних Упанишадах (Шветашватара уп.) начато искание формулировки основного гносеологического вопроса об отношении причины к своему следствию. Если первый вопрос возможно решать методом интуиции (в самом широком смысле), то второй вопрос требует дискурсивного метода, метода борьбы «за» и «против»; по-санскритски этот метод называется «санкхья». Он возник в среде кшатриев, второго активного слоя тогдашнего общества, и породил три великих течения в недрах этой касты: буддизм, джайнизм и собственно санкхью. Все три течения опирались на великие открытия Упанишад. Буддизм был самым крайним течением. Отвергая догматизм в культовом смысле, он отказался и от догматической онтологии и таким образом пришёл к атеизму и акосмизму. Как рационалистическая система буддизм изощрённо развил логику, что блестяще показал Ф. И. Щербатской. Будучи глубоко пессимистичным, буддизм понимал йогу как праксис, дающий возможность пройти «средним путём» самообуздания и самовоспитания к полной отрешённости от иллюзии бывания. Но основной момент, делающий буддизм совершенно неприемлемым для браманизма, — это его отрицание кастового строя, вызвавшее смертельную борьбу между брахманизмом и буддизмом. Она закончилась практическим уничтожением буддизма в Индии (ср. описание этой борьбы в эсхатологических главах «Беседы Маркандеи»). Последние остатки буддизма брахманизм ассимилировал обычным в таких случаях приёмом: он объявил Гаутаму-Будду воплощением Вишну, но это совершилось настолько поздно, что в перечень воплощений Вишну, принятый «Махабхаратой», оно не вошло. Джайнизм, как и буддизм, нигилистичен и пессимистичен, но он развил больше не рационалистическую сторону, не теорию, а праксис, йогу, в которой он не следовал «среднему пути» буддистов, а сохранил все крайности традиционной брахманической аскезы, и даже пошёл дальше, узаконив самоубийство после 12 лет бесплодной аскезы. Но джайнизм в отличие от буддизма сделал уступку брахманизму по социальной линии, сохранив, хотя и условно, кастовую систему, почему брахманизм и относился к нему терпимо. Рационалистическое течение, оформившееся позже в особую философскую систему Санкхья, как и предыдущие два, вышло из среды кшатриев; оно долго замалчивалось, так как не отделилось от брахманизма, подобно буддизму и джайнизму, которые развивались самостоятельно. Процесс развития этой системы позволяет изучить философские тексты «Махабхараты», продолжающие традицию Упанишад. Монизм Упанишад, часто объединяемых под названием «Окончание Вед», Веданта, во время эпоса понимался как относительный или «монизм с различением», ярким памятником которого является «Бхагавадгита». Это первое из двух основных русел философской мысли «Махабхараты». Второе течение — дуалистическое и даже плюралистическое, Санкхья, в узком смысле слова. Так как сущность первого течения была изложена в первом выпуске этой серии, то здесь нужно рассмотреть лишь сущность второго течения — Санкхьи. Следует различать раннюю и позднюю школу Санкхьи. Ранняя Санкхья, Санкхья «Махабхараты», не вполне порвала с монизмом, и её колебания между относительным монизмом и дуализмом многообразно отражены в философских текстах «Махабхараты». Если «Гита» является примером позиции, наиболее близкой к монизму, то «Анугита», в особенности третий её текст, является хорошим примером наиболее дуалистической точки зрения, от которой остаётся только один шаг к поздней, строго дуалистической Санкхье. Наиболее ранним памятником этой Санкхьи ещё недавно, до работ Дасгупты, считалась Санкхья–карика Ишваракришны. Как и все традиционные философские системы Индии, Санкхья исходит из понятия Атмана как абсолютного субъекта, но в отличие от всех монистических систем противополагает ему Пракрити как абсолютный объект. Оба они — безначальны; так отрицается творчество в каком бы ни было смысле. Атман, в системе Санкхья чаще называемый Пуруша (горожанин) или кшетраджна (знающий поле), даже не демиург, ибо он не принимает участия в строительстве мира, а только является «свидетелем» (сакши) его разворачивания (правритти) или сворачивания (нивритти). Термин «пуруша» принято переводить через «дух», что весьма условно: такой перевод требует большой осторожности и строгого учёта контекста. И филологически и по смыслу слово «дух» скорее соответствует санскритскому слову «прана», особенно в Упанишадах, где это слово является почти синонимичным терминам Брахмо и Атман (ср. Каушитаки, Чхандогья, Майтраяна). Этот, казалось бы, чисто формальный момент очень важно выяснить. Дело не в филологических тонкостях, а в самой сущности мысли: едва заметная щель, чем дальше, тем больше расширяется и становится непроходимой пропастью. Упанишады учат о непосредственном участии Атмана, как Праны, в процессе жизни. Для Санкхьи же пуруша есть лишь посторонний созерцатель жизни (здесь под Санкхьей разумеется поздняя классическая Санкхья). Пуруша не есть Бытие-Знание-Блаженство, как определяют Атмана поздние вишнуитские Упанишады (Нрисинхатапания, Раматапания). Следуя традиции Брихадараньяка упанишады (IX, 5, 15), Санкхья отрицает сознательность Пуруши как такового, отрешённого от Пракрити: Пуруша сознателен только постольку, поскольку его свет отражается от высших слоёв Пракрити, в первую очередь от буддхи. Но без Пуруши буддхи также лишена сознания, таким образом, сознание не субстанционально, а есть функция Пракрити, оно есть лишь отсвет Пуруши в Пракрити. Но реального соприкосновения Пуруши и Пракрити, их слиянности Санкхья не признаёт. Отсюда — дуализм. Как и все индийские философские школы, Санкхья ставит своей конечной целью Освобождение. Теория строится с практической целью применения её для этой конечной цели. Способ применения, праксис, есть йога. В первую очередь нужно знать и понимать Пракрити, чтобы уметь от неё освободиться. Таким образом, ход рассуждения Санкхьи и буддизма один и тот же. Как буддизм начинает своё изложение с четырёх истин, без знания которых невозможно освободиться, так и Санкхья начинает изложение с теории Пракрити. Пракрити есть материя, ткань (прадхана, основа ткани), как прадхана это есть «непроявленная природа — авьякта пракрити». Оба термина «прадхана» и «авьякта пракрити» почти равноправны в ранней Санкхье, как в этом можно убедиться по текстам, переведённым в этой серии. Выражаясь языком школы, «утук» ткани, её основные энергетические свойства находятся в спокойном или «растворённом» состоянии (пралая). Это — «нити» (гуны) утока, и поскольку они «нити», они материальны. Таким образом, школа не ставит грани между материей и энергией. Гуны как материя — нити, как энергия — качества. Их в полном согласии с законом диалектики — три * . Это энергетические проявления движения, инерции и равновесия. Дасгупта считает, что первичное философское значение слова «гуна» значит «качество» (первичное же филологическое значение — нить, волокно). Итак, субстанциональность гун, на которой настаивает поздняя Санкхья, философски есть понятие вторичное, что необходимо иметь в виду для уяснения себе хода развития школы Санкхьи. Ни прадхана (авьякта Пракрити), ни гуны не суть ещё вещество: субстанциональность их в пралае потенциальна, как потенциальна субстанциональность энергии. Лишь деятельностью гун (утока) на основе материальности (прадхана) осуществляются материя, вещество, вещь (дравья). Пракрити первично понималась как энергия, как материальность, потенция материи, но ещё не сама материя; это отражено в мифологическом представлении: женский полюс божественных пар (сизигий), «жёны богов»: Парвати—Шивы, Лакшми—Вишну, так прямо и называются шакти, т. е. сила, энергия. Такая концепция нашла себе совершенное выражение в Тантрах, дающих диалектическое преодоление классической Санкхьи. Естественно, что в ранней Санкхье, т. е. в эпоху разворачивания более раннего этапа диалектического становления, положения сформулированы гораздо менее чётко, но зато несут в себе больше потенциальной энергии, как цветок несёт её больше, чем плод. Пракрити уплотняется в материю (дхату), вещество, вещь (дравья) в силу диалектического перехода кинетической энергии (раджас) в потенциальную (тамас). Материя, будучи по существу единой, т. е. гомогенной, становится множественной (дифференцированной) в силу усложнения качеств (видов энергии), её «тонких сутей», веществ (танматра). В силу дифференциации энергии на различные её виды (качества), тонкие сути (танматра) превращаются в грубые вещества (махабхута) и «основные жидкости» («дхату») * . Это и есть таттвы, сути, из которых строится здание проявленного или, пользуясь языком школы, узоры материи. Дасгупта указывает, что по мере систематизации Санкхьи термину «гуна» придавалось всё более и более вещественное значение, так что уже комментатор Йога-сутр, Бхикшу, ставит знак равенства между терминами «гуна» и «дравья». Как диалектически сочетанное единство, гуны неотделимы одна от другой, и весь процесс миропроявления, как физический, так и психический, обусловлен тем же «вращением гун», т. е. принципиально един. То, что физически есть соразмерность, уравновешенность, а потому и свет, психически есть разумность, озарённость, благость, умиротворённость. Это саттва. То, что физически есть движение, психически есть страсть, желание. Это раджас. То, что физически есть тьма, плотность, тяжесть, то психически есть тупость, сонливость, злоба. Это тамас. Между сознанием и материей нет принципиального различия: психика материальна, материя же потенциально сознательна, всё зависит от соотношения гун в данном явлении. У психического нет преимущества перед материальным, но нет и обратного отношения, так как и то и другое обусловлено «вращением гун». Психическое и материальное есть лишь различные точки зрения на один и единственный процесс миропроявления. Без учёта этого положения могут быть существенные недопонимания текстов. Гуны неотделимы одна от другой, и только их целостное диалектическое развитие может обеспечить миропроявление. Иначе говоря, всё проявленное обусловлено единством трёх гун и всё разнообразие миропроявления зависит от взаимоотношения этих трёх диалектических моментов, которые, как таковые, являются причиной, а как сочетание — следствием. Таким образом, весь причинно-следственный ряд целиком материален и нет надобности предполагать и даже нельзя себе представить первопричину, как нечто внеположное гунам. Так мы подошли к самому нерву системы: вопросу о сущности причинно-следственного ряда. Индийская философия придавала огромное значение исследованию отношения причины и следствия. Дискуссии по этому вопросу велись, можно сказать, веками, так как на его основе строилась одна из коренных тем размышлений индийских мудрецов — учение о карме, одно из учений, общих для всей индийской философии в целом, как подчёркивает Дасгупта. Таким образом, к вопросу, казалось бы, «чисто теоретическому» индийская философия подошла с этической стороны, ибо для неё не существует «чистой теории». «Скажи лишь то, чем я достигну блага» — так в «Бхагавадгите» формулирует Арджуна весь пафос индийской философии. Индийская философия рано выработала понятие о причине материальной и причине осуществляющей (causa materialis et causa efficiens). Различные школы по-разному решали вопрос о взаимоотношении и смысле этих причин, как различно решался он и на Западе. Школа Санкхьи придерживалась реалистического толкования, значит она принимала, что материальная причина остаётся существовать в следствии. Классический пример индийской логики: глина как материальная причина продолжает существовать в горшке, хотя и в изменённом виде под воздействием горшечника (причина действующая). Таким образом, гуны, как причина материальная, остаются существовать во всех видоизменениях, как в следствиях. Воздействующей причиной является нарушение их равновесия, происходящее внутри них самих. Отсюда прямой вывод: весь процесс миропроявления целиком материален и не может иметь никакой внеположной причины, ни материальной, ни воздействующей. Значит, абсолютный субъект, Атман, не может быть причиной мира, следовательно, внеположен ему. Так Санкхья приходит к дуализму. Вся суть освобождения заключается в понимании, а значит, и в осуществлении этого положения: индийская философия признаёт только то знание (джнана) истинным, которое приводит к осуществлению (виджнана) познанного, этим перенося проблему ценности целиком в этику. Атман отделим от причинно-следственного ряда потому, что в действительности он никогда в нём не стоял и не стоит. Пуруша есть только «свидетель» мирового процесса, познающий поле, а значит стоящий вне поля. Причинно-следственный ряд целиком — область гун и заключается во вращении гун в гунах («Гита»). Состояние уравновешенности, нейтрализации гун не является их уничтожением, но только переходом из актуального состояния в потенциальное или, говоря языком индийской философии, из состояния проявленного (вьякта) в состояние непроявленное (авьякта). Это и есть пралая, растворение. Пралая и проявление сменяют друг друга с закономерностью смены дня и ночи. Но в смене форм основа (прадхана, авьякта пракрити) остаётся вечной. Пуруша и Пракрити оба безначальны («Гита»). Состояние проявленного по самой своей сути неустойчиво, т. е. между проявленным и преходящим стоит знак тождества, отчего мир и называется «джагат» — преходящее. Но в таком случае о проявленном, как и о прадхане, нельзя сказать, что это есть Бытие. Так мысль подходит к проблеме онтологии. Разные школы традиционной индийской философии решают эту проблему различно. На двух крайних точках стоят школы Веданты и Санкхьи. Веданта (школа Шанкары — VIII в. н. э.) отрицает реальность проявленного, ибо, как и Санкхья, отрицает возможность реального общения безусловного и относительного. Для Шанкары проблемой является не Абсолют, Атман, который понимается как непосредственная данность, но относительное, природа, обосновать которую с точки зрения школы нельзя, так как нельзя объяснить, каким образом Атман, чистое и безусловное знание, может впадать в иллюзию «Неведенья». Но в такой тупик индийская философская мысль зашла относительно поздно, в VIII в. н. э., когда индийская философия уже насчитывала около 1000 лет существования. Идея майи, как мировой иллюзии, встречается в поздних Упанишадах. Дейссен считает, что впервые слово майя как иллюзия в применении к Пракрити встречается в Шветашватара упанишаде (4, 10). Это одно говорит против правильности отождествления философии Упанишад с Ведантой как философской школой, хотя такое отождествление широко распространено не только на Западе, но и в самой Индии, где школа Шанкары и до сих пор считается если не единственной, то, во всяком случае, безусловно авторитетной в толковании учения Упанишад. Школа Санкхьи, принимая реалистическое толкование причинно-следственного ряда, должна была прийти к противоположному выводу: она должна была принять реальность Пракрити, т. е. отказаться от монизма, так как отказаться от идеи абсолютного субъекта, Атмана, значило рвать со всей традицией Упанишад. Отказ от монизма Упанишад мог произойти не сразу; переход к дуализму, а от него к плюрализму совершался через промежуточные звенья. Самым существенным звеном являлась пресловутая «двадцать пятая таттва» Мировая Душа, как принцип, объединяющий индивидуальные души. В системе Санкхьи, по существу своему дуалистической, этот принцип оказался в таком же неустойчивом положении, как в системе Лейбница принцип «мировой гармонии» и идея «верховной Монады». То же внутреннее противоречие привело обе эти системы, имеющие много общего, к атеистическому плюрализму внутренней логикой систем и вопреки эмоциональной направленности их творцов. Если «монады не имеют окон для общения с миром других монад», как утверждает Лейбниц, то «принцип предустановленной гармонии» неизбежно выбрасывается самой системой. Если пуруша, джива есть внеположный природе «свидетель» процесса миропроявления, то полностью отпадает надобность в объединении всех пурушей, джив, одним «Великим (Махат) сознанием». Так двадцать пятая таттва выпадает из системы, которая из дуалистической становится плюралистической и из теистической — атеистической. Буддизм, анализируя причинно-следственный ряд, делал акцент на «исполняющей причине» (causa efficiens), идея материальной причины всё более стушёвывалась и через учение о моментальности дхарм буддизм пришёл к акосмизму. Настаивая на примате материальной причины, Санкхья пришла к идее материальности гун, а отсюда к реализму. Первичное значение слова «гуна» — «волокно» было удобно для выражения идеи непрерывности и материальности причинно-следственного ряда. Как нить утока, не прерываясь, переплетается с основой (прадхана) и образует узор ткани, так и причинно-следственный ряд гун, не прерываясь, образует многообразие мира; как нити сплетаются между собой, так и гуны, сплетаясь, образуют «кратность» вещей (в санскритском слово «гуна» на конце сложного слова в сочетании с числительным выражает кратность, например, «двигуна» значит двукратно). Эта кратность обусловливает «качественность» гун. Итак, в поздней Санкхье термин «гуна» понимался как первичная субстанционально-качественная (энергетическая) нить, как уток, расцвечивающий основу природы (прадханы), осуществляющий разнообразие узора её необъятной, но единой ткани. Всё разнообразие проявленного есть лишь неустойчивая форма единой и остающейся неизменной в обоих проявлениях (паринама) материи («глины»), преобразования которой обусловлены деятельностью гун («горшечника»). Как бы ни разнообразны казались проявления, по сути они одно и различаются лишь своей «кратностью» или «качеством», т. е. комбинацией единых в своей тройственности гун: саттва, раджас и тамас. Уток всегда един, но переливы ткани зависят от взаимоотношения трёх его волокон. Сперва эти волокна очень тонки и образуют почти прозрачную, светлую ткань, так как в ней преобладают светлые волокна саттвы, но постепенно ткань становится плотнее, грубее и темнее, так как «кратность» волокон увеличивается, усугубляются «качества» и нарастает всё больше тёмных волокон (тамас), всё меньше становится светлых (саттва). Так возможны бесчисленные оттенки, отсветы, но мысль отмечает лишь некоторые основные «кратности», «кванты», обусловливающие переход количества в качество. Ступени, образованные «кратностями», называются «таттвы» (сути). Границы между таттвами условны, так как переходимы в обоих направлениях: от более тонких таттв (сутей) к более плотным и обратно. Так осуществляется процесс разворачивания (правритти) и сворачивания (нивритти) — вечные приливы и отливы преходящего мира. Это — круговорот (чакра) потока жизни (самсары, сар — течь). Число таттв и даже порядок первых таттв не установлены прочно и в текстах встречаются разные варианты перечисления. Ранняя Санкхья насчитывает 26 или 25 таттв, поздняя — 24. Так как пуруша выделяется как особая таттва, то число таттв в Пракрити на единицу меньше. В Пракрити первой таттвой обычно считается буддхи — чистая, прозрачная, преисполненная светом саттвы, как синее небо — светом солнца. Реже за первую таттву принимается манас (ср. «Анугита», гл. 34), но в поздней Санкхье такая перестановка недопустима. Буддхи можно понимать в широком смысле как мировой разум и в более узком смысле как индивидуальный разум. В первом случае буддхи носит особое название — Махан — Великий, Душа Мира или Ишвара, Владыка. Это и есть лишняя таттва, которая соответствует лейбницевской высшей, объединяющей монаде. Санкхья, признающая эту таттву, называется теистической (сешвара Санкхья), Санкхья, не признающая этой таттвы, называется атеистической (ниришвара Санкхья). Изложенное показывает, что перевод этих санскритских терминов на термины европейской философии неадекватен, так как и та и другая Санкхья признают категорию духа, Пуруши; с другой стороны, «теистическая» Санкхья относит таттву Махан Атма к системе природы. Сама по себе буддхи не сознательна, как не сознателен сам по себе Пуруша. Сознание возникает от озарения буддхи Пурушей («как солнце озаряет мир, так знающий поле озаряет поле» — метафора, часто встречающаяся в текстах «Махабхараты»). Теория о сообщении сознания несознательной по существу Пракрити — одна из уязвимых точек Санкхьи, особенно поздней. Поздняя Санкхья решительно отрицает связь Пуруши и Пракрити в категориях времени и пространства и вынуждена принять какую-то вневременную и внепространственную связь, нечто вроде «предустановленной (кем?) гармонии». После уязвимой точки дело идёт, как обычно, в хорошо продуманных философских системах, более или менее гладко, раз принята «точка опоры» Архимеда или, выражаясь санскритским термином, «марана» системы, та её точка, разрушение которой разрушает и саму систему. Отрицая сознание Пуруши, Санкхья не противоречит Упанишадам, ибо там есть тексты, отрицающие сознание абсолютного субъекта, Атмана (ср. Брихадараньяка упанишаду, I, 5, 15). Из сознания путём прибавления нового качества, которое европейская философия называет рефлексией, возникает «Основа личности», обособления — аханкара (букв. делающий «я»). Так возникает разделение на «я» и «не-я» и познание первым второго. Вырабатывается способность усвоения, осмысления и переживания воздействий «не-я». Как познавательная функция — это рассудок, как эмоциональная — «сердце» (в психологическом, но не в анатомическом смысле). Эти три «сути» таттвы (буддхи, аханкара и манас) есть «внутренняя причина», обусловливающая психическую функцию в целом. Так понимает термин антахкарана Dahlmann, думается он более прав, чем те исследователи (например, Дейссен), которые ставят знак равенства между антахкараной и манасом. Такое дублирование терминов не оправдано. Из аханкара (или, по йоге, из буддхи), как от принципа обособления, выделяется, с одной стороны, манас как орган субъекта; с другой — «тонкие сути» (танматра) как потенция «грубых сутей», соответствующих стихиям эллинистической философии, но то, что называется там квинтэссенцией четырёх элементов, в системе Санкхья рассматривается как особый элемент, акаша, приблизительно соответствующий эфиру греков. Таким образом, по аналогии с «внутренней причиной», «тонкие сути» танматра можно было бы назвать «внешней причиной». Это пространственность, воздушность, огненность, текучесть и твердость, как потенции пространства (акаша), воздуха, огня, воды и земли, т. е. «грубых элементов», махабхутов. И здесь сохраняется тот же принцип «кратности» или «валентности», ибо каждый последующий элемент отличается от предыдущего новой «валентностью» или «качеством». Так, «валентность», свойство пространства одно: звук, воздуха — два: звук и касание и т. д. Эти «свойства» определяются по органам чувств: слух, осязание, зрение, вкус, обоняние. Таким образом, земля как последний элемент определяется всеми пятью валентностями: звуком, касанием, зримостью, вкусом и запахом. Из этих пяти элементов строятся все вещи природы (дравья) и, в частности, «основные жидкости тела», дхату, о которых говорит «Анугита». Их тоже насчитывается 5, иногда больше — 7, 10. Так определяется «не-я». «Я», спускаясь по ступеням: буддхи — аханкара — манас, привлекает из природы (материи) чувства (ср. «Гита», XV, 7). Таким образом, чувства, извлечённые из элементов, в точности им соответствуют: слух — пространству, осязание — воздуху и т. д. Манас сосредоточивает в себе две пятёрки органов связи с внешним, по-санскритски называемых «индрии»: пять воспринимающих индрий (пять чувств) и пять «действующих». Эти действующие индрии менее, чем воспринимающие соответствуют нашим физиологическим представлениям о центробежных связях, но в принципе схема деятельности нервной системы дана совершенно точно: центростремительная дуга (чувствующие нидрии), центральная часть, распределяющая, упорядочивающая и осмысливающая получаемые извне импульсы (манас) и центробежная часть, действующие или выполняющие индрии. Всё это в точности соответствует схеме рефлекса современной физиологии. Что касается сущности восприятия, то система Санкхья как реалистическая учит, что чувства действительно воспринимают нечто от предмета, получают от него энергию, тонкое вещество, которым они питаются, как корова травой, поэтому предметы и называются «пастбищем чувств» (гочара). Так образуется круг, замкнутый вверху на аханкара, а внизу — связью махабхутов и индрий. Отсюда закон, так блестяще сформулированный «Анугитой» (спор манаса с чувствами): в манасе нет и не может быть ничего, что не было бы добыто чувствами. Материя едина, это основа, «прадхана»; её изменения происходят в обоих направлениях по принципу «валентности» или накопления и отдачи свойств по закону причинно-следственного ряда, зиждущегося на единстве энерго-материи гун, «вращающихся» по диалектической схеме тезис-антитезис-синтез. Нет противопоставления материи и энергии, нет противопоставления бытия и сознания: бытие в силу своего бывания (правритти) становится сознанием. В силу единства, целостности Пракрити в манасе нет и не может быть ничего недоставленного ему чувствами, но, с другой стороны, в природе нет и не может быть ничего, что не развилось бы из буддхи. Итак, перечисляя от более плотного к более тонкому Санкхья различает следующие таттвы: а) 5 грубых (махабхута), б) пять тонких сутей (танматра), в) десять индрий, г) манас, д) аханкара, е) буддхи — всего 23 таттвы природы + пуруша = 24. Это исчисление атеистической Санкхьи. Теистическая Санкхья (ранняя, эпическая) признаёт над буддхи ещё одну таттву Пракрити Махан, Махан Атма, Вселенскую Душу. Таким образом, насчитывается 25 таттв. Эти обе Санкхьи по существу плюралистичны, так как они признают множество отдельных пуруш, но если принять, что пуруши являются лишь гранью одного абсолютного субъекта, Атмана, то таттв оказывается 26 и две из них относятся к Атману, остальные — к Пракрити, так в конечном счёте получается дуалистическая система. Эти три вида Санкхьи изложены в «Мокшадхарме» (XII, 318). Ранняя Санкхья, ещё не порвавшая с монизмом Упанишад, излагается в философских текстах «Махабхараты», в частности к ней относятся «Беседа Маркандеи» и «Анугита». Ещё недавно Санкхья-карика Ишваракришны (конец II — начало III в. н. э.) считалась наиболее ранним текстом поздней Санкхьи, но Дасгупта нашёл текст Санкхьи, принадлежащий Чараке, уже носящий все характерные черты поздней Санкхьи. Дасгупта относит его к середине I в. н. э. Таким образом, если даже окончательное формирование Санкхьи отодвигается на 1,5—2 столетия раньше, то всё же между зарождением этой школы и полным её оформлением прошло не менее 5 веков, принимая, что первые черты Санкхьи уже намечены в Шветашватара упанишаде. Изучаемые памятники относятся к периоду созидания школы и поэтому нет ничего удивительного, что в них мы встречаем разные варианты системы, иногда даже стоящие в противоречивом отношении друг к другу. Для V выпуска этой серии намечен к переводу наиболее крупный сборник философских текстов — «Основа Освобождения» — «Мокшадхарма» (из книги XII «Махабхараты»). После ознакомления с ним возможен и нужен полный разбор. Он тем более нужен, что комментарии к «Бхагавадгите» предназначаются для читателя, достаточно хорошо знакомого с основами древнеиндийской философии. Уже беглый взгляд на тексты, помещённые в данном выпуске, убеждают, что целый ряд важных вопросов или вовсе не затронут в настоящем очерке, или затронут лишь слегка. Сделано это потому, что данный обзор стремится выявить с посильной чёткостью сформировавшийся костяк системы. Владея схемой, читатель сам сможет проследить разнообразные пути развития индийской мысли в разбираемую эпоху и степени её отклонений от намеченных основных направлений. Однако одного вопроса, оставленного в стороне, совершенно необходимо коснуться, ибо отношение к нему каждого из данных текстов может служить критерием, насколько данный текст сохранил монистическую установку Упанишад. Это вопрос о Пране и пранах. В период создания философских текстов «Махабхараты» (первая половина I тыс. до н. э.) вопрос этот ещё продолжал интересовать мыслителей, особенно йогического направления, но постепенно по мере развития Санкхьи интерес к нему гаснет, так как в зрелой системе Санкхья ему нет места и понятие о пранах туда можно втиснуть лишь насильственно. Очень показательны в этом отношении тексты «Анугиты». Пранам уделяется достаточное внимание первым текстом, близким к буддийской йоге, и вторым текстом, явно более ранним и менее отработанным в смысле Санкхьи, тогда как третий текст, уже очень хорошо отработанный в этом отношении, систематично излагающий почти зрелое учение Санкхьи, оставляет вовсе без рассмотрения учение о пранах. И в самом деле, зрелой Санкхье с пранами нечего делать, так как это понятие совсем иных систем. В Санкхья-карике лишь глухо говорится о том, что деятельность манаса и индрий осуществляется как особые токи или дыхания (прана); современная физиология сказала бы, как центростремительные и центробежные нервные токи. В йоге, построенной на системе Санкхья (йогасутры Патанджали), пранам отводится осуществление жизненных, выражаясь языком физиологии, вегетативных функций (регуляция дыхания, кровонаполнения и пр.). Но в Упанишадах учение о Пране было совсем иным. Дасгупта указывает, что в Ведах Прана отождествлялась с Брахмо, как высшим принципом. Айтарея Араньяка рассматривает Прану как творческое слово Вед (Ом). Древние Упанишады отводят Пране ведущую роль. Так, Каушитака отождествляет Прану с Брахмо; Чхандогья принимает Прану как символ Брахмо; «Гита» (VIII, 10—13) принимает Прану как жизненный принцип, сливающийся с Творческим Словом (ср. кн. Берейшит «Ruah Elohim», иоановское учение о Логосе и «Logoi spermatikoi» Филона). Совершенно ясно, что такое значение Праны совершенно неприемлемо для школы Санкхья. Вот почему вопрос о Пране является таким показательным. Уже одно то, что «Гита» принимает Прану в духе Упанишад, оправдывает традицию наименования этого памятника Упанишадой (по духу, а не по форме) и не позволяет отнести его к школе Санкхья * , как это делают многие исследователи только на том основании, что в «Гите» многократно употребляется это слово. Прав Дейссен, принимающий для «Гиты» слово «санкхья» в значении «рассуждение», а не в значении специального термина. Наоборот — йога, основанная на системе Санкхья, хотя бы она и признавала, как «йогасутры», пресловутый 25‑й принцип, есть атеистическая йога, вопреки традиции, именующей йогу Патанджали «теистической». Йога Патанджали по духу близка не «Гите», как принимают некоторые исследователи, а буддийской и джайнийской йоге, ибо цель этих йог не единение, а отрыв, изоляция (кайвалья). Все три школы (ранняя и поздняя Санкхья, йога) исходят из глубочайшего пессимизма, тогда как «Гита» утверждает любовь к жизни (бхакти). Об этом подробнее см. вып. II. Из переведённых в этой серии памятников «Гита» есть типичный и ярчайший памятник развития философии Упанишад по пути «относительного монизма», «Анугита» — по пути дуализма. Первое направление ведёт к Раманудже, Чайтаньи, Альварам. Второе направление получило своё завершение в поздней Санкхье. БЕСЕДА МАРКАНДЕИ (кн. III, «Лесная», гл. 182—232, шл. 1239 — 14648)
<p>Глава 182</p> Вайшампаяна сказал: 1. Время, несущее зною конец и всем существам отраду, Время дождей* настало, пока они* там проживали, 2. Великий грохот навис в пространстве, со всех сторон грозовые тучи Дождь проливали, ночью и днём, постоянно. 3. Рушились сотни, тысячи водных чертогов, (Из них) вырывались огни, воды сияли незапятнанным блеском молний. 4. Ростки выбивались из почвы, зубы змей опьянялись (ядом)*, Отдохнула (земля), напоенная струящейся влагой, все сердца ликовали. 5. Но (почва) произрождать ещё не могла: вода заливала речные долины, равнины; с гор (ниспадая) 6. Кипели потоки, как бы дышали, стремясь в великом беге; Страна Синдха, её леса разукрасились после зноя. 7. Разнообразные голоса слышались в озвученных чащах, Дождём встревоженных птиц, вепрей, ланей, 8. Стаи чатак*, павлинов, самцов кукушки Радостно порхали; надувались лягушки*. 9. Так наступило многообразно деятельное время дождей в грозовых тучах. Тогда (Пандавы) скитались в песчаных пустынях. 10. Полная куликов и гусей радостная осень настала Полноводная отрада отшельников в пущах; 11. (Выводя) на чистое небо звёзды, полная птиц, газелей, Осень была благосклонна к великодушным Пандавам. 12. Мирные ночи настали с прохладными облачками; Под управлением Сомы явились планеты, сонмы созвездий. 13. Голубые и красные лотосы (покрыли) студёные, благие озёра. На полноводные, чистые реки смотрели (Пандавы). 14. На заросли камыша возле небесно-голубых береговых откосов. С восторгом витязи проходили возле чистых потоков Сарасвати, 15. Радовались благим, просветленным водам; Могучие лучники любовались полноводной Сарасвати*. 16. В чистейшую ночь* смены луны осенней, Полнолуние было в Стожарах, когда там пребывали Пандавы. 17. С чистым, в сути своей великим подвижником Джанамеджаей. Это высочайшее сочетание (Луны и Стожаров) праздновали превосходные Бхараты, 18. А с началом тёмной (половины месяца) вместе с Дхаумьей, Возничими и домочадцами они отправились в лес Камьяку. Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 182 глава —
<p><strong>ОТБЫТИЕ В ЛЕС КАМЬЯКУ</strong></p> Глава 183 1. Достигнув (леса) Камьяки, кауравы, под водительством Юдхиштхиры, Совершив обряды гостеприимства множеству муни, расположились (стоянкой) вместе с Кришни. 2. Тогда тех потомков Панду, вполне безмятежно живущих, Там сонмы браминов со всех сторон окружили; 3. И молвил дваждырождённый, любимый друг Арджуны: «Приедет долгорукий владыка, премудрый Шаури, 4. Ведь извещён Гари о вашем прибытии, потомки Куру, Всегда хранит желание Гари заботиться о вашем благе. 5. Также долгие годы живущий Маркандея, великий подвижник, Прилежный в изучении Шрути и умерщвлении плоти, к вам прибудет». 6. Пока он так говорил, появился Кешава, лучший из колесничих; В его колесницу были впряжены Шайбья, Сугрива. 7. Как Махадэва с дочерью Пуломьи, так с Сатьябхаймьей Выступал сын Дэваки, лучших кауравов желая видеть. 8. Сойдя с колесницы, Кришна радостно восхвалил, премудрый, Согласно уставам, сперва Дхармараджу, затем превосходного богатыря Бхиму. 9. Он почтил Дхаумью, приветствовал близнецов обоих, Обнял Гудакешу, ласково обратился к Драупади; 10. Обрадовался давно вернувшемуся* другу, витязю Пхальгуне, Покоритель врагов Дашарха, обнимал его снова и снова; 11. И Сатьябхаймья, милая подруга Кришны, царица, Обняла Драупади, милую жену Пандавов. 12. Тогда все Пандавы вместе с женой и домашними жрецами, Со всех сторон окружив, Лотосоокого почтили. 13. Премудрый Кришна, встретясь с грозой асуров, Дхананджаей-Партхой, Сиял, как владыка бхутов, Махатма (Шива), самолично встретясь с Таящимся-Скандой*. 14. Об их жизни в лесах Венценосец, увитый (цветами), старшему брату Гады* (Кришне) Рассказав подробно, затем расспросил, как Субхадра, как Абхиманью. 15. Губитель Мадху, как подобает почтив сына Притхи, Кришни, жрецов-пурохитов, Стал величать Юдхиштхиру-раджу и сказал, усевшись там вместе; 16. «Сын Панду, говорят, что высший долг (кшатрия) — достигнуть царства; об этом заботься, раджа; Поступая правдиво и прямо, согласно долгу, ты победил оба мира. 17. Сперва вы все изучали Писанье, соблюдали обеты, затем превзошли изучение лука; По закону кшатриев получив богатства, все древние обряды жертв соблюдали. 18. Грубые нравы тебя не тешат, не по произволу ты поступаешь, Индра народа. От жадности к богатству ты не нарушаешь долга, в силу чего ты стал Дхармараджей. 19. Ты достиг разуменья, терпенья, твёрдости, подвига почитания предков*, раджа, Щедрости, правды, сокровищ, наслаждения ими, всегда радостный, сын Притхи. 20. Когда (тот) человекоубийца глазел на сокрушённую против воли пригнанную в собрание Кришни, Совершающееся попранье закона перенести кто был бы способен, помимо тебя, Пандава? 21. Вскоре ты, желающий всего благого, без сомненья, народ охранять* будешь правдой, А мы тех кауравов низложим, когда закончится срок твоего обета, Владыка». 22. Дхаумье, Бхиме, Юдхиштхире, Близнецам и Кришни, лев Дашарха Так молвил: «К вам, владыки, Венценосец благополучно прибыл, изучение оружья закончив». 23. О дочери Яджасены Кришни, сказал Дашарха вместе с супругой, друзьями: «Какое счастье ты получила (снова) сойдясь с Дхананджаей!» И ещё сказал Кришна: 24. В изучении лука весьма ли прилежны добронравные ученики, тобой рождённые, Кришни? Всегда ли с благими друзьями водятся твои сыновья, дочь Яджасены? 25. Твой отец и единоутробные братья призвали ль их в своё царство, к власти? Во дворцах Яджасены и своих дядей благоденствуют ли твои дети? 26. Вступали ль счастливо в бой они, не обращаясь вспять, преуспевая особенно в знании лука? Вступив в город вришнийцев, не пожелали ль им обладать вместе с ними сыны твои, Кришни? 27. Изволишь ли ты тем же нравам их обучать, что и почтенная Кунти? То же ли делает без небреженья, прилежно, Субхадра? 28. Для Нирудхи, для Абхиманью, для Асунитхи, также для Бхану. Для рождённых тобою, Кришни, был ли тот же водитель и путь, как для сына Рукмини*? 29. Во владеньи оружием, палицей, мечом, колчаном, в управлении колесницей, конями Постоянно тех витязей обучает, конечно, юноша Абхиманью, как наставник. 30. Когда ж он полностью передаст, согласно обряду искусство владеть оружьем Рождённым тобой* сынам, тогда отважным Абхиманью останется доволен сын Рукмини. 31. Как в уходе за лошадьми преуспевают твои сыновья, дочь Яджасены? Подражают ли один другому (в уходе) за колесницами, упряжными конями*, боевыми слонами?» 32. И Дхармарадже сказал тогда Дашарха-Кришна*: «Воины кукуров и антаков Пусть соблюдают твои приказы, пусть находятся там, где ты желаешь, раджа! 33. Пусть Плугарь-Баладэва*, захватив бамбуковые луки, передвигается с быстротой ветра С войсками мадхунов — с пехотой, конницей, колесницами, слонами ради твоего дела, Индра народа. 34. Чтобы остановить сына Дхритараштры, Суйодхану, отъявленнейшего злодея, Пандава! Он с родичами, с шайкой друзей (находится) на пути (адского асура) Бхаумы, владыки Саубадхи*. 35. Я желаю, Индра народа, чтобы ты соблюдал условие*, заключённое (тогда) в собраньи. Но пусть с воителями Дашархи тебя, сокрушившего недругов в битве, ожидает Нагапура, владыка!» 36. Тогда, узнав мнение, высказанное махатмой Пурушоттамой*, Достойный похвал праведный раджа, сложив руки, так молвил Кешаве: 37. — Несомненно, Кришна, ты, государь, — путь Пандавов*, сыны Притхи прибегают к твоей защите; Ты — изначальней времени, поэтому больше его; ты владыка, и Делатель и Дело; в этом нет сомненья. 38. Полностью все двенадцать лет миновали — урочные время, Кешава, Когда безвестно скитались сыны Панду: закончился владыка, тот путь Пандавов. 39. Мы всегда утешались такою мыслью: в правде стоят Пандавы и ты, Кешава! Следуя спасительной дхарме, Пандавы с домочадцами жёнами и родными прибегают к твоей защите! Вайшампаяна сказал: 40. Так беседовали Варшнея и Дхармараджа, Бхарата. Тогда старец-подвижник, многими тысячелетиями обременённый, 41. Появился с заката добродетельный, великий подвигом Маркандея, Нестареющий, бессмертный, богатый (добрыми) свойствами, прекрасный. 42. И выглядел он тогда, как если бы был двадцатилетним. Его, прибывшего, многотысячелетнего старца, риши, 43. Все брамины почтили, а также, с Пандавами вместе, Кришна. С полным доверием почтённому, лучшему риши, С одобрения браминов и Пандавов, ему Кешава молвил. Кришна сказал: 44. Сошлись брамины, Пандавы, Драупади, Я, также Сатьябхаймья, желая услышать великое слово 45. О некогда живших, чистую, вечную быль, Маркандея — О раджах, о женщинах, ришах поведай. Вайшампаяна сказал: 46. Когда они там уселись, дэва-риши Нарада Чистый духом прибыл, желая видеть Пандавов. 47. Ему, великодушному, все те мудрые туры-люди Принесли для омовения воду, согласно обряду аргхья. 48. И дэва-риши Нарада, зная, что они внимать готовы На обращённую к ним речь Маркандеи дал согласье. 49. Знающий (должное) время, вечный, как бы с улыбкой так молвил: «Что надлежит услышать Пандавам, рассказывай, дэва-риши!» 50. После тех слов стал говорить Маркандея, великий подвижник: «Внимательны будьте, предстоит обширная повесть!» 51. Так он сказал и напрягли внимание дваждырождённые вместе с сынами Панду; Пристально, как полудённое солнце, они взирали на великого муни. Вайшампаяна сказал: 52. Видя, что внемлют они, Пандава, раджа кауравов, Молвил великому муни: «Повествуй, чтобы мы познали, 53. Деяний дэвов, дайтьев, великодушных ришей И всех раджа-ришей ты — древний знаток, владыка. 54. В размышлении нашем ты примешь участье и давнишнее наше желанье уважишь. Здесь (присутствует) и сын Дэваки, прибывший для свидания с нами. 55. Рассматривая поведение злонравных сынов Дхритараштры, Я размышлял о том, как я лишился счастья, и мысль у меня возникла: 56. Человек — творец (плодов) своих дел, хороших и нехороших, Но как же он плоды своих дел получает, владыка? 57. Откуда счастье, несчастье людей, лучший из дваждырождённых? Здесь ли последствия дел наступают иль в ином теле? 58. Преследуется ли дурным иль хорошим воплощённый, покидая тело? Здесь ли он попадает в узы иль после ухода о лучший из дваждырождённых; 59. Согласно ль закону здешнего мира иль мира иного? Где пребывают дела отошедшего человека, потомок Бхригу? Маркандея сказал: 60. То, что ты сказал вопрошая, действительно так и есть, лучший из одарённых словом, Подлежащее познаванию тебе известно, лишь достоверности ради ты вопрошаешь. 61. Итак, я тебе отвечу; внимай, сосредоточив разум! Человек достигает хорошего, дурного и здесь, и потусторонне. 62. Незапятнанными, с чистыми телами сотворил воплощённых, А также сущность закона*, изначально возникший Владыка тварей*. 63. Исконные, чистые люди, волевые, не введённые в заблужденье плодами, Воистину верные, правдивые, отождествлялись с Брахмо, лучший каурава. 64. Богоподобные, все они по своей воле странствовали в широком небе; Странствуя, по своей воле, они возвращались (на землю); 65. По своей воле странствуя, по своей воле они умирали Мало связанные, без страданий, без горя, совершенства ради. 66. Сонмы богов они лицезрели, великодушных ришей. Владея собой, свободные от самости, все законы они выполняли. 67. Тысячи лет они жили, тысячи сынов они имели. А в другое время, странствуя по земной шири, 68. Жили люди, подчинённые майе, обуянные вожделением, гневом; Они разлучались с телом, обуянные жадностью, заблужденьем. 69. Неблагими делами до скотского состоянья* доходили злодеи И в разных кругах воплощенья* являлись снова и снова. 70. С заблудшими желаньями, с заблудшей волей, с заблудшим знаньем, Во всём сомневаясь, запутывались они, рассеивая горе. 71. Запечатленные, известные неблагими делами, Заблудшие, многими болезнями (отягчённые), скорбные, плохого рода, 72. Недолговечными они бывают; плоды злых, жестоких дел вкушают, О разных желаньях они в молитвах просят, раздробленным сознаньем Сущее отрицают*. 73. Путь человека после ухода сообразен его здешним поступкам, сын Кунти. «Где же хранилище для потерявшего знанье, 73. Где пребывая, он получает (плоды) хороших и дурных поступков?» Так (ты вопрошал). Слушай благое ученье об этом. 74. Тот человек, дэвом-творцом воплощённый впервые, Хорошего и плохого великое множество совершает. 75. В конце жизни он сбрасывает при исходе тело* И непосредственно возникает в (ином) лоне, промежуточного бытия для него не существует. 76. Тут за ним как тень всегда следует им совершённое дело, Ради хорошего или дурного плода он родится. 77. Завершающий жизнь благими признаками отмечен, Или дурными, иль никаких не получает; так различают те, кому ведома мудрость. 78. Вот, что называется путём неразумного, Юдхиштхира. А теперь постигни другой, высший — путь обладающих знаньем. 79. Умертвившие плоть мыслители, высшая цель которых Агамы*, Стойко держат обеты, радостно учителю внемлют высшая цель их — правда. 80. Их рождение чисто, они добронравны, терпеливы щедры, поистине великолепны; Отмеченные добрыми знаками*, обычно они попадают в чистые лона. 81. Победив чувства они (укрепили) волю; будучи чистыми, они мало подвержены болезням; Они мало связаны, не нападают (хотя и) бесстрашны. 82. Пошатнувшись и попав в утробу, подлежа безусловно рожденью, Своего высшего Атмана* они постигают очами знанья. 83. Те риши-махатмы, с полной наглядностью постигшие Агамы, Приняв на этой земле (плод) действий, в мир богов* уходят снова. 84. Получают удачу люди или в силу рока, или делами, Или жертвами, но продумай ещё иное рассуждение, раджа. 85. Такую притчу постигни, лучший из говорящих, В мире людском, это следует принять за высшее, так полагаю. 86. Для иных существует здешнее, но не потустороннее для других — потустороннее, а не здешнее, Юдхиштхира, Для некоторых и здешнее и потустороннее; для иных же ни здешнего, ни потустороннего не существует*. 87. Даже тех, у кого много богатства, кто всегда готов разукрасить тело, Даже таких этот мир не всегда радует усладами тела*; лучший воитель. 88. Для причастных йоге, прилежных в подвиге, чтении закона, для тех, что нравственностью до старости поддерживают тело, Что победив чувства, плоть умерщвляют, для тех иной, а не этот мир существует, врагов крушитель. 89. Для тех, которые прежде всего пребывают в законе*, которые вовремя получают богатства И появ жён, для себя творят возлиянья жертвы для таких этот мир (существует). 90. Для тех, кто не ищет знанья, ни умерщвления плоти, ни даже потомства, Что не гонятся ни за утехой, ни за наслажденьем, для таких нет ни этого, ни иного мира*. 91. Все вы, владыки, превосходные витязи, божественно могучие, попавшие в плотное тело, Изучившие науку, ради дела богов* в этот мир явились. 92. Совершив великие деяния, витязи, соблюдая самообладанье, воздержанность, подвиг, Высоконравственные, удовлетворив богов, ришей и предков, 93. Высшего неба, обители добродетели постепенно достигнете своими делами. Не сомневайся, владыка кауравов, после своего великого горя ты узришь вершину счастья! Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 183 глава Глава 184 Вайшампаяна сказал: 1. Тогда сказал сын Панду махатме Маркандее: «Повесть о величии души главных дваждырождённых мы желаем слышать». 2. На эти слова владыки великолепный Маркандея, Махатма, искушённый во всех Писаниях, молвил — Маркандея сказал: 3. Родоначальник хайкейцев, вражеских городов победитель, раджа, Обладающий юношеским телом, сильный, увлекался охотой. 4. По лесу, заросшему травой и лианами, блуждая однажды, Невдалеке он увидел муни, одетого в шкуру чёрной лани. 5. Приняв за лань, убил его в лесу тот раджа; И совершив это, он был подавлен горем. 6. Придя к хайхейцам, в присутствии возвышенных духом раджей, Этот юный владыка земли, с голубыми*, как лотос, глазами, Тогда им всё рассказал, как случилось. 7. Он ведь ранил, сынок, молчальника, питающегося корнями, плодами! Выслушав и там увидев (убитого), они опечалились сердцем*. 8. «Чей он?» — так все (твердили), растерявшись мыслью. И направились они в обитель Ариштанеми-Таркшьи. 9. Поклонясь тому махатме, муни, твёрдому в обетах, Все стали перед отшельником; их поклоненье он принял. 10. Они сказали махатме: «Благосклонности, муни, Мы недостойны твоей: по недосмотру мы смертельный вред нанесли брамину». 11. Сказал им тот певец-риши: «Как вы убили брамина? И где, скажите, тогда узрите моего подвига силу!» 12. Те всё, как было, без утайки (ему) рассказали, Но, разыскивая бездыханного риши, они в смятеньи, 13. Покрасневшие, не могли его найти: как в грезу ушло их сознанье. Тогда им сказал муни Таркшья: «Вражеских городов победители (раджи), 14. Да оживёт брамин, погубленный вами. Царь, ведь это мой сын, исполненный подвига, силы!» 15. Тогда увидев того (убитого) риши, они изумились предельно: «Великое чудо» — они восклицали, земли владыка: 16. «Как приведён (сюда) тот умерший, возвращённый к жизни?! Сколь велик могучий подвиг, ему вернувший дыхание снова, 17. Мы бы слышать желали, певец, коль услыхать это можно!» Он им ответил: «Царь, смерть над нами не властна. 18. Причину того и следствие сообщу вам вкратце. Мы правду познали в сердце, не творим кривды, Мы стоим в своём законе, поэтому смерть не страшит нас; 19. Мы повествуем о том, что благо в браминах, Не говорим о неправедном их поведеньи, поэтому смерть не страшит нас. 20. Гостей и слуг накормив досыта, Мы вкушаем остатки трапезы, поэтому смерть не страшит нас. 21. Умиротворённые, мы собой владеем, терпеливы нравом, поэтому смерть не страшит нас. В чистом краю мы живём, поэтому смерть не страшит нас. В блистательном* краю мы живём, поэтому смерть не страшит нас. 22. Самоотверженные*, да будет вам это известно, (хотя бы) в малой мере. Идите же все вместе и страшитесь злого!» 23. «Да будет так!» — те сказали, совершив поклоненье махатме; И, радуясь*, в свою сторону раджи пошли, тур-Бхарата. Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 184 глава — ПОВЕСТЬ О ВЕЛИЧИИ ДУХА БРАМИНА Глава 185 Маркандея сказал: 1. Вот ещё узнайте от меня о величии души браминов. Здесь жил раджа-риши по имени Вайнья; он пожелал совершать ашвамедху*. 2. За богатствами к нему собрался отправиться Атри, так мы слыхали*, Больше стремившийся к богатству, нежели то полагается по Закону. 3. Великолепный задумал отправиться к Лесу*. Праведную супругу и сыновей позвав, так он молвил: 4. «Я хочу получить добротный плод, непревосходимый, обильный. Скорей дозвольте идти мне к благому Лесу. 5. Отвечала ему блюдущая закон супруга: «К великодушному Вайнье, (сыну Леса) придя, проси у него большого богатства. 6. И даст тебе безмерное богатство тот, готовящийся к жертве*, раджа-риши. Тогда, приняв и получив, брахма-риши, великое даянье, 7. Слуг и сынов оделив, по своему желанию* странствуй. Это — высшая обязанность, так утверждают знатоки Закона». Атри сказал: 8. О причастная великой доле*, говорил мне махатма Гаутама, Что усерден в законе и преисполнен благих обетов сын Леса. 9. Однако там живёт много ненавидящих меня дваждырождённых; Поэтому я и не решался на то, о чём говорил Гаутама. 10. Там ведь хорошие речи, начатые ради долга, Которые скажу, пустыми потом назовут (брамины); 11. Но теперь я пойду, многопознавшая, нравится мне твоё слово: Коров и великое скопище богатств даст мне сын Леса. 12. Сказав это, на жервоприношенье к Вайнье отправился великий подвижник. Придя на место совершенья обряда, Атри ублажил раджу. 13. Благословляющей речью почтив, вымолвил слово. Атри сказал: Раджа, ты богат и знатен, на земле ты первый владыка. 14. Множество муни славят тебя, нет равного тебе знатока закона! Риши, великий подвижник, тогда сказал ему гневно*. 15. Не говори подобные речи, Атри, ты не знаешь порядка! Атри, ведь нас поставил первыми владыка существ, великий Индра. 16. Атри ж, о царь царей*, возразил Гаутаме: «А этот законодатель* разве не подобен владыке существ, Индре? Пойми своё заблужденье, ты не стоишь в познаньи!» Гаутама сказал: 17. Я знаю, что не заблуждаюсь, а ты вот впал в заблужденье — Ты хочешь видеть раджу в собраньи людей, оттого и хвалишь. 18. Высшего закона ты не знаешь, ни его цели. Куда тебе старцем быть, ты бессмысленный ребёнок! 19. Так они бранились на глазах у всех муни, Собравшихся для обряда жертвы и те вопрошали: «О чём эти двое? 20. Кто их обоих пустил в это собранье Вайньи? Затеявшие перебранку присутствуют (здесь) по какой причине?» 21. Тогда великий праведник, сын Кашьяпы, знающий все законы, Рассказал о тех двух, затеявших перебранку. 22. Затем присутствующим сказал лучший муни Гаутама: «(В ответ) на поднятый о нас вопрос, слушайте это, лучшие из познавших! 23. "Вайнья есть законодатель", так утверждает Атри; у нас же в этом большое сомненье». Этому вняв, те махатмы муни бегом пустились 24. К Санаткумаре, знатоку Закона, разрешить сомненье. Выслушав их слово, великий подвижник досконально Тогда им ответил таким закономерным словом; Санаткумара сказал: 25. Брамин вместе с кшатрием и кшатрий вместе с брамином Соединясь испепеляют врагов, как леса — с Марутой Агни*. 26. Ведь раджа — представитель закона и владыка народа, Значит он — Шакра, Дхатар и Брихаспати, 27. Владыка тварей, самодержец, верховный правитель, владыка земли, кшатрий — Таким словом его восхваляют; почтить его, кто не должен? 28. Потомок древнего лона, победитель в битве, радостный владыка, Гнедой* победный конь Индры, приводящий в небо — так почитается раджа. 29. Он — истины лоно, знаток благого, блюдущий закон, и правду. Риши, опасаясь беззакония, даровали кшатрию силу; 30. В небе, среди богов, блеском тьму разгоняет Солнце, Также и царь на земле беззаконие разгоняет силой. 31. Поэтому на превосходство раджи указывают Шастры. Совершенствуясь, вверх направляясь становятся раджей, Я кончил. Маркандея сказал: 32. Тогда среди своих возрадовался пресловутый раджа; Довольный, он молвил Атри, его восхвалившему раньше: 33. «За то, что ты назвал меня первым среди людей победным, Всем богам равным, лучшим, о брахма-риши, 34. Я жалую тебе многие, разнообразные богатства: Тысячу прекрасноликих служанок, в убранствах, хорошо одетых; 35. Десять миллионов золотом*, золотых украшений также на десять миллионов; Я это даю. Тебя считаю всезнающим, брахма-риши. 36. Почтённый, получил всё перечисленное Атри; Обратно в свой дом вернулся великолепный, великий подвижник. 37. Преданным своим сынам, довольный, он отдал богатства; А сам отправился в пущу совершать умерщвление плоти. Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 185 глава — ВЕЛИЧИЕ ДУШИ БРАМИНА Глава 186 Маркандея сказал: 1. О, вражеских городов победитель, вот что спела Сарасвати Вопросившему её отшельнику, мудрому Таркшье. Слушай, витязь. Таркшья сказал:* 2. Что здесь для человека благо, счастливая? Что должен он делать, чтобы свой долг не нарушать? Полностью это скажи мне, чарующая всеми частями тела, что выполнять мне нужно, чтобы свой долг не нарушить? 3. Как подобает мне приносить жертву Агни, в какое время следует воздавать ему поклоненье, чтобы не нарушить долга? Поведай всё это, благая, чтоб мне незапятнанным странствовать в мире. Маркандея сказал: 4. Так вопрошённая им, полным приязни, возвышенным, разумным, Преданному долгу сыну Дакши, певцу, слово такое промолвила Сарасвати: 5. — Кто знает Брахмо согласно указаниям*, кто постоянен в изученьи Закона, без нерадивости, чистый. Тот, поднявшись превыше мира богов, вкушает радость единенья с бессмертным. 6. Там — отрадные, обширные, беспечальные, цветущие озёра Без ила, рыбные; золотистыми лотосами они покрыты. 7. Праведные на их берегах обитают, блаженствуя с апсарами, каждый особо, В радости безмерной, среди благовоний, в золотых убранствах. 8. Давший корову достигает высшего мира, давший быка — мира солнца, Давший одежды — мира луны, кто же золото дал, идёт к бессмертным. 9. Кто даёт хорошую, блестящую, быструю, красивую, дойную корову — Будет жить в мире богов столько лет, сколько у неё волосков на теле. 10. Кто даёт тяглого, очень послушного, смелого вола в упряжке, Сильного, подъяремного, молодого, тот получит такие ж миры, что и десять коров дающий. 11. Кто даст рыжую корову, с латунно-жёлтым выменем, с попоной, а также ценные одежды, Тот человек получит с такими же качествами Камадук, корову, желаний: 12. Сколько волосков у коровы, столько будет плодов у дающего корову, У его сыновей и внуков, до седьмого поколенья он устранит заботы всего рода. 13. Кто даст дваждырождённому прекрасную корову с вызолоченными рогами, с выменем латунно-жёлтым, Роскошные верхние одежды, сезам, богатства, тот достигнет мира богатых. 14. Кто за свои дела попадёт в премрачный ад, что сторожат данавы, Тот силой дара коров в иной мир переходит, как через море корабль, подгоняемый ветром. 15. Кто брамину даст девушку, певец, или землю подарит, Или (иные) подаст дары по уставу, тот получит мир Пурандары-Индры. 16. Кто, добронравный, возливает прилежно в жертву огню топлёное масло, Таркшья, Тот семь поколений потомков и семь поколений предков и себя самого очищает обрядом. Таркшья сказал: 17. Вопрошающему, мне сообщи, прекрасная, как приносить жертвы огню по древнему уставу, Дабы, наставленный тобой, я здесь познал бы древний устав агнихотра. Сарасвати сказала: 18. Неомовенный и даже (только) с неомытыми руками, непредусмотрительный брамин не должен приносить жертвы, Ибо любящим чистоту богам неугодны возлияния неверующего, на такие они не обращают внимания. 19. Незнающий Шрути не должен участвовать в возлияньях богам; его возлияния были тщетны и раньше. Но, говорят, что не бывало незнающего Шрути (брамина); Подобному нельзя совершать агнихотры, Таркшья. 20. Те, что постясь, преисполнены веры, поистине преданные, съедают остатки жертвы, Достигают мира коровы и видят благоуханного, истинного Бога. Таркшья сказал: 21. Недоумевая, вопрошаю тебя, кто ты, чарующая, благая — божественное ли Знанье, Иль знающая поле, из запредельного мира пришедшая, или ты Разум, превзошедший карму и остальное?* Сарасвати сказала: 22. Я пришла разрешить сомнение об агнихотре брахма- ришей, В силу единенья с тобой я это сказала, я пребываю в бытии и поэтому (возвещаю) правду. Таркшья сказал: 23. Нет ни одной, подобной тебе, как Шри ты сияешь безмерно, Бесконечно дивен твой образ и дивное ты несёшь познанье, богиня! Сарасвати сказала: 24. Знатоки обрядов в жертвоприношении приносят всё лучшее, из людей наилучший, От этого я возрастаю, певец, и становлюсь прекрасной. 25. Из вещей, приносимых в жертву — глиняных, деревянных, железных — (Возникает) твоё совершенство в красоте и познаньи. Таркшья сказал: 26. Считая это высшим человеческим счастьем, подвизаются великие муни. Скажи мне о высшем беспечальном освобожденьи, которого стойкие достигают; Санкхья-йогу считают высшей*; более высокой и древней — не знаю. Сарасвати сказала: 27. Той высшей из йог, выдающейся, древней, Вед знатоки достигают, Преданные изучению Шрути, чистые, преисполненные подвига, свободные от горя. 28. Посредине её благовонный бамбук*, огромный, тысячеветвистый сияет, Из-под его корней выходят чистые, медвяные реки. 29. Великие, с песчаным ложем, они всё дале ветвятся. Здесь — рисовое печение, мясо, также съедобные корни, вечно чистые воды. 30. Здесь боги во главе с Агни, вместе с сонмом Марутов Совершили жертвоприношения* лучшими возлияниями; это моя высочайшая обитель. Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 186 глава — БЕСЕДА САРАСВАТИ С ТАРКШЬЕЙ Глава 187 Вайшампаяна сказал: 1. Тогда Пандава сказал певцу Маркандее: «О Ману, сыне Вивасвана, сказанье поведай». Маркандея сказал 2. Подвигом сиял сын Вивасвана, великий риши; Этот тигр-человек Вивасвану достоинством был подобен. 3. Отличаясь умерщвлением плоти, великолепием, красотой и силой, Ману превосходил отца своего и деда. 4. На огромной горе Бадаре, о царь народа, воздев руки, Стоя на одной ноге, он совершал чрезвычайное, великое умерщвление плоти*. 5. Затем десять тысяч лет суровый, ужасный подвиг он совершал: стоя вниз головой, не моргая, 6. Волосы на половине головы заплёл в косу*, одевался в лохмотья. Когда выполнял умерщвление плоти, рыбка к берегу подплыв, ему сказала: 7. «Владыка, я ничтожная рыбка и сильные рыбы меня пугают*, Поэтому благоволи спасти меня, благой в обетах! 8. Злополучную рыбку более сильные рыбы* Пожирают, такова наша неизменная, вечная доля. 9. Погружена я во множество бедствий, ты видишь, Благоволи же меня извлечь; воздам за услугу услугой». 10. Голосу рыбки вняв, сострадания полный, Сын Вивасвана Ману, взял её в руки. 11. Ману, сын Вивасвана, в воду перенёс рыбку, Сияющую как луна; он бросил её в горшочек. 12. Прекрасно присмотренная рыбка там выросла, раджа, Оберегал её жизнь Ману, как отец сына. 13. Увидев Ману, тогда рыба снова сказала: «Владыка праведный, перенеси меня теперь в иное место!» 14. Поэтому владыка Ману тогда её из горшочка вынул И в большой пруд перенёс Ману ту рыбу. 15. Туда, о вражеских городов победитель, Ману её бросил. Через много-много лет опять выросла рыба. 16. На две йоджаны и ещё на одну озеро то простиралось, Но и тут, о голубо-лотосоокий, рыба (уже) не вмещалась*. 17. О властитель мира, в том озере она не могла повернуться, сын Кунти, Тогда, увидев Ману, рыба молвила снова: 18. «Отправь меня, владыка праведный, в милую супругу океана, В Гангу, там жить я буду, иль поступай, как знаешь*. 19. Ведь я должна неуклонно выполнять твои указанья, Ибо я достигла огромного роста благодаря тебе, безупречный!» 20. Вняв этим словам, Ману, державный владыка, Понёс её в реку Гангу; бесконечный её туда собственноручно бросил. 21. Там рыба росла какое-то время, врагов покоритель, Потом, снова, увидев Ману, рыба молвила слово: 22. «Из-за своих размеров я не могу оставаться в Ганге, владыка. Направь меня в океан, владыка, там помести скорее!» 23. Тогда Ману, вынув рыбу из вод Ганги, Сам отнёс в океан, туда её выпустил, Партха. 24. И громадную рыбу, по её желанью, Тогда взял и понёс Ману, бережный в запахе* и касаньи; 25. Когда ж в океан её бросил Ману, эта рыба Такое слово, как бы с усмешкой, сказала: 26. «Закончено всё твоё превосходное попеченье, Время свершенья настало, так слушай меня со вниманьем! 27. Скоро всему подвижному и неподвижному, владыка, Всему наступит гибель, о причастный великой доле! 28. Потопа этих миров приблизилось время; Итак, я тебе возвещаю ныне твоё великое благо: 29. Предстоит всего подвижного и неподвижного потрясенье, Приспело ужасное, последнее время! 30. Сделать корабль надлежит, верёвками связанный* крепко; Вместе с семью ришами в него ты войдёшь, великий муни! 31. Все семена, что некогда указали брамины, Следует взять в корабль и тщательно хранить по их роду. 32. На корабле пребывая, жди меня тогда, друг народа, муни, Я прибуду; по этому рогу ты меня узнаешь, подвижник! 33. Так тебе надлежит поступить; я, простясь, удаляюсь; Без водительства переплыть те великие воды тебе не под силу. 34. Не сомневайся в этом слове моём, владыка!» «Так поступлю!» — ответил он рыбе. 35. И оба они разошлись по воле, отпустив* друг друга. Тогда, махараджа, как велела рыба, тот муни 36. Все семена захватил и затем поплыл по морю На хорошем корабле, о витязь, по великим волнам, врагов покоритель! 37. О земли владыка, Ману подумал о той рыбе. А рыба, ведая его мысль, городов покоритель, 38. Рогатая туда явилась, лучший Бхарата. Рыбу заметил, о тигр-человек, Ману в пресном море. 39. Как условлено, она была рогатой и горой вздымалась. О тигр средь людей; петлёй верёвку 40. Ману приторочил к рогу, что был на голове той рыбы. Пришвартованная петлёю рыба, городов победитель, 41. С большой быстротой потащила корабль по солёному морю*. На корабле она переправила их* через море, царь народа. 42. Вздымались волны, угрожали хляби, Буйный ветер качал корабль в том великом море, 43. Метался он, шаткий, как пьяная женщина, врагов победитель; Ни земли, ни сторон света с их промежутками не было видно, 44. О тигр-человек, всё было — вода, пространство и небо*. Таким стал этот мир целиком, тур-Бхарата! 45. Видны были только семь ришей, Ману, да рыба. Долго-долго корабль эта рыба* 46. Непрестанно тащила в громадах тех вод, раджа. Тогда к последней* вершине Химавата, о тур-Бхарата, 47. Рыба, о радость кауравов, туда притащила корабль И сказала тем ришам, улыбаясь спокойно: 48. «К этому отрогу Химавата привяжите корабль скорее!» Быстро пришвартовали риши, о тур-Бхарата, 49. Корабль к отрогу Химавата, послушные слову рыбы. Тот высочайший отрог Химавата стал называться «Корабельным причалом». 50. Так он зовётся и ныне, Каунтея, знай это, тур-Бхарата*. Тогда неморгающая* внезапно сказала ришам: 51. «Я — Брама, владыка существ, никто меня не превосходит. От этого бедствия вы мной спасены, образ (принявшим) рыбы. 52. Все существа: богов, асуров, людей в этом мире Ману пусть сотворит, всё, что подвижно и неподвижно. 53. Через воссиявшего суровейшим подвигом пусть всё возникнет; По моей милости в сотворенье существ не войдёт заблужденье»*. 54. Сказав такое слово, рыба мгновенно исчезла из вида; Сам же Ману, сын Вивасвана, создать желая твари, 55. Смутясь предстоящим твореньем существ, предпринял великое умерщвление плоти; Приобщась великому умерщвлению плоти, он создал твари. 56. Так Ману самолично (утвердил) все существа в бытии, о тур-Бхарата. Так возвещается древняя быль по имени «Рыба». 57. Итак, возвещена эта повесть, недоброе она уносит. Кто с изначала внимает о деяньи Ману постоянно, Тот человек, исполнив все цели, свободный, весь мир проходит. Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 187 глава — СКАЗАНИЕ О МАНУ Глава 188 Вайшампаяна сказал: 1. Тогда снова и снова преславного Маркандею Вопрошал полный смирения Юдхиштхира, праведный раджа: 2. — Не одну тысячу юг видал ты, великий муни; Кажется, нет никого, кто б возрастом был тебе равен; 3. За исключением Махатмы, великого Брамы, По возрасту тебе подобного нет, брамин превосходный! 4. В земном* этом мире, лишённом богов и данавов, Во время пралаи ты один предстоял перед Брамой. 5. Когда ж завершилась пралая и пробудился Предок, Ты один лицезрел существ творенье 6. Четырёхвидных, брахма-риши, как в действительности (его) совершил Верховный. Когда возникли стороны света, стал туда-сюда метаться ветер. 7. На твоих глазах (вершил) гуру мира, великий Предок; Этого ты достиг величайшим самоуглублением*, лучший из дваждырождённых. 8. Ты, певец, являл пример неоднажды, Предаваясь умерщвлению плоти, ты побеждал мудрых (в этом). 9. Сказано: ты (самому) Нараяне подобен; Вишвакарман*, художник Вишну, да ты, владыка, 10. Вы дивную серьгу Брамоподобного похитили когда-то И с твоей помощью тот* показал себя золотарём других искусней. 11. Поэтому смерть, старость, разрушение тела, По милости Всевышнего, тебя не касаются, брахма-риши. 12. Когда солнце, луна, огонь, также ветер, Небо и ширь (земная), всё исчезает. 13. Когда гибнет подвижное и неподвижное и мир становится морем — Гибнут сонмы богов и асуров, никнут великие земли, 14. Перед погружённым в покой Безмерным Духом, у которого лотоса семя на стяге, Ты один предстоял перед Брамой, всех существ владыкой. 15. Так созерцал ты всё некогда бывшее, лучший из дваждырождённых, Поэтому о причине всего конечного от тебя хочу я слышать. 16. Только ты один пережил так много, лучший из дваждырождённых, Нет для тебя ничего неведомого во всех мирах извечно. Маркандея сказал: 17. Хорошо, повествовать я буду, Самосущему совершив поклоненье, Древнему, непреходящему, извечному Пуруше 18. Непроявленному, тончайшему, о тигр-Бхарата, Качественному и бескачественному, в одеяниях жёлтых* Джанардане. 19. Он — творец, разрушитель, Атман существ, созидатель существ, владыка. Его именуют Непосредственным, Очистителем, великим Чудом, 20. Безначальным, Сущим, Вселенной, Непреходящим, Вечным. Несотворённый Творец, он в плотном — причина. 21. Хотя ведает этот Пуруша, но Веды его не знают*; Все чудеса он вмещает, о лучший раджа! 22. От начала, тигр-человек, и до конца всего преходящего мира*. Считается четыре тысячи лет крита-юги; 23. Известно: в сумерках утра её и сумерках вечера столько же сотен. Следующие три тысячи лет называются трета-юга; 24. В сумерках утра и в сумерках вечера — столько же сотен. Далее в две тысячи лет измеряется двапара-юга; 25. Сумерки её утра и сумерки вечера — по двести лет так считают. Далее известно, что тысяча лет в кали-юге; 26. По сотне лет в сумерках её восхода и заката, Постигни: сумерки восхода и заката одномерны; 27. Когда заканчивается кали-юга, наступает (опять) крита-юга. Эти двенадцать тысяч лет известны, как целая юга. 28. Считается, что мера в тысячу лет — день Брамы. Вселенная в обители Брамы вращается постоянно. 29. О тигр-человек, ведают мудрые тех миров (растворенье), пралаю; Не много чего остаётся в конце юги, тур-Бхарата! 30. Считается, что в последнюю тысячу лет преобладают неправедные люди. Тогда сохраняется лишь видимость жертв и даров, сын Притхи! 31. В это время сохраняется лишь видимость обетов, Брамины занимаются делами шудр, наживают богатства, как шудры*, 32. Даже делами кшатриев* занимаются, когда настаёт конец юги, Прекращают обряды, жертвы, изучение Шрути; палицей себе на жизнь добывают. 33. Всё (без разбора) будут вкушать брамины в кали-югу, Не будут шептать молитв* брамины, а шудры, сынок, предадутся шептанью. 34. Тогда будет предвестник гибели в извращённом мире: (Появится) много чужих царей на земле, владыка народа; 35. Неправедно они будут править, погружённые в зло, в лжеученье: Андхи, шаки, пужинды, греки*, земли владыки, 36. Богатыри камбоджи*, вахлики, бесстрашные великие мужи. (Люди) будут слабосильны, малоотважны, нерешительны, недолговечны. 37. Малосочны, тщедушны, говорить правду не будут. Населённые местности запустеют, в стране будут кишеть хищники, змеи. 38. Когда наступит конец юги извращённо будут жить, учить о Браме*; Шудры будут говорить надменно*, будут говорить нечестиво брамины. 39. В конце юги, тигр-человек, будет много тварей. Обоняние не будет сочетаться с запахами*, владыка народа, 40. И вкус, тигр-человек, не будет сочетаться с приятной (пищей)*. У многих существ будет уродливое тело*, извратятся поведение, нравы, Женщины будут заботиться о лице в конце юги, раджа. 41. Смертные муки* поразят народ, взыграет дротик Шивы. В конце юги, раджа, женщины будут распутны. 42. Маломолочными станут коровы, владыка народа, Деревья — малоцветущими, неплодоносными; размножатся вороны*. 43. От безвластных* царей, осквернённых убийством браминов, Дваждырождённые примут дары, земли владыка! 44. Они будут безумными, жадными, полны лицемерия; Подаяния ради дваждырождённые пройдут все страны. 45. Запуганные, отягчённые веном, домохозяева станут ворами; Муни тайком будут заниматься торговлей. 46. Дваждырождённые лицемерно будут отращивать волосы и ногти*; О тигр-человек, тогда в жадности брахмачарьи 47. В обителях предадутся разврату, будут пьянствовать, осквернять ложе гуру; Обмирщенные (свою) плоть и кровь будут холить. 48. Много раскольников, хвалящих чужое, не говорящих правдиво, Появится, тигр-человек, в конце юги. 49. Не по порядку посылать будет дождь владыка, повелитель зноя, Будут неправильно прорастать семена, Бхарата. 50. Злорадными станут люди, им чистоты не достигнуть О плодах беззакония помышляя, безупречный. 51. Тогда, если защитник земли будет предан закону, Недолговечным он, полагать надо, будет, ибо закон упразднится. 52. Обмеривая и обвешивая обычно, продавать товар будут люди, И вся торговля, тигр-человек, станет сплошным обманом. 53. Избегать будут праведных, возвеличивать худших люди; Праведники бессильными станут, а беззаконие укрепится. 54. Праведные люди станут недолговечны и нищи, Беззаконные — богаты и долговечны в конце юги. 55. Увеселительные места городов (наполнят) беззаконные в конце юги. Будут действовать беззаконнейшие поколенья, 56. Недружелюбные, преисполненные гордыни, В торговых делах* покачнётся доверье, бесчестными станут люди, 57. Полные злодейства, норовясь стащить и зарытое, раджа, Стойких людей не будет, бесчестные станут плодиться. 58. Упыри, хищные птицы, звери Будут шнырять в городских садах, на кладбищах*. 59. Восьми, даже семилетние женщины, царь, будут носить во чреве, А у двенадцатилетнего мужчины сыновья родятся. 60. Волосы будут седеть у шестнадцатилетних, Конец жизни людей наступать будет быстро. 61. Погубив здоровье, молодые будут на стариков похожи, А старики будут вести, себя как юнцы, махараджа. 62. Развратными, неблагими, неверными будут тогда считаться жёны, Со слугами, даже с животными будут сходиться. 63. Витязей нечестивые жёны, царь, будут сходиться с (любым) мужчиной, С другими нарушать будут брак, даже при жизни супруга. 64. За последнюю тысячу юги, когда конец века наступит, Произойдёт, махараджа, многолетняя засуха. 65. Тогда истощённые существа земные, По большей части, найдут погибель, земли владыка. 66. Тогда семь (солнц), пламенных творцов дня, владыка народа, Выпьют всю воду в океанах, реках. 67. Всякие травы, даже деревья, повысохнут, Бхарата, Всё превратится в пепел, тур-Бхарата. 68. Тогда губительный огонь завихрится ветром, Бхарата*, Он проникнет в мир, что некогда Адитьи украшали; 69. Затем, рассекая земную поверхность, он проникнет в недра, Породит великий ужас в богах, данавах, якшах. 70. Он сожжёт мир нагов и всё, что здесь — погубит, Пребывая внизу, защитник земли, он всё погубит мгновенно. 71. Тогда сотни, тысячи двадцаток йоджан Губительное пламя испепелит, завихряемое недобрым ветром. 72. Богов, асуров, гандхарвов, якшей, ракшасов, нагов Испепелит он, весь преходящий мир, все стороны света. 73. Тогда в венце сверкающих молний, стаду слонов подобно, Встанут огромные тучи, ужасные видом. 74. Иные — иссиня-чёрные, другие — как голубой лотос, Иные — цвета его тычинок, содержат* шафранный напиток иные, 75. Иные сизые, подобно кукушке*, другие — цвета «вороньего глаза»*, Иные — лепестки лотоса напоминают, киноварью блещут другие. 76. Иные громоздятся диковинным городом, иные на слонов похожи, Иные распластались мазками, иные с морским чудищем* схожи. 77. Охваченные перевяслом молний вздымаются палицы- громы. С грохотом страшным, рёвом, ужасные видом, махараджа, Весь небосвод заволокут дождевые тучи; 78. Они заполнят всю землю, леса и горы, Всё затопят водные хляби, раджа. 79. О бык-человек, тогда несущие дождь и горе, ревущие тучи Наплывают отовсюду, гонимые Всевышним. 80. Великими дождевыми водами они покрывают существ опору (землю), Ужасные, неблагие, ревущие они губят огонь-очиститель. 81. В течение двадцати лет несущие влагу туда наплывают. Водой пропитывают землю, их гонит Махатма. 82. Из берегов тогда океан выступает, Бхарата, Раздираются горы, земля погружается в воды. 83. Небо повсюду окутали тучи; внезапно ж, Сгрудясь, они исчезают: их быстрый разносит ветер. 84. О царь народа, тогда Самосущий, Извечный, Пребывающий в лотосе* Бог, выпив тот страшный ветер, засыпает, Бхарата! 85. Движущееся и неподвижное в том ужасном море гибнет, Гибнут сонмы богов, асуров, исчезают ракшасы, якши… 86. Нет людей, животных, растений, защитник народа! Один я не убитый* в поднебесном мире блуждаю… 87. О превосходный царь, одиноко странствуя по волнам ужасного моря, Не видя никаких существ, я впал в изнуренье. 88. Далеко-далеко заплыв, повелитель народа, Неунывающий, хотя и усталый, некоего прибежища я достигнул: 89. Как-то узрел я средь водяных хлябей, земли владыка, Вниз корнями растущее* дерево, огромное- преогромное. 90. Под простёртыми корнями того дерева, владыка народа, На ложе, застланном дивным ковром, земли защитник, 91. Ребёнок лежал, похожий на лунный лотос, Широкоглазый смотрел, махараджа, как распустившийся лотос; так я увидел, Бхарата. 92. И пришёл я в великое изумленье, земли защитник, Как же это дитя лежит, когда мир погибнул? 93. Раньше не видал я это дитя ни силой тапаса, ни размышленья, Хотя настоящее, прошедшее и будущее ведомы мне, владыка народа. 94. Цветом (дитя) было цветку льна* подобно, украшено знаком шриватса; Как проявленная обитель Лакшми он навсегда* воссиял мне. 95. Тогда сказал мне лотосоокий младенец, Несущий Шриватсу, пламенное, отрадное слуху слово: 96. «Знаю, ты утомлён, Маркандея, отдохновенья желаешь, Сколько хочешь здесь пребывай, сын Бхригу! 97. Войди внутрь, в моё тело проникни, лучший муни, По моей милости в своём бытии я уготовал для тебя обитель». 98. Когда мне сказал так младенец, Бхарата, Ото всего человеческого и долгой жизни я отрешился. 99. Затем тот младенец уста отверз внезапно; Я, по его воле в уста проникнул силой рока 100. И сразу вошёл в его чрево, людей повелитель! Там увидел я царства земные, усеянные городами, 101. Гангу, Шатарду, Ситу, Ямуну, Каушики, Чараманвата, Ветравати, Чандрабхагу, Сарасвати, 102. Синдх, Випашу и реку Годавари, Озеро Васваку, Налини, Нармаду, (потомок) Бхараты, 103. Реку Тамра, чистоводную, счастливую Вену, Сувену и Кришнавену, великую реку Имру, 104. Ватасту, великую реку Ковери, махараджа, Шону, тигр-человек, Вишалью, Кампуну; 105. Эти и ещё другие реки, что по земле проходят, Я увидал во чреве того Махатмы, из людей наилучший! 106. Тогда, обитаемый стаями водяных существ, океан я увидел, Даятель сокровищ*, величайшее водохранилище, врагов губитель! 107. И небосвод увидал, озарённый луной и солнцем, Там звёзды сияли, огню и молнии равные блеском. 108. Видал я, раджа, разубранную лесами землю, Где многие торжественные жертвы брамины приносили, раджа. 109. Кшатрии (там) проживали, соблюдая все предписания их касты, Вайшьи благоразумно земледелием занимались, царь народа, 110. И радовались повиновению дваждырождённым людишки (шудры), (Все) они копошились в утробе Махатмы, раджа. 111. Химават-гору я видел со снежной вершиной, «Осевшую» и «Светлую» с (их) серебряными рудами видел. 112. Видел я, властитель земли, также гору Гандхамандану, И Меру, тигр-человек, также великую Синюю гору. 113. Видел я, махараджа, и Золотую гору, Махендру-гору я видел и высочайшую Виндхью. 114. Малью также видал, Париятру-гору, Эти, много также других, поддерживающих землю. 115. Видел я в его чреве все сокровища и убранства; Львов, тигров, вепрей видел, людей повелитель. 116. И другие существа по земле ходили, владыка преходящего мира, Странствуя там, я всё тогда видел 117. Во чреве его, тигр-человек; я проникал во все страны: Все сонмы богов, Шакру и прочих я видел, 118. Праведных, рудров, Адитьев, гухьяков, предков, Змиев-нагов, прекраснопёрых*, Ашвин и васу. 119. Также, о царь земли, гандхарвов, апсар, якшей, ришей, Дайтьев, данавов, много нагов, людей повелитель. 120. Синхиков и разных других противников суров, Всё подвижное и неподвижное в мире я видел. 121. Всё я видел, раджа, в лоне того Махатмы; Питаясь плодами, я спешно прошёл через весь преходящий мир, владыка, 122. В теле того (Махатмы) сотни лет (пребывая); Но тому телу предела* не мог я видеть. 123. Размышляя (об этом), владыка, я в своём беге, Раджа, не мог достигнуть конца того Махатмы. 124. О его помощи тогда воззвал я по обряду. Подателя благ, величайшего Бога я сердцем (молил) и делами. 125. И с быстротой ветра я был извлечён мгновенно Из уст отверстых Махатмы, раджа. 126. Под ветвями того дерева с висячими корнями, владыка, Он пребывал, о тигр-человек, поглотив весь мир преходящий. 127. В том же образе младенца со знаком шриватса. Неизмеримо мощного увидел я снова. 128. Как бы с улыбкой, приветливо мне сказал Младенец, Носящий шриватса, излучающий свет, в золотой одежде: 129. «Истомлённый, ты, превосходный муни, ожил ныне В этом теле моём. Так я тебе говорю, Маркандея». 130. Новое зренье тогда у меня появилось внезапно, Его силой я себя увидал свободным, достигшим сознанья. 131. Его тёмно-красные стопы*, чудесные, стоящие твёрдо, Превосходно сложенные, с удлинёнными пальцами, сын мой, 132. С усилием взяв, себе на голову я поставил, Неизмеримую мощь его, безмерно могучего постигнув. 133. С усердием я приблизился, руки сложив смиренно, К лотосоокому богу, Атману (всех) существ, которого я (удостоился) видеть. 134. Сложив руки, дрожа, ему я сказал, совершив поклоненье: «Твою майю знать я хочу и тебя, Бог высочайший; 135. Через уста в твоё тело проникнув, владыка, Я узрел в тебе целиком весь преходящий мир, без остатка 136. В теле твоём пребывающий, Боже: ракшасов, богов, данавов, Якшей, гандхарвов, нагов, всё подвижное и неподвижное в мире. 137. По твоей милости, меня не покинула память, Я бежал в твоём теле, блуждая непрестанно. 138. И не по своему желанию вышел, а по твоему веленью, владыка. Я хочу, лотосоокий, тебя постичь, безупречный: 139. Почему ты, владыка, здесь пребываешь под знаком младенца. Вобрав в себя целиком этот мир, благоволи поведать. 140. Почему весь преходящий мир находится в теле твоём, непорочный? И до каких пор ему там пребывать, врагов укротитель? 141. С вожделением брамина хочу я это слышать, богов владыка, От тебя, лотосоокий, и действительности сообразно. 142. Этот вопрос мой непредставим*, владыка, Так я сказал. Бог богов святой, пресветлый, Одобряя меня, такое слово молвил, из говорящих наилучший. Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 188 глава — Глава 189 Бог сказал: 1. Хорошо. Поистине, певец, меня даже боги не знают, Но, благосклонный к тебе, я возвещу, как я вершу созиданье. 2. Ты почитаешь предков, риши-певец, и отдался под мою защиту, Оттого ты воочию созерцать меня можешь; великое это тебе наученье. 3. Некогда создал я воды людского сознанья*, Поэтому я навсегда наречён Нараяной; поистине, это — людей дорога. 4. Нараяна, так я именуюсь, непреходящий, великий, сущий; Всех существ я творец, разрушитель, о лучший из дваждырождённых. 5. Я Вишну, я Брама, богов Владыка, я Шакра, Вайшравана и владыка предков, правитель Яма. 6. Я Шива, Сома, также владыка существ Кашьяпа; Я Податель и Разрушитель, и Жертва, лучший из дваждырождённых. 7. Агни — мои уста, земля — ноги, луна и солнце — очи, Голова моя — небо, пространство и стороны света — уши; мой пот — это воды. 8. Моё туловище — небосклон* и стороны света, моя мысль — это воздух; Сотни возлияний мне совершают брамины, обильные дары получая. 9. Я пребываю в жертве богам*, знатоки Вед мне приносят жертвы; Цари земные*, Индры кшатриев, желая (достигнуть) неба, 10. Мне приносят жертвы; также вайшьи, ища небесного мира. Ограниченная четырьмя океанами, украшена Меру* — Мандара; 11. Став Шешей*, я её поднимаю, существ опору; Приняв образ вепря*, некогда мир преходящий, 12. Погружённый в воды, певец, (эту) землю я вытащил с силой; Как подводный огонь*, я семь Агни, о лучший из дваждырождённых. 13. Всегда владея знанием я выпиваю воду* (с земли) и (дождём) её испускаю. Брамины — мои уста, кшатрии — руки; вайшьи из моих ног возникли. 14. Из стоп — возникли шудры, в порядке (их) силы; Ригведа, Самаведа, Яджурведа и Атхарва 15. Из меня возникли и в меня вступают. Осуществившие Атмана, пекущиеся о предельном умиротвореньи, 16. Безгрешные, свободные от вожделения, ненависти, гнева, Знающие, отказавшиеся от личного начала, самости, стоящие в правде, 17. Меня почитают брамины, всегда обо мне размышляя. Я — всеобъемлющий огонь, я — всеобъемлющее пламя*; 18. Я — всеобъемлющее солнце, я — всеобъемлющий ветер*. То, что видно в образе звёзд на небосводе, 19. Знай, это корни моих волос*, лучший из дваждырождённых. Весь океан, податель сокровищ, и стороны света, 20. Этот чертог мой и ложе, исчезновение (мира) также ведай, Ради успеха деяний богов я тщательно их устроил. 21. Вожделение, гнев, радость, страх, заблужденье, Волосы это мои, знай (брамин), превосходный. 22. За совершенное и хорошее дело, певец, знай, воздаётся людям: За дар, правду, за суровое умерщвление плоти, за неврежденье 23. Согласно закону, данного мной тем, что живут в моём теле; Они поступают не по своей воле, а в силу данного мной распознаванья: 24. Творят различные жертвы, сосредоточенно изучают Веды — Этого достигают дваждырождённые, победившие гнев, умиротворённые духом. 25. Но достиженье такое не под силу людям незнающим, поступающим дурно, Подвластным жадности, утратившим Атмана, ничтожным. 26. У людей, осуществивших* Атмана, великий плод бывает, Но крайне трудно заблудшим достичь пути, доступного йогинам. 27. Каждый раз, наилучший, когда истощается дхарма И возрождается беззаконие, я сам себя созидаю*. 28. Когда предавшихся вредительству дайтьев не одолевают лучшие суры, И ужасные ракшасы восстают в этом мире, 29. Тогда в добродетельных семьях я сам себя рождаю — И всё умиротворяю, проникнув в человеческое тело. 30. Сотворив богов, людей, гандхарвов, ракшасов, змиев, Недвижное* и существа, я себя уношу своей майей. 31. Когда время действовать наступает снова я создаю непредставимое тело, Вхожу в человеческое тело, чтобы наложить на смертных узы. 32. В крита-югу я в белом цвете, в трета-югу — в жёлтом, В двапара-югу — в красном, а в кали—югу — в чёрном. 33. В это время для беззаконного три участи* бывают; Когда наступает последнее время, я становлюсь (губителем)*, ужасным Калой. 34. Я один уничтожаю подвижное и неподвижное, полностью три мира. Я — Атман вселенной, трёх путей* (владыка), всему миру несущий счастье. 35. Я — всепроникающий Владыка*, бесконечный, широкошагающий Хришикеша, Круговоротом времён один управляю; я — безвидное Брахмо. 36. Все существа привожу к покою, завершая конец всего мира. Но из существ, Индра певцов, меня никто не знает. 37. Поклонники во всём мире всячески меня почитают. То, что ты, брамин, как мучительное во мне воспринял, 38. Всё это к счастью ведёт; во благо тебе, безупречный, Всё подвижное и неподвижное, что ты видел в мире. 39. Ради бытия существ всячески располагается мой Атман; Половина моего тела* есть Предок всего мира, 40. Держащий раковину, диск и палицу именуемый Нараяной. В течение тысячи юг, о брахма-риши, 41. Я, Атман Вселенной, пребываю в грёзе* (и тем) все существа ввожу в заблужденье. Так я всё время здесь пребываю, лучший муни; 42. Не младенец, под видом Младенца, пока не постигнется Брахмо. О глава певцов, в образе Брамы я тебе предоставил милость; 43. (Ибо) меня, которому поклоняются сонмы ришей, ты ублажал многократно. Когда ты увидел одно лишь море, всего подвижного и неподвижного гибель, 44. Я, познав, что ты в смятеньи, явил тебе мир преходящий. Но, когда ты проникнул в недра моего тела 45. И увидел целокупность мира, ты не постиг его, изумлённый; Тогда из моих уст я быстро тебя, брахма-риши, вывел. 46. Вот я тебе возвестил о себе, труднопостижимом для суров и асуров. 47. Пока не пробудится тот владыка, великий подвижник*, До тех пор, певец-риши, ты здесь доверчиво и счастливо странствуй. 48. А затем, когда там пробудится всего мира Предок, Будучи единым, я сотворю тела, лучший из дваждырождённых: 49. Пространство, землю, свет, ветер и воду*. И другие сущности, подвижные и неподвижные в этом мире. Маркандея сказал: 50. Сказав это, исчез тот бог высочайший, чудесный; И сотворённые, различные, разновидные существа я увидел, сын мой. 51. Вот какие дивы я там видел при конце юги, раджа, Лучший из всех блюстителей дхармы, превосходный Бхарата. 52. А тот древле виденный мною бог, с удлинёнными как лепесток лотоса глазами, О тигр-человек, это ведь твой союзник, Джанардана! 53. По его милости меня не покинула память; Я долговечен и смерть в моей воле, сын Кунти. 54. Это — Варшнея, Кришна, Древний Человек*, Владыка. Вот он сидит долгорукий Гари, непостижный Атман. 55. Он — Дхатар и Видхатар, всеуносящий, вечный Праджапати, Властелин, Говинда; на груди его — знак шриватса. 56. Когда я увидел его, превосходного вришнийца, ко мне вернулась память Об изначальном боге Джишну, Пуруше в жёлтой одежде! 57. Он — отец, мать всех существ, Махадэва, Под его защиту отдайтесь, туры-кауравы, он — Покровитель! Вайшампаяна сказал: 58. После тех слов сыны Притхи*, близнецы, туры-люди Вместе с Друпади поклоненье свершили Джанардане. 59. Он же, тигр-человек, достойный почитания, с великой любовью, Согласно уставу, утвердил похвалой (его) почтивших. Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 189 глава — СКАЗАНИЕ О ПРЕДСТОЯЩЕМ* Глава 190 Вайшампаяна сказал: 1. А Юдхиштхира, сын Кунти, снова спросил Маркандею, Великого муни: при самовластии каков будет путь преходящего мира? Юдхиштхира сказал: 2. О существе чудесном мы слышали от тебя, владыка, лучший из говорящих, Также о происшедшем в начале юги и при конце, муни, сын Бхригу. 3. Но ещё мне желательно знать об этой кали-юге: Каков будет исход такого смешенья законов? 4. Какова тогда будет отвага, какой тогда будут питаться пищей? Каков будет возраст людей в конце юги, какова одежда? 5. В какой миг наступит, опять начнётся крита-юга? Об этом скажи, муни — ты дивное здесь повествуешь. 6. Так он сказал. И снова речь повёл муни, риши. Радуя тигра-вришнийца и великих Пандавов. Маркандея сказал: 7. Раджа, внимай о виденном мной и о том, что я слышал, (О том), что по милости Бога богов случилось, царей владыка, 8. О будущем всего мира, о грядущем конце, тур-Бхарата; О наступлении смутного времени мою повесть постигни! 9. В крита-югу, тур-Бхарата, без лжи, в спокойном довольстве, Среди людей стоит на всех ногах бык закона; 10. Поражённое в три ноги, на одной стоит беззаконье в трета-югу; Считается, что наполовину смешан закон (с беззаконьем) в двапара-югу. 11. Когда ж наступает (последняя) юга, лучший Бхарата, В бесконечные миры войдя тремя частями, беззаконие (там) пребывает. 12. Только четвёртая часть закона средь людей остаётся; Жизнь, великолепие, сила, разум, Пандава, 13. Убывают в людях соответственно юге, это от меня постигни! Правители, брамины, вайшьи, шудры, о Юдхиштхира, 14. Лицемерно будут ходить в законе, извращённые люди. Истину отвергнут в мире учёные и уважаемые люди. 15. Когда же будет убита Правда, их жизнь укоротится. Из-за краткости жизни люди не будут достигать непосредственного* знанья. 16. Лишась знания, способности распознаванья*, жадности они предадутся. Обезумев от жадности, гнева, вожделению предадутся люди. 17. Они будут затевать распри, убивать друг друга; Перемешаются друг с другом брамины, кшатрии, вайшьи, 18. Лишённые правды, не (творящие) умерщвления плоти, станут равноправными шудры; Первые станут средними, а средние — последними; это ясно. 19. Таков станет мир при наступлении конца юги. Рогожа* будет лучшей одеждой, плевелы* будут пищей богатых. 20. В конце юги жёны станут враждебными мужу, Будут питаться рыбой*, коз, овец, доить будут, 21. Так как погибнут коровы; всегда стойкие в обетах люди И те предадутся жадности в конце юги. 22. Потомки Ману* будут друг друга грабить, будут вредить друг другу, Не будет шептания мантр*, все станут ворами в конце юги. 23. По берегам рек мотыгами они будут сажать растенья, Но урожаи будут ничтожны в конце юги. 24. (Даже) твёрдые в обетах, жертвоприношениях богам и предкам, Обуянные жадностью, будут поедать друг друга; 25. Пожирать будет сына отец, сын же отца в конце юги. Будут вкушать запрещённую пищу в конце юги. 26. Брамины, порицая Веды, не станут выполнять обетов, Введённые в заблуждение доводами, не будут творить возлияний, К пропасти будут стремится, запутываясь в спорах. 27. Глубоко взрыхлять* будут землю, стельных коров запрягая, Годовалых бычков* запрягать будут люди. 28. Отцов убивать сыновья и отцы убивать сынов будут, Болтуны несдержаны будут, не встретят они порицания. 29. Станет весь мир нечестивым, упразднятся жертвы, обряды, (Мир) станет безрадостным и жестоким, празднества прекратятся. 30. Часто имущество отнимать будут люди У несчастных вдов, даже если у тех есть родные. 31. Многоотважные, опираясь на силу, обуянные жадностью и заблужденьем, На словах удовлетворяясь дарами злодеев, 32. Будут совершать ограбленья, придерживаясь лживых нравов, Самозванные раджи, зло замышляя, сын Кунти. 33. Глупцы, вообразившие себя учёными, будут стремится убивать друг друга. В конце юги кшатрии станут шипами народа, 34. Побуждаемые жадностью, гордостью, самостью, защищать не станут (землю) И только карами прославятся в конце юги. 35. На жён, на имущество праведных постоянно Они покушаться будут, не взирая на их рыданья, Бхарата! 36. Никто не станет сватать девушек, никто девушек выдавать не будет: Будут умыкать самовольно, когда конец юги наступит. 37. Даже раджи, ненасытно стремясь к чужому затемнённым сознаньем, Всячески будут грабить, когда конец юги наступит. 38. Станет весь мир нечестивым, в этом нет сомненья. Рука руку обворовывать будет, когда конец юги наступит. 39. Люди, мнящие себя учёными, разрушат правду в мире; Старики будут ребячески мыслить, у детей будет ум, как у (дряхлых) старцев. 40. Богатырём себя трус возомнит, богатыри ж превратятся в трусов. Не станут (люди) доверять друг другу, когда конец юги наступит. 41. Юга полностью* будет основана на жадности, заблужденьи. Тогда возрастёт беззаконие, закон проявляться не будет. 42. Не станет различия между браминами, кшатриями, шудрами, владыка народа, В мире будет одна только каста в конце юги. 43. Не будет отец терпеливым с сыном, а сын с отцом, при кончине (мира), Мужей не будут слушаться жёны. 44. Туда, где едят ячмень* и пшеницу, в те страны Переселятся люди в конце юги. 45. Будут своенравны мужчины и женщины, владыка народа, Они не станут помогать друг другу в конце юги. 46. Нечестивым будет весь мир, Юдхиштхира! Люди жертв приносить не станут ни богам, ни предкам. 47. Послушником никто не будет, учителем также никто не будет. Тогда мир погрузится в ужасный мрак, царь народа! 48. Шестнадцать лет будут тогда пределом жизни*, Будут освобождаться дыхания жизни, (праны) в конце юги. 49. Пяти-шестилетняя девочка рожать тогда будет, Производить — семи-восьмилетний мужчина. 50. В таком же возрасте женщины будут замужними женатыми мужчины, В конце юги, тигр средь людей, радости не станет! 51. Знак (касты) станет ничтожной вещью; вредительство будет повсюду; Никто не станет подавать другому в конце юги; 52. Деревенщина будет хвалиться башнями*, дротиком Шивы*, (Даже) женщины в волосах носить будут стрелы в конце юги. 53. Нечестиво будут жить ужасные злодеи, есть будут всё, (без разбора)*. (Таковы будут) в последнее время люди, в этом нет сомненья. 54. При (купле)-продаже все друг друга обманывать будут, Из-за жадности так станут делать в конце юги, лучший Бхарата! 55. Даже изученье наук и выполненье обрядов По произволу будет вестись, когда конец юги наступит. 56. Жестокие деянья сами свершая, Других будут винить все люди, когда конец юги наступит. 57. Невозмутимо уничтожать они будут сады и рощи, В мире необеспечена будет жизнь воплощённых. 58. Обуреваемы жадностью тогда будут люди, Станут убивать браминов, на их имущество зарясь. 59. Притесняемые людишками, дваждырождённые, мучимые страхом, Не находя спасения, будут скитаться по этой земле, стеная. 60. Когда убийцами, жестокими, грозными станут люди, Вредоносными для существ, тогда конец настанет юги. 61. У рек, на горах и холмах будут искать укрытия Дваждырождённые в страхе (спасаясь) бегством каурава, 62. Лучшие из браминов — как вороны; разбойники* будут мучить их, раджа, Будут непосильными тяготами злые правители мучить. 63. О царь земли, при ужасающем конце юги, покинув стойкость, Преступные дела совершат подчинённые шудрам: 64. Шудры будут возвещать закон, а брамины внимать им будут, Учениками их станут, следовать их примеру. 65. Сверху донизу этот мир извратится, Почитать станут мощи*, а богов отвергнут. 66. Шудры не будут служить дваждырождённым в конце юги. В обителях великих риши, в домах браминов, 67. В становищах богов, в надгробиях, в области нагов, (Всюду) земля запечатлится мощами, а божьих домов украшать не станут. 68. (Ещё) предстоит в конце юги такой признак гибели юги: Жестокие губители закона, пьяницы*, мясоеды — 69. Когда такие утвердятся люди, погибнет юга. О раджа, когда цветок к цветку и плод к плоду приникая, 70. Будут истощать (друг друга), тогда, махараджа, погибнет юга, Несвоевременно в году дожди начинаться будут в конце юги. 71. Тогда люди нарушат порядок обрядов, Тогда с браминами враждовать будут людишки*. 72. Вскоре чужие народы* осквернят и потрясут землю, Напуганные тяжестью дани, певцы на десять сторон разбредутся. 73. Землевладельцы будут тогда селян утеснять непрестанно, В обителях не будет тогда соблюдаться питанье плодами, корнями. 74. Так в смятённом мире (все) пути совратятся, Послушники будут творить неугодное, не стоять в наставленьях. 75. Откровенья учителя подвергнутся тотчас насмешкам, Привязанность к богатствам оттолкнёт родных, друзей, знакомых. 76. Прекратится бытие всех существ в конце юги, Воспламенятся стороны света, все созвездия запылают. 77. Зловещими будут светила, неблагоприятными звёзды, Обильно посыпятся звёзды, наводя великий ужас. 78. Накалять будет солнце вместе с шестью другими. Глухими громами избороздится и сожжётся небо, 79. При восходе Кабандха поглотит солнце. Не в срок будет проливать дожди Тысячеокий владыка*, 80. Не станут семена прорастать, когда конец юги наступит. Грубые, жестоко говорящие люди рыданьям злорадствовать будут. 81. Женщины не станут выполнять велений супругов, Матерей и отцов будут убивать сыновья в конце юги. 82. Уничтожать будут жёны мужей, на сынов опираясь. Не в лунных узлах* Раху будет приближаться к солнцу, 83. Везде будет пылать Пожиратель Жертв* в конце юги. Странники будут выпрашивать* питьё и пищу, 84. Не получив пристанища, вынуждены будут отдыхать на дороге. Вихри, наги, хищные птицы, яйцерождённые, звери 85. Кликать зловеще будут, когда конец юги настанет. Даже друзей и родных тогда покинут люди, 86. Домочадцев и челядь, когда конец юги наступит. Тогда в (разных) странах по сторонам света, в кремлях, посадах, 87. Смятенные будут искать укрытия, когда конец юги наступит; «Увы, отец (мой), сын (мой), увы», — слова тяжкой скорби 88. Выкрикивать будут друг другу люди; по земле скитаясь В толпы будут сбегаться, блуждая при конце юги. 89. Но постепенно дваждырождённые (вновь) станут первыми в мире И нового возрождения мира тогда приспеют сроки. 90. Новые боги и потомки Ману возникнут. Когда Солнце, Луна, Тишья и Брихаспати 91. В одном доме сойдутся*, тогда настанет крита-юга. В своё время будет дождить Праджанья, созвездия благоприятными будут. 92. Планеты будут находится справа* и двигаться прямо. Наступит снова терпеливость, благая милостыня, здоровье; исчезнут болезни. 93. Повинуясь срокам, дваждырождённый по имени Калики — Слава Вишну, Явится могучий, отважный борец, премудрый. 94. Он будет из деревни Шамбхала, прекрасной обители браминов; Силой его мысли возникнут колесницы, 95. Воители, войска, оружие, доспехи, Родится праведный, колесо вращающий* раджа, 96. К благоденствию он поведёт все те поколенья, Когда воссияет осиянный брамин, возвышенный мыслью, несущий конец разоренью. 97. Он всё повернёт (по-иному), прекратит ту югу. Окружённый браминами, дваждырождённый, он уничтожит Отовсюду пришедших, презренных, толпы пришельцев. Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 190 глава — СКАЗАНИЕ О ГРЯДУЩЕМ Глава 191 Маркандея сказал: 1. Вместе с браминами, уничтожив пришельцев, он эту землю Приготовит, согласно уставу, для совершения ашвамедхи, великой жертвы. 2. Своей земли рубежи, благие, прекрасные, обозначив, Он, прославленный чистым делом, в приятный лес удалится. 3. Его поведению последуют обитатели человеческого мира. Когда брамины воров* прогонят, наступит крита-юга. 4. Шкуру чёрной лани*, дротики, копья, луки Утвердив в покорённых странах, 5. Восхваляемый чистыми браминами, сам чтущий дваждырождённых, Всегда уничтожению разбойников радуясь, по земле будет странствовать Калики. 6. «Увы, (моя) мать, сын (мой), отец», — вот слова прискорбных, Уничтожаемых; много разбойников он погубит. 7. Тогда беззаконие сгинет и восстанет закон, Бхарата, При наступлении крита-юги; люди начнут выполнять обряды. 8. (Обновятся) сады и храмы; пруды, озёра, Разнообразно будут цвести; (возобновится) богослуженье, 9. Жертвы, различные обряды возобновятся в крита-югу, Появятся праведники — брамины, подвижники, муни. 10. Обители лжеучителей* теперь наполнят праведные люди, Начнут семена прорастать, развиваться. 11. Все времена года дадут свои плоды, владыка раджей, Дарам, обетам, воздержанию возрадуются люди. 12. Певцы предадутся шептанию мантр и жертвам, возрадуются закону, По закону станут раджи охранять эту землю. 13. Радостно торговать будут вайшьи в крита-югу. Шести обетам возрадуются певцы, а кшатрии — силе. 14. Радостно будут повиноваться шудры трём кастам. Такова дхарма в крита-югу, в трета и в двапару, 15. И в последнюю (кали)-югу, о которой тебе сказано, Бхарата. Так различение юг, их признаки стали тебе известны. 16. Я поведал тебе прошлое, грядущее также, Мысленно вспоминаю Ваю Пурану*, которую восхваляют риши. 17. Таковы пути самсары; за долгую жизнь многократно Я их видал, о них я тебе (ныне) поведал. 18. Вместе с братьями выслушай это высшее слово, вечный; Стремясь освободиться от сомненья в Законе, моё постигни слово! 19. С долгом себя сочетай постоянно, лучший из носителей долга, Ведь добродетельный наслаждается счастьем и здесь и в том мире. 20. Постигни эти прекрасные речи, я тебе их возвещу, безупречный; Никогда не высказывай пренебреженья к брамину: 21. Разгневанный брамин может миры погубить своим знаньем. Вайшампаяна сказал: Выслушав речь Маркандеи, лучший царь кауравов, 22. Мудрый, полный достоинства промолвил высшее слово: «Пребывая в каком законе, муни, народ охранять я должен? 23. Придерживаясь какой колеи не отклонюсь я от своей дхармы?» Маркандея сказал: Будь участлив, радуйся благу существ, (берегись) осужденья. 24. Будь сдержанным, мягким, правдивым, народ охраняй усердно; Покинь беззаконье*, держись закона, почитай богов и предков; 25. Искорени нерадивость*, прекрати совершенно; побеждай дарами, Гордость смири, будь защитником, к высшему стремись постоянно; 26. Всю землю завоевав, будь радостным и счастливым. Такова прошлая и грядущая, предстоящая тебе дхарма. 27. Ни в настоящем, ни в будущем нет для тебя неизвестного в битве*, Оттого-то эта печаль, сынок, в твоё сердце проникла. 28. Мудрые ж, сын мой, не заблуждаются, их время не мучит, О долгорукий, даже для небожителей существует время. 29. Но временем утеснённое, заблуждается простонародье. Сынок, в моих словах, безупречный, у тебя не должно быть сомненья. 30. А если в моих словах сомневаться будешь, закон нарушишь; Но в славном племени кауравов ты ведь рождён, превосходный Бхарата. 31. Так во всём поступай — делом, мыслью, словом. Юдхиштхира сказал: Тобой изречённое слово, радует слух и сердце, дваждырождённый; 32. Всё, что ты сказал мне, владыка, исполню. Вайшампаяна сказал: Тогда возрадовались Пандавы и обладатель лука Шринга*, раджа, 33. Певцы-риши и все, что пришли на беседу. Вняв прекрасной повести Маркандеи, мудрый (Юдхиштхира) И все сошедшиеся восхитились сказом этой были. Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 191 глава — НАСТАВЛЕНИЕ ЮДХИШТХИРЕ Глава 192 Вайшампаяна сказал: 1. «Благоволи рассказать ещё о великой участи браминов*», — сказал Маркандее Пандава. 2. Тогда поведал Маркандея это древнее сказание о деянии брамина. 3. В Айодхье был царь из рода Икшваку по имени Парикшит. Однажды он отправился на охоту. 4. На лошади, он один преследовал лань, которая его завлекла далеко. 5. В пути его одолели усталость, голод и жажда; далеко в стороне он увидел синий, таинственный лес. 6. Он вошёл в него. Заметив среди этой части леса очень приятное озеро, он вместе с конём в него погрузился. 7. Затем бросив перед мордой лошади корневища лотосов, улёгся на лотосовом берегу отдыхать. Лёжа, услыхал поющий пленительный голос. 8. Услыхав, так подумал: «Я не вижу здесь следов человека, чей же это голос звучит в безлюдьи?» 9. Тогда он увидал очень красивую видом девушку, поющую, собирая цветы. Постепенно она приближалась к радже. 10. Раджа ей сказал так: «Чья ты, благая, кто же ты?» Она так ответила: «Я девушка». Раджа сказал: «Я тебя желаю!» 11. Тогда девушка сказала: «С (одним) условием ты можешь меня получить, не иначе». Раджа спросил её об условии. Девушка сказала: «Мне нельзя показывать воду». 12. Раджа ей сказал: «Согласен» и сочетался с ней. Заключив брак*, раджа Парикшит, сойдясь (с ней), очень долго тешился в тишине. 13. Затем к обитавшему там радже пришла (его) дружина. 14. Эта дружина, остановившись, расположилась вокруг. Приветствуемый ею раджа, рядом (с женой) отправился в паланкине. Придя в свой город, он скрытно жил с ней. 15. И когда он с ней жил, он ни с кем не видался: даже первый советник спрашивал о нём у приближённых женщин. 16. «В чём тут дело?»* — так спрашивал. Тогда сказали ему женщины: 17. «Как небывалое мы считаем воду; пусть её сюда не приносят». Так сказали. Тогда советник устроил безводную рощу с хорошими деревьями, с цветами, плодами, корнями; в чаще он сделал пруд с нектарной водой: его берега (были украшены) жемчугом. Тайно придя, (советник) сказал радже: 18. «Та прекрасная роща готова, в ней можно наслаждаться». 19. По его слову раджа вошёл в рощу вместе с царицей. Однажды в той роще он вместе с ней наслаждался; томимый голодом и жаждой, он увидел (чащу) благовонных кустов. 20. Раджа туда вошёл с подругой и заметил приготовленный пруд, полный чистой, как нектар, воды. 21. Увидев его, он остановился с царицей на берегу. Тогда раджа так молвил царице: «Низойди, богиня, в воду этого пруда». 22. Услыхав его слова, она спустилась в пруд, нырнула и вновь не вынырнула. 23. В поисках её, раджа приказал выпустить из пруда воду. Увидав у входа в нору лягушку, разгневанный раджа приказал: 24. «Пусть везде будут уничтожены лягушки. Кто ко мне пожелает явиться, тот должен, придя, принести мне в дар убитую лягушку». 25. Тогда по всей стране произошло ужасное избиение лягушек. Лягушек охватил страх. Испуганные, они, прискакав, поведали царю лягушек о происходящем. 26. Тогда повелитель лягушек, нося одежду отшельника*, явился к царю и, подойдя, сказал ему: 27. «Раджа, не поддавайся гневу, благоволи смиловаться и не предавай смерти неповинных лягушек. Об этом есть две шлоки: 28. Не желай убивать лягушек, сдержи свой гнев, о вечный, Возрастание богатств прекратится для отвергающих знанье. 29. Пусть так и будет, что ты утолишь свой гнев, лишь обет* исполнив. Хватит с тебя и того, что ты совершил неправду; что тебе в этих убитых лягушках?» 30. На эти слова, скорбя душой о любимой, раджа сказал: 31. «Я не успокоюсь и буду их убивать, ведь эти злодейские твари пожрали мою возлюбленную; благоволи не мешать мне, мудрец, в истребленьи лягушек!» 32. Восприняв это слово, тот смутился чувствами и мыслью, сказал: «Прости, раджа, я царь лягушек, зовут меня Аюс. Собственную мою дочь зовут Прекрасная. Своим дурным поведением она уже раньше многих радж заманила». 33. Раджа ему сказал: «Я её желаю, выдай её за меня!» 34. Тогда отец отдал её радже и сказал ей: «Повинуйся этому радже!» 35. И сказав это дочери, он в гневе её проклял: «Ты заманила многих радж, поэтому тобой рождённые из-за твоей лживости не будут почитать браминов!» 36. А раджа, получив её, с сердцем пленённым её вожделенными свойствами, со слезами радости, как бы от получения владычества над тремя мирами, преклонясь, почтил царя лягушек и сказал прерывающимся голосом: «Я облагодетельствован!» 37. А царь лягушек, отдав в замужество свою дочь, отправился своим путём. 38. Через некоторое время она родила царю трёх мальчиков: Шалу, Далу и Балу. Из них старшего, Шалу, отец, согласно обычаю, посвятил на царство, (сам же) отправился в лес совершать умерщвление плоти. 39. Однажды Шала, увлечённый охотой, преследовал лань, догоняя её на колеснице. 40. Он сказал возничему: «Скорей вези меня!» На эти слова возничий ответил: 41. «Не готовь сетей*, ведь ты не сможешь захватить эту лань, даже если бы в твою колесницу были впряжены пара Вамьев». Тогда раджа сказал возничему: «Расскажи мне об этой паре Вамьев или я тебя убью!» На эти слова возничий, боясь угроз раджи и боясь проклятия Вамадэвы, так и не ответил радже. Тогда снова, подняв меч, тот раджа «Скорей рассказывай! — так сказал. — Или я тебя убью!» Тогда, испугавшись раджи, возничий сказал: «Вамья — имя пары рысаков, коней Вамадэвы». 42. Когда тот сказал, раджа воскликнул: «Отправляйся в обитель Вамадэвы!» Прибыв в обитель Вамадэвы, он сказал тому риши: 43. «Владыка, раненная мной лань спасает (свою) жизнь; благоволи дать мне пару Вамьев». Риши ему сказал: «Я даю тебе пару Вамьев, (но) когда владыка закончит дело, да возвратит мне скорей пару Вамьев». Тот же, взяв пару коней, отпущенный отшельником, отправился на колеснице, запряженной этой парой, преследовать лань и сказал возничему: «Таких драгоценных коней нельзя запрягать браминам. Я эту пару не верну Вамадэве!» Сказав это, он догнал лань; вернувшись в свой город, он поставил коней внутри кремля. 44. Тогда риши подумал: «Княжич забавляется, получив отличную пару, радуется, а поэтому и не возвращает рысаков. Увы, плохо (дело)!» 45. Целый месяц он обдумывал в сердце, а (затем) сказал послушнику: 46. — Иди, сын Атри, скажи радже: «Если ты использовал, возврати учителю пару Вамьев». Так тот и сказал, придя к радже, а ему раджа ответил: «Царские это рысаки; недостоин брамин таких сокровищ, да и к чему браминам кони? Кончено дело. Отправляйся!» 47. Он же придя к тому (отшельнику), пересказал. Услышав это слово, Вамадэва был охвачен гневом и сам отправился к радже требовать коней, но раджа не дал. Вамадэва сказал: 48. Отдай мне пару Вамьев, царь, ведь ты удачно кончил дело, мне же они необходимы. Да не опутает тебя Варуна ужасными сетями. Или в кшатриях не пребывает Брама? Раджа сказал: 49. Пара волов, очень послушных, кротких, прирученных — это вот для певцов, Вамадэва! С ними и отправляйся, великий риши, куда вожделение и страсть тебя по своей воле уносят! Вамадэва сказал: 50. Влечения уносят обладающих великой волей, царь, уносят их в другой мир; в этом же мире мне такая пара нужна, раджа! Раджа сказал: 51. На четырёх ослах поезжай, а на превосходных конях, рысаках быстрых как ветер, — на них нужно кшатриям ездить, это их упряжка! Эта пара Вамьев моя, а не твоя. Так и знай! Вамадэва сказал: 52. Страшными обетами браминов, раджа, ты здесь живёшь — так говорится. Ужасные видом, огромные, четыре железных упыря, желающие твоей смерти, вооружённые острыми ножами, пусть тебя четвертуют по моему приказу! Раджа сказал: 53. Вамадэва, те, что знают тебя, как брамина, убивающего словом, сердцем и делом, те пусть здесь нападут на тебя и на твоего ученика, с дротиками, ножами, мечами в руках, побуждаемые моим словом! Вамадэва сказал: 54. Получая ту мою пару Вамьев, раджа, «возвращу» ты сказал. Я на тебя положился. Возврати же скорее пару коней Вамьев, если ты хочешь сохранить свою жизнь! Раджа сказал: 55. Не для браминов родилась охота. Теперь нечего с тобой разговаривать, (это) удаляет от истины. Полностью я пренебрегаю твоим величием, брамин. Так (истинно). Да достигну я миров блаженных! Вамадэва сказал: 56. Не тщетны бывают слова браминов, раджа, в слове и деле. Кто знает тот подвиг брамина, тот этим знанием становится лучшим из живущих. Маркандея сказал: 57. Раджа, только произнёс это Вамадэва, как появились ужасные видом ракшасы. Когда они с дротиками в руках, угрожали смертью, раджа громко выкрикнул такое слово: 58. — Брамин, если даже потомок Икшваку, (отец мой), или Дала (потребуют), или все мои люди, я не отдам пару Вамьев, Вамадэва, ибо подобные тебе не бывают благонравны. 59. Только сказал и внезапно царь покинул землю, убитый упырями. 60. Узнав, что царь погиб, потомок Икшваку посвятил на царство Далу. Когда царь, (потомок Икшваку) ушёл, певец Вамадэва ещё раз сказал такое слово царю (Дале): «Браминам следует давать, раджа, это указывается всеми законами. 61. Побойся же ты закона, владыка людей: отдай мне скорее, теперь же, пару Вамьев!» Услыхав это слово Вамадэвы, тот разъярённый царь сказал возничему: 62. «Возьми одну пёструю стрелу, пропитанную ядом и принеси мне. Пусть, раненный ею, на земле он лежит, а пара коней на него посмотрит!» Вамадэва сказал: 63. Царь, я знаю, у тебя есть двенадцатилетний сын Шьенаджит, рождённый первой царицей; повинуйся моему слову, скорей порази его, любимого, ужасной стрелою! Маркандея сказал: 64. Когда это сказал Вамадэва, княжич был убит той выпущенной острожалящей стрелой, раджа. Услышав об этом, Дала сказал, Раджа сказал: 65. О потомки Икшваку, да будет вам угодно, чтобы я беспощадно сейчас убил певца! Пусть принесут мне другую острожалящую (стрелу), да узрят ныне владыки земли* моё могущество! Вамадэва сказал: 66. Ужасна видом и смазана ядом эта твоя стрела, которую ты мне предназначаешь, но ты не сможешь её с тетивы спустить, ни даже положить её на тетиву, о Индра потомков Ману! Княжич* сказал: 67. О потомки Икшваку, смотрите я захвачен и даже не могу спустить стрелы, не в состоянии причинить ему гибель. Да будет долговечен Вамадэва! Вамадэва сказал: 68. Ты коснёшься царицы этой стрелой и тем освободишься. Когда царь это выполнил, сказала царица отшельнику-муни. Княжна сказала: 69. О Вамадэва, как прилежно я буду проявлять это невреждение человеку, (как) буду славить всеми праведными путями браминов, так достигну я чистого мира Брамы. Вамадэва сказал: 70. Ты спасла, прекрасная, княжеский род, избери наилучший дар, я его тебе жалую, княжна, наставляющая своё племя и превеликое царство Икшваку, безупречная! Княжна сказала: 71. Я выбираю такой дар: да освободится ныне же от греха мой супруг, да пожелаешь ты блага моему сыну и его роду. Вот выбранный мной дар*. Маркандея сказал: 72. Вняв словам княжны, тот муни «да будет» изрёк, о витязь-каурава! Возрадовался тогда раджа и вернул пару Вамьев. Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 192 глава — СКАЗАНИЕ О ЛЯГУШКЕ Глава 193 Вайшампаяна сказал: 1. Риши, брамины и Юдхиштхира далее вопросили Маркандею: «Риши, долговечен ли Вака?» Маркандея же им всем сказал: 2. «Велик подвигом и долговечен раджа-риши Вака, в этом нет сомненья». 3. Это услышав, Каунтея, с братьями вместе, Бхарата, Маркандею расспрашивал Юдхиштхира, праведный раджа: 4. — Махатмы Вака и Далбхья, как говорят, долговечны оба; Это — друзья владыки богов; оба риши были чтимы в мире. 5. Я хочу, владыка, чтобы о союзе Ваки и Шакры, Сопряжённом со счастьем и страданьем ты мне поведал. Маркандея сказал: 6. По окончании вздымающей волосы (ужасом) битвы богов и асуров, Стал трёх миров повелителем Индра. 7. Своевременно он проливал дождь для превосходного урожая; Очень здоровые, праведные люди (тогда) были преданы дхарме, 8. Утверждённые в своих обязанностях, благоденствовали люди. Видя эти все радостные племена, губитель Балы 9. И сам радовался, раджа, владыка богов Шатакрату; Восседая на Айравате, взирал на те счастливые народы, 10. На разные обители, на прекрасные реки также, На растущие города, на сёла и населённые страны, 11. На охранителей народа, щедрых царей народа, ходящих в законе, На пруды, водоёмы, озёра, пологие берега и потоки, 12. На различные поселения дваждырождённых, ходящих в Браме. Тогда Шатакрату низошёл на радостную землю, раджа, 13. Сюда, в радостную, благую страну, что древесными чащами богата. В восточной радостной стране, царь, соседней с океаном*, 14. (Была) населённая ланями и дваждырождёнными обитель; В той радостной обители царь богов увидел Ваку. 15. Вака, увидев царя богов, великой любовью (к нему) был охвачен; Почтил по обряду аргхья водою для ног, сидением, дарами, плодами, корнями. 16. Удобно усевшись, даятель даров, губитель Балы, Дэв, Тридцати* повелитель, вопрос тогда задал Ваке: 17. — Уже сотни тысяч лет, как рождён ты, безгрешный муни, Поведай же мне, брамин, какова скорбь долго живущих. Вака сказал: 18. Сожительство с неприятными, без друзей существованье, Соприкосновение с нечестивыми — вот долговечного скорби. 19. Сына, жены, родных, сердечных друзей утрата, Зависимость от посторонних — что может быть хуже? 20. В мирах нет иных, более скорбных событий, Чем гибель желанных людей и появленье враждебных. 21. Возникновение неблагородных в племени, благородных гибель, Связь и разлуки — (всё) долговечный видит. 22. Но ты ведь по опыту знаешь, бог Шатакрату, Как совершается переход от возвышенья к падению рода. 23. Дэвов, данавов, гандхарвов, людей, ракшасов, нагов — (Всех) превратности постигают, что может быть хуже? 24. Благородные страдают, попав под власть низких родом, Презирают богатые бедных — что может быть хуже? 25. Извращение закона наблюдается очень часто в мире: Можно видеть, как знающие незнающих мучат (пользуясь их незнаньем). 25а*. Многообразно является здесь людское горе. Индра сказал: Ещё вот многосчастливый, почитаемый сонмами богов и ришей, 26. Возвести мне, каково счастье живущего долго? Вака сказал: В восьмой и двенадцатый час овощи варить в (своём) доме. 27. Не прибегая к помощи лицемерных друзей, — что может быть приятней? Число дней такого никто не считает*, не твердит, что он обжора. 28. Счастлив варящий овощи в своём доме, Мадхава, Добытые собственной силой, без помощи другого. 29. Лучше, не (нуждаясь) в сожаленье, вкушать плоды, овощи в своём доме, Чем (сладко) есть в чужом доме, постоянно чувствуя пренебреженье. 30. Лакомство ведь не счастье, не то выбирают благие: Подобен собаке презренный, желающий есть чужое. 31. Да будет позор тому жалкому и дурному. Того же дваждырождённого, который, накормив гостя, духов и предков 32. Только остатки вкушает, — кто может быть счастливей? Итак, нет ничего вкуснее очищенной пищи*, Шатакрату. 33. Пусть предложив гостям после них человек вкушает: Ведь сколько жертвенного напитка* и галушек потребит дваждырождённый, 34. Столько тысяч коров получит дающий; его проступки, Какие в юности были, все, несомненно, исчезнут. 35. Вода, от приносящего дары пришедшая в руки Вкушающего брамина, мгновенно, сейчас же грехи омывает. 36. Поведав и многие другие прекрасные сказанья, Вака расстался с Индрой, и тот отправился в третье небо. Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 193 глава — БЕСЕДА ВАКИ И ШАКРЫ О ВЕЛИКОЙ УЧАСТИ Глава 194 Вайшампаяна сказал:* 1. Тогда Пандавы снова сказали Маркандее, 2. Повествовавшему о великой участи браминов: «О великой участи раджей теперь мы хотели бы слышать». Им отвечал великий риши Маркандея: «Слушайте теперь о великой участи правителей. (Однажды) потомок Куру, раджа по имени Сухотра, прибыл к великим ришам. Он увидал стоящего на колеснице раджу Шиби, потомка Ушины, преграждавшего ему (дорогу). Сойдясь лицом к лицу, они взаимно друг друга почтили, будучи равными по возрасту: но учитывая, что они равны друг другу по достоинству, встретясь, они не уступали друг другу дороги. Здесь появился Нарада: «Почему, владыки, преграждая друг другу дорогу, вы стоите», — так (спросил). 3. Оба сказали Нараде: «Владыка, разве не установлено родоначальниками, вершившими древнее дело, что путь (уступается) лучшему? Мы оба подобны друг другу и друзья. Но следует оказывать внимание превосходному, а мы сомневаемся, кто из нас двух выше, кто ниже». Тогда Нарада произнёс три шлоки: 4. «Жёсткий в мягком, потомки Куру, и мягкий в жёстком, кауравы, Праведный в праведном, как праведный праведного не примет? 5. Пусть сто раз он вспоминает должное, у богов нет решенья. Сын Ушинары был праведен нравом и земли владыка. 6. Скупого побеждает щедрость; ложь говорящего — правда; Терпение — жестокосердного, нечестивого праведность побеждает*. 7. Владыки оба благородны, но пусть теперь тот, который из вас лучше; свернёт; это и будет доказательством». Сказав это, Нарада умолк. Вняв ему каурава, обойдя Шиби справа, уступил дорогу, почтил его многими действиями и отправился (дальше). 8. «Вот это — великая участь раджи», — сказал Нарада. Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 194 глава — ДЕЯНИЯ ШИБИ Глава 195 Маркандея сказал: 1. Ещё это выслушайте: раджа Яяти, сын Нахуши, окружённый горожанами, совершал сидение* на троне. 2. Брамин, (нищенствующий)* ради учителя, сказал: «Раджа, по уговору я нищенствую ради гуру». Раджа сказал: Пусть владыка скажет, (чего он желает). Брамин сказал: 3. О царь, человек, у которого просят, вносит в мир крайний раздор. Я спрашиваю тебя, раджа, как владыка даст мне нужное ныне?* Раджа сказал: 4. Я не расхваливаю даваемое; отдав непрошенное имущество, я не слушаю (напоминаний) о нём; обещав возможное и отдав, я бываю счастлив. 5. Я дам тебе тысячу рыжих (коров), мне приятна просьба брамина. Сердце моё не гневается из-за просьбы, и я никогда не жалею, отдавая богатство. 6. Это сказав, раджа отдал брамину тысячу коров, и брамин получил тысячу коров. Так (сказывается). Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 195 глава — ДЕЯНИЯ СЫНА НАХУШИ Глава 196 Вайшампаяна сказал: 1. «Ещё о великой участи да будет мне поведано», — сказал Пандава. 2. Тогда заговорил Маркандея: «Великий раджа Вришадарбха и раджа по имени Седука пеклись о правильном пути государственности. Оба они были опытны в оружии и доспехах. 3. Седука узнал тайный обет Вришадарбхи (данный ещё) в детстве: «Не следует давать браминам неблагородного металла». 4. Раз некий брамин, предававшийся изучению Вед, преподав благословение, стал просить у Седуки милостыни ради учителя. 5. «Да будет мне дано, владыка, тысячу коней», — так (сказал). Седука тому брамину сказал: 6. «Я не в состоянии давать для гуру. 7. Поистине, иди к Вришадарбхе, (он) недалеко. Раджа — знаток высшей дхармы, у него проси милостыни, брамин. Он тебе даст по тайному обету», — так (сказал). 8. Тогда брамин пошёл к Вришадарбхе и попросил тысячу коней. Тот раджа ударил его бичом. 9. Сказал ему брамин: «Зачем ты мне, неповинному, вредишь?» 10. Ему произносившему проклятье, раджа сказал: «Певец, что это? Или за то, что тебе не подали? Разве это по-брамински?» Брамин сказал: 11. Раджа, великий раджа, я пришёл к тебе просить милостыню, посланный Седукой. По его направлению я прошу у тебя милостыни. Раджа сказал: 12. Перед полуднем я дам тебе подать, которая поступит ко мне сегодня. Ударившего бичом не должно миновать наказанье. 13. Сказав это брамину, он отдал, посланное судьбой. Сверх того он дал стоимость* тысячи лошадей. Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 196 глава — ДЕЯНИЕ СЕДУКИ И ВРИШАДАРБХИ Глава 197 Маркандея сказал: 1. Рождённое богами сказанье, сойдя на землю, дошло до Шиби, сына Ушинары. «Хорошо, об этом Шиби мы хотим знать», — так (сказали). «Ладно, — так (Маркандея) молвил, — Агни и Индра присутствуют!» 2. Агни* в виде голубя к Шиби примчался, также Индра, в виде кровожадного* сокола. 3. Тогда голубь бросился на грудь раджи, сидящего на дивном престоле. 4. Тогда сказал домашний жрец радже: «Ради сохранения жизни, боясь сокола, у владыки голубь укрылся. 5. Царь должен оказывать благо прибегающим к защите. Да будет он спасён; говорят, гибель голубя зловеща». 6. Тогда голубь сказал царю: «Из боязни сокола, ради сохранения жизни, я укрываюсь к владыке; я жить хочу; (своим) телом твоего тела касаясь, я стал муни и вручаю тебе жизнь! 7. Знай, я послушник, преданный изучению Шрути, я предаюсь умерщвлению плоти, самообладанию, не перечу учителю. Знай, всему этому приобщённый, я безгрешен. 8. Я повторяю Веды, я размышляю о причинах, я изучил все Веды, от слога к слогу. Благочестивого, преданного Шрути, не отдавай (меня) соколу: я не голубь!» 9. Тогда сокол сказал радже: 10. «Ведь ходом вещей каждому среди существ место определяется. От рождения преходящего мира я голубями (питаюсь). Отдай же этого голубя и не чини (мне) препятствий, раджа!» Раджа сказал: 11. Кто другой подобное видел? Речь сокола правильно построена. Как говорит сокол, так и голубь говорит. Оба правильно знают. Как же правильно (поступить)? 12. Не орошает того дождь в дождливое время, семя того не прорастает (хоть) и вовремя посаженное, кто выдаёт врагу боящегося, просящего защиты; и сам не получит помощи, когда будет взывать о помощи. 13. У рождённых в своём племени всегда так бывает: не обитают предки у того, кто боящегося и укрывающегося выдаёт врагу; его возлияний не принимают боги. 14. Ложную пищу у него находит Светлый*. От небесного мира скоро отпадает тот, кто боящегося и укрывающегося отдаёт врагу. Боги вместе с Индрой мечут в него громы. 15. Пусть принесут варёного с кашей тельца вместо голубя. В какую хочешь сторону, сокол, тогда тебе от Шиби принесут мясо. Сокол сказал: 16. Я не желаю тельца или чего иного больше, чем этого голубя. Боги мне дали его сегодня в пищу, так и давай его мне, чтобы не погибли соколы! Раджа сказал: 17. Пусть вот сюда приведут тельца тебе, пусть смотрят мои люди. Приведённый к тебе, пусть он будет даянием от меня, охваченного тревогой; ты же этого (голубя) не повреждай. 18. С жизнью расстанусь, но голубя не отдам: он кроток, как этого ты не понимаешь, сокол? Не причиняй здесь страданий, друг, ведь голубя этого я никогда не видел*. 19. Как довольный народ шиби меня благословляет и хвалит за это дело, так угодное себе совершу; укажи, что я мог бы дать; я выполню, сокол! Сокол сказал: 20. От правого своего бедра отрежь мне мяса столько, сколько мяса в голубе, раджа! Так, благой, ты спасёшь голубя, народ шиби тебя прославит и мне приятно будет. 21. Тогда от своего правого бедра отрезав кусок своего мяса, равный (голубю), он взвесил. Но голубь оказался тяжелее. 22. Ещё другой отрезал, но тяжелее был голубь. Так отсекая тело, он клал на весы. Но всё же тяжелее был голубь. 23. Тогда раджа (всего) себя положил на весы и они не оказались переклонёнными, раджа. Происшедшее увидев, «Спасён», — воскликнул сокол, исчезая. Тогда раджа сказал: 24. «Да узрят голубя люди шиби! Тебя голубь, птица, спрашиваю: кто (тот) сокол? Даже безбожник не сделал бы такого. Разъясни мне вопрос, владыка!» Голубь сказал: 25. Я — Всенародный (Агни), блистающий, с дымным стягом; сокол же громовержец, супруг Шачи (Индра). Мы прилетели к тебе, желая испытать твою преданность, сын Суратхи! 26. Тот кусок мяса, что ты отдал, как выкуп, владыка, отрезав мечом, раджа, его я вам сотворю знаком благим, златоцветным, сияющим, благоуханным. 27. Охраняющий народ, славный, очень чтимый, божественный риши от этой стороны* родится, имя того человека — Капотарома. 28. Отпрыска царского дерева Капотарому ты получишь, прославленным его увидишь, из рода Суратхи. Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 197 глава — ДЕЯНИЕ ШИБИ Глава 198 Вайшампаяна сказал: 1. «Ещё вот о великой (царской) участи да будет поведано», — так сказал Пандава Маркандее. Тогда продолжал Маркандея:

— На ашвамедху Аштаки, сына Вишвамитры пришли все цари

2. И его братья: Пратардана, Васумана и Шиби, сын Ушинары*. Закончив жертвоприношение, он с братьями отправился на колеснице (навстречу) приближающемуся Нараде. Преклоняясь, они сказали: «Да взойдёт владыка на колесницу!» 3. Тогда сказав «хорошо», он взошёл на колесницу. Тогда один из них сказал божественному риши Нараде: «Будь милостив, владыка, я хотел бы тебя кое о чём спросить!» 4. «Спрашивай!» — так сказал риши. Он сказал: «Мы все обладаем (добрыми) качествами, а значит мы (все) четыре достигли небесного состояния. Кто от него отпадёт?» «От него отпадёт Аштака*», — так сказал риши. 5. «По какой причине?» — так спросил (царь). Тогда отвечал (риши): «Когда я жил в доме Аштаки, он катал меня на колеснице. Тогда я видел многие тысячи коров разных мастей, я спросил: «Чьи это коровы?» Он сказал: «Я их развёл, — так он похвастался своими коровами. За это он спадёт с неба». Тогда: «Из трёх оставшихся кто ниспадёт?» 6. «Пратардхана», — так сказал риши. «А здесь какова причина?» «Когда я в доме Пратардханы жил, он катал меня на колеснице». 7. Тогда подойдя, ему сказал (один) брамин: «Когда владыка вернётся, да будет дана мне лошадь!» «Дам», — так тот сказал брамину. «Так давай же!»— поспешно сказал брамин. После этих слов (раджа) дал первого пристяжного (коня). 8. Тогда пришёл другой, желающий лошади, брамин. Ему, по его слову, (раджа) отдал левую пристяжную и отправился дальше. Но снова пришёл, желающий лошади, брамин, и раджа поторопился дать ему коренника*. 9. И отправился (дальше). И снова пришёл ещё один брамин, желающий коня. Раджа поспешно сказал: «Приехав, дам!» «Сейчас пусть будет мне дано!» — так сказал брамин. Ему (раджа) отдал (второго) коренника. Когда брамин его взял, (раджа) воскликнул: «Из-за браминства не осталось у меня ничего!» 10. Он дал коня, но упрекнул взявшего, а потому ниспадёт. «Значит, (осталось) два, — так (сказал). Кто из них ниспадёт?» 11. «Васумана ниспадёт», — так сказал риши. 12. «По какой причине?» — так спросил. Тогда сообщил Нарада:

— Странствуя, я остановился в доме Васуманы. «Счастье — свасти!» (вдруг раздались) возгласы с украшенной цветами колесницы. Для выяснения, я приблизился. С возгласом тех браминов «Свасти!» показалась колесница браминов.

13. Я похвалил колесницу. Тогда раджа сказал: «Владыка (Нарада) похвалил колесницу. Эта чтимая колесница Бхагавана! — так сказал. 14. Затем я как-то снова подошёл и опять (спросил): «Что значит эта колесница, и действительно ли она принадлежит Бхагавану?» «Да», — вторично сказал раджа. И в третий раз раздался возглас «Свасти!» Тогда раджа показал меня браминам и, взглянув, сказал: «Владыка очень провозглашал «Свасти» цветочной колеснице». За это оскорбительное слово* он ниспадёт. 15. Теперь остался один. Кто же ниспадёт?» И снова сказал Нарада: «Шиби взойдёт, а я ниспаду». «А этому какова причина?» — так сказал.

— Так как я не равен Шиби. Некий брамин, придя к нему, сказал:

16. «Шиби, я нуждаюсь в пище». Ему Шиби сказал так: «Что должен я сделать? Приказывай, владыка!» 17. Тогда брамин ему сказал: «Того твоего сына, имя которому Брихадгарбха, его предоставь». Так (сказал): «Его приготовь в пищу и принеси; я ожидаю!» Тогда сына забив, освежевал его по правилам; приготовив и на блюдо положив, поддерживая на голове, понёс брамину. 18. Когда он его разыскивал, некто известил: «Брамин вошёл в город, поджёг твой дом, сокровищницу, оружейную палату, женскую палату, конюшню и сарай для слонов». 19. А Шиби, не изменяясь в лице, войдя в город, сказал тому брамину: «Владыка, готова пища», — так. Брамин ничего не ответил и опустил голову в изумленьи. 20. Тогда, умилостивляя брамина: «Вкуси, владыка», — (сказал). Тот же, мгновенно взглянув на Шиби, сказал: 21. «Сам ты это ешь!» — так. И тут он ответил: «Хорошо!» Тогда Шиби, не изменяясь в лице и почтив почтенного, взял череп и приготовился есть. 22. Тогда брамин схватил его за руку и сказал ему: «Ты победил гнев. Нет ничего, чего бы ты не оставил для брамина. Такой вкушает великую участь брамина». 23. И взглянув, он увидал сына, стоящего в выси, как божественного отрока, венчанного и умащенного благовониями. Совершив всё устроенное ради этой цели, брамин исчез. 24. Так Дхатар в тех одеждах (брамина) явился для испытания того раджа-риши. Когда он исчез, придворные сказали радже: «Владыка, чего желая ты это сознательно* совершил?» Шиби сказал: 25. Ведь не ради славы я отдал и не ради богатства и не ради жажды наслаждений. Мой путь недоступен злым. Так я во всём поступаю. 26. Благие всегда пребывают в похвальном. Поэтому похвального нужно искать. (Это) моя мысль. Такова избранная участь Шиби. Я знаю её доподлинно. Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 198 глава — ДЕЯНИЯ ШИБИ Глава 199 Вайшампаяна сказал: 1. Затем Пандавы спросили риши Маркандею: «Владыка, есть ли кто-либо, рождённый раньше тебя?» 2. Он им ответил: «Есть, конечно, раджа-риши по имени Индрадьюмна, исчерпав свою праведность, лишась третьего неба, рассеял мою славу*. Приблизясь ко мне, он так (сказал): «Пусть владыка меня узнает!» 3. Я ему сказал: «Мы не странствовали вместе, ты и я, мы не жили в одном селении. Я не знаю, чтобы мы преследовали одну цель, мы не прилагали совместных телесных усилий, не предпринимали совместных начинаний. 4. Есть, конечно, на Химавате, филин по имени Праваракарна. Он ранее меня родился. Быть может он владыку знает? Но далёк путь отсюда к Химавату, где он проживает». 5. Тогда он, превратясь в коня, отвёз меня туда, где был филин. Раджа его тогда спросил: «Знает ли меня владыка?» 6. Он, поразмыслив минуту, так ему ответил: «Не узнаю владыку». Когда он это сказал, раджа-риши Индрадьюмна снова сказал филину: 7. «Тогда есть ли кто-либо рождённый ранее владыки?» Когда он это спросил, тот молвил: «Есть, конечно. Возле озера по имени Индрадьюмна живёт журавль* по имени Надиджанга. Он ранее меня рождён, его спросите». (Раджа) Индрадьюмна, взяв меня и филина, отправился к тому озеру, где был журавль по имени Надиджанга. 8. Мы спросили его, знает ли владыка этого раджу Индрадьюмну. Минуту подумав, он сказал: «Я не знаю раджу Индрадьюмну». Тогда мы его спросили: «Есть ли кто-либо, рождённый ранее владыки?» Он сказал: «Есть, конечно. В этом озере живёт черепаха по имени Акупара. Она рождена ранее меня и, может быть, знает этого раджу. Акупару следует спросить». 9. Тогда тот журавль дал о себе знать Акупаре, черепахе: «Мы решили владыку о некоем деле спросить; поэтому к предстоящим он да выйдет». То услыхав, черепаха, поднявшись из озера, приблизилась туда, где мы стояли. пришедшую на берег озера, мы вопросили: «Знает ли владыка раджу Индрадьюмну?» 10. (Акупара)*, минутку подумав, с глазами, полными слёз, со взволнованным сердцем, дрожа, теряя сознание, сказал: «Как же мне не знать его? Ведь тысячи столбов* он возвёл на кострах! 11. Это озеро было выбито проходящими коровами, приносимыми в дар жрецами (за совершение обряда). Оттого-то я и живу здесь!» 12. В то же мгновение, когда мы услышали воспоминания черепахи, предстала из мира богов колесница и послышались слова, прославляющие Индрадьюмну: «Ты заслужил рай, займи подобающее тебе положение, войди в свою славу, тигр!» 13. На это здесь существуют шлоки:

— Звук (славы) праведного касается земли и неба,

Пока есть говорящие люди, до той поры его слава длится. 14. О бесславии тех существ, что попали в миры беззаконных, Повествуется в мире, пока произносится слово. 15. Поэтому ходящий в благом до бесконечности всегда пребудет; Покинув сквернейшую мысль, да выполняет он дхарму. 16. Это выслушав, тот раджа сказал: «Подожди пока я устрою этих двух стариков!» 17. Он меня и филина Праваракарну в надлежащем убежище устроил, и, взойдя на колесницу, в надлежащее место отправился. Вот, что со мной произошло за мою долгую жизнь. Так Пандавам сказал Маркандея. 18. Пандавы же сказали: «Поистине прекрасную быль ты возвестил об Индрадьюмне, лишившемся райского мира и достигшем (подобающего) состояния!» Тогда сын Дэваки, Кришна, сказал им: «В преисподнюю попал этот раджа-риши и оттуда вновь выкарабкался и достиг рая». Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 199 глава — ПОВЕСТЬ ОБ ИНДРАДЬЮМНЕ Глава 200 Вайшампаяна сказал: 1. Выслушав от Маркандеи, как тогда ниспал тот раджа-риши и (вновь) достиг великой участи в небе, 2. Великий раджа Юдхиштхира снова спросил того муни: «При каких обстоятельствах надлежит давать дары, великий муни? 3. Как (может) продлить человек пребывание в мире Индры? Какой плод он вкушает, будучи домохозяином в детстве, юности, а также в старости?» Маркандея сказал: 4. Есть четыре тщетных рожденья; тщетных даров — шестнадцать. Рожденье бездетного — тщетно, ибо он отступился от долга*, 5. Также того, кто ест приготовленное для другого, кто лишь для себя варит (пищу), Того, кто ест чужое; это считается неистинным, тщетным. 6. Ниспадает тот дар, что уготован другому, Дар брамину вору — падает тщетно, 7. Равно, как и неблагодарному жрецу, неправедному, грешному гуру. Равно как и данное ничтожному жрецу, торгующему Ведой, 8. Пустосвяту* брамину, женатому на шудре брамину, Что даётся по женской линии рода*, а также змеелову. 9. Тщетно то, что даётся слугами*. Вот тщетные дары, их шестнадцать. Человек, окутанный тьмою, даёт из-за страха или во гневе. 10. Вкушает полностью (плоды) дара, ещё находясь во чреве, Человек от рожденья до старости дающий дваждырождённым. 11. Поэтому, царь, все дары, во всех положеньях Дваждырождённым должен давать желающий достигнуть рая. Юдхиштхира сказал: 12. Всем четырём кастам пример давая, (через самсару) Каким способом переправляются и переправляют брамины? Маркандея сказал: 13. Шептаньем молитв, мантрами, возлиянием хома*, чтением Вед, размышленьем; Они, сделав из Вед корабль, переправляются и переправляют. 14. Кто ублажает браминов, тот богов ублажает — Ведь по слову певцов достигают райского мира. 15. Почитая предков, богов, почитая браминов, В нескончаемый, чистый мир ты войдёшь несомненно. 16. Когда слизями* захвачено тело, умирают лишась сознанья; Тогда почитавшие браминов достигают рая. 17. И во время тризны кормить нужно беспрепятственно и прилежно; (Но человек) плохой касты, колдун и бастрюк*, прокажённый, паршивый*, 18. Вооружённый человек непременно подлежит отстраненью. Но как при тризне огонь и нечистые дрова сжигает, 19. Так слепого, глухого, немого и других калек возможно приобщить тризне Совместно с тем, кто превзошёл Веды. 20. Какому воплощённому надлежит давать, услышь, Юдхиштхира. Кто сильный, себя и подателя спасает, 21. Такому дваждырождённому да подаёт знающий все Агамы, Который себя и подателя может спасти, могучий. 22. Ни возлияния топлёного масла, ни благовония, ни цветы, ни хома, Ни огни богов так не радуют, как насыщение гостя. 23. Поэтому прилагай все старанья насытить гостя; Воду для ног, умащенье для ног, светильник, убежище, пищу 24. Кто предложит (гостю), тот не спускается к Яме, раджа. Принесение венков богам, прямодушье, (потребление) остатков (пищи) брамина, 25. Забота о его убранстве, растирание его рук и ног руками — Это в отдельности каждое, превосходный царь, больше, чем подарить корову. 26. Даяние рыжей (коровы) освобождает, в этом нет сомненья, Поэтому украшенную рыжую корову следует давать брамину, 27. Знающему Шрути, бедному домохозяину обременённому детьми, женою, За совершение агнихотры иль за другую (жреческую) услугу. 28. Одну корову следует давать одному, никак не многим: Такая корова, попав в продажу, три поколенья семьи убивает. 29. Она не спасает ни даятеля, ни даже брамина. Нужно давать хорошее золото* (брамину) хорошего рода. 30. (Даже) частью этого золота он заслугу постоянного даятеля получает*. Дающий (быка) подъяремного, годного для упряжки, 31. Преодолевает теснины и достигает небесного мира. Кто даёт землю себя победившему, очистившемуся (брамину), 32. Тот, после такого даянья, достигает исполнения всех своих желаний. Даятеля просят здесь, на земле, обращаются (к нему) люди, 33. Израненные калеки, с ногами, покрытыми пылью. Кто, мудрый, для тех истощённых попросит пищи, 34. Тот прославится наравне с даятелем пищи, в этом нет сомненья. Поэтому ты, все дары оставив, раздавай пищу. 35. Разнообразней и чище плода, чем (плод) подобного (дела), здесь неизвестно. Кто посильно даст певцам приготовленную пищу, 36. Тот получит мир Праджапати за такое дело. Самое отличное — это пища, нет ничего её превосходней. 37. Пищу называют владыкой существ, также «годом» её считают, Год же есть жертва, всё стоит на этой жертве, 38. Значит все существа, что подвижны и неподвижны; Поэтому пища превыше всего, таково преданье. 39. Те, которым (принадлежат) многоводные озёра, источники, убежища, колодцы, Те, что раздают пищу, не откликнутся на сладкий голос Ямы*. 40. Кто хлеб, добываемый трудом, копнами даёт браминам, Земля того будет тучной, безудержно источая богатства. 41. Шествуют впереди даятели пищи, (за ними) следуют правдолюбцы, (Затем) те, что дают без просьбы; вровень шествуют эти три человека. Вайшампаяна сказал: 42. Любознательностью побуждаемый, ещё вопрошал Юдхиштхира Вместе с младшими братьями великодушного Маркандею: 43. — Возвести о пути человеческого (мира) в мир Ямы: Каким образом, по чьему примеру и как его проходят люди, Тот способ открой нам, великий муни! Маркандея сказал: 44. Наитайнейший (это) вопрос, как очиститель его восхваляют риши. Я возвещу тебе эту дхарму, лучшему носителю дхармы. 45. О царь, шестьдесят шесть тысяч йоджан Пути между человеческим (миром) и миром Ямы. 46. Там — ужасные дебри, безводное пространство; Там нет ни деревьев, ни тени, ни воды, ни кровли. 47. (Нет ничего), где бы мог отдохнуть уставший человек, измученный дорогой. Насильно тянут вестники Ямы, исполнители его велений, 48. Мужчин и женщин и всё, что на земле живым называлось; Разнообразной формы дары поданные браминам, раджа, 49. Тянут лошади и прочий скот, люди ж идут по дороге; Те, благие, что дали зонт идут на зное под зонтом, 50. Идут сытыми давшие пищу, ненасыщенными не дававшие пищи. Идут одетыми давшие одежду, без одежды идут не дававшие одежды. 51. Люди, дававшие золото, идут в украшеньях, счастливо. Дававшие землю также идут счастливо, сытые своими делами. 52. Люди, дававшие плоды (своих) нив, также идут без мучений, Люди, давшие дом, движутся на колесницах богов очень счастливо. 53. Люди, дававшие напитки, идут без жажды, с радостным сердцем; По освещённой дороге счастливо идут те, что давали светильник, 54. Счастливо, освободясь ото всех грехов, идут давшие корову; На колесницах богов, запряженных фламингами идут постившиеся месяц, 55. На (колесницах), запряженных павлинами, постившиеся шесть суток, Для тех, что постились, вкушая раз в трое суток, Пандава, 56. И в промежутках не ели, для таких — мир беспечальный; Водам его присуще дивное свойство: счастье они несут в мир усопших, 57. Для них уготована там река по имени «Цветущие воды» — Свежую воду там пьют, подобную амрите. 58. Но пьют гной те, что злые дела совершали; Та река, махараджа, желания все выполняет. 59. Поэтому, Индра царей, совершай почитание не иначе как по закону. Кто в пути истомится, кто покрыт дорожной пылью, 60. Кто даятеля просит о пище, придя под кров его дома, Тот — гость и брамин, его полагается чтить усердно; 61. Когда он приходит, за ним следуют все боги вместе с сынами Васу*; Когда его чествуют и они довольны, когда же не чествуют, их сонм уходит. 62. Поэтому, Индра царей, чествуй его по обряду: Сто раз тебе повторяю это. Дальше, что хочешь ты слышать? Юдхиштхира сказал: 63. Снова и снова хочу я слышать то, что касается дхармы, Чистое слово твоё, знающий дхарму владыка! Маркандея сказал: 64. Царь, то слово, что касается дхармы, я возвещаю, Оно постоянно уносит злое. Итак, внимательно слушай! 65. Рыжую нужно давать корову, плод (того дара), как лучший лотос. Этот плод равен (плоду) омовений ног певцов, превосходный Бхарата; 66. Поскольку остаётся влажной от воды с ног дваждырождённого почва, Постольку с лепестков лотоса влагу пьют предки. 67. Приветствием гостя насыщаются огни; (предложением ему) сидения — Шатакрату, Предки — омовением (его) ног; (предложением) пищи и прочего — Праджапати. 68. Когда показываются ноги и голова телёнка, Тогда нужно давать корову* от глубины души, усердно. 69. Когда телёнок выходит наружу так, что видно лоно, Тогда следует считать корову за землю, пока не освободится утроба. 70. Сколько у неё шерстинок, у телёнка также, Юдхиштхира, Столько тысяч юг в небесном мире насладится (даятель). 71. Кто, получив чёрную корову, умастив (её) сезамовым маслом, Убрав самоцветами, позолотив ей нос и копыта, 72. Отдаёт полученную благочестивому (брамину), Тот, отдав, плод плодов вкушает, Бхарата, 73. Как бы отдав вместе с морем, влагой, пещерами, горами, лесами, Всю землю с четырьмя сторонами света, в этом нет сомненья. 74. Вкушающий поставленные между коленями* и руками яства, Такой дваждырождённый обыкновенно спасает тайным словом. 75. Перечисленные непьющие и пьющие, и другие брамины, Что вместе шепчут Самхиты, те обычно всегда спасают. 76. Годен для совершения возлияний предкам, жертвы богам и для чего-либо другого брамин, знающий Шрути. Давать такому благочестивому, знающему Шрути — как в сияющий огонь совершать возлияние масла*. 77. Приведённые в ярость певцы — вооружённые воины, а не брамины: (Своей) яростью певцы убивают, как громовержец* (убивает) асуров. 78. Праведно это сказанье, поведанное тебе, безупречный, Услышав его, ублажились молчальники, живущие в лесу Наймиша, 79. Их покинули гнев, страх и горе, они стали безгрешны, Вняв этому повествованию, они стали больше, чем люди, раджа. Юдхиштхира сказал: 80. Каково очищенье, посредством которого певец всегда остаётся чистым? Это хочу я услышать (от тебя), многопознавший, лучший из носителей дхармы! Маркандея сказал: 81. Есть очищение словом, очищение делом, очищение влагой, Кто владеет тремя очищениями, тот — небожитель, в этом нет сомненья. 82. В утренние и вечерние сумерки совершает брамин поклоненье, Повторяя шёпотом божественную очистительную матерь Вед — Гаятри. 83. Очищенный той божественной мантрой, брамин грехи разрушает, Он не согнётся даже поднимая землю с её морями. 84. Если ему грозят солнце и другие планеты в небе*, Они укрощаются, становятся лучше и лучше. 85. Преследующие его (ракшасы) мясоеды, Ужасные видом, огромные телом, не справятся с дваждырождённым. 86. Ни изучением Вед*, ни жертвами, ни дарами, ни другим чем-либо Певцам нельзя нанести урона: дваждырождённый подобно огню сияет. 87. Знают ли Веды или не знают, учёны иль неучёны брамины, (Всё равно) ими нельзя пренебречь, как огнём (хотя б) и под пеплом. 88. Как пылающий на месте сожжения трупов мощный Павака-огонь не грязнится, Так и брамин, как великое божество (не грязнится), сведущ ли он иль не сведущ. 89. Лишённые браминов города не сияют Со всеми (своими) воротами, разными дворцами; 90. Но именуется городом место, где живут брамины, Изучившие Веды, добрые нравом, познавшие подвиг, раджа! 91. Где бы ни были многославные: в лесу, в загоне, Там и город, там и (святая) криница; так считается, Партха! 92. Кто к защитнику-радже или подвижнику брамину Обращается, совершив поклоненье, тот худого избегнет. 93. Восхваление очистителей, купание в чистой кринице, Беседу с благочестивыми похвальным мудрые считают. 94. Свидание с благочестивым, очищение водой и благословляющим словом Благие считают достаточным для очищенья*. 95. Ношение трёхрогой палки*, бритьё головы, ношение кос, молчанье, Обет целомудрия, омовения, ношенье одежды из шкур, рогожи, 96. Совершение жертв огню, жизнь в лесу, изнурение плоти, Всё это — тщетно, если дух не очищен. 97. Соблюденье поста не трудно, ведь легко жить без пищи, Очищение деятельности глаз и других индрий*, Изменение их манасом, царь царей, гораздо труднее! 98. Те, что не делают злого манасом, телом, буддхи, Те махатмы (истинный) подвиг творят, а не те, что плоть изнуряют. 99. Не превознесение* над родными просвещает и от грехов очищает тело: Невреждение — вот подвиг; не считается подвигом неяденье. 100. Даже (просто) обитающий в доме мудрец (муни) всегда чистотой украшен; Сострадательный на всю жизнь ото всех грехов свободен. 101. Ведь неядение и прочее* не очищает от злодеяний. (Человек), состоящий из плоти и крови, лишь изнуряется неяденьем. 102. Выполнив такое дело неведенья, он оставляет мученье и только; Дела человека с опустошённым сознаньем* огонь не сжигает, 103. (Но) их чистота отгоняет, она постящихся просветляет. Не питание корнями, плодами, ни питание воздухом ни молчанье, 104. Ни бритьё головы, ни стояние, ни сиденье согнувшись, Ни ношение кос, ни лежанье на плоском месте, 105. Ни постоянное неделанье, ни даже служение Агни, Ни погружение в воду, ни лежанье на твёрдом* 106. Не избавляют от болезни, старости, смерти, Но только знаньем и делом* достигается путь наивысший. 107. Ведь как семя, поджаренное на огне, прорости не сможет, Так Атман не возвратится снова к бедствиям, опалённым знаньем. 108. Ведь отторгнутые от Атмана вещи деревянному забору подобны: Без сомненья они погибают, как пена в огромном море. 109. Во всех существах сокровенно пребывающий* Атман Достигается (произношением) шлоки, даже её половины, тем, кто разрушил (свои) побужденья. 110. Кто двусложным изреченьем*, кто (даже) следом шлоки*, А кто и сотнями, тысячами (шлок) уверенность в знаньи, освобождение получает. 111. «Для сомневающегося* в себе нет ни этого, ни другого мира, ни счастья», Так удостоверясь говорят постигшие знание старцы. 112. Знающий цель Вед и (свои) намеренья твёрдо знает. Да трепещет человек перед Ведами, как перед лесным пожаром! 113. Сухое рассужденье отбросив, ищи прибежища в Преданьи, Ради преданности Единому Вечному* разыскивай Правду. Кто опирается на противоречивые выводы, разум того не достигает успеха. 114. Усилием (сосредоточенности) нужно познать то, что первее Веды, то Веденье, тело которого Веды. Веденье есть Действительность*, которую полностью нужно постичь; Атман — вот Веденье Веды. 115. Божественная Жизнь, вершина действий именуется Ведой. С плодом юги сообразно возникновению воплощённых в мире; 116. Умиротворением индрий его можно избегнуть*, Поэтому пастбище чувств следует подавлять божественным невкушеньем. 117. Духовный подвиг (тапас) есть путь в небо; (истинное) наслаждение рождается от даянья. Следует ведать: освобожденье (достигается) познаньем; гибельно купание в греховных криницах. Вайшампаяна сказал*: 118. На эти слова, царь царей, многославный, молвил: «Я хочу слышать о высшем познании даянья, владыка. Маркандея сказал: 119. То, что ты желаешь знать, долг даяний, о владыка царей, Юдхиштхира, Есть постоянно великая и важнейшая (цель) желаний, раджа, 120. Внимай о тайне даяний, указанных в Шрути и Смрити, В (их) отсветах* вот что влагают в уши творящие тризну*: О Юдхиштхира, десять миллиардов кальп не погибнет, 121. Давший богатство металлом в (эту) влагу жизни, такой не погибнет. Кто, совершив жертвы, приютит вайшью, 122. К тому и против теченья приплывёт (богатство), дождь ему пищу доставит. Большое кормило (спасёт) корабль, так от великих грехов будет свободен 123. Тот, кто в бедствии певцов одарит простоквашей и прочими вещами. В полумесячье (совершают) двойное даянье; да будет оно девятикратным по временам года: 124. По полугодиям, в равноденствие, восьмидесятикратен (плод дара), также в начале (года) При схождении луны и солнца плод (дара) называется бесконечным; 125. Говорят, что по временам года воздаяние бывает десятикратным, а в новогодие — стократным, конечно. Тысячекратный вкушает плод (дара) во время затменья, а в равноденствие он бесконечен. 126. Не пользуется землёй земли не дающий, не восходит на колесницу не давший колесницы. 127. Какие желанные (вещи) кто даст брамину, такие он и получит при возрожденьи. 128. Первым произошло от Агни золото, земля — от Вишну, а быки — сыны Солнца; (Поэтому) получает три мира тот, кто даст золото, коров и землю. 129. Но высший дар есть пища, (за него получают) постоянное пребывание в трёх мирах, а потом — ещё больше; Поэтому главное, высшее — пища, так говорят лучшие мудрецы мира. Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 200 глава — ВЕЛИКОДУШИЕ ДАЯНЬЯ Глава 201 Вайшампаяна сказал: 1. Выслушав, раджа, тогда от причастного великой участи Маркандеи О восстановлении в небе раджа-риши Индрадьюмны, 2. Великий раджа Юдхиштхира спросил, тур-Бхарата, Великого в подвиге, долголетнего, безгрешного Маркандею: 3. «Ты знаешь дхарму, тебе ведомы боги, ракшасы, данавы, Роды различных раджей, вечные роды ришей, 4. И нет ничего тебе неизвестного в этом мире, лучший из дваждырождённых; Муни, ты знаешь были о небесном, людском, о ракшасах, змиях, 5. О богах, гандхарвах, якшах, кимпурушах, апсарах, Об этом досконально желаю слышать, лучший из дваждырождённых. 6. Непобедимый Икшваку звался Кувалаяшва*, Как же случилось, что он стал называться Дхундхумарой? 7. Я хочу знать досконально, лучший потомок Бхригу, Как изменилось имя премудрого Кувалаяшвы». Вайшампаяна сказал: 8. Как спрошенный Юдхиштхирой, Маркандея, великий муни, Рассказал повесть о Дхундхумаре, Бхарата, внемли. Маркандея сказал: 9. Ладно, я расскажу, внимай Юдхиштхира, раджа, Услышь нравоучительную повесть о Дхундхумаре, 10. Как раджа Икшваку, владыка земли Кувалаяшва, Стал Дхундхумарой, внимай, земли владыка! 11. (Жил) знаменитый риши Уттанка, о сын (мой), Бхарата. В Песчаной Пустыни была его отрадная обитель, Каурава. 12. Уттанка совершал очень трудновыполнимый подвиг, махараджа, Многие годы он, владыка, ублажал Вишну. 13. Бхагаван, им ублажённый, ему воочию явился. Узнав его, риши свершил поклонение, разными гимнами восхваляя. 14. — От тебя, боже, все существа: потомки Ману, асуры, суры, Всё, что подвижно и неподвижно. 15. Браму и Веды и (всё), подлежащее знанью ты сотворил, преславный, Голова твоя — небо, солнце — твои очи, 16. Дыхание — ветер, огонь — твоя сила, Вечный, Руки твои — все страны света*, великий океан — твоё чрево, 17. Твои бёдра — горы, боже, а голени — (воздушное) пространство, Мадхусудана, Стопы — божественная земля, волосы — травы. 18. Индра, Сома, Агни, Варуна, дэвы, великие наги, Склонясь, тебе внимают, прославляют в великих гимнах. 19. Тобой преисполнены все существа, существ владыка, Многоотважные йогины, великие риши тебя восхваляют. 20. Когда ты доволен — счастлив весь преходящий мир; твой гнев ужасен. Ход естества ты один ведёшь, Пурушоттама, 21. Для всех существ, богов, людей, ты — носитель счастья, Ты, боже, тремя шагами захватил три мира. 22. Ты учинил гибель торжествующих суров, Твоей отвагой боги достигли высшей нирваны; 23. Царственных дайтьев ты, великолепный, низложил во гневе, Ты здесь везде* всех существ творец, разрушитель. 24. Возрадованные тобой боги повсюду достигают* счастья. Так восхвалённый Уттанкой, великолепный Хришикеша, 25. Вишну сказал Уттанке: «Выбери дар, я тобой доволен!» Уттанка сказал: 26. Мне достаточно и того, что я видел Гари, Пурушу Вечного, Дивного, Творца преходящего мира, Владыку. Вишну сказал: Я бескорыстием, благоговейной твоей любовью, доволен, наилучший. 27. И помимо воли твоей, брамин, дваждырождённый, ты дар от меня получишь. Тогда, удовлетворённый даянием Гари, 28. Уттанка, сложив руки, выбрал дар, о лучший Бхарата: «Если ты благосклонен ко мне, лотосо-голубоокий Владыка, 29. То да пребудет всегда мой разум в истине, укрощении, дхарме. Да укреплюсь я в благоговейной любви к тебе, Владыка». Бхагаван сказал: 30. По моей милости всё это будет тебе, дваждырождённый: Воссияет йога, которой небожители причастны; 31. Ты совершишь для трёх миров великое дело; Великий асур Дхундху, на погибель мира 32. Совершает умерщвление плоти; как ты его погубишь — слушай. Есть непобедимый, отважный раджа Икшваку, 33. Прозываемый Брихадашвой; владыкой земли он будет. Его сын, слывущий Кувалаяшвой, чистый, щедрый. 34. Он, величайший царь, достигнув силы моей йоги, Будет убийцей Дхундху по твоему веленью, певец-риши. Вишну исчез, так молвив тому брамину. Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 201 глава — СКАЗАНИЕ О ДХУНДХУМАРЕ Глава 202 Маркандея сказал: 1. После Икшваку раджа Шашада наследовал эту землю; Достигший великой праведности, он был царём Айодхи. 2. Наследником отважного Шашады был Какустха; У Какустхы был сын по имени Притху; 3. Сын Притху — Вишвагашва, от него родился Адри; У Адри был (сын) Юванашва, а его сын был Шравас. 4. Следует знать: его сын Шравастака, им основан (город) Шраваста. Шравастаке наследовал Брихадашва могучий; 5. Кувалаяшва наследовал Брихадашве, так повествуют; Было двадцать одна тысяча сынов у Кувалаяшвы. 6. Все они, сильные, трудоспособные, знали науку; Но Кувалая (добрыми) качествами превзошёл (своих) предков. 7. Согласно обычаю, отец Брихадашва посвятил на царство Кувалаяшву, праведного богатыря, махараджа. 8. Когда сын получил царство, владыка земли, Брихадашва Отправился в лес для умерщвления плоти, врагов крушитель. Маркандея сказал: 9. О царь, владыка народа, тогда прослышал риши Уттанка Дваждырождённый, что Брихадашва в лесу обитает, раджа. 10. Его, лучшего из знатоков оружья, блистательный Уттанка Стал отговаривать высшего из людей, неизмеримый духом. Уттанка сказал: 11. Дело владык — защищать, его тебе выполнять подобает; От этого нельзя уклоняться, ведь по твоей милости мы живём, раджа! 12. Великодушный раджа, ведь охранять ты обязан землю. С тобой она нерушима будет, нельзя уходить тебе в пущу, раджа! 13. Ведь защита существ здесь является великим долгом; А в пребывании в лесу его не видно; пусть и мысли об этом у тебя не будет! 14. Владыка царей, нет долга, равного подобному долгу, Как защита существ; древние цари его выполняли. 15. Охранять народ подобает радже, и тебе его охранять подобает. Я не могу безопасно творить (свой) подвиг, раджа! 16. Возле моей обители в пустынных равнинах Есть море песка, именуемое Уджджалака*. 17. На много йоджан распростёрлось оно (в ширину) и в длину на много йоджан; Там — ужасный царь данавов великолепный, великоотважный 18. Сын Мадху и Кайтабхи*, по имени Дхундху, престрашный. Раджа, он вглубь земли ушёл и там живёт, могучий; 19. (Только) его убив, ты сможешь отправиться в лес, махараджа, Он лежит, предавшись ужасному умерщвлению плоти на погибель мира. 20. На погибель миров и Тридцатки (богов), раджа! Полностью неуязвим он для богов и дайтьев, 21. Ракшасов, якшей, гандхарвов, раджа, — Получил он такой дар от Предка всего мира. 22. До его погибели — благо тебе — у тебя об ином не должно быть и мысли. Ты получишь великую, вечную, верную, непреходящую славу! 23. Когда он спит в песке, жестокий, Длится полностью год его выдыханье. 24. И тогда трясётся земля, её горы, леса и воды; Его выдыханье великим ветром вздымается, раджа, 25. Достигает дороги солнца; (ещё) семь дней (продолжается) землетрясенье, Мешается пламя с дымом, (сыпятся) искры*. 26. Поэтому пребывать в своей обители не могу я, раджа. Уничтожь его, Индра царей, блага мира желая! 27. Миры будут жить счастливо после уничтожения того асура! Ты же способен его погубить, так мыслю. 28. Ты пойдёшь, своей силой приняв силу Вишну; Мне дар пожаловал некогда владыка мира — Вишну: 29. Ужасного того асура погубит земли владыка*, В него, труднооборного, проникнет сила Вишну. 30. Индра царей, труднодостижимую на земле прими эту славу! И того дайтья, ужасного силой, Индра царей, низвергни, 31. Ибо меньшим пылом тот великий пыл Дхундху Сжечь невозможно, даже за сотни лет, земли хранитель! Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 202 глава — СКАЗАНИЕ О ДХУНДХУМАРЕ Глава 203 Маркандея сказал: 1. Так мудрому радже говорил Уттанка, о лучший каурава; Непобедимый Уттанке ответил тогда, сложив руки: 2. «Брамин, твой приход не будет тщетным; Владыка, мой сын, по имени Кувалаяшва, 3. Твёрд, скор в деле, на земле ему нет равного по отваге. Всё, что тебе угодно, он выполнит несомненно. 4. Все сыны его окружают — богатыри с палицеподобными руками. Меня ж уволь, брамин, ведь я теперь сложил оружье». 5. «Ладно», — тогда промолвил многосильный муни; Раджа-риши, указав (на сына) махатме Уттанке, 6. Сказал: «Выполнить нужно» и отправился в превосходную пущу*. Юдхиштхира сказал: Владыка, кто же тот могучий дайтья, о великий подвижник, 7. Чей сын или внук, это я знать желаю; Я не слыхал о таком могучем дайтье, великий подвижник. 8. Это всё досконально, владыка, я знать желаю* Подробно, многопознавший великий подвижник*. Маркандея сказал: 9. Раджа, услышь всё, как случилось, владыка народа, Подлинную, подробную повесть, многопознавший. 10. Как погиб мир, подвижный и неподвижный, превратясь в одно море, Когда все существа погибли, тур-Бхарата, 11. Тогда — так повествуют совершенные муни — всех миров великий владыка, Творец и причина мира, Вишну, непреходящий, вечный, 12. Почил Владыка Вишну на водах; Могучий (покоился) на великом теле змия Шеши. 13. Бхагаван, всеблагой творец мира, вечный Гари, Телом змия опоясал великую землю. 14. Из пупка того почившего бога сияющий лотос, Подобный солнцу, вышел дивный и там предстал Предок. 15. В лотосе появился сияющий, подобно солнцу, учитель мира, Брама. С четырьмя Ведами, четвероубразный, четвероликий, 16. Труднозримый в своём сияньи, многосильный, многоотважный. Через какое-то время два данава, превосходных силой, 17. Мадху и Кайтабха, заметили владыку, Покоющегося в дивном лотосе; на теле лучезарного змия 18. Бхагаван распростёрся на много йоджан, во много йоджан длиною. Венчанный, украшенный жемчужиной Кауштубха, одетый в жёлтые одеянья. 19. Он сиял блаженством, красотой, силой, раджа, Был видом подобен тысяче солнц, подобен чуду. 20. Очень сильно изумились оба — Мадху и Кайтабха, Увидев в лотосе голубо-лотосоокого Предка. 21. Они, безмерно сильные, испугали Браму, Перед ними, многославными, сильно затрясся* Брама; 22. Заколебал он стебель лотоса и так пробудил Вишну; И увидал Говинда двух крайне могучих данавов. 23. «Добро пожаловать вам, могучие», — бог, заметив их, молвил: «Предоставляю вам лучший дар, ибо приязнь вы во мне возбудили». 24. Но многосильные, многоспесивые надсмеялись над Хришикешей, О махараджа, оба вместе ответили Мадхусудане: 25. «Бог, получай от нас дар, мы оба — даров податели, лучший сура, Мы тебе жалуем дар!» Непоколебимые, так они сказали оба. Бхагаван сказал: 26. Богатыри, я дар выбираю, мой дар желанный; Одарены вы оба силой, нет вам равного мужа; 27. Итак, многоотважные, чтобы я вас убил согласитесь! Это желанье хочу получить ради блага мира. Мадху—Кайтабха сказали: 28. Лживого мы не говорили раньше, даже в безразличном, а теперь тем боле; Мы радуемся истине, как долгу, знай это, Пурушоттама! 29. В силе, спокойствии, отваге нет нам равных, В самообладании, нравах, в даянии, подвиге, долге. 30. Нас затопило великое горе, Кешава, За наши речи воздай, ибо ты — непреложное Время. 31. Но мы желаем, чтобы ты сделал одно, владыка: В незакрытом пространстве убей нас, лучший из лучших суров! 32. Пускай твоими сынами мы возродимся оба, прекрасноокий. Бог, мы такой дар выбираем, знай, лучший из суров. 33. Бог, этому внемли, да не будет неправды! Бхагаван сказал: Всё сказанное выполню, так это будет! 34. Но, поразмыслив, не заметил Говинда Мадхусудана Незакрытого места ни на земле, ни на море, ни в небе. 35. Тогда лучший бог взглянул на свои незакрытые бёдра И придержав головы Мадху и Кайтабхи, раджа, Их острым диском отсёк превосходный Мадхусудана. Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 203 глава — СКАЗАНИЕ О ДХУНДХУМАРЕ Глава 204 Маркандея сказал: 1. Великолепный сын этих двух по имени Дхундху, великий раджа, Великолепный, богатырь великий, он совершил умерщвление плоти: 2. Стоял на одной ноге, укрощая себя, истощая; Поэтому удовлетворённый им Брама ему дар предоставил владычный — 3. «Для всех богов, ракшасов, гандхарвов, якшей Неуязвимым да буду! Вот дар, избранный мною». 4. «Пусть так и будет. Иди», — ему ответил Предок. Тот же, головой припав к ногам говорящего, удалился. 5. Получив дар, могучий, отважный Дхундху, Вспоминая убийство обоих отцов*, бегом приблизился к Вишну. 6. Разгневанный Дхундху победил и богов, и гандхарвов, Уязвлял он тяжко и многократно всех богов и Вишну. 7. В песчаное море, называемое Уджджалака, В ту страну явился этот злодей, о лучший Бхарата, 8. И с отчаянной силой он уязвлял обитель Уттанки. Уйдя вглубь земли там, средь песка, владыка. 9. Мадху и Кайтабхи сын, Дхундхука*, страшный крайне отважный, Прибегая к силе умерщвления плоти, лежал* на погибель мира. 10. Близ обители Уттанки, выдыхая искры, пламя. В это время с войском, с упряжными животными (явился) раджа, 11. С Уттанкой пришёл великий царь Кувалаяшва, Владыка земли, со (своими) сынами, тур-Бхарата! 12. Двадцать одна тысяча сыновей, врагов губитель, Преисполненных силы, Кувалаяшву сопровождали, владыку народа. 13. В него тогда вступил Бхагаван Вишну с владычной силой. По настоянию Уттанки (явился раджа), желая блага мира. 14. Когда он, невиданный, продвигался, раздался голос с неба: «Вот святой, неуязвимый, он будет убийцей Дхундху!» 15. Дивными цветами боги его со всех сторон осыпали, Сами собой, без удара, звучали небесные бубны. 16. Во время передвижения того премудрого свежий ветер веял, Дождь посылал владыка суров, очищая от пыли землю. 17. На небосводе колесницы богов, Юдхиштхира, Появились там, где Дхундху, великий асур находился. 18. Великие риши вместе с богами, гандхарвами созерцали, Охваченные любопытством, битву Кувалаяшвы и Дхундху. 19. С пылом Нараяны, каурава, туда скоро прибыл Тот царь, сопровождаемый со всех сторон сынами. 20. Стал копать море великий царь Кувалаяшва; И сыны Кувалаяшвы в том песчаном море, 21. Семь дней прокопав, увидали могучего Дхундху — В песке был скрыт его великий, ужасный облик. 22. Жаром пламени, как солнце, тур-Бхарата, Закрыл тогда западную сторону Дхундху. 23. О тигр раджей, он пламенел, пожару смерти* подобный пылом. Сыновья Кувалаяшвы его со всех сторон окружили. 24. Они набежали с острыми стрелами, палицами, толкачами, С засовами, дротиками, мечами, заклятым* (оружьем). 25. Под угрозой смерти он встал*, гневный могучий И яростно пожрал их разнообразное оружье. 26. Огонь изрыгал он из пасти, подобный пламени кончины мира, И тех всех сыновей царя он опалил своим жаром. 27. О тигр средь людей, он, яростный, огнём, рождённым из пасти. Как бы взметал мгновенно миры, как некогда владыка Капила*. 28. Яростный, (опалил) сынов моря*, то было подобно чуду, Когда сожжены они были огнём его гнева, лучший Бхарата! 29. Того пробудившегося великого духа, как бы второго Кумбхакарну, Осадил многопылкий великий царь Кувалаяшва. 30. Огромный телом, из себя выпустил воду махараджа; Царь, тогда владыка пламени испил воду. 31. Но йогин (то) пламя успокоил водой (силой) йоги; О царь царей, он оружием Брамы* жестоко отважного дайтья 32. Испепелил ради блага миров, лучший Бхарата; Оружием опалил раджа-риши Кувалаяшва великого асура, 33. Того врага суров, подобного владыке тройственного мира (Индре). Тогда убившего Дхундху, многославного раджу Кувалаяшву, 34. Необорного колесничего, «Смерть Дхундху» назвали Довольные все тридцать (богов) и великие риши; 35. «Дар избирай!» — так ему сказали. Тогда, преклонясь, сложив руки, Глубоко обрадованный царь молвил такое слово: 36. — Да буду я богат дарами для лучших браминов, неодолим для врагов (да буду); Да будет ко мне благосклонен Вишну*, невреждению пусть (буду предан) 37. И вечно радуясь дхарме, пусть в раю бесконечно пребуду! «Да будет так!» — довольные боги тому царю сказали, 38. Также риши, гандхарвы, премудрый Уттанка. Затем, преподав ему различные благословенья, раджа, 39. Отбыли восвояси боги, великий риши. У него осталось три сына, Юдхиштхира; 40. Хридашва, Капилашва, Чандрашва, о тур-Бхарата. Раджа, от них, великодушных потомков Икшваку, 41. (Пошёл) непрерывный род причастных великой доле, многосиятельных раджей. О превосходный, вот как низвержен там Кувалаяшвой 42. Великий дайтья по имени Дхундху, сын Мадху и Кайтабхи И как «Смертью Дхундху», Дхундхумарой прослыл царь Кувалаяшва. 43. Он имя носил сообразно своему свойству. Вот поведано тебе всё, о чём ты спрашивал, (раджа). 44. У того, кто передаст сказанье о Дхундхумаре, Эту чистую повесть во славу Вишну, 45. Или, кто (ей) внимает, будет род праведных сынов у такого человека. Внимая (начертанному) в книгах, он будет благополучен и долголетен, Не тронет его никакая болезнь, заботы его исчезнут. Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 204 глава — СКАЗАНИЕ О ДХУНДХУМАРЕ Глава 205 Вайшампаяна сказал: 1. Тогда царь Юдхиштхира махатме Маркандее Задал очень трудный для познавания вопрос о дхарме, лучший Бхарата: 2. — Слышать хочу, владыка, о высшем величии духа женщин; В своём рассказе, певец, об этой сокровенной дхарме досконально поведай. 3. Наглядно ты показал богов, риши-певец превосходный, Солнце, луну и ветер, огонь и землю, 4. Отца и мать, также гуру, превосходный владыка, И всё иное, что боги установили, радость Бхригу. 5. Надлежит воздавать почтенье всем гуру и женщинам, чтущим супруга*. Послушание преданных мужу женщин крайне трудно выполнимо, так мыслю. 6. О величии духа преданных мужу благоволи рассказать, владыка, Подавивших смятение чувств*, укротивших сердце, безгрешный. 7. О стойких, чтущих, как божественное слово, мужа. Ведь выполнять это трудно, так мне кажется, великий владыка! 8. Как у матери и отца (находятся) женщины в повиновеньи у мужа, дваждырождённый. Более трудного долга, чем долг женщин, не вижу. 9. Те жёны правильно поступают, брамин, которые всегда неуклонно, Как матери и отцу, повинуются (мужу), что весьма трудно, конечно; 10. Те, что преданы одному лишь мужу, что говорят всегда правду, Что десять лунных месяцев плод носят во чреве. 11. Достойно отбыв (своё) время, к великой опасности они приходят, Испытывают тяжёлые боли; удивительней есть ли что-либо? 12. Почтенные рожают сынов с великим страданьем, владыка, А растят их с великой нежностью, о тур среди дваждырождённых. 13. Случающимися бедами они пренебрегают И своё трудновыполнимое дело всегда выполняют, так мыслю*. 14. О сущности выполнения долга кшатриев поведай мне, дваждырождённый; Очень трудно выполнять (свой) долг, певец, тем, кто вредит людям*. 15. Об этом вопросе, лучший знаток вопросов, Услышать хочу, блюдущий благие обеты, лучший из рода Бхригу. Маркандея сказал: 16. Ладно, этот весьма трудноизложимый вопрос, лучший Бхарата, Разъясню досконально; что скажу, постигни! 17. Иные считают более чтимой мать*, отца — другие. Растя детей, мать выполняет весьма трудное дело; 18. Отцы же добиваются сыновей (духовным) подвигом, терпеньем, Жертвой богам, чарами, послухом, дарами (браминам). 19. Приложив много усилий, они получают труднодостижимого сына. Всегда мечтают: «Будет ли витязь ему подобный?» 20. На сыновей мать и отец возлагают надежды, Бхарата, (Ожидая) славы, чести, могущества и выполненья сыновьего долга*. 21. Кто делает плодотворной надежду обоих, тот знаток долга; О царь царей, отец и мать радуются его постоянной славе. 22. Его хвала и дхарма нескончаемы здесь и после смерти. Он не упускает ни жертв, ни обрядов, ни поста, ни тризны. 23. (Жена), повинующаяся мужу, завоёвывает небо. На этом, раджа, рассужденье закончим, Юдхиштхира. 24. (Теперь же) о преданных (жёнах), соблюдающих долг, прилежно слушай! Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 205 глава — ПОВЕСТЬ О ПРЕДАННОСТИ МУЖУ Глава 206 Маркандея сказал: 1. (Был) некий дваждырождённый отличный, чтением Вед и подвигом богатый, Подвижник, праведных нравов Бхарата; звали его Каушикой. 2. Упанишады и Веды с их дополненьями прочитал лучший из дваждырождённых. (Однажды) сидел он у корней какого-то дерева, читая Веды. 3. А на вершину дерева опустилась цапля; Её испражнения упали сверху на брамина. 4. Это заметив, дваждырождённый дурное помыслил, Будучи сильно разгневан, он взглянул на цаплю. 5. Осуждённая певцом, она упала на землю. Увидев упавшую цаплю, лишённую сознания, жизни*, 6. Мучимый жалостью, дваждырождённый о ней сокрушался: «Я недолжное совершил, увлечённый страстью гнева». Маркандея сказал: 7. Так многое говорил; затем он пошёл за подаяньем в деревню. В деревне он обходил чистые семьи, тур-Бхарата; 8. Придя в ту семью, куда он заходил и раньше: «Подай», так (молвил), а женщина «Подожди» ответила на просьбу. 9. Пока домохозяйка очищала посуду, раджа, В это время, мучимый голодом, внезапно 10. Вошёл (её) многочтимый муж, о превосходный Бхарата. Она же, многочтимая, увидев супруга, оставила брамина; 11. Предложила воды для ног и полоскания рта, также, сидение мужу; Взорами, движениями она предлагала супругу 12. Для вкушения пищу и медвяные напитки, Остатки же сама вкушала, Юдхиштхира, вся занятая мужем. 13. Божеством почитала супруга, мыслью за мужем следила, Действием, сердцем, словом она стремилась к мужу, ни к кому иному; 14. За своим владыкой всем существом следила, радостно повинуясь, Добродетельная, чистая, щедрая, радующаяся благу домохозяйка. 15. Также постоянно предана была благу супруга, Богов, гостей, слуг, свекра, свекрови 16. Высочайшим и постоянным послушанием, обузданием чувств непрестанным. Она увидела брамина, стоящего в ожидании подаянья; 17. Творящая послушание мужу, вспомнила тогда прекрасноокая; Благочестивая пришла в смущенье, лучший Бхарата; Преславный певец собрался в путь, приняв подаянье. Брамин сказал: 18. Почему ты, сказав «подожди», прекрасная, Не отпустила меня, учинив задержку? Маркандея сказал: 19. Увидев брамина, горящего гневом, как бы сверкающего пылом, Благочестивая, сперва воздав почтенье, царь царей, сказала слово, Женщина сказала: 20. Зная, что для меня супруг — великое божество, благоволи оказать снисхожденье; Он принял моё послушанье, истомлённый, голодный. Брамин сказал: 21. Почтеннее всех — брамины, ты же оказала почтение мужу; Выполняя обязанность домохозяйки, ты пренебрегла брамином. 22. Даже Индра склоняется перед ними, тем более земные люди. Заносчивая родительница, иль ты не слышала старцев: 23. «Брамины подобны огню, они могут сжечь даже землю!» Женщина сказала: Я не цапля, риши-певец, укроти свой гнев, подвижник! 24. Яростным оком взирая, что ты мне сделаешь в гневе? Не отношусь я с пренебреженьем к богоравным, премудрым браминам. 25. Снисходительным быть соизволь, певец, к этой моей нерадивости, безгрешный! Я знаю силу браминов, причастных великой доле, мудрых. 26. В море вода стала солёной, для питья негодной Гневом молчальников, пылающих подвигом, себя утвердивших. 27. Огонь их гнева и поныне в лесу Дандаке. Крайне злобный Ватапи из-за пренебреженья к браминам 28. Попал под гнев Агастьи, был им переварен* асур жестокий. Слышно о многих деяньях великодушных браминов. 29. Гнев браминов огромен, но также (огромна) и милость великодушных браминов*; В моей оплошности, брамин, благоволи оказать мне снисхожденье, безгрешный; 30. Повиновение мужу есть дхарма, так я считаю, дваждырождённый, Из всех божеств наивысшим богом я почитаю супруга. 31. Я должна выполнять непрестанно эту дхарму, лучший из дваждырождённых. Виждь, брамин, каков плод послушания мужу! 32. Знай, я цапля, сожжённая тобой во гневе, Гнев — это враг, пребывающий в теле людей, лучший из дваждырождённых*. 33. Кто оставляет гнев, заблужденье, того боги признают брамином. Кто говорит здесь правду и почитает гуру, 34. Кто не вредит даже вредящему, того боги признают брамином. Кто чувства победил, кто чист, считает высшим дхарму, прилежно изучает Веды, 35. Кто подчинил вожделенье и гнев, того боги признают брамином. Кто себя с миром сливает*, кто знает дхарму, разумен, 36. Кто все законы блюдёт, того боги признают брамином. Кто (сам) читает Веды, иль читать поручает*, кто совершает жертвы, иль совершать поручает, 37. Также кто подаёт посильно, того боги считают брамином. Кто, как брахмачарья, превосходит науки, о тур среди дваждырождённых, 38. Кто рачителен в чтении Вед, того боги признают брамином. Кто счастлив браминами, их восхваляет, 39. Такой человек не рад неправде, но восхваляет правду. Дхармой брамина считается сдержанность, прямота, изученье Писаний, 40. Постоянное укрощение чувств, лучший из дваждырождённых. Люди, знающие дхарму, считают высшей дхармой прямоту и правду; 41. Труднопознаваема вечная дхарма, она пребывает в правде: «Мерилом дхармы да будут Шрути», — так указуют старцы. 42. Часто дхарма является в малом, дваждырождённый, Ты же, владыка, (хоть) и знаток дхармы, (хоть) и чист, и прилежно читаешь Веды, 43. Однако недостаточно знаешь дхарму, так думаю, владыка, А если ты, певец, не знаешь какова высшая дхарма, дваждырождённый, 44. Спроси об этом праведного охотника*, придя в город Митхилу: Он повинуется отцу, матери, говорит правду, победил свои чувства. 45. В той Митхиле живёт охотник, он возвестит тебе дхарму; Туда отправляйся — благо тебе — согласно желанию, дваждырождённый. 46. За лишние речи будь ко мне снисходителен, безупречный. Всех женщин уважать подобает тому, кто следует дхарме. Брамин сказал: 47. Прошёл мой гнев, благо тебе, прекрасная, я тобой доволен, Наставленье, что ты мне дала, для меня — высшее благо. 48. Послушаюсь и пойду, прекрасная, да будет с тобою счастье! Маркандея сказал: 49. Отпущенный ею брамин отправился восвояси; Упрекал самого себя Каушика, лучший из дваждырождённых. Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 206 глава — ПОВЕСТЬ О ПРЕДАННОСТИ МУЖУ Глава 207 Маркандея сказал: 1. О чудесных речах женщины без конца размышляя, Самого себя порицая, он сожалел о своём поступке. 2. И пребывал в размышлении о сокровенном пути своей дхармы; «Осуществлять его подобает верой*; итак, я пойду в Митхилу! 3. В ней живёт охотник; он, видимо, совершенный знаток дхармы; Теперь я пойду спросить (этого) подвижника о дхарме». 4. Так слово женщины он обдумывал в сердце с доверьем К убедительным, закономерным, красноречивым словам Цапли. 5. Преисполненный любознательности, он отправился в Митхилу, Проходя леса, города, деревни. 6. Так он пришёл к Митхиле, хорошо защищаемой Джанакой, Прекрасной, богатой жертвами, праздниками, дхармой, 7. С воротами, ходами-переходами, разными прекрасными дворцами, С многими колесницами; он вошёл в приятный город, 8. С телегами, хорошо устроенными большими путями, С лошадьми, слонами, многочисленным войском, 9. Постоянно полный праздничной, радостной толпой джанакийцев. Блуждая, брамин рассматривал многолюдный (город). 10. Он спросил о праведном охотнике; «Есть такой», — отвечали брамины. Придя туда, подвижника он увидел, 11. Находившегося в мясном ряду* и продававшего мясо буйволов, ланей. Вне круга кишащих суетных* людей стал дваждырождённый. 12. (Охотник) вскочил, узнав о приближении брамина, И подошёл поспешно к замеченному им, стоявшему в стороне брамину*. Охотник сказал: 13. Добро пожаловать, привет лучшему дваждырождённому, владыке. Я — благо тебе — охотник; приказывай, что мне исполнить?* 14. Что тебе сказала преданная мужу: «Надо идти в Митхилу», Я знаю, также всё, чего ради ты сюда явился. 15. Очень был поражён певец, его слово услышав, «Это двойное чудо», — подумал дваждырождённый. 16. Он так спросил: «Можешь ли ты это место оставить?» Ответил охотник: «Идём в мой дом, владыка, если тебе, безупречный, угодно». Маркандея сказал: 17. Обрадованный певец ему молвил: «Охотно!» (Тогда) тот пошёл домой, пропустив вперёд брамина. 18. Войдя в приятный дом, был почтён сиденьем, Получил воду для ног и полоскания рта дваждырождённый. 19. Затем, удобно усевшись, молвил охотнику слово: «Это занятие недостойно владыки, так полагаю. Очень я огорчён, мой сын, твоим ужасным делом!» Охотник сказал: 20. Это занятие рода, я следую отцу и деду; Колеёй своей дхармы идущего, не осуждай меня, дваждырождённый! 21. Следует выполнять занятие, издревле установленное Дхатаром, Заботясь о старых родителях, им повинуюсь, дваждырождённый! 22. Правдивостью, неосужденьем, также посильным даром, Великим почтением к богам и гостю, также (вкушеньем) остатков я существую. 23. Не пренебрегаю никем, сильнейшего не осуждаю. Ведь некогда (сам) Творец определил занятия, о лучший из дваждырождённых. 24. Здесь народ существует земледелием, скотоводством, торговлей, Три эти столба — поддержка мира. 25. Указаны: служение — шудре, земледелие* — вайшье, кшатрию — воеводство, Брамину — всегда учение, чтение мантр и правда. 26. Если раджа управляет справедливо, своим делам народ отдаётся; А кто от своих обязанностей отклонился, того (раджа) понуждает заняться (ими). 27. Нужно всегда бояться раджей, ведь это — владыки народа; Цари останавливают распутных, как стрелами ланей. 28. Здесь у Джанаки, риши-певец, распутных не бывает, Четыре касты радуются своему делу, лучший из дваждырождённых. 29. Ибо раджа Джанака распутного — даже сына — наказанию подвергает, Раз тот подлежит наказанью; на праведного ж не гневится. 30. Соглядатаями хорошо осведомляемый, царь всё правильно видит. (Итак), царство, власть, наказанье — кшатриев дело, лучший из дваждырождённых. 31. Но раджа, согласно своему долгу, ищет ещё большей власти: Ведь спасителем всех каст бывает раджа. 32. Брамин, другими убитых буйволов, вепрей Я всегда продаю, но сам, певец-риши, не убиваю. 33. Я не вкушаю мяса, не приближаюсь к жене во время кровей; Дваждырождённый, я соблюдаю пост: всегда только ночью вкушаю*. 34. Я нравственность соблюдаю, хоть и кажусь безнравственным человеком: Наношу вред животным, но всё же соблюдаю дхарму. 35. Цари народа, отступая от дхармы, вызывают большое смятенье. Когда продолжается беззаконие, происходит смятенье народа: 36. Родятся ужасные видом карлы, тупоголовые, с горбами, Евнухи, косоглазые, слепые, глухие. 37. Гибнет всегда народ, если царь лишь на словах законник, А этот раджа Джанака праведно на народ взирает. 38. Объединяет он весь народ, что радеет о долге. Хвалят меня иные люди, иные ж порицают, 39. Я ж угождаю всем, добросовестно выполняя дело. Цари земли обеспечивают тех, кто свой долг выполняют, 40. Но ни в каком даре не нуждается возвышенный нравом; Посильно я раздаю подаянье, креплюсь в своём вечном долге; 41. Как подобает, я воздаю почтение всем живущим. Добрые качества смертных отречением, не чем иным, утверждаются в человеке. 42. Избегать надо лживых речей, приятное нужно делать (другому) без просьбы; Ни по влечению, ни по ненависти, ни ради (своих) начинаний нельзя уклоняться от долга. 43. Не следует чрезмерно радоваться приятному, из-за неприятного огорчаться; В трудностях нельзя, заблуждаясь, отступать от долга. 44. Кто занят каким-либо делом, не должен его сменять на иное; Приобщать себя нужно тому, что считаешь хорошим. 45. Нельзя злом за зло воздавать, благого нужно держаться, Кто, убив злого, сам задумает совершить преступленье, 46. Тот поступает неправедно, грех совершает, кривду; Над чистым насмехаются люди, не стоящие в правде, 47. А кто не верит праведному, тот несомненно погибнет. Злой постоянно бывает как большие мехи надутым, 48. Но бесплодными остаются начинания невежественных, надменных. Да явит человек своё внутреннее «я», как солнце образ дня (являет). 49. Глупец, восхваляя отделённость*, не сияет в мире, Но совершенно знающий, даже неомытый, здесь сияет. 50. Он не занимается самопоклоненьем, ни о ком не говорит с порицаньем, Не видно, чтобы на земле блистал тот, кто таким качеством обладает*. 51. Скорбящий о (совершённом) грехе, освобождается от дурного: «Впредь так не буду делать» это (решив человек), освобождается, о дваждырождённый, 52. От того злого поступка, превосходнейший из браминов. Так постигается, брамин, это ученье о долге. 53. Злые дела, совершённые раньше, впоследствии праведность устраняет, Сделанное здесь по неразумию зло, дхарма устраняет, раджа*, 54. А совершив дурное, пусть думает человек: «не я это (сделал)», Ведь это внутренний человек и боги видят. 55. Пусть преисполненный веры, без ропота, он стремится совершить благое, (Слабости) праведных устраняя, как прорехи в одежде. 56. Если человек, совершивший зло, (затем) стремится к благому, Он освобождается от всех грехов, как луна от громадной тучи. 57. Как бывшую тьму вставая рассеивает солнце, Так и стоящий в благом освобождается от дурного. 58. Жадность — жилище злых, знай, лучший из дваждырождённых, Недостаточно сведующие в писаньи люди от жадности в грех впадают. 59. Вид закона беззаконие (принимает), как яму скрывают травы; У (лицемеров) сдержанность, повторенье (молитв), очищенье — как у блюдущих дхарму; (Но) всё это заметно; отличное* же поведение очень трудно достижимо. Маркандея сказал: 60. Праведного охотника спросил тот певец многопознавший: «Как я узнаю, высочайший муж, того, чьё поведение совершенно? 61. От тебя хочу это слышать, лучший блюститель дхармы. Благо тебе, премудрый охотник, всё досконально поведай». Охотник сказал: 62. Жертва, дары, духовный подвиг, Веды, правда, дваждырождённый, Вот пять очистителей для совершенных нравом, постоянно дающий! 63. Кто подчинил (своей) воле вожделение, гнев, обман, жадность, лукавство Удовлетворённо (сказав): «Вот это дхарма!» тех поведение совершенно. 64. Помимо такого нет (действительно) выполняющих жертвы, изученье Писаний. Защита праведности — второй (признак) того, чьё поведенье отлично. 65. Повиновение гуру, правда, безгневность и подаянье — Вот четверица (качеств) тех, что совершенны нравом, постоянно дающий*. 66. Кто в совершенном поведении утвердил сердце, противостав отовсюду (неправде), Тот достигает образа жизни, недоступного ни для кого иного. 67. Истина есть тайноучение* Вед, тайноучение истины — самообладанье, Тайноучение самообладания, о постоянно дающий, есть отрешённость совершенных нравом. 68. А люди, чей разум попал в заблужденье, ропщут на дхарму; Кто за таким заблуждением следует, тот страдает. 69. Для совершенных, преданных Писанию и отреченью, (себя) укротивших, Взращенных на пути дхармы, высшая цель есть Дхарма и Правда. 70. Достигают высшего разумения люди совершенных нравов, Преданные мысли учителя; как на постоянную цель они взирают на дхарму. 71. Отрицателей*, преступающих границы, жестоких, стоящих в злых мыслях — Оставь их, а праведных посещай, достигнув познанья. 72. Вуды пяти органов чувств полны крокодилами — жадностью, вожделеньем; Из стойкости соорудив корабль, переправься через превратности воплощенья. 73. Постепенно образуемая из размышления и разумения великая дхарма, Да будет светлой одеждой совершенных нравом. 74. Невреждение есть высшее слово правды, для всех существ — высшее благо, Невреждение — высшая дхарма, оно пребывает в Правде. Устойчиво всё настоящее и грядущее, когда утверждается Правда. 75. Правда важнее всего, в ней обитают совершенные нравом. Нравственность есть основа благих, знаком нравственности (отмечены) благие. 76. Кто какой природы, тот плоды своей природы вкушает: Злой в себе самом получает гнев, вожделение и другие пороки, Атмана отрицая; 77. Благоразумные начинанья сообразны закону — таково преданье; Безнравственность есть беззаконье, совершенные так указуют. 78. Не ропщут, несебялюбивы, независтливы, безгневны Прямодушны, преисполнены мира совершенные нравом. 79. (Люди) чистой жизни опытны в Ведах, разумны, Покорны гуру, укрощают себя совершенные нравом. 80. Своё ужасное несовершенство праведными делами, Трудновыполнимым благим поведением они уничтожают. 81. Ту, всегда превосходную, благую, чудесную, вечную дхарму Постоянно праведностью созерцая, разумные направляются в небо. 82. Люди, утверждающие (бытие), смирив гордость, почитая дваждырождённых, Живя по Писанию, благие — в раю обитают. 83. Дхарма возвещённая Ведами, (дхарма) в законодательных книгах И (дхарма) совершенных нравом — вот три вида дхармы. Усвоение знаний есть омовенье в (святой) кринице. 84. Терпение, правдивость, прямодушие, чистота (присущи людям) совершенных нравов, Всегда радующимся благу всех существ и неврежденью. 85. Грубо никогда не говорят благие, друзья дваждырождённых; Плоды хороших и нехороших дел накопляя 86. Совершенные постигают зрелость, во всём отличаясь: Полнотой рассудительности, полнотой (добрых) качеств, желанием блага всему миру. 87. В правду вступили благие и рай заслужили Распределением даров, благодеяниями скорбящим; 88. Их все уважают, они богаты подвигом, (познанием) Шрути, Они сострадательны ко всему живому; (таких) совершенными считают. 89. Отличаясь щедростью, они уже здесь достигают блаженства миров счастливых. Они вполне отзывчивы к страданию слуг, супруги; 90. Встречаясь с благими, сверх сил дают благие, Они постигают ход мира, своё благо и дхарму; 91. Следуя такому пути, блаженствуют бесконечные годы. Невреждение, прямодушие, милосердие, правдивость, 92. Безгневность, смирение, стыдливость, стойкость, обузданность, умиротворённость. Мудрые твёрдо блюдут, всем существам сострадая. 93. Без ненависти, вожделения, мир созерцают благие. Для добрых есть три величайших пути, так говорят благие: 94. Добрый не должен вредить, должен всегда быть правдивым, Должен всегда быть сострадательным, щедрым. 95. Шествуют в полном довольстве высшим путём закона Махатмы совершенно нравственные, хорошо размыслив о дхарме. 96. Безропотны, умиротворены, довольны, приветливы, терпеливы, Отбросили вожделение, гнев, совершенного поведения (люди), таков их обычай. 97. Высший путь благих — дела, сообразные Шрути; Их придерживаются совершенного поведения (люди), постоянно преданные долгу; 98. Взойдя на чертог* познанья, они освобождаются от великой скорби И созерцают различные явления мира, лучший из дваждырождённых! 99. Эти добродетели превосходят всякое зло, лучший из лучших дваждырождённых. Вот тебе поведано, подлежащее слушанию и познанью, Особенно выдвигалось качество совершенного поведенья, тур среди дваждырождённых. Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 207 глава — БЕСЕДА БРАМИНА И ОХОТНИКА Глава 208 Маркандея сказал: 1. Так праведный охотник говорил певцу, Юдхиштхира:

— Несомненно, я выполняю ужасное дело,

2. Но трудно избегнуть сил судьбы, совершённого прежде: Плохое занятие, брамин, от ранее совершённого зла происходит. 3. Я сосредоточился, брамин, на противодействии этому пороку. Сперва убивает судьба*, её лишь образом бывает убийца. 4. В этом деле я стал лишь образом, дваждырождённый: Я продаю, брамин, мясо (уже) убитых (животных). 5. И (моя) дхарма в том, что я обеспечиваю питанье Богов, гостей, слуг и почитание предков. 6. «Корни, зелень, домашний скот, лесные звери, птицы Пусть теперь будут питаньем для мира», — так сказано в Шрути. 7. Отдав свою плоть, царь Шиби, потомок Ушинары, Терпеливый, труднодостижимого рая достиг, о лучший из дваждырождённый. 8. Некогда на кухне царя Ратнидэвы, дваждырождённый, Ежедневно две тысячи домашнего скота убивалось; 9. Ведь изо дня в день две тысячи коров убивалось, Их мясо Ратнидэва постоянно раздавал в пищу. 10. Слава царя была вне всяких сравнений, лучший из дваждырождённых, Каждые четыре месяца, без конца убивался домашний скот для жертвы. 11. Сказано в Шрути: «Огни вожделеют мяса!» Домашний скот постоянно убивают для жертвы, дваждырождённый. 12. Конечно, мантрами совершенные достигают неба; Брамин, если бы изначала огни не любили мяса, 13. То никто не вкушал бы мяса, дваждырождённый; А теперь закон разрешает молчальникам вкушать мясо. 14. Кто одарив богов и предков, всегда вкушает, Не оскверняется тот, согласно закону о жертвах и тризнах. 15. Он считается как бы не ядущим мяса — так сказано в Шрути. Брахмачарья*, берущий жену по закону, остаётся брамином. 16. Нужно на закон ссылаться, обдумывая правду и кривду. Раджа Саудаса ел людей, дваждырождённый, 17. Находясь под великим проклятьем; как понять мне это? Так он выполнял свой долг; (дхармы) и я не покину. Зная былые (свои) деянья, таким занятием живу я. 18. Брамин, считается, что оставляющий все занятия не выполняет дхармы*. Отсюда вывод: кто радуется своему делу, тот (выполняет) дхарму. 19. От первоначально установленного дела не освобождается воплощённый; При сомнении в деле, Дхатар этот закон являл многократно. 20. Когда случается жестокое дело, следует рассмотреть познанье*: Как совершать мне благие дела, как избегнуть паденья? 21. Решение об этом ужасном занятии должно быть многообразным. Творить подаянья, говорить правду, повиноваться гуру, 22. Чтить дваждырождённых — я всегда радуюсь этому долгу. Я остерегаюсь заносчивых слов, лучший из дваждырождённых. 23. «Земледелие — праведно», так полагают; но, по преданию*, невреждение выше. Вспахивая сохами, множество находящихся в земле (животных) убивают люди. 24. А также много других животных; как понять это? Овладев домашним скотом, его также убивают, съедают; 25. Деревья и самые корни срезают люди, дваждырождённый, Ведь в деревьях, плодах, брамин, есть много живого, 26. А также в воде; как понять мне это? Брамин, везде живые живых пожирают! 27. Рыб пожирают рыбы; как понять мне это? Многие существа живут существами, лучший из дваждырождённых, 28. Пожирают один другого живые; как понять мне это? Кишат на земле существа, копошится (их) много, 29. Топчут их люди ногами; как понять мне это? Много существ лежащих, сидящих так убивают, 30. Намеренно и ненамеренно, как понять мне это? Живущие пожирают всё это пространство и даже землю. 31. Ненамеренно они вредят, как понять мне это? «Невреждение!» — так некогда в восторге сказали люди, 32. Но в этом мире кто ж не вредит живущим, лучший из дваждырождённых? Я много об этом думал, и вот — нет невредящих! 33. Те кроткие, радующиеся, придя к неврежденью, лучший из дваждырождённых, Они также вредят, благие, как ни стараются этого избегнуть. 34. Люди великих качеств, рождённые в выдающихся семьях, Даже крайне ужасные дела совершив, их не скрывают. 35. Существуют совместно друзья и недруги также, Но взгляды ни тех, ни других не совместны*: 36. Удаче своих родных не радуются даже родные; Безумцы, кичащиеся своей учёностью, даже учителя порицают. 37. Видно много противоречий в мире, лучший из дваждырождённых, Закон сопряжён с беззаконьем, как же понять мне это? 38. Многоразлично могу говорить я о делах беззаконья, закона. Кто же радуется своему делу, обретает великую славу. Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи», в повести о «Преданности супругу» гласит 208 глава — БЕСЕДА БРАМИНА И ОХОТНИКА Глава 209 Маркандея сказал: 1. Праведный же охотник снова туру-певцу, Юдхиштхира, Стал говорить рассудительно, из всех праведников наилучший. Охотник сказал: 2. Шрути есть мерило дхармы — таково указание старцев. Утончен здесь путь дхармы, многоветвист, бесконечен. 3. Приходится ложь говорить при жизненной опасности, умыканьи (невесты), Так возникает правда из кривды — из правды — кривда. 4. То, что служит ко благу существ, то правда — вот опора. Дхарма возникает из противоречий, постигни утончённость дхармы! 5. Человек хорошее или худое занятие, наилучший, Выполняет не по своей воле в этом мире, в этом нет сомненья. 6. Плохое приняв наполненье, сильно против богов он ропщет; Неуч, не распознаёт он собственных дурных поступков! 7. Опьянённый, несчастный, шаткий, о дваждырождённый, В противоречия приятного и неприятного он постоянно впадает. 8. Ни мужество, ни благоразумие, ни познание его не спасают; Кто с вождением чего-либо ищет, тот это желанное и получает. 9. Так как плод действия мужеству внеположен, То спорые, благие и многопочитаемые люди, 10. Покинув все дела оказываются без плодов, благие — Другие же, что восстают, что существам вредят постоянно, 11. Что обманывают (весь) мир, всё время живут счастливо, Иного посещает счастье, хоть он и сидит неподвижно, 12. Другой, хоть и трудится, но и заслуженного не получает; Иные, несчастные, страстно желая сынов, богам приносят жертвы, совершают (духовный) подвиг; 13. И проносив десять месяцев в утробе, позорящих род (сыновей) рожают. Иные рождаются сильными для наслажденья богатством, хлебом, 14. Накопленными страстно желавшими их получить отцами. Работа порождает болезни людей, в этом нет сомненья; 15. Их ловят* болезни, как (ловят) охотники маленьких ланей, А опытные ведуны уловляют (болезни), собирая полезные корни. 16. Болезни ставят капканы (людям), как охотники ланям; Тех, что могли б наслаждаться, захватив, недуги мучат, 17. И наслаждаться им не под силу; смотри, лучший блюститель дхармы: Богатырские руки у многих, а бедняками* живут такие люди! 18. Преобладает несчастье над наслажденьем, лучший из дваждырождённых, Но не раздаётся предупреждающий возглас: «Мир наводнён безумием, скорбью!» 19. Иных выбрасывает, (иных) уносит поток — могучий гневный. Достигнув всего желанного, не старели б, не гибли люди, Не видали б неприятного, если бы не было стремленья. 20. Выше и выше подняться, над всем миром, Поскольку хватает сил, каждый желает, а этого не удаётся. 21. Многие появляются при одинаковых благоприятных звёздах, Но при (одинаковых) сочетаниях* (звёзд) в плодах дел большое различие видно. 22. Никто не может, брамин, (всего) своего ухватить, Но здесь преуспевающими можно видеть тех, кто поступает грубо. 23. Конечно, брамин, согласно Шрути, жизнь — вечна, Но тело нестойко у всех живущих здесь в мире; 24. Когда погибает тело, то (всего) плотского происходит гибель, А джива, связанный узами дел, переходит к иному. Брамин сказал: 25. О лучший из знающих карму, как может джива быть вечным? Это желаю знать досконально, лучший из обладающих речью. Охотник сказал*: 26. Нет гибели дживы при разлучении с телом, заблудшие неправильно говорят: «Он умер». Внутри тела живущий джива, отделяясь от тела (лишь) покидает половину десятка. 27. Ведь (плодов) действий, совершённых другим, никто из рода Ману не вкушает в человеческом мире; Но (плод) им совершённого дела (человек) вкушает: исполненное не погибает*: 28. Кто добродетелен, тот возрождается чистым; злодеями возрождаются ничтожные люди. Сюда человек возвращается (влекомый) своими делами и возникнув, их продолжает. Брамин сказал: 29. Злодей и чистый в каких возрождаются лонах? И как, наилучший, идёт возрождённый к чистым или нечистым? Охотник сказал: 30. Это зависит от обрядов*, совершаемых при зачатьи, Об этом вкратце тебе возвещу, дваждырождённый. 31. Когда собрано подлежащее собиранью, (человек) рождается снова: Доброе совершивший в хорошем лоне, совершивший злое — в дурном лоне. 32. Чистые начинанья ведут к божественности, смешанные — к человеческому состоянью; Вниз направляются грешники, в разделённости блуждая, 33. Они постоянно подвержены скорби рождения, старости, смерти. От соделанных грехов созревает нрав человека; 34. Пройдя через тысячи лон, даже до (самого) ада, Связанный узами дел, всё возвращается джива. 35. Родившийся, совершив другие злые дела, после кончины за них страдает, И отягощённый грехами, он (вновь) получает нечистое лоно; 36. Затем, снова собрав много деяний, как хворый Вкусивший нездоровую пищу, ими палим он снова. 37. Изведавшему только счастье, не страдавшему, всегда угрожает страданье: Опьянённый делами, он попадает в узы 38. И странствует, как метательный диск в многоскорбной самсаре; Распутав узы, очистясь делами, 39. Он начинает заниматься упражнениями йоги, лучший дваждырождённый, (Плоды) многих дел потомок Ману в мирах вкушает; 40. Освобождённый от уз, очищенный делами, Он миров праведных достигает; не скорбит туда пришедший. 41. Кто ж делает зло, окружённый злом, тот злого пути не избудет. Потому нужно прилежать о добром и от зла отвращаться. 42. Неропщущий, совершенно знающий приобщается благу: Сообразно совершённому долгу, человек получает счастье. 43. Кто совершенно познал, смирился, (кто) собой овладевает прилежно, Мудрый, не уклоняется тот в поступках ни здесь, ни в ином мире. 44. Как свой долг в мире (принимая) дела, неосквернённость, обряды, Благие отличаются знаньем Агам, постигают Шастры. 45. Радуется долгу познавший, следует долгу в жизни; Поэтому, брамин, полученным от (выполнения) долга богатством, 46. Он поливает корни того, в чём (добрые) качества видит; Так он становится праведным и успокаивается его сознанье. 47. Здесь ему дружелюбные приятны; он блаженствует и после смерти. Над звуком, касанием, образом, запахом, вкусом 48. Он получает власть. Это как плод дхармы известно. Но и плода кармы достигнув, не успокаивается он (на этом), о дваждырождённый. 49. Ненасыщенный, он к бесстрастию* познания взор устремляет; Человек, обладающий оком познанья, не движется здесь к пороку; 50. Он остывает и по влечению (уже) не отклоняется от дхармы, Он усердствует в отрешённости, суетность мира увидев. 51. Тогда он старается освободиться, не нуждаясь в подсобных средствах*. Так, накопляя (свою) отрешённость, злые деяния он отвергает, 52. Становится праведным, высшего Освобождения достигает. С (духовным) подвигом сопряжено блаженство; спокойствие, самообладание — его корень. 53. Так получает он все желанья, к которым стремится сердцем; Укрощением индрий, самообладанием, правдой 54. Он достигает высочайшей дороги Брахмо, (знай), лучший из браминов. Брамин сказал: 55. Какие органы называются «индрии», преданный обетам? Как совершается укрощение и каков плод укрощенья? 56. И как он (всего) этого плод получает, о лучший носитель дхармы? Наставь меня досконально, хочу я знать эту дхарму! Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 209 глава — БЕСЕДА БРАМИНА И ОХОТНИКА Глава 210 Маркандея сказал: 1. Так говорил певец праведному охотнику, Юдхиштхира; Как отвечал тот певцу, это услышь, владыка народа! Охотник сказал: 2. Сперва у потомков Ману к познаванию обращается сердце; Вожделённое так они получают; затем гнев возникает, лучший из дваждырождённых. 3. Тогда ради этой цели (человек) предпринимает великое дело: Изучению желанных образов, запахов он предаётся. 4. Так возникает влеченье, после ж него — отвращенье, А после этого возникает великая жадность. 5. У обуянного жадностью, страстным влечением и отвращеньем Разум не зарождается в дхарме* и лицемерно (такой) выполняет дхарму. 6. Лицемерно совершающего дхарму, её цель лишь по видимости привлекает. Лицемерием он преуспевает в почёте, богатстве, о лучший из дваждырождённых. 7. Этим и тешится разум, оттого он зло совершать желает*, Хоть и предупреждают его друзья и пандиты, лучший из дваждырождённых; 8. Лицемерный ответ он даст (якобы) сообразный Шрути, но не приобщённый Шрути. Беззаконие бывает трояким у развивающего порочные страсти: 9. Он злое мыслит, говорит, совершает. У завлечённого в беззаконие праведные свойства гибнут. 10. Злодей утрачивает дружественность, целостность поведенья, Поэтому его настигают беды и потусторонне он сбивается с дороги. 11. Так возникают злодеи. Теперь же, как достигается дхарма, внемли. Кто, познавая, последующие пороки замечает, 12. Довольный в несчастии, счастии, тот в праведности пребывает; От благих начинаний его разум сияет в Законе. Брамин сказал: 13. Весьма праведный закон ты возвещаешь; говорящих подобно тебе не бывает*. Ты — дивный, весьма великий, владычный риши, так полагаю. Охотник сказал: 14. Брамины всегда причастны великой доле, это отцы с могучей рукою; От всей души человеку угодное им выполнять подобает. 15. Я возвещу тебе, что им угодно, лучший из дваждырождённых, Совершив поклоненье браминам, науку о Брахмо от меня постигни. 16. Эта вселенная, весь целиком этот мир преходящий, Состоящий из великих сутей*, покорен Брахмо; оно — запредельно. 17. Великие сути: эфир, земля, вода, огонь, воздух; Звук, образ, запах — это свойства; 18. Во всех этих (три) гуны; гуны окутывают одна другую, Одна за другой — гуны во всём; (всё) поочерёдно в трёх гунах. 19. Шестым из (воспринимающих) индрий* считается манас, Седьмым — буддхи, основа личности — последним. 20. И пятерица индрий (состоит) из (гун) — саттва, раджас, тамас. Таковы эти семнадцать; во главе их — непроявленная (природа). 21. Проявленная и непроявленная (природа) всеми предметами чувств хорошо закрыта; Итак, сутей двадцать четыре; проявленную и непроявленную (природу) образуют гуны. Вот они все тебе перечислены, что ещё слышать ты хочешь? Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 210 глава — ВЕЛИЧИЕ БРАХМО Глава 211 Маркандея сказал: 1. Так праведный охотник говорил певцу, Бхарата, И продолжал изложенье, ума умножая радость. Брамин сказал: 2. О великих сутях, которых как ты сказал пять, лучший носитель дхармы, О каждой поочерёдно вместе с её качествами, о всех пяти мне поведай. Охотник сказал: 3. Земля, вода, огонь, воздух, пространство Преисполнены качеств; об их качествах слушай: 4. Пять качеств присущи земле; воде присущи четыре; Три качества (присущи) огню, три — воздуху и пространству*: 5. Звук, касание, образ, вкус, запах (всего) пятёрка; Это пять качеств земли в перечисленьи всех качеств. 6. Звук, касание, образ, вкус, лучший из из дваждырождённых, Качества воды, брамин, сообщены тебе, стойкий в обетах. 7. Звук, касание, образ — это огня три свойства. Звук и касание — воздуха; звук же есть качество пространства. 8. В пяти сутях, брамин, эти пятнадцать качеств, Они вращаются во всех существах; ими миры возникли; 9. Не вытесняют они одно другое, но совместно бывают, дваждырождённый. Когда различные существа подвижные, неподвижные, заканчивают существованье, 10. Тогда воплощённый со временем входит в другое тело. Так посменно погибают, рождаются существа одни за другими. 11. Пяти сутей повсюду видны составные части (дхату), Которыми окутано всё подвижное и неподвижное, весь этот мир преходящий. 12. Индриями создаётся всё то, что здесь под проявленным разумеют, А непроявленное, превосходящее чувства, познаётся в знаках. 13. Когда эти — звук и прочее воспринимаются, как принадлежащее (человеку), Тогда индрии как бы удерживают воплощённого и мучат. 14. Себя распростёртым в мире и мир в себе распростёртым он видит; Причинно-следственный ряд познавая, привязанный, он на существа взирает; 15. Видящее все существа во всех, при всех обстоятельствах, постоянно, Слито с существами Брахмо; неправедному его не постигнуть. 16. Человечность — вот коренное знанье преоборовшего страданья. Светом развития мира, он идёт по дороге познания. 17. О безначальном, пламенеющем, радующемся в собственном лоне, всегда непреходящем, Бесподобном, безубразном возвестил Премудрый Владыка*. 18. Корень всего, о чём ты меня вопрошал, певец, — духовный подвиг, тапас*; Этот подвиг совершается не иначе, как через укрощение индрий. 19. Индрии — это всё между двумя: адом и раем; Сдержанные или распущенные они ведут иль к раю, иль к аду. 20. Удержание индрий — в этом полнота закона йоги*; В этом корень всего духовного подвига, (рая) и ада*. 21. Влечение чувств несомненно приводит к пороку, Совершенство же достигается их укрощеньем. 22. Кто достигает постоянного владычества над своей шестёркой*, Того грех не вяжет; откуда быть неудачам у победившего чувства? 23. Увидев себя водителем, а тело — колесницей духа*, лошадьми называют чувства; На них, как на породистых конях едет блаженный, устойчивый колесничий неленностно, благополучно. 24. Кто шестёркой своих, постоянно сдерживаемых чувств управляет, И крепко держит вожжи, тот становится лучшим возничим. 25. А кто сердцем (манасом) следует за блужданием индрий, Буддхи (разум) того уносится ими, как корабль волнами*. 26. Те, у которых по заблуждению препятствует достиженью плода шестёрка, Усердным изучением Шрути достигают плода, рождённого размышленьем. Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 211 глава — БЕСЕДА БРАМИНА И ОХОТНИКА Глава 212 Маркандея сказал: 1. Когда о тонких (сутях) рассказал праведный охотник, Тогда внимательный брамин ещё вопросил о тонких (сутях). Брамин сказал: 2. Гун — саттвы, раджаса и тамаса досконально Сущность мне поясни, раз ты здесь вопрошаем. Охотник сказал: 3. Ладно, разъясню тебе то, о чём ты меня вопрошаешь. Об этих гунах по отдельности сообщённое мной, постигни! 4. Из них — заблуждение есть сущность тамаса; раджаса — продвиженье; Изобилует просветлением саттва, оно побеждающим здесь зовётся. 5. Будучи в заблуждении, много не знает сонный, неразумный, Тамасический человек; он ленив, плохо управляет чувствами, подвержен гневу. 6. Разглагольствующий советник, староста, о певец-риши, Безропотный*, (но) завистливый, эти чванливы от раджаса. 7. Изобилующий светом, без замыслов, безропотный, стойкий, Безгневный, разумный, укрощённый человек — саттвичен. 8. Саттвичный, но (ещё) не пробудившийся страдает от суетности мира. Когда же он постигает подлежащее постиженью, он мирской суеты избегает. 9. Сперва он облекается в образ бесстрастия, Смягчается его личное начало*, он в прямоте преуспевает; 10. Затем умиротворяются одно за другим его противоречья: Ни в чём и нигде у него нет колебаний. 11. Он в правдивости укрепляется, родясь в лоне шудры, Затем достигает состояния вайшьи, потом кшатрия, дваждырождённый, 12. Стезей прямоты он достигает состояния браминства. О гунах всё тебе сказано: что ещё ты хочешь услышать? Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 212 глава — БЕСЕДА БРАМИНА И ОХОТНИКА Глава 213 Брамин сказал: 1. Как, свойства земли получив, огненным становится тело, И как совершенно заполняет (все) промежутки воздух. Маркандея сказал: 2. На этот вопрос, возбуждённый брамином, о Юдхиштхира, (Праведный) охотник сказал махатме-брамину: Охотник сказал: 3. В голове пребывает вахни-огонь, охраняя всё тело; Прана в голове и огне движется как бы вращаясь*. 4. Прошлое, настоящее, грядущее — всё пребывает в пране, Это — превосходное лоно сущностей, (принадлежащее) Браме — так мы определяем*; 5. Это — душа всех существ, рождённый Пуруша*; он вечен, Он — махан-буддхи, личное начало существ и предметов, 6. Он здесь всегда полностью охраняется праной. Затем саманой* каждый на свою дорогу вступает. 7. К месту корня, к заднему проходу очистительный огонь вниз проникает; Вынося мочу и кал, самана превращается в апану. 8. (Ток), пребывающий в этих трёх: прилежании, делах и силе, Называют уданой знающие высшего Атмана люди. 9. Во все промежутки проникает (ток) анила; В людских телах его называют вьяна. 10. Среди первичных веществ* (дхату) распростёрт огонь; он вздымается ветром; Он круговоротом пробегает соки, первичные вещества и болезни. 11. От упадка пран возникает упадок (тела); Пищу воплощённого переваривает горячий огонь — так знать надо. 12. Между саманой, уданой движется прана*, апана. Соответственно местопребыванию (пищи) совместно огонь-очиститель варит; 13. Подобает знать, что прямая кишка — нижний его отдел*, Узлом пран* воплощённого здесь зарождаются токи; 14. В конце заднего прохода движенье огня прана гонит обратно, И очистительный огонь, придя наверх, взметается снова. 15. Вместилище переваренной (пищи) ниже пупка; выше находится вместилище непереваренной пищи. Возле пупка, посредине тела пребывают все праны. 16. Возникнув из сердца наискось вверх и вниз все (сосуды)*, Побуждаемые десятью пранами, несут жир, питательные соки. 17. Таков путь йогинов — им они к тому Запредельному идут — Самообладающих, преодолевших усталость; во главу они Атмана ставят. Ведь во всех телах распространены прана и апана*. 18. Полное число одиннадцати изменений первичных веществ* носит Атман. Знай его, как обладателя формы, постоянно побеждающего йогой. 19. Огонь, что там постоянно пребывает, как бы помещён в жаровню. Знай, что Атман постоянно побеждает йогой. 20. То божество, что там пребывает, как в лотосе капля, Знай то — Познающий поле, постоянно побеждающий йогой. 21. Познай как носителей жизни раджас, саттву*, тамас; То — свойства живой души, Атмана, запредельного личному*, это постигни. 22. Самопознание — качество дживы; говорят, он движется и всё приводит в движенье. Выше его — Познавший поле; говорят, он определил возможность семи бываний*. 23. Душа существ* во всех существах пребывает. Обладающие знанием, высшим и тонким разумением его прозревают. 24. По милости сознания (читты) он уничтожает* хорошее и плохое дело. В самоудовлетворённости себя утвердив, он вкушает бесконечное блаженство. 25. А признак удовлетворённого: он сладко спит, как сытый; Как светильник*, зажжённый в безветренном (месте), спокойно сияя, светит. 26. Сначала, в глубокой ночи, да подвизается непрестанно манас; Получив питанье, очистив себя, да узрит себя в Атмане (каждый). 27. Как при сияньи зажжённого светоча, при светоче сердца* он видит; Певец, когда он увидит Атмана без «я»*, он станет свободен, 28. Всеми способами отметая гнев, жадность; Такое очистительное подвижничество (способом) прохождения через миры считается. 29. Нужно всегда оберегать от гнева подвиг, от самости — дхарму, Знание ж — от гордости и бесчестия, а себя от нерадивости (оберегать подобает). 30. Кротость — высшая дхарма; терпение — высшая сила; Знание Атмана — высшее знанье; из обетов наивысший — правдивость. 31. Правдивое слово — счастье; познание правды — благо! То, что высшее благо существ, то и считается правдой. 32. Чьи начинания всегда от сетей надежд свободны, Кто, совершив отречение, пожертвовал всем, тот отрешён, премудрый; 33. Укрощённому нет даже надобности внимать указаниям гуру; Нужно знать: то, что считается йогой отрешённости* есть приобщённость к Брахмо. 34. Следуя дорогой дружественности, пусть существам (человек) вреда не наносит, Пусть не причиняет никакого вреда, приняв такой образ жизни. 35. Нестяжательство, удовлетворённость, отказ от надежд, безмятежность — Это высшее божественное знанье, вечного Атмана высшее знанье. 36. Пусть полностью отречётся от обладания разумом преданный обету, Достигнув непоколебимого состояния беспечальности здесь, по исходе также. 37. Укрощённый, собой владеющий муни должен всегда творить подвиг, (Ещё) непобеждённое стремясь победить, в привязанностях непривязанным (пребывая). 38. Встреча* качественного и бескачественного есть одно непрестанное дело, Которым занят брамин; говорят, один только шаг до счастья. 39. Человек покидающий — несчастье и счастье, и то и другое, Достигает Брахмо и отрешённостью в Запредельное вступает. 40. Согласно всем Шрути, полностью, дваждырождённый, Всё это тебе изложено. Что ещё хочешь слышать? Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 213 глава — БЕСЕДА БРАМИНА И ОХОТНИКА Глава 214 Маркандея сказал: 1. Когда полностью была поведана основа Освобожденья, Юдхиштхира, Вполне удовлетворённый певец тогда праведному охотнику молвил: 2. «Сообразно разуму всё то, что возвестил владыка; Видно нет для тебя ничего неизвестного в законах». Охотник сказал: 3. На того, кто для меня наглядный Закон, посмотри, владыка, Через которого, тур-брамин, я достиг совершенства. 4. Встань, владыка, в дом войдём скорее: Моих (родителей) мать и отца достоин ты видеть знающий дхарму. Маркандея сказал: 5. Так он сказал и оба вошли; он увидал благоденствующий, лучезарный, Приятный четырёхкомнатный дом — сердцу на радость, 6. Подобный дому богов, очень чтимый богами; Он был уставлен ложами, сиденьями, напоен ароматом приятным. 7. Там почтенные родители, в светлых одеждах, Закончив трапезу, восседали на прекрасных сиденьях; Праведный охотник, их увидав, припал к их стопам головою; Оба старца сказали: 8. Встань, встань, знаток дхармы, да сохранит тебя Дхарма, Мы оба довольны твоей чистотой, прими же долголетье, 9. Желанный путь, познание подвига, высшую жертву. Твоей сыновьей почтительностью, сын, постоянно, всё время мы были чтимы, 10. И даже среди богов нет для тебя божества иного; Ты преисполнен самообладания, старанием дваждырождённых; 11. Отец, дед, также прадед тобой довольны; Владея собою, сын, почитая нас постоянно, 12. Сердцем, делом, словом, послушанием ты (ничего) не упускаешь, Даже суперечной мысли у тебя не бывает. 13. Ты хорошо чтишь родителей, как Рама, сын Джамадагни; Ты делаешь это всё отлично, сыночек. 14. Тогда о том брамине праведный охотник возвестил обоим, «Добро пожаловать» (сказали) тому певцу и приняли его благожелательно оба. 15. Ответил почтением на их почтение дваждырождённый и вопросил обоих: Благополучны ли с сынами, домочадцами в доме, 16. Всегда ли здоровы они, воплощённые, оба. Оба старца сказали: 17. Вполне благополучны мы оба в дому, с домочадцами, дваждырождённый, Ты же сюда беспрепятственно ль прибыл, владыка? Маркандея сказал: 18. «Вполне!» — так вот им певец, охваченный радостью, ответил. Праведный охотник, на него взирая, тогда слово молвил; Охотник сказал: 19. Отец и мать — моё высшее божество, владыка, Как божествам надлежит служить, так я служу им обоим. 20. Как тридцать три бога, во главе с Шакрой, Чтимы всем миром, так и мной почитаются эти старцы. 21. Как дваждырождённые божествам жертвенные приношения свершают, Так и я беспрестанно этим двум совершаю. 22. Отец и мать, брамин, моё высшее божество, эти оба; Их всегда ублажаю цветами, плодами, самоцветами, дваждырождённый! 23. Для меня эти оба то, что мудрецы называют огнями: Жертвы и четыре Веды и всё для меня эти оба, дваждырождённый! 24. Благодаря им у меня есть дыханье, жена, дети, близкие люди! С женой и сынами я блюду послушание им постоянно. 25. Я сам творю омовенье обоих и затем к их стопам припадаю; Сам приношу им пищу, дваждырождённый! 26. (Лишь) благородное говорю, певец, (противного ж) избегаю; Даже то, что сопряжено с нарушением дхармы*, я ради них выполняю. 27. Так, зная важнейшую дхарму, я поступаю, дваждырождённый! Непрестанно, всегда, певец, я творю послушанье. 28. Есть пять важнейших (целей), певец, у стремящегося к бытию человека: Отец, мать, огонь, Атман, учитель, о лучший из дваждырождённых! 29. Кто об этом всегда заботится, дваждырождённый, У того огни обслуженными непрестанно бывают. Такова вечная дхарма пребывающего в домохозяйстве. Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 214 глава — БЕСЕДА ДВАЖДЫРОЖДЁННОГО И ОХОТНИКА Глава 215 Маркандея сказал: 1. С родителями, отцом и матерью, певца познакомив, Снова тот праведный охотник сказал брамину: 2. — Я рождён с развитым глазом; силу подвига узри! По этой причине тебе так сказала: «Отправляйся в Митхилу!»* 3. Праведная провидица, преданная повиновению мужу: «В Митхиле живёт охотник, он возвестит тебе дхарму!» Брамин сказал: 4. Преданной мужу, правдивой, праведницы, хранящей обеты, Вспоминаю слова, знающий дхарму; ты преисполнен качеств, так мыслю. Охотник сказал: 5. То, что тебе, лучший из дваждырождённых, она обо мне сказала, владыка, Она целокупно единое зрящая, провидела, несомненно. 6. Ту благосклонную к тебе мысль, певец, я тоже провидел. Выслушай слово, сынок, его на благо тебе скажу, дваждырождённый. 7. Ты оскорбил отца и мать, дваждырождённый: Не отпущенный ими, ты из дома ушёл, безупречный; 8. Ради познания Вед ты совершил недолжный поступок, По тебе тоскуя, оба старца ослепли, страдальцы. 9. Умилостивить их отправляйся, не пренебрегай этим долгом; Ты — подвижник, махатма, ты всегда радел о долге, 10. Но всё это бесцельно: тех двух умилостиви скорее! Поверь мне, брамин, не подобает тебе поступать иначе! Нынче ж тебе подобает идти, певец-риши; я возвестил тебе благо! Брамин сказал: 11. То, что ты, господин, сказал, несомненно всё правда; Я доволен тобой, благо тебе, преисполненный качеств, блюдущий дхарму! Охотник сказал: 12. Ведь ты божеству подобен, ты предан дхарме Древней, вечной, дивной, туднодоступной для неовладевших собою. 13. Предстать матери и отцу отправляйся, дваждырождённый, Незамедлительно; скорее матери и отцу соверши поклоненье, Это — высшая дхарма; не вижу иной какой либо! Брамин сказал: 14. К счастью сюда я пришёл, счастлива встреча моя с тобою: Труднодостижимы в мире подобные, указующие дхарму люди. 15. Ведь среди тысячи людей не найдётся ни одного, кто знал бы дхарму. Благо тебе, тур-человек, я правдой твоей доволен. 16. Упавший в ад, ныне тобой извлечён я, владыка, Так и должно было произойти, раз увидел я тебя, безупречный. 17. Как извлечён был сынами дочери упавший раджа Яяти* Благочестивый, о тигр-человек, так и я, брамин, тобой извлечён, владык. 18. Повиновение матери, отцу я выполню по твоему слову. Не овладевший собой не научит различению дхармы, адхармы; 19. Хотя труднопостижная вечная дхарма и пребывает в лоне шудры, Я тебя не считаю шудрой; но должна же существовать особая причина, 20. Из-за которой ты принял обязанности состояния шудры, Досконально это хочу я знать, многочтимый! Охотник сказал: 21. Поскольку я не преступаю браминства, дваждырождённый, Выслушай о всём том происшедшем в прежнем теле, безупречный. 22. Ведь некогда я был брамином, лучшим брамином рождённый; Я изучал очень счастливо Веды, дополнения Вед постигнул. 23. По соделанным мной грехам в это состояние попал я, дваждырождённый. Некий раджа, мой друг, увлекался изучением лука; 24. Лучшим лучником был я, брамин средь придворных. И вот, на ланей отправился царь в то время, 25. Военачальниками, советниками окружённый; Тогда возле обители он убил много ланей. 26. Я метнул ужасную стрелу, дваждырождённый, Этой коленчатой* стрелой поражён был риши, 27. Упав на землю, брамин кричал на голос*: «Я никого не обидел, кто ж совершил такое злодейство?!» 28. Думая, что это лань, я быстро приблизился, владыка; И риши, раненого коленчатой стрелой, увидел. 29. Небывалый поступок потряс мне тяжко сердце; Скорчившись на земле лежал суровый подвижник. 30. «Я нечаянно это сделал», — так говорил я; «Благоволи всё мне простить!» — я так обратился к муни. 31. Тогда преисполненный гневом, риши мне промолвил слово: «Ты будешь жестоким охотником от лона шудры!» — так (он сказал), дваждырождённый. Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 215 глава — БЕСЕДА БРАМИНА И ОХОТНИКА Глава 216 Охотник сказал: 1. Так тогда меня проклял риши, о лучший из дваждырождённых. С воплем я риши того умолял: «Спаси меня!» — так я (воскликнул): 2. «(Ведь) нечаянно я совершил это дело, муни! Благоволи всё это простить, смилуйся, владыка!» Риши сказал: 3. Проклятье не будет иным, в этом нет сомненья, Но милосердия ради я ныне окажу тебе некую милость: 4. Произойдя от лона шудры, ты всё же будешь знатоком дхармы, Выполнишь повиновение матери и отцу несомненно, 5. И тем послушанием великого совершенства достигнешь; Помня своё воплощенье, ты небо заслужишь*. 6. А когда наступит конец проклятью, ты снова станешь дваждырождённым. Так вот меня некогда проклял ужасающе-мощный риши. 7. И такова его милость ко мне, лучший из дваждырождённых; 8. Приведённый мной в обитель, он не утратил дыханья. Я тебе всё поведал, что со мной некогда было. 9. В скорости мне предстоит на небо отправиться, высший из дваждырождённых. Брамин сказал: 10. Так страдания, радости получают люди; Многомудрый, не пристало тебе скорбеть об этом. 11. Собственные рождения зная, ты совершаешь трудновыполнимое дело: Ты постигаешь развитие мира и предан вечной дхарме. 12. Прочность своего занятия ты знаешь, в (былом) рождении её причина, А через некоторое время, по предречённому, ты (вновь) станешь дваждырождённым. 13. Но (уже) достигшим браминства считаю тебя, в этом нет сомненья; Брамин, занятый незаконными делами, ведущими к отпадению (от касты), 14. Коварный, злодей (хотя бы) знающий, да будет подобен шудре, А шудру, который в самообуздании, в правде утверждён постоянно, 15. Такого брамином я почитаю, ибо по образу жизни он становится брамином: Из-за порока кармы он попал на неверную, очень трудную дорогу*, 16. Я почитаю его уничтожившим грех и подобным тебе из людей наилучший; Нет нужды тебе печалиться: подобный тебе с пути не собьётся, Знающий разворачивание, сворачивание мира, преданный вечной дхарме! Охотник сказал: 17. Страдания сердца следует убивать познаньем; а снадобьями — тела. Осуществляющая знание способность не должна следовать ребяческой мысли. 18. Сочетаясь нежеланным, с желанным расставаясь, Малодушные люди связываются сердечными скорбями. 19. Все существа то связываются качествами, то отрешаются (от качеств), Но никому по этой (причине) не следует (давать) место скорби. 20. Взирая на нежелательные последствия, (человек) скоро освобождается от страсти, — Тогда он начинает противодействовать, если владеет средством. 21. Печалиться ни к чему, это только (ведёт) к мученью; Пусть человек покинет горе и радость, и то и другое. 22. Ведь насыщенные знанием люди познают счастье; Заблудшие не ищут самоумиротворенья, учёные ж к нему стремятся. 23. Для несамоудовлетворённого нет конца (желаньям), удовлетворённость есть высшее счастье. Закончившие странствования не печалятся, высочайший путь они прозревают. 24. Не подобает сердцу предаваться горю: горчайший яд есть горе*. Оно убивает несовершенного в познаньи, как разъярённая змея ребёнка. 25. У кого возникает отчаяние, когда предстоит дорога, У такого убитого человека нет ни мощи, ни цели. 26. Кто против воли совершает дело, плодов его не видит, И никто, до малодушия дошедший, хорошего не достигает. 27. Теперь же человек должен увидеть средство полного освобождения от бедствий. Беспечально ему следует приниматься за дело и, освободясь, пребывать счастливым. 28. О небытии существ размышляя, к высшему выходит мудрый; Не печалятся совершенно познавшие, они на высший путь взирают. 29. Знающий, не печалюсь, и я, стою, выжидая время; Так, созерцая, сижу в стороне, о брамин превосходный. Брамин сказал: 30. Ты — совершенно познавший, ты мудр, обширен твой разум; Не печалюсь и я за владыку: насыщен твой разум, познал ты дхарму. 31. Прощаюсь с тобой, да будешь ты счастлив; да сохранит тебя всячески Дхарма! Неленностно действуй в законе, лучший носитель закона. 32. «Благо», — так ему, сложив руки, охотник молвил; И обойдя того справа, отправился лучший из дваждырождённых. 33. А придя тот брамин тогда совершил полностью всё послушанье — Матери и отцу, обоим старцам, и получил должное наставленье. 34. Так тебе полностью всё поведано, Юдхиштхира, О чём ты, мой сын, вопрошал относительно дхармы, лучший блюститель дхармы: 35. О величии преданности мужу, о (величии) брамина, О послушании праведного охотника отцу—матери поведано, лучший. Юдхиштхира сказал: 36. Чрезвычайно чудесное, брамин, непревзойдённое это сказанье о дхарме, О лучший из всех знатоков закона, возвещено (тобой), лучший муни! 37. Во внимании (этому), мудрый, счастливо для меня прошло время, как одно мгновенье! Но я не насытился, владыка, слушаньем о высшей дхарме. Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 216 глава — БЕСЕДА БРАМИНА И ОХОТНИКА Глава 217 Вайшампаяна сказал: 1. Дхармараджа, выслушав это, касающееся дхармы прекрасное сказанье, Снова так вопросил того мудреца Маркандею, Юдхиштхира сказал: 2. Как Агни отправился в лес и как некогда Ангирас После гибели огня, став Агни, вознёс (приношение) хавис, великолепный? 3. Агни — один, но всё же множественен в своих деяньях; Рассмотрение всего этого я слышать желаю. 4. А также, как возник Кумара и как он стал сыном Агни, Как он возник от Рудры и Ганги среди Стожаров — 5. Это хочу от тебя слышать, высочайший владыка, Всё досконально; я полон любознательности, великий муни. Маркандея сказал: 6. Об этом такую древнюю быль повествуют, Как разгневанный (Агни), Возноситель Жертв, отправился в лес творить умерщвление плоти. 7. Как в Ангираса превратился Агни, владыка, Самонакаливаясь, уничтожая тьму, сияя. 8. Некогда, долгорукий, Ангирас творил величайшее умерщвление плоти, Превосходя Возносителя Жертв, причастный великой доле он в обители находился; И тогда озарил весь мир, став самим (Агни). 9. И совершил подвиг Вкуситель Жертвы (Хутабхудж), накалился блеском Ангираса. Сильно огорчился великолепный и не производил уж ничего больше. 10. Тогда размышлял владыка, Вкуситель Жертвы: «Иного Агни для миров уготовал Брама; 11. Огненность погибла, накаливанье* мне совершить подобает; Как снова мне стать огнём? — так он думал. 12. И накаливающего миры огнём великого муни он увидел; Тогда тихонько подполз к нему и робко сказал Ангирас: 13. «Скорей стань снова огнём, поддерживающим жизнь мира. В трёх мирах, двигающихся в собственной области, ты известен, 14. Ты — Агни, прогоняющий тьму, первозданный Брамы, О разгоняющий тьму, в своё состоянье возвращайся скорее! Агни сказал: 15. Рождённый, как Вкуситель Жертв, я, владыка, утратил в мире славу (Теперь) Очистителем (Павакой) тебя, владыка, не меня признают люди. 16. Огненность я отброшу, ты становись теперь Агни, Вторым владыкой существ я буду. Ангирас сказал: 17. Сотвори существам небесное благо, будь тьму изгоняющим Агни! Меня же, бог Агни, сделай твоим первенцем, родным сыном. Маркандея сказал: 18. Услышав слово Ангираса, он сотворил тогда Джатаведу; Так Ангирас по имени Брихаспати стал его сыном. 19. Узнав, что Ангирас первородный сын Вахни-Агни, О причине этого боги, придя, вопрошали, Бхарата. 20. Он же, вопрошенный богами, причину тогда поведал; И тогда боги восприняли это слово от Ангираса. 21. Теперь расскажу об огнях разнообразных, многолучистых Здесь признаваемых браминами в различных обрядах* для различных целей. Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 217 глава — ОБ АНГИРАСЕ Глава 218 Маркандея сказал: 1. Брахмана, родоначальник кауравов*, был его третьим сыном, Женой его была Субха; услышь от меня о его потомках: 2. Брихадкирти, Брихадджоти, Брихадбрама, Брихадмана, Брихадмантра, Брихадбхаса, Брихаспати* также, раджа, 3. Среди этих потомков по красоте он* был первым. Первая же дочь Ангираса — царица по имени Блистающая — Бханумати, 4. Та, чья страсть была как бы всех существ (страстью). Рагадрага — так её звали — это вторая дочь Ангираса. 5. Та, которую называют дочерью Капарди, зримая и незримая для воплощённых, Вследствие (своей) тонкости, то Синибали, третья дочь Ангираса. 6. Пашьяти, Аршишмати, Бхабхи, Хавибхи, Хавишмати; Шестой дочерью Ангираса называют чистую Махишмати. 7. Среди великих жертвоприношений сияющая, о многомудрый из рода Ангираса, Махатма именуемая — седьмая дочь Ангираса. 8. Та владычица, увидев которую, как Новую Луну (Куху), прославляют, Именуется также Экананша-Куху*, это дочь Ангираса. Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 218 глава — ПОВЕСТЬ ОБ АНГИРАСЕ Глава 219 Маркандея сказал: 1. Преславная Чандрамаси была супругой Брихаспати. Она породила чистые огни и дочь Шадеку. 2. При жертвоприношении огню, тот огонь, которому полагается возливать топлёное масло, Это — сын Агни-Брихаспати, великий в обетах по имени Шамью. 3. Он пожирает скот при совершающейся каждые четыре месяца ашвамедхе. Тот самый сияющий многими (языками) пламени могучий Агни. 4. Несравненные жёны Шамью: Сатья, Асатья, Дхармаджа*; У него сын — пламенеющий Агни и три дочери — преданные обетам. 5. Первый Агни — чествуется топлёным маслом при жертве адхвара. Этот Агни, его первенец, именуется Бхарадхваджа. 6. Во все полнолуния жертвоприношения совершаются возлиянием топлёного масла ложкой Тому огню по имени Бхарата, второму сыну Шамью. 7. Есть другие три девушки, их супруг — Бхарата, А у его сына, Бхараты, была лишь одна дочь — Бхарати. 8. Бхарата — сын огня Бхараты, Очиститель же (Павака) — сын Праджапати, Огромный, величественный, о лучший Бхарата. 9. Супруга отважного Бхарадваджи, отважная Пиндада, «Дающая галушки»; Дваждырождённые ей возливают тихо топлёное масло. 10. Тот, кому приносится жертва хавис совместно с Сомой, Который прокладывает дороги колесницей, именуется Кумбхаретас. 11. Чтоб породить завершение года, Бхабхис окутала Солнце, Огненность (его) всегда почитается; в жертвенном возгласе оно возродится. 12. Но тот, кто никогда не утрачивает славы, блеска, счастья, Огонь «Неугасаемый» по имени, восхваляет лишь землю. 13. Очищенный им злодей освобождается от осквернения, он сияет блеском. «Безгрешный» огонь — его сын, истинный, праведному присущий. 14. Тот Агни, который взывающих (к нему) существ покаянием очищает, «Покаянным» зовётся; подвизающихся он ущедряет, 15. О нём стенают люди ради даров и приношения хавис, Его сын по имени Свана; тот очиститель причиняет страданье; 16. Того же, который пребывает, овладев разумом всего мира, Всепобедным Очистителем познавшие высшего Атмана называют. 17. Огонь, известный как внутренний, который пищу воплощённого переваривает, Бхарата, Во всех мирах при жертвоприношениях он Всепожирающим зовётся. 18. Самообузданный брахмачарья, постоянно преданный обетам; Брамины его, очистителя, чтят в жертве «Пака». 19. Очистительная река по имени Гомати была его подругой; В ней все обряды совершают блюстители дхармы. 20. Вадава-огонь выпивает воды; он крайне ужасен; Певец «Причастный Высотам» (Урдхвабхадж) обитает в пране; 21. У северной двери дома ему постоянно возливают топлёное масло, Чтобы потом удачно совершить обряд жертвы; кто хорошо выполняет это, считается превосходным. 22. В умиротворённых существах возникает огонь, это гордость; У жестокого вскоре горделивая дочь родилась; 23. Свага* — имя её; ужасная, жестокая, она во всех существах пребывает. В трёх небесах никого нет, подобного ему красотою, И за бесподобную красоту боги дали тому очистителю имя Кама. 24. Возбуждающий ревность и гнев, с луком стоящий на колеснице, Огонь, именуемый Амогха, губить врагов способен. 25. Причастный великой доле (огонь) по имени Уктха тремя изречениями прославляют; Он родил великое слово, оно как «утеха» известно. Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 219 глава — ПОВЕСТЬ ОБ АНГИРАСЕ Глава 220 Маркандея сказал: 1. Сын Кашьяпы, сын Васиштхи и Прана, сын Праны, Агни и Чьяван, тройственным блеском, 2. Ради получения сына творили много лет тяжкое умерщвление плоти; «Да получим мы сына, праведного, славой подобного Браме», 3. Так эти пять тогда задумали, великие произнося заклятья. И родился (у них сын), блистающий пятью цветами, многолучистый, 4. С головой — как пылающий огонь, с плечами подобными солнцу, С золотыми глазами, с чёрными ногами*, Бхарата. 5. Он сотворён был пятиродным подвигом, пятицветный, Отчего этот дэва и прослыл Панчаджаньей* — Пятиродным. 6. Десять тысяч лет он, великий подвижник, творил умерщвление плоти И создал ужасного Очистителя Предков* и поколенья, 7. Из головы — великий саман «Ратхантара», ветер и насилие — из чрева. Шиву сотворил из пупка, из силы — Индру, Ваю, Агни — из (своей) праны, 8. Из плечей — два безударных слога* и все существа мирские; Этих тогда сотворив, пять сынов для (своих) отцов он создал: 9. Для Брихадратхи — Пранидхану; для Кашьяпы — Махаттару, Для Ангираса — Бхану; для Золотистого ж (Агни) — мудрого сына Саубхару. 10. Для Праны — Анудатту; таковы названия этой пятёрки. Он сотворил двадцать дэвов*, жадных до жертвы и ещё пятнадцать высших: 11. Субхиму, Атибхиму, Бхиму, Бхимабалу и Абалу — Этих жадных до жертвы дэвов сотворил Тапас*; 12. Сумитру, Митравита, Митраджана, Митравардхану, Митрадхармана* — и этих дэвов сотворил Тапас. 13. Супаравиру, Виру, Сурешу, Суварчасу, И даже Богоубийцу* — этих пятерых сотворил Тапас. 14. На три образца установил их последовательно по пятёркам. Здесь пребывая, грабят они совершающих жертвы для (достижения) рая; 15. Пожертвованное они у тех уносят и губят великое возлияние хавис; Оспаривая возлияние хавис, они убивают и похищают, 16. Внешние науку и дары, благих достоянье*, Но не вползают они туда, где пребывает Агни; 17. По сторонам они расплёскивают жир, из пламени уносят; Усмирённые заклятием, они не грабят жертвы, ни приготовленного для жертвы. 18. Приближается к земле сын Тапаса, великий Уктха, Когда совершено жертвоприношение агнихотра и праведные его приносят в жертву. 19. И превозносится Ратхантара, сын Агни, подвижник; Для завязывания дружбы ему возливается топлёное масло — так указывают адхварьи. 20. И он, многославный, вполне ублаженный, вместе с сыном ликует. Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 220 глава — ОБ АНГИРАСЕ Глава 221 Маркандея сказал: 1. Силой тяжких воздержаний рождённый очиститель, по имени Бхарата; Когда этот огонь, производящий благоденствие удовлетворён, он благоденствие доставляет; Народ его поддерживает, а потому и зовётся он «Поддерживаемый» — Бхарата. 2. Огонь, преданный силе и поклоненью, Благим зовётся, Шивой, Он творит благо всем скорбящим, а потому он Благой, Шива. 3. Увидев плод подвига, великому подвигу он предался Светозарный, мудрый, ввысь устремляясь, он родил Пурандару, сына. 4. Жар порождён был жаром; этот огонь отличие существ отмечает. Огонь, именуемый Ману, произвёл потомство Праджапати*. 5. Шамбху-огонь (его) называют брамины, постигшие Веды, Авасатхья называют дваждырождённые пламенеющий огонь, многосветящий. 6. Укрепляющих, возносящих жертву, подобно золоту блестящих, Тогда пять жертвоприношений — сынов родил здесь Тапас. 7. Умиротворённый огонь, утомлённый подвигом, владыка быков, сопричастный великой доле, Родил ужасных асуров, а также разнообразных смертных. 8. Сына Ману и Солнце подвигом сотворил Ангирас, Великим Солнцем его именуют Брамины, превзошедшие Веды. 9. Супруги Солнца — Супраджа и Брихадбхаша, рождённые Сурьей*, Обе они породили шесть сыновей; их родословную слушай. 10. Который слабосильных, бесплодных существ одаряет, Тот огонь называется Балада, Податель силы; это первый сын Солнца. 11. Который в мирных существах свирепый гнев вызывает, Тот огонь Яростным зовётся; это второй сын Солнца. 12. Тот, в который вливают масло в (день) нового и полного месяца, называется Хавис; Огни здесь называемые Вишну и Дхритиман — потомки Ангираса. 13. Тот, которому вместе с Индрой совершается возлияние хавис при жертве первинок, Тот огонь по имени Аграяна* — Первинка — потомок Бхану-Солнца. 14. В четырёхмесячье постоянное возлияние хавис (творят в огонь), что от Нирагни* происходит, Это Стубха, его сопровождают четыре сына Бхану- Солнца. 15. От Ночи родилась дочь, а также двое: Агни, Сома; Она* была супругой Ману и пять огней породила. 16. В четырёхмесячии почитается первичным возлиянием хавис Очиститель-Павака. Вместе с Дождём-Парджаньей святой огонь Вайшванара-Всенародный 17. Печёт (пищу) того, кто всего мира владыка*. Второй сын Ману — огонь по имени Всевладыка. 18. Затем следует хорошо приносить жертву аджа топлёным маслом огню Свиштакриту*. Та молодушка по имени Рохини, дочь Златовласого — Хираньякашьяпу, 19. Как супруга блистала делами; а Вахни есть существ владыка; Проникнув в живущих, тела воплощённых он образует. Сын его по имени Саннихита облеченного в слово производит*. 20. Светло-чернорожденный дэва распространяет Пожирателя Жертвы; Безгрешный, он совершает грех, когда приходит в ярость. 21. Подвизающиеся всегда говорили, что Кашьяпа — величайший риши; Тот огонь по имени Капила — основатель Санкхья йоги. 22. Тот, посредством которого существа существам постоянно дают начало, Здесь, в различных телах, тот огонь называется Вахни; 23. Он сотворил другие очистители, что на земле существуют Преизбыточно для исправления испорченного обряда агнихотра. 24. Когда друг с другом огни соприкасаются каким-либо ветром, Следует совершать жертвоприношение на восьмисосудном огне (по имени) Шучи — Чистый. 25. Когда первый огонь соединяется двумя (языками), Тогда непременно нужно совершать жертву на восьмисосудном огне Вита. 26. Если огни соприкоснутся с находящимся у опушки лесным пожаром, Нужно совершать жертву на восьмисосудном огне Шучи. 27. Если кровоточащая женщина коснётся огня агнихотра, Надо совершать жертву на восьмисосудном огне Васумат. 28. Если приблизится скот к мертвецу, принимаемому за живого, На восьмисосудном огне Сурабхимата следует совершать жертву. 29. Если брамин из-за болезни три ночи не совершает жертву, На восьмисосудном огне Наивысшем следует совершать жертву. 30. При месяце — новом, пребывающем и полном — следует приносит жертву. 31. Если огонь роженицы коснётся огня агнихотры, На восьмисосудном огне Агнимат следует приносить жертву. Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 221 глава — ПОВЕСТЬ ОБ АНГИРАСЕ Глава 222 1. Очень приятная дочь Апаса* была супругой Сахи; Родил превосходный огонь владыка земли Бхувадхарта. 2. Огонь-Очиститель (Паваку) называют владыкой всех сутей; «Ты сам — владыка сутей», так говорят в родах браминов. 3. Тот, кто всех великих сутей здесь повелитель, Великолепный владыка, Очиститель странствует постоянно. 4. Агни, по имени Домохозяин, постоянно чествуется, в жертвах; Этого мира очиститель, он постоянно возносит жертву хавис. 5. Семя Апаса, причастный великой участи Саттвабхугья, весьма чудесный. «Супругом Земли» Бхувадхарта называется великий владыка; 6. Огонь его поддерживается телами усопших. При агништоме совершается возлияние этому Носителю*: 7. Боги постоянно искали того первичного Вахни… Прилежно приближающегося* увидев, (Агни) от страха укрылся в океане. 8. Тогда боги в поисках пошли в ту сторону. Увидев (их) Агни Атхарвану сказал слово: 9. «Ты отнеси хавис богам, я же слишком слаб, могучий, Иди, эту медвяную приятность мне учини!» 10. (Так) послав Атхарвана, в другую сторону тогда направился Агни, Но рыбы его выявили; Агни сказал им гневный: «В различных существованиях вы будете для воплощённых пищей!»* 11. Затем возноситель жертв Атхарвану молвил слово, 12. Много убеждал его божескими словами, Не хотел он везти хавис, терпеть; он даже покинул тело. 13. И тогда, покинув тело, он проник в землю; Он проявил по отдельности все вещества (дхату), земли коснувшись; 14. Из огня — запахи, блеск; из костей — сосну дэвадару* Из слизи — хрусталь; смарагд — из желчи, 15. Железо из печени; так произвёл он три поколенья; Из своих ногтей — покровы (грозовых) туч; из головы — кораллы. 16. Из его тела и другие разные вещества (дхату), о царь, возникли; Так, покинув тело, он в высшем подвиге находился. 17. Он совершил тогда подвиг больший, чем Ангирас и Бхригу; Он ярко блистал, великолепный; озарял его подвиг. 18. Но заметив риши*, он, испуганный, в великий Океан укрылся. Когда он погиб, преходящий мир в страхе к Атхарвану обратился. Того Атхарвана почтили асуры и другие; 19. Атхарван же из себя все миры произвёл, на Очистителя взирая; Когда он потрясал великий Океан, все существа глаза раскрыли: 20. «Вот огонь* некогда утраченный, Атхарваном владыкой Призванный, он (жертву) хавис всех существ постоянно возносит». 21. Он породил много мудрёной утвари*, указанной в Ведах, Странствуя по разным странам, то там, то здесь блуждая, 22. В пятиречии Синдха (он породил) Дэвину, Сарасвати, Гангу, Шатакумбхи, Шаринью, Гандхасахваю, 23. Шармавати, Махи, чистую Матхатхити, Тамрави, Ветравати и третью реку — Каушики, 24. Тамразу, Нармаду, а также теку Гандавари, Вену, Упавену, страшную Вадаву также, Бхарата, 25. Бхарати, Супрайогу, Кавери, Мирмуру, также Тугавену, Кришнавену, Капилу, Шону. 26. Матерями соков сомы* считаются эти реки. 27. Женой Адбхуты была Прия, а сын его — Вибхураси. Сколько называется огней, столько и сом бывает. 28. В потомстве Атри были разные поколения браминов; Сыновей, желающих творить, в себе самом носил Атри. 29. Из его тела брамины извлекли пожирателей жертвы; Об этих махатмах — огнях я тебе поведал, 30. О том, как неизмеримые, прекрасные, разгоняющие тьму они возникли; Величие духа Адбхуты, как оно возвещено в Ведах, 31. Узнай подробно. Ведь во всех — один Хуташана, Жертв Пожиратель, Как единого следует знать того владыку, первого Ангираса. 32. Многообразно из (его) тела извлекается жертвоприношение Джйотиштхама. Так о длинном ряде огней я тебе поведал; Он, восхваляемый разными мантрами, возносит (жертву) воплощённых — хавис. Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 222 глава — ВОЗНИКНОВЕНИЕ АГНИ Глава 223 Маркандея сказал: 1. Я сообщил тебе о разных родах огней, безупречный; Слушай (теперь) о рождении премудрого Картикеи, каурава! 2. Расскажу о сыне, из удивительных удивительном, безмерно великолепном, Благочестивом, растящем славу, рождённом жёнами брахма-ришей*. 3. Некогда боги, асуры усердно избивали друг друга, Причём богов всегда побеждали ужасные видом данавы. 4. Пурандара, взирая на избиваемое различным образом (своё войско), Тогда много раздумывал о воеводе. 5. Многосильный, войско богов, разбитое данавами увидев: «Как бы мне такого человека раздобыть, что хранил бы (войско), на силу опираясь?» 6. Он пришёл к вершине Манас, очень занятый этой мыслью; Вдруг он услышал, испускаемый женщиной, отчаянный крик горя: 7. «Да защитит, да спасёт меня из людей кто-либо! Пусть мне укажет супруга или сам станет мне мужем!» 8. Пурандара сказал ей: «Ничто не угрожает тебе, не бойся!» Только сказал, как увидал стоящего перед ним Кешина, 9. Венчанного, с палицей в руке, как скала металлов. Взяв девушку за руку, тогда сказал ему Васава: 10. «Недоброе дело! Зачем эту девушку умыкнуть ты хочешь, Я — Громовержец, знай это; прекрати её мучить!» Кешин сказал: 11. Нет, ты оставь Шакра, я её желаю! (Если оставишь), Тогда дозволю тебе отправиться в свой город, Пакашасана. 12. Это сказав, Кешин швырнул палицу, чтобы убить Индру, Её с лёту огневицей рассёк Васава; 13. В него вершину скалы метнул Кешин разъярённый; Заметив летящую вершину скалы, Шатакрату 14. Огневицей её расколол и обрушил на землю; Упал тогда Кешин, зашибленный той вершиной, 15. Покинув девушку, причастную великой доле, он удрал, очень страдая. Когда убежал асур, стоявшей там девушке сказал Шакра: 16. «Прекраснолицая, что ты здесь делаешь, чья ты?» Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 223 глава — ПРОИСХОЖДЕНИЕ СКАНДЫ И НИЗВЕРЖЕНИЕ КЕШИНА Глава 224 Девушка сказала: 1. Я дочь Праджапати, Дэвасена*, так прозываюсь, А сестра моя — Дайтьясена, раньше была умыкнута Кешином. 2. На (гору) Манас вдвоём с сестрой, с подругами вместе, С дозволения Праджапати мы приходили сюда забавляться. 3. Великий асур Кешин нас обоих умыкнуть постоянно пытался, Дайтьясена его пожелала, но не я, Пакашасана! 4. Он её умыкнул, я ж освобождена твоей силой, владыка. Индра богов, хочу, чтобы ты указал мне супруга, труднооборный. Индра сказал: 5. Ты дочь сестры моей матери; моя мать — Дакшаяни, Я хочу, чтобы ты мою восхвалила силу. Девушка сказала: 6. Я бессильна, но могуч долгорукий супруг мой, Он будет (указан) подающим дары отцом, почтят его суры, асуры. Индра сказал: 7. Какова же будет сила твоего супруга, царица? Безупречная, об этом желаю твоё слово услышать. Девушка сказала: 8. Он победит богов, данавов, оборотней*, змиев, Ракшасов, злых дайтьев, (этот) великий многосильный витязь. 9. Все существа покорит он, в (союзе) с тобою. Вот каким будет супруг мой, он вознесёт славу браминов. Маркандея сказал: 10. Глубоко и горестно задумался Индра, выслушав это слово: «Не подобен ли тому, кого он искал, супруг этой царицы? 11. Сияющего великолепием Творца Света он тогда увидал на востоке, И приближался тогда к Творцу Дня, причастный великой участи, Сома. 12. В это грозное мгновенье наступило сочетание* Луны и Солнца. Тогда с высоты горы он увидал стычку асуров и дэвов; 13. В утренних сумерках собирались кровавые тучи, Шатакрату червонное море увидел — обитель владыки Варуны. 14. С различными мантрами приносили жертву потомки Ангираса и Бхригу; Творец Дня вступал в пламя, приняв жертву хавис. 15. На двадцать четвёртом узле* стоял тогда Сурья; И приближался к Сурье ходящий в законе* Сома. 16. Единение в мире Творца Дня и Луны* созерцая, Их престрашное сочетание, продолжал размышление Шакра: 17. «Зловещим* являлось сочетание Сурьи с Чандрамасой В конце этой ночи: оно великий бой предвещало. 18. Синдху-река выпила много (крови), унесла теченьем Пламенно-зевная шакалка, воющая против солнца; 19. Грозно, велико, сопряжено с великолепием это схожденье, Чудесно сочетание Сомы-Огня и Солнца! 20. Сын, которого породит Сома, той царевны да будет супругом! Всеми добрыми качествами (обладает) Агни, божественен Агни. 21. Родит он то семя, что будет супругом царевны!» Так рассудив, отправился тогда владыка в мир Брамы, 22. Взяв с собой Дэвасену; и обратясь к Предку, Он молвил: «Праведный, этой царевне укажи витязя- мужа». Брама сказал: 23. Это дело задумали оба: я и ты, губитель данавов. Да произойдёт тот сын, многоотважный, могучий! 24. О Шатакрату, он вместе с тобой воеводой будет; Могучий, он будет также супругом царевны. 25. Этому вняв и совершив поклоненье, с девушкой вместе, Туда оба они отправились, где дэва-риши были, 26. Многочисленные главные певцы под водительством Васиштхы; (Сюда) для получения (своей) доли, также желая выпить 27. Сомы при жертвоприношении адхвары, явились дэвы под водительством Шакры. На хорошо зажжённом огне принеся по обряду жертву, 28. Тот чудесный Возноситель Жертвы, призванный по обряду, 29. Изойдя из диска Солнца*, явился Вахни, сдержанный в слове владыка. Когда он прибыл для вознесения хавис, дважды рождённые (шепча) мантры, принесли жертву. 30. А тот Пожиратель Жертвы, приняв различные возлияния, Небожителям передал их от ришей, о лучший Бхарата. 31. Уходя, он жён* тех махатм увидел: Они спали на своих ложах в счастливом покое, 32. Подобные золотым алтарям, сияющие, незапятнанные, как молодой месяц, Блистающие, как Пожиратель Жертв, удивительные, как первые звёзды. 33. Тут впал он в смятение чувств от этой мысли: Увидев жён главных браминов, Вахни попал под власть Камы. 34. Много раздумывал он: «Я смущён, неразумен — Благочестивых жён главных браминов я вожделею, вопреки их желанью. 35. Не могу я на них смотреть, ни спрашивать их без предлога. Проникну-ка я в домашний очаг и оттуда буду смотреть непрестанно!» Маркандея сказал: 36. Как бы касаясь их всех золотыми блистающими головами, Подглядывал он и тешился, в домашний очаг проникнув; 37. Очень долго там проживал Вахни, подчинившийся страсти, Мечты вожделения бросал он в тех прекрасночленных, 38. И сердцем, преисполненным Камой, он задумал расстаться с телом. Агни отправился в лес, не получив жён браминов. 39. Свага, дочь Дакши, его тогда полюбила впервые. Владычица сначала долго искала в нём какого-либо изъяна, 40. Но безупречная не заметила промаха у того бога; Однако, проведав, что Вахни в лес удалился, 41. Поистине полный страстью, владычица решила: «Приняв образ семи супруг, у Паваки 42. Я возбужу желанье; он вожделеет, их красотой опьянённый; Этак и ему сделаю удовольствие, и своё желанье исполню». Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 224 глава — ПРОИСХОЖДЕНИЕ СКАНДЫ Глава 225 Маркандея сказал: 1. Была преисполнена благонравием и красотой Шиваа — Благая жена Ангираса; По началу её образ приняв, богиня, о владыка народа, 2. Отправилась в обитель Паваки, прекрасночленная ему сказала:

— Агни, благоволи пожалеть меня, полную страсти!

3. Поддержи меня, иначе я смерти предамся! Я жена Ангираса, зовут меня Благая, Жертв Пожиратель! Я послана остальными, принявшими обдуманное решенье. Агни сказал: 4. Как ты и другие знаете, что я вожделеньем страдаю, Те женщины, о которых ты сказала, семи ришей супруги? Шиваа сказала: 5. Ты наш возлюбленный, за тебя мы всегда боимся; Я к тебе послана: мы по движеньям твою мысль узнали. 6. Я для сочетанья (с тобой) явилась, исполни скорее желанье! О Пожиратель Жертв, меня ожидают сёстры, я к ним направляюсь! Маркандея сказал: 7. Агни, тогда сойдясь с Благой, удовлетворенья достигнул; При сочетаньи, удовлетворённая дэви захватила рукою семя* 8. «Подумают те, что увидят в лесу* в этом виде, Что жёны браминов грех непотребно растят, Павака. 9. Остерегаясь такого, я поэтому превращусь в Гаруди* Так выберусь счастливо из леса». Маркандея сказал: 10. Тогда став прекраснопёрой, она выбралась из великого леса. И увидела Белую гору*, густо заросшую бамбуком. 11. Её охраняли чудные, семиголовые, ядовито глядящие* змеи, Ракшасы, пишачи, грозные толпы бхутов. 12. Там было полно различных ракшасов, зверей, пернатых. На очень труднодоступный горный хребет поднялась (Свага) 13. И спешно в золотой сосуд прекрасная бросила семя. Так эта дэви из семи супруг великодушных риши 14. Образы шести принимая, возбуждала желанье Паваки; Но не могла принять она дивного образа Арундхати* 15. Из-за величия её подвига повиновения супругу. Шесть раз ввергала семя Агни, превосходный каурава, 16. В отверстие того сосуда вожделеющая Свага; И так ввергнутого, облечённого в великолепие родила она сына, 17. Почитаемого ришами; она привела выпавшее семя Сканду* С шестью головами, с дважды столькими ушами, с двадцатью глазами и столькими же руками, 18. Но с одной шеей, одним туловищем. (Быстро) входил в рост младенец — На втором часу (жизни); а на третьем — стал подростком. 19. На четвёртом — член за членом развивался Гуха- Скрытый*, Молнией повитый из великой тучи слёз и крови. 20. В огромных багровых тучах он сиял как восходящее солнце, Схватив огромный лук, приводящий в трепет* — 21. Для уничтожения врагов его положил разрушитель Трипуры*; Тогда, ухватив превосходный лук, заиграл могучий, 22. Ввергая в безумие три мира с подвижным и неподвижным. Его рёв услыхав, подобный звуку удара огромной тучи, 23. Взвились Читра и Айравата, два великих нага*. Двух нападающих змиев, тот мальчик с молнией сходный блеском, 24. Сжал их двумя руками, (а третьей) схватил копьё (Ещё), другой рукою схватил петуха* с красным гребнем, 25. Огромного, сильного из сильных, зажал его потомок Агни; И схватив, издал страшный рёв: поиграть захотел долгорукий. 26. Богатырь, ухватив превосходную раковину (другими) руками, Дул в неё на страх (всем) существам, даже сильным. 27. Двумя руками он то и дело* колотил пространство, Играл сияющий Махасена и ртами высасывал три мира. 28. На вершине горы безмерный духом был как на востоке Лучистый. На той вершине горы выжидал чудесно отважный, 29. Безмерный духом обращал в разные стороны лица. Заметив различные существа, рёв он поднял снова. 30. Это его рыканье услышав, попадали многие люди, Испуганные, с трепещущим сердцем, они прибегали к его защите. 31. Люди различных каст, прибегшие к его защите, Обратились к сопровождавшим (его) браминам, весьма многосильным; 32. Но тот, встав, (сам) приветствовал тех людей, огромный, могучий: Натянув лук, он метал стрелы в великую Белую гору. 33. Стрелами разбил он гору Краунча, сына Химавата, Так, что гуси, коршуны на гору Меру перебрались. 34. Упала та рассечённая гора, издавая громкие крики страданья, А когда она упала, другие горы сильно тогда закричали. 35. Услыхав их тяжкий крик страданья, могучий витязь, Не отступил, но подняв копьё, зарычал, безмерный духом. 36. То безупречное копьё метнул в них Махатма И великой Белой горы разбил вершину. 37. Разбитая им Белая гора, горькая, с вершинами вместе, Упала на землю, покинув (их), в страхе перед махатмой. 38. Тогда, рассевшись, со всех сторон, земля затрепетала Страдающая, приблизясь к Сканде, вновь обрела силу. 39. За землёй последовав, горы свершили ему поклоненье. Так мир в пятый день светлой половины месяца почтил Сканду. Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 225 глава — ПРОИСХОЖДЕНИЕ СЫНА АНГИРАСА Глава 226 Маркандея сказал: 1. Когда родился многочтимый, многосильный Махасена Различные, ужасные видом великие дива творились. 2. Несхожие* самцы и самки шли попарно; пылали планеты, Земля и стороны света полны были мощных звуков. 3. Великие страхи увидев, что со всех сторон возникали, риши (Жертвами) поддерживающие существование мира, совершили (обряды) умиротворенья. 4. Люди, обитавшие в том лесу Чайтраратха, Говорили: «Наше несчастье (навлечено) Павакой, 5. Сошедшимся с шестью жёнами семи ришей», — баили такое. Иные ж твердили Гаруди: «По твоей вине эта беда (стряслася)». 6. Царица (Свага) подошла к тем, что в (её собственном) образе её всегда видали: «Ведь ни один человек не знает, что Свага это дело свершила!» 7. Прекраснопёрая (Гаруди), услыхав то слово, сказала: «Пусть он моим порождением будет!» И подойдя украдкой: «Я твоя родительница», — молвила Сканде: 8. Тогда семь ришей, прослышав, что родился мальчик, Совершили жертвоприношения за шесть своих жён, но не за дивную Арундхати. 9. «Ишь ты, шестью он рождён!» — говорили об этом жители леса. «Это ж мой сын», — семи ришам сказала Свага: 10. «Я его родила, так она повторяла снова и снова, раджа, Вместе с семью ришами совершил обряд и премудрый Вишвамитра. 11. Незримо, по пятам он следил за Павакой, палимым желаньем, И всё дело полностью ему стало досконально известно. 12. Сперва юноше* Вишвамитра отдался под защиту, Затем совершил дивную хвалу Махасене. 13. Все тринадцать обрядов, совершаемых для младенцев: Послеродовой обряд и другие ему (полагающиеся) совершил великий муни; 14. (Обряд) шестиротого, (утверждение) махатмы, с пучком зажжённой травы заклятье, (Обряд) овладевания божественной силой, (своей) дружиной, свитой — 15. Это дело совершил Вишвамитра для блага мира, Поэтому риши Вишвамитра стал другом Кумары. 16. Великий муни признал, что Свага изменила образ. Он сказал всем муни: «Не провинились ваши жёны»; 17. Те выслушав (всё) досконально, полностью, отпустили жёнам…* Маркандея сказал: Боги, прослышав о Сканде тогда (все) вместе сказали* Васаве: 18. «Невыносима сила Сканды, убей его немедленно Шакра! Он станет Индрой богов, если ты его не погубишь, 19. Он захватит три мира и нас, и тебя, могучий». Тот трепеща ответил: «Уж больно силён паренёк-то, 20. Он даже творца миров, осилив в битве, погубит! Я паренька не в силах убрать!» — так отвечал Шакра. 21. Те же сказали: «В тебе нет отваги, коль ты говоришь такое; Пускай тогда все матери мира сойдутся к Сканде, 22. Пусть погубят его силой страсти!» Тот молвил: «Ладно». Те пошли, но увидев необорного: «Мы не в силах его убить», — сказали. 23. Поняв своё бессилие, они прибегнув к его защите, Сказали ему: «Сыном нам будь, многосильный, 24. Ко всем нам будь благосклонен; обессилены мы, молоко источая!» Слова тех, чьи груди готовы были питать, услыхал владыка; 25. Почтив их, Махасена удовлетворил их желанье. Тогда могучий увидел, что к нему подходит отец, могучий Агни. 26. Вместе с сонмом мамок почтил его Махасена И осенив, стоял, его охраняя, Шива*. 27. Из всех сошедшихся мамок (выделялась) женщина, возникшая из Гнева: Дхатари; с дротиком в руке она охраняла Сканду, как своего сына. 28. Пожирающая кровь Жестокая*, дочь кровавого Океана, Махасену охраняла, как своего сына. 29. Став козлоногим Найгамеей*, многопотомственный Агни Увеселял игрушками ребёнка, пребывавшего в доме. Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 226 глава — ВОЗНИКНОВЕНИЕ СКАНДЫ, ПОТОМКА АНГИРАСА Глава 227 Маркандея сказал: 1. В исступлении планеты, домочадцы, риши, а также мамки, Толпы придворных, возглавляемые Хуташаной, 2. Эти и многие другие ужасные оборотни третьего неба, Окружив Сканду, стояли вместе с толпою мамок*. 3. Увидев, что победа сомнительна, желающий победы владыка Суров*, Взобравшись на Айравату, приблизился к Сканде, вместе с богами. 4. Взяв громовую стрелу, окружённый всеми богами, могучий, Стремящийся к убийству Индра, спешно продвигался к Махасене. 5. Ужасным было многошумное войско богов, (озарённое) великим сияньем, Осенённое различными стягами, с различными колесницами, (держащее) деревянные луки*. 6. Облачённые в прекрасные одежды, драгоценными украшениями сияли (боги): С предельной жаждой убийства шествовал Шакра, его сопровождал Кумара*. 7. Поспешно продвигаясь, многосильный владыка богов взревел, о Партха, Приводя в ликование войско богов и готовясь убить порожденье Паваки. 8. Чтимый высшими ришами и тридцатью (богами), Васава тогда приблизился к Картикее. 9. Львом взревел тогда владыка богов, а с ним вместе суры; Гуха же, шум тот услышав, взревел океаном. 10. От его могучего рёва океан засветился, А войско богов, обезумев, туда и сюда металось. 11. Богов, собравшихся ради убийства увидев, рождённый Павакой, Возрастающие языки пламени испустил изо рта* во гневе. 12. Опалённые рати богов на земле трепетали: У иных голова и тело пылали, колесницы пылали, оружье; 13. Мгновенно рассеянные, они как скопища звёзд сияли. Опалённые, они прибегли к защите сына Паваки; 14. Тогда, оставив дэва, держащего громовые стрелы, они запросили мира, А покинутый богами Шакра метнул перунами в Сканду. 15. Пущенный (перун) ударил в правый бок Сканды И раздробил бок того махатмы, махараджа. 16. Но породил из Сканды громовый удар другого человека: Юношу-копьеносца с дивными серьгами. 17. Вхождение громовой стрелы породило Безрукого*, он из (Сканды) возникнул. Рождение другого увидев, огню Смерти подобного блеском, 18. В страхе, к защите того Сканды Индра, сложив руки, прибегнул: Сканда ему, вместе с его превосходным войском пожаловал безопасность; Возликовали тогда тридцать (богов), на музыкальных приладьях бряцая. Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 227 глава — ВСТРЕЧА ИНДРЫ И АНГИРАСА-СКАНДЫ Глава 228 Маркандея сказал: 1. Об удивительной, для взора ужасной, дружине Сканды слушай: От удара грома юноши родились, (сыны) Сканды. 2. Ужасные, они новорождённых уносят и даже (находящихся) в утробе. От удара грома многие дочери у него родились. 3. Эти юницы получили отцом Безрукого-Вишакху Тот козлоголовый владыка*, возникнув, охраняется в битве, 4. Окружённый толпами дочерей и всеми рождёнными сыновьями. Также и счастливый Бхадрашакха, (сын) заботливых мамок. 5. Отцу юношей, Сканде, на земле люди приносят жертвы, Многосильному в странах — Рудре в образе Агни* и Сваге. 6. Всегда совершают жертву желающие и любящие сыновей люди. Пожиратель жертв породил дочерей по имени Тапас*. 7. Те, приблизясь к Сканде, «Что мне делать?» — спросили. Девушки сказали: Да будем мы высшими матерями всего мира, 8. Пусть нам воздают почитанье; по твоей милости окажи нам эту приятность». Он отвечал: «Ладно, пусть каждая будет такою: 9. Попеременно благой, неблагою, с возвышенной мыслью…» Затем, утвердив Сканду в отцовстве, сонм матерей удалился*. 10. Каки, Халима, Малини, Бринхита, также Арья, Палала, Вайматра — (эти) семь были мамками* дитяти. 11. У них, одарённых влагой, ужасное дитя Намати Родилось по милости Сканды, сын кровавоглазый. 12. Этот витязь, считающийся восьмым, родился у Сканды от множества мамок. А Козлоголовый числится девятым. 13. Следует знать, что шестая козлообразная голова Сканды Из шести его голов постоянно почитается множеством мамок, раджа. 14. Из шести его голов она слывёт лучшей; Она сотворила (его) дивную шакти; это — Бхадрашакха. 15. Так в пятый день светлой половины месяца эти разнообразные дела творились, А на шестой день произошёл там великий бой, владыка. Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 228 глава — ВОЗНИКНОВЕНИЕ КУМАРЫ, ПОТОМКА АНГИРАСА Глава 229 Маркандея сказал: 1. Тот Сканда сидел в золотой броне, венчанный, В золотом венце, с заплетёнными волосами*, с золотыми глазами, 2. В багряных одеждах, острозубый, он радовал сердце, Одарённый всеми (счастливыми) знаками, он был для трёх миров весьма приятен. 3. Тогда к тому подателю даров, юному витязю, украшенному серьгами Шри подошла, в лотосо-подобном виде она воплотилась. 4. Приятный красой, широко прославленный, тот лучший отрок Сидящий, казался подобным луне в полнолунье. 5. Его, могучего, почтили махатмы-брамины; При этом великие риши такое слово сказали Сканде, Риши сказали: 6. О Золотое Семя, Хираньягарбха, благо тебе, будь благодетелем мира! Твоим шестисуточным рожденьем* ты миры подчинил своей воле! 7. Ты снова им дал безопасность, лучший сура, Поэтому, владыка, стань Индрой, трём мирам обеспечь защиту! Сканда сказал: 8. Что делает для миров богатый подвигом Индра? Как над сонмами богов постоянно владычествует повелитель суров? Риши сказали: 9. Силу и блеск существам даёт Индра, народу — счастье; Удовлетворение всех желаний посылает владыка суров; 10. Уничтожает дурно живущих, поощряет держащихся обетов; Убийца Балы во всех делах существам даёт повеленья. 11. Когда нет солнца, он производит солнце, когда нет месяца — месяц; В действие он приводит огонь, ветер, землю, воду. 12. Всё это нужно делать Индре, так как Индра — огромная сила. Итак, будь ты, витязь, лучший из сильных, нам Индрой! Шакра сказал: 13. Долгорукий, стань Индрой, для всех нас будь носителем счастья, Будь посвящён в цари, даже сейчас уже достиг ты зрелости*, лучший! Сканда сказал: 14. (Нет), ты управляй, возглавляй три мира, радуйся победе; Я твой слуга, Шакра, я не хочу состояния Индры*! Шакра сказал: 15. Сила твоя удивительна, витязь, над врагами богов одержи победу! Презирать меня будет мир, дивясь твоей силе, 16. Если я буду находится в состоянии Индры, побеждённый, лишённый отваги, силы, Будут немедля стараться разбить и того и другого. 17. Если ж ты будешь разбит, владыка, мир раздвоится, Но если мир — существа раздвоятся, мы также будем рассечены оба. 18. Разлад происходит от разделенья существ, долгорукий, Здесь ты меня, сынок, наверняка одолеешь в битве; 19. Поэтому, владыка, становись Индрой, не уклоняйся! Сканда сказал: Ты — благо тебе — трёх миров владыка, мой также, 20. Что я должен для тебя исполнить, скажи своё веление, Шакра! Индра сказал: По твоему слову, долгорукий, останусь Индрой, 21. Коль правдиво, решительно тобой произнесено слово. Если ты хочешь исполнить моё веленье, так слушай, Сканда! 22. Будь посвящён в воеводы богов, могучий! Сканда сказал: Для успеха богов и для гибели данавов, 23. Ради блага браминов, посвяти меня в воеводы. Маркандея сказал: Он, посвященный Магхавой и всеми благими, 24. Чествуемый великими ришами, там блистал чрезвычайно; И поддерживаемый над ним золотой зонт лучился, 25. Как хорошо зажжённый огненный диск (солнца). Его дивный золотой венец Вишвакарман сделал, 26. А подвязал, о крушитель врагов, сам преславный Крушитель Трипуры*. Приблизясь, о тигр-человек, с дэви вместе, 27. Владыка с диском на стяге*, очень довольный, чествовал (Сканду). Дваждырождённые говорят, что Агни — это Рудра, что им рождён Сканда. 28. Рудра извергнул семя, так гора Белая появилась; Силу Паваки в Белом Змие заключили Стожары*, 29. Все небожители, увидев, что почтил его Рудра, Провозгласили Гуху, лучшего из лучших, сыном Рудры. 30. Было проникнуто Рудрой, это дитя, потомок Вахни. Здесь он родился, как Сканда, затем он стал сыном Рудры — 31. Рудры Вахини; от Сваги и шести жён, Бхарата, Родился Сканда, лучший из суров, и стал сыном Рудры, 32. Рождённый Павакой одетый в две незапятнанные одежды Сиял счастливый, пламенеющий красотой, как за двумя багровыми тучами лучистое (Солнце). 33. Его стяг украшал петух — подарок Агни, Водружённый на колеснице, кровавый, он сиял, как пламя Смерти. 34. Великолепная, движущая все существа к насилию, миру, Его шакти* во главе пребывала, суля богам победу*. 35. Врождённая* броня срослась с его телом. Присущие воинственному божеству всегда выступают 36. Шакти, дхарма, сила, великолепие, привлекательность, величие, правда, Браминство, охранение (своих) поклонников, незаблужденье, 37. Утесненье врагов, миров охраненье, Всё это врождено Сканде, владыке народов. 38. Так украшенный всеми сонмами богов, посвящённый, Превознесённый, ликующий, он сиял, как лунный диск в полнолунье. 39. (Он пребывал) среди жертвенных возношений, чтения Шрути, (среди) звуков различных божественных музыкальных приладий, (Среди) множества апсар, (среди) песнопений богов и гандхарвов; 40. Довольные, радостные, разукрашенные эти и другие Плотно его окружали толпы богов и пишачей. 41. Посвящённый богами, играя, сиял тогда сын Паваки; На посвящённого Махасену небожители взирали, 42. Как на солнце, разогнавшее тьму при восходе. Тогда к нему явились тысячи воинств небесных; 43. «Ты наш повелитель!» — так со всех сторон раздавалось; Толпы бхутов, приблизясь, окружили владыку, 44. В гимнах его восхваляя; он также почтил их. В воеводы посвятив Сканду, тогда (сказал) Шатакрату, 45. Вспомнив о (девушке), им освобождённой — Дэвасене: «Не сам ли Брама дал её для этого воеводы?» 46. О разукрашенной Дэвасене так поразмыслив, Сканде, разящему полчища, он молвил: «Девушку, лучший сура, 47. Когда ты ещё не родился, Самосущий предназначил тебе в супруги, Поэтому, предварительно произнеся мантру, как подобает, 48. Возьми её рукой за правую руку, (подобно) золотому лотосу царицу». После тех слов, взял её за руку, как подобает, Сканда, 49. Прошептал мантры, принёс жертвы знаток мантр Брихаспати. С тех пор люди знают Дэвасену, как первую царицу Сканды. 50. Шесть его (жён) называют брамины: Лакшмимасу, Сукхапраду, Синивали, Куху, Садваритти, Апараджиту. 51. Когда Дэвасена приняла как супруга вечного Сканду, Тогда, воплотясь, сама дэви Лакшми его посетила. 52. Любимец Счастья, Сканда, пятую (взял), поэтому Шри считается пятой. Шестидневным он цели достиг, поэтому шестой лунный (день) считается великим. Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 229 глава — ПОВЕСТЬ О СКАНДЕ ПОТОМКЕ АНГИРАСА Глава 230 Маркандея сказал: 1. Когда любимец Счастья, Махасена, стал супругом, Супруги семи ришей, шесть дэви, его посетили. 2. Их покинули* риши, приобщённых дхарме, держащих великие обеты. Бегом они прибежав, сказали владыке, супругу Дэвасены: 3. — Сынок, нас покинули мужья, чтимые богами, Гневающиеся без причины; мы лишились доброй славы; 4. «Конечно, он ими рождён», — так кто-то поднял (пересуды); Выслушав, силой этой правды, благоволи спасти нас! 5. Непреходящий рай по твоей милости да будет разверзнут, владыка, Мы хотим иметь тебя сыном; ты оправдаешься, сделав это! Сканда сказал: 6. Безупречные, сын я вам, владычицы, и матери вы мне Чего вы (только) не пожелаете — всё вам будет. Маркандея сказал: 7. Желавшего высказаться Шакру он спросил: «Что делать, Говори». На эти слова Сканды Васава молвил: 8. — Девушка Абхиджит* состязается со (своей) сестрой Рохини: Дэви желает быть старшей, а поэтому отправилась в лес совершать умерщвление плоти*. 9. Небосвод лишился созвездия — благо тебе — я этим сбит с толку! Ведь она относится к первобытному времени Брамы — подумай! 10. Дханишту, начальное время*, образовал Брама, Рохини ж была ещё раньше — так счёт завершился. 11. Когда Шакра это сказал, Стожары отправились на третье небо; Как огненное божество счастливое созвездие* заблестело… 12. …Винати* сказала Сканде: «Ты — сын мой, приносящий посмертную жертву галушек, Сын, я хочу с тобой жить постоянно!» Сканда сказал: 13. Да будет так. С сыновьей нежностью тебе поклоняюсь, повелевай мне! Ты будешь жить всегда почитаемая снохой, царица. Маркандея сказал: 14. Тогда весь сонм матерей* сказал Сканде слово: «Мы матери всего мира, прославленные певцами, Мы твоими матерями желаем быть, почти нас!» Сканда сказал: 15. Вы матери мне я ж (прихожусь) вам сыном; Скажите угодное владычицам, что должен я сделать? 16. Положение, что некогда было установлено для матерей* мира, Пусть нам возвратится, а те — пусть погибнут! 17. Пусть нас почитает мир, а не тех, о бык-сура! Из-за тебя мы унесли наше потомство, их (потомство) нам выдай! Сканда сказал: 18. Я не могу предоставить вам их взрослое потомство; Какое иное потомство вам выдать, желанные сердцем? Матери сказали: 19. Мы желаем пожрать тех матерей потомство*, Возникшее вместе с тобой, особенно их потомство. Сканда сказал: 20. Владычицы, я дал вам это потомство, но вы предприняли злое, Охраняйте, чтимые — да будет вам благо — потомство благочестивых. Матери сказали: 21. Мы будем, как ты хочешь, Сканда — благо тебе — охранять потомство. С тобой, Сканда, нам угодно долго жить, владыка. Сканда сказал: 22. До шестнадцати лет бывают нежными дети — Угнетайте людей различными способами до этого срока. 23. Я дам вам ужасное, непреходящее, высшее свойство; С его помощью, чтимые, вы будете жить счастливо. Маркандея сказал: 24. Тогда пламенеющий огнём человек из тела Сканды Выпал, многосияющий, для пожирания потомства смертных. 25. Исступлённый, мучимый голодом, он сразу полетел на землю; Ужаснообразный, он стал пожирателем по приказу Сканды. 26. (Эту) немочь, Пожирателя*, «Одержимость Скандой» называют лучшие брамины; Престрашная Винати называется Пожирательницей- Соколицей; 27. Ракшаской Путаной (её) называют по ведовству, Пожирательницей-Путаной. Ужаснообразную страховидную, полунощницу злую. 28. Сказано: холодная Путана — ужасная злодейка, Человеческие зародыши она уносит, страшная видом. 29. Пожирательницу называют Адити-Ревати, её сын — Райвата, Престрашный, прожорливый, он детей уносит. 30 Дити, мать Дайтьев, называют Макхамандикой — Труднодоступная, уж очень она услаждается детским мясом. 31. Юноши, юницы, говорят, возникли от Сканды; Все они очень прожорливы, зародышей поедают, каурава. 32. Говорят, есть муж у этих злодеек; Новорождённых младенцев они уносят. 33. Матерь коров, которую сведующие называют Сурабхи, Да Соколица-Шакуни, взобравшись вместе на (женщин) на земле детей пожирают. 34. Дэва, мать собак, по имени Сарама, о царь народа, Всегда пожирает зародыши в человеческих (лонах). 35. Мать деревьев пребывает в (целительном дереве) каранджа Кроткая, она подаёт дары и всегда существам сострадает, 36. Поэтому ей поклоняются в карандже желающие сыновей люди. Восемнадцать пожирательниц, охочих до медвяных напитков, 37. Дважды пять ночей постоянно пребывают в доме роженицы; Кадру, приняв тонкое тело, в чреватую проникает, 38. Пожирая там зародыш, а та (женщина) порождает змея. Мать гандхарвов, захватив зародыш, уходит; 39. Тогда видно, что у женщины из рода Ману исчезает зародыш. А родительница апсар, ухватив зародыш, остаётся, 40. Разумные сказывают, что плод погибает. Дочь Кровавого Океана считается кормилицей Сканды, 41. Как Лохитаяни она почитается в (дереве) кадамбе. Что Рудра среди мужчин, то Почтенная-Арья среди шалуний*. 42. Почтенная мать Кумара особо почитается жертвой, ради любовных целей. Вот я тебе сообщил о тех великих пожирательницах юницах, 43. О неблагих, что детей до шестнадцати лет (пожирают), О множестве тех матерей, о пожирателях-мужчинах я поведал. 44. Этими всеми Сканда-Пожирателями никогда не следует пренебрегать воплощённым: Нужно добиваться их умиротворения окуриваниями людей, омовеньем; 45. Так умилостивленные, царь, они все подадут людям блага; Правильно почтённые, поклоняемые, царь царей, они пошлют здоровье, силу. 46. Но бывают пожиратели мужей, (перешедших) за шестнадцатилетний возраст; О них сообщу Махэшваре*, совершив поклоненье. 47. Если человек видит богов, бодрствуя или покоясь, То быстро теряет рассудок; такой одержим дэваграхом. 48. Человек, что лёжа иль сидя видит предков, Быстро теряет рассудок; знать подобает: он (одержим) питриграхом. 49. (Человек), пренебрегающий совершенными или которого они проклинают во гневе, Быстро теряет рассудок; следует знать: он одержим сиддхаграхом. 50. Кто наслаждается благовониями, разных яств вкушеньем, Тот быстро теряет рассудок; следует знать: он одержим ракшасограхом. 51. Если в земного человека вселяются небожители гандхарвы, Он быстро теряет рассудок; следует знать: он одержим гандхарваграхом. 52. Если человека надолго оседлает пишачи, Он быстро теряет рассудок; следует знать: он одержим пишачиграхом. 53. Если, в превратностях времени, в человека вселяется якша, Он быстро теряет рассудок; следует знать: он одержим якшаграхом. 54. Кто, совершая грехи, приводит сознание в ярость, безумеет такой воплощённый, Он быстро теряет рассудок; средство к его (излечению) — Шастры. 55. Кто при виде ужасного от малодушия, страха Быстро теряет рассудок, для того убеждение бывает спасительным средством. 56. Страсть к игре, другая страсть — обжорство, Ещё иная похоть — таковы пожиратели трёх видов. 57. До семидесяти лет они людей обуяют; Свыше этого для воплощённого один пожиратель бывает — старость. 58. Не разбрасывающегося чувствами, чистого, преисполненного веры, Непрестанно и постоянно стойкого пожиратели всегда избегают. 59. Вот пожирателей человеконенавистников я тебе перечислил. Не касаются пожиратели также людей, преданных дэву Махэшваре. Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 230 глава — СКАЗАНИЕ О ПОЖИРАТЕЛЯХ ЛЮДЕЙ, ПОТОМКАХ АНГИРАСА Глава 231 Маркандея сказал: 1. Когда угодное матерям исполнил Сканда, Свага ему сказала: «Ты сын моей утробы! 2. Я желаю, чтобы ты оказал мне высшую, труднодостижимую утеху». Тогда её молвил Сканда: «Какую именно ты желаешь утеху?» Свага сказала: 3. Я любимая дочь Дакши, по имени Свага, долгорукий, И от детства я к Пожирателю Жертв стремлюсь желаньем. 4. Но Павака не знает точно, сынок, что я его вожделею; Сынок, я желаю вечно жизнь проживать вместе с Агни. Сканда сказал: 5. Дваждырождённые, исполняя жертвоприношения, песнопения, мантры, Всегда будут провозглашать «Свага», принося жертву Агни, царица. 6. Отныне так будут совершать жертву блюстители обетов, стоящие на пути правды; Так, прекрасная, вместе с тобой, всегда пребудет Агни. Маркандея сказал: 7. Почтённая Скандой, этими его словами осталась довольна Свага, Как с мужем сочетавшись с Павакой, она почтила Сканду. 8. Тогда владыка тварей Брама сказал Махасене-Сканде: «Иди к (твоему) отцу, Махадэве, губителю Трипуры! 9. Рудра вселился в Огонь, Ума вселилась в Свагу, Так ради блага существ ты был рождён, необорный. 10. Лоно Умы семенем оросил махатма Рудра; Оно упало на гору, отсюда (пара) — Минджика и Минджики — возникла. 11. На Кровавый Океан часть семени упала; Другая — в лучи солнца; другая ж упала на землю. 12. Часть пристала к деревьям; так, на пять частей разделясь, оно упало. Следует знать разумным: отсюда различные множества убийц* возникли… Твоя ужасная дружина, эти пожиратели мяса*. 13. «Да будет так», — это сказав, почтил Махасена, Чтущий отец, безмерного духом отца — Махэшвару. Маркандея сказал: 14. Орды этих пяти нужно почитать лучшими цветами тем, кто богатств желает. Нужно оказывать им почтение и ради успокоения болезней. 15. Не следует пренебрегать и парой Минджика-Минджики, возникшей от Рудры, Им должны поклоняться здесь те, что желают блага своим детям. 16. Нужно поклоняться и женщинам-людоедкам по имени Вриддхика, Рождённым в деревьях тем дэвой, им должны совершить поклоненье желающие потомства. 17. Вот те, что зовутся пишачи; их орды перечислены согласно преданью. О возникновении колокольчиков и знамён выслушай от меня, владыка. 18. Два колокола* Айраваты как «Непобедимые» известны, Премудрый Индра велел их доставить, а затем подарил их Гухе-Сканде. 19. Один колокол — Вишакхи, другой — Сканды. По красному знамени есть у Картикеи, Вишакхи; 20. Эти детские игрушки были тогда даны богами; Ими забавлялся многосильный дэва Махасена; 21. Окружённый сонмами богов и ордами пишачей, Разукрашенный, он сиял на золотой горе, преисполненный счастьем. 22. Витязь был украшением горы с прекрасными лесами, С чарующими пещерами; как в солнечных лучах Мандара (сияла). 23. Лесами райских деревьев сантанаки, лесами цветущих олеандров, Лесами кораллового дерева, лесами китайской розы, ашоки, 24. Кущами деревьев кадамба, стадами дивных ланей, Стаями дивных птиц Белая гора сияла. 25. Там все сонмы богов и все дэва-риши, Как рёвы музыки туч, как бушующий океан звучали; 26. Там дивные гандхарвы, апсары плясали; Там ликующих существ слышался великий возглас; 27. Там, на Белой горе, предстоял весь преходящий мир вместе с Индрой, Ликуя созерцал Сканду, не утомляясь лицезреньем. Маркандея сказал: 28. Когда был посвящён в воеводы владыка, чадо Паваки, Тогда довольный, счастливый отправился под баньян свой Хара 29. Владыка, на солнцецветной колеснице вместе с Парвати. Тысячи его львов запряжённых в лучшую колесницу, 30. Подгоняемые Калой, взметнулись в прекрасное небо. Они как бы пили пространство, подвижное и неподвижное приводили в трепет. 31. Чудесногривые львы, рыкая, в небеса устремились: Пашупати в колеснице стоял вместе с Умой, сияя, 32. Как солнце вместе с молнией, как в тучах лук Индры*; Впереди же него, вместе с гухьяками — царь, Владыка Сокровищ*, 33. По пути быстро предшествовал в запряженной людьми (колеснице) Пушпаке. На Айравате восседая, Шакра вместе с сурами 34. Следовал позади за подателем даров, у которого бык на стяге*. С джринбаками, якшами, ракшасами, украшенными венками, 35. Держась правой стороны, двигался великий якша Амогха, А правее его — разные воины, многие дэвы; 36. Сойдясь с васу и рудрами шествовали совместно Яма и Смерть; их со всех сторон окружали 37. Сотни отвратительных болезней, ужасных видом; Следом за Ямой ужасный белый трезубец* 38. По имени «Победа» двигался, окружённый войском, А за ним — с мучительной сетью повелитель вод, владыка Варуна. 39. Обволакивая, он тихо струился, окружённый разными чудищами морскими; За победным трезубцем (двигалась) пехота* Рудры 40. С палицей, булавой, копьём и прочим превосходным оружьем. За пехотой следовал ужасный, лучистый зонт, раджа, 41. А также превосходная кружка отшельника, что в обиходе у множества махаришей. (Ещё) правее шествовал облачённый красою посох*, 42. Чтимый богами, а рядом — оба: Ангирас, Бхригу, За ними — Рудра*, сидя на непревзойдённом троне, 43. Двигался, возбуждая радость всех обитателей Тридивы Следовали также риши, дэвы, гандхарвы, змии, 44. Толпы апсар*, моря, озёра, реки, Дети небожителей, созвездия, планеты. 45. Разные женщины-оборотни сзади следовали за Рудрой; Чарующие видом, прекрасночленные, они цветы дождём рассыпали. 46. Следовал и Праджанья, поклоняясь держащему (лук*) А над головой (Шивы) белый зонт держал Сома. 47. Держа бунчук, там предстояли Ваю, Агни Позади; сияя счастьем, шёл Шакра*, 48. Восхваляя вместе со всеми ришами (несущего) быка на стяге. Гаури, Видья, Гандхари, Кешини, Митрасахвая 49. И Савитри все вместе следовали за Парвати Со множеством наук, которые когда-либо создавали 50. Слово (Шивы) выполняют все боги, с Индрой вместе. Впереди шёл ужасный ракшас, неся знамя. 51. (Шёл и) распорядитель тризны*, постоянный друг Рудры, Пингала по имени, лишающий радостей (этот) мир, царь якшей. 52. Счастливо вместе с ними двигался тот дэва (Рудра), Ни впереди, ни позади не шли по земле (их) дороги. 53. Божественность чтят, поклоняются смертные Рудре, Владыке и праотцу Рудре, которого именуют Шива. 54. Всякими существами, делами чествуют они Махэшвару. И супруг Дэвасены, войсками богов окружённый, Последовал за владыкой богов, благочестивый, чадо Стожаров. 55. Тогда Махадэва изрёк Махасене великое слово: «Непрерывно и постоянно охраняй семь ратей Марутов!» Сканда сказал: 56. Семь ратей Марутов я буду оберегать, владыка, Что ещё выполнить должен, дэва, скажи незамедля. Рудра сказал: 57. Сын (мой), ты должен всегда на меня взирать при твоих поступках; Созерцая меня, силой благоговейной любви ты высшего блага достигнешь. Маркандея сказал: 58. Молвив это, обнял его и отпустил Махэшвара. Когда был отпущен Сканда, совершилось великое диво, 59. Мгновенно оно всех богов смутило, махараджа: Со всеми звёздами запылало небо, существа пришли в великое смятенье, 60. Заколебался весь преходящий мир, завыл, окутанный мраком. Этот ужас увидев, всполошились Шакра, 61. Причастная великой доле Ума, боги, великие риши. Тогда, в смятении существ великом, предельном, 62. Появилось различно вооружённое, ужасное войско; Несметное, ужасающее, оно на различные голоса ревело, 63. Совершая набег на богов и владыку Шанкару; Поток стрел неоднократно метали (данавы), 64. Стосмертельное оружие*, мечи, палицы, булавы, горы На войско богов те грозные сыпали с великим воем. 65. Мигом в бегство оно пустилось, повернув спины. Уничтожены боевые слоны, кони, боевые великие колесницы. 66. Теснимое данавами, было войско богов разбито, Асуры его истребляли, как огонь леса истребляет. 67. Падали, как большие деревья в лесу, почти совсем погоревшем, Удирали небожители, с разбитыми головами, телами. 68. Не находили они вождя, подвергаясь убийству, в великом сраженьи. Тогда дэва Пурандара, увидев бегущее войско, 69. Стремясь успокоить, сказал тому войску, подбадривая разбитых: «Покиньте страх — благо вам — витязи, возьмите оружье: 70. Направьте ваш разум к отваге, пусть никто из вас не трепещет! Победите этих предавшихся злу данавов, ужасных видом! 71. Нападайте — благо вам — со мною вместе на тех асуров!» Шакры слово услышав, успокоились небожители; 72. Данавам противостали с боем, на Шакру возложив надежду. Тогда вся Тридцатка* и многие Маруты, 73. Причастные великой участи праведники, васу, (все) бросились навстречу. В схватке с теми войсками, гневные, они метали дротики, стрелы. 74. В телах тех данавов стрелы жадно пили рудую, Калёные стрелы их тела рассекали, 75. Падая, появлялись, как из деревьев змеи, Разбитые стрелами тела тех дайтьев 76. Везде падали на поверхность земли, как рассечённые тучи. И войско данавов всеми сонмами богов в битве 77. Было прикончено, поражённое различным оружьем. Тогда воздев оружье, восклицая, ликовали все боги. 78. Многократно звучали различные литавры, бубны*; Так в обоюдном напряженьи произошла ужасная битва. 79. Месиво из мяса, крови богов, данавов — Этих двух частей древнего мира — появилось внезапно. 80. Уничтожили небожители ужасных данавов; Раздавались звуки музыкальных приладий, ужасный грохот бубнов, 81. И страшные львиные рыки многих властительных данавов. Вдруг из ужасной рати дайтьев выступил мощный данава 82. По имени Буйвол-Махиша и ухватил огромную гору. Увидев его, как окружённое тучами солнце, 83. Его, поднявшего гору, пустились удирать небожители, раджа. Преследуя, низвергнул гору на богов Махиша. 84. Царь, тогда побитые, той горой, устрашающей видом, Из войска богов десять тысяч пало на землю. 85. Вместе с теми данавами устрашил Махиша суров, Он их преследовал в битве, как разгневанный лев стремительных ланей. 86. Того нападающего Буйвола увидев, небожители вместе с Индрой, В страхе удирали из битвы, растеряв боевые стяги; 87. А разъярённый Махиша ринулся к быстрой колеснице Рудры, Преследуя, он ухватил колесницу Рудры за дышло. 88. Когда ж колесницу Рудры настиг разъярённый Буйвол, Возопили земля и небо, глубоко смутились великие риши. 89. Заревели огромные дайтьи, подобно грозовым тучам: «Кончено с ними, мы их победили!» — так даже. 90. Когда такое творилось в сраженьи, Владыка* ударил Махишу И вспомнил тогда, что Сканда должен убить злодея. 91. Увидев колесницу Рудры, ревущий Буйвол взревел (ещё пуще), В трепет приводя богов, в дайтьев (вселяя) радость. 92. Когда такое ужасное бедствие богов постигло, Явился Махасена, подобно солнцу пылая гневом, 93. Облачённый в кровавые одежды, кровавой диадемой венчанный, На красных конях, долгорукий сиял золотою бронёю, 94. На солнцеподобной колеснице стоя в золотом сияньи. Его увидев, войско дайтьев устремилось сразу из битвы, 95. А могучий Махасена погибельное для Махиши Сияющее метнул копьё, о Индра раджей. 96. Брошенное, оно в голову Буйвола ударило с размаху; Покинув жизнь, упал с разбитой головой Махиша; 97. Упав, голова пространство в одиннадцать йоджан, Подобно горе, закрыла, заградила пространство. 98. Ныне сверху кауравы по ней проходят благополучно. Тысячу врагов убивает копьё каждый раз при метаньи. 99. На глазах у богов и данавов вновь за копьё ухватился Сканда. Премудрый Махасена стрелами приканчивает неотвратимо, 100. Остатки орды, дайтьев, трясущихся в ужасном страхе. Необорная дружина Сканды, тысячами их убив пожирала*; 101. Пожирая данавов, их кровь выпивая, Быстро они сволокли всех данавов ликуя. 102. Как Сурья тьму, как огонь деревья, как солнце ходящие по небу (тучи), Так Сканда победил врагов, прославился своей отвагой. 103. Почтённый Тридцаткой, поклонясь Махэшваре, Молочный сын Стожаров сиял, как лучистое (солнце). 104. Погубив врагов, Сканда приблизился к Махэшваре И молвил тогда Махасене, обняв его Пурандара: 105. «Сканда, ты Брамой* нам послан, ты убил того Махишу, Лучшего из победителей, трын-травой* для него были дэвы, 106. Ты этот шип богов изъял, долгорукий; (Ещё) сто данавов, равных Буйволу, ты убил в сраженьи; 107. Враги богов, нас они мучали изначала; Твои (воины) также сотнями пожирали других данавов. 108. Ты для врагов непобедим в бою, как Владыка, супруг Умы; Это твой первый подвиг, дэва, так будь прославлен! 109. Пребудет непреходящей в трёх мирах твоя слава, В твоей воле будут суры, долгорукий!» 110. Так молвив Махасене, вернулся вместе с богами Отпущенный Треоким Владыкой* супруг Шачи*, 111. Рудра ж отправился в Бхадравату; и небожители вернулись. Сказал богам Рудра: «Как на меня, смотрите на Сканду!» 112. Когда он погубил орды данавов, его почтили великие риши. Всё в трёх мирах в один день победил сын Вахни. 113. Вещий, читающий о рождении и величии Сканды Здесь получит пищу и мира Сканды достигнет. Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 231 глава — ВОЗНИКНОВЕНИЕ И СМЕРТЬ АСУРА МАХИШИ Глава 232 Юдхиштхира сказал: 1. Владыка, я хочу слышать имена* того махатмы, Которым его в трёх мирах дваждырождённые прославляют. Вайшампаяна сказал: 2. На это, сказанное Пандавой, в собрании ришей, махатма, Так отвечал Маркандея, великий подвижник. Маркандея сказал: 3. Победитель Камы, дающий желанное, Прекрасный, Правдивый, Владыка мира, Младенец, Быстрый, Чистый, Стремительный, Цветистый, Хороший, 4. Незаблуждающийся, Безгрешный, Ужасный, Приятный, Луноликий, Пламенный, Копьеносец, Поражающий безумием, Благодетельный, Умиротворённый, 5. Друг Шаштхи — (Парвати), Праведный, Очиститель, Матерей любимец, Супруг Девы, Отрешенный, сын Сваги, сын Ревати, 6. Владыка, Вождь, Безрукий, Учредитель, Труднодостижимый, Твёрдый в обетах, Кровавый, Любитель детских игрушек, 7. По небосводу идущий, Брахмачарья, В лесу стрел возникший, Друг Вишвамитры, Друг Дэвасены, 8. Друг Васудэвы, Любезное божество, Приятель — Кто читает эти дивные имена Картикеи Рай, славу, богатство получит, в этом нет сомненья Маркандея сказал: 9. Я восхваляю бесчисленно-имённого Гуху, боги, риши любят его силу Шестиголового копьеносца великого богатыря — постигни это, витязь каурава! 10. Брамин*, рождённый брамином, знающий Браму, учитель, наилучший из знающих Веды, Друг Брамы, ты предан обетам Вед, водитель браминов, 11. Ты Свага и Свадха, очиститель высший, восхваляемый в мантрах, шестеричное пламя! Ты год, ты закон шестимесячья, месяц, полумесяц, стороны неба, 12. Ты лотосоокий, твой лик — как цветок винды, тысячеликий, тысячерукий, Ты хранитель мира, высшая жертва хавис, ты кормилец суров, асуров. 13. Ты воевода вечный, проявленный, победитель врагов, владыка, Тысячесущностный, тысячерадостный, пожирающий тысячи, ты опора, 14. Тысячеголовый, несметнотелый, тысяченогий, ты носишь тайную силу. Ты сын Ганги, а также царицы Сваги, Земли, Стожаров, 15. Ты с петухом играешь*, образы произвольно меняешь, Ты Дикша, Сома, Марута, вечный Дхарма, Владыка гор*, Индра. 16. Из вечных ты — вечный, из владык — владыка, ты гроза данавов, Ты творец закономерности, ты гибель сынов Дити, врагов победитель, лучший из суров, 17. Ты наитончайший, ты — знаток высшего, лучшего, ты — высший и лучший. Ты законное вожделение, высшее; этот великий мир (произошёл) от твоего величья. 18. Ты преисполняешь мир, всех богов, могучий витязь, восхваляемый вождь мира — Поклонение тебе, двенадцатиокий*, двенадцатирукий, но высший твой путь мне не ведом. 19. Кто, брамин, это шестеричное происхождение Сканды Прилежно будет передавать в уши браминам или кто будет внимать (передающему) брамину, 20. Тот в богатстве, долголетии, славе, блеске, сыновьях, победе над врагами Сначала удовлетворение получив, (затем) достигнет мира Сканды. Так в святой Махабхарате, в книге «Лесная», в книге «Беседа Маркандеи» гласит 232 глава — ВОСХВАЛЕНИЕ КАРТИКЕИ АНГИРАСА ЗДЕСЬ ЗАКОНЧЕНА КНИГА «БЕСЕДА МАРКАНДЕИ» АНУГИТА («ПОСЛЕДУЮЩАЯ ПЕСНЬ») Отдел XIV книги Махабхараты АШВАМЕДХАПАРВАН (Книга «Жертвоприношение коня») ЛИТЕРАТУРНЫЙ ПЕРЕВОД Глава 16 Джанамеджая сказал: 1. Когда, убив врагов, во дворце проживали оба махатмы, Кешава и Арджуна, какую они вели беседу, дваждырождённый? Вайшампаяна сказал: 2. Достигнув безусловной власти, сын Притхи с Кришной Радостно проживали в тех дивных чертогах. 3. Царь, в один из отделов, обители райской подобный, Весёлые, как-то они пришли, в окруженьи придворных. 4. И проходя с Кешавой, сын Панду, Арджуна, Любуясь приятным чертогом, такое слово молвил: 5. — Когда возникала битва, мне, долгорукий, явлено было Величие Духа, о сын Дэваки, и твой божественный образ*, 6. Но возвещенное прежде тобой, владыка, по дружбе, Кешава. Всё это, тигр-человек, я утратил, рассеявшись мыслью. 7. К этим предметам меня любознательность снова и снова приводит, Ты же, владыка, скоро в Двараку отбудешь, Кешава. Вайшампаяна сказал: 8. На эту речь Пхальгуны пресветлый Кришна Ответствовал слово со вздохом, лучший из говорящих. Сын Васудэвы сказал: 9. Я тайну поведал, научил (тебя), Партха, Вечной Основе* в её собственном виде, о вечных мирах (поведал). 10. Но этого ты не воспринял, неразумный, к моему вящему огорчению, И повторённое ныне у тебя* в памяти не сохранится снова. 11. Конечно, тебе не хватает веры и мудрости, Пандава, И я не могу в полноте вновь говорить с тобой, Дхананджая. 12. Та Основа (дхарма) была вполне пригодна для достижения обители Брахмо, Теперь же исчерпывающе её изложить ещё раз я не в силах. 13. Ведь о Высшем Брахмо я говорил причастный йоге, Но древнее расскажу я преданье об этом предмете; 14. Утвердясь в этом ученьи, ты пойдёшь по иной* дороге. Внимай же всему, лучший из блюстителей долга, что мне поведано было. 15. О покоритель врагов, некий брамин пришёл из райского мира, Из мира Брамы; труднодоступного* мы почтили. 16. Что сказал он, тур-Бхарата, спрошенный нами, (Обладающий) дивным познаньем, то выслушай не отвлекаясь Партха. Брамин сказал: 17. Основы освобожденья касается то, о чём ты спросил меня, Кришна, Заблужденье оно рассеивает, владыка, из состраданья к живущим 18. Досконально я возвещу тебе это, Мадхусудана; Что скажу, внимательно слушай, Мадхава. 19. Некий певец, предающийся подвигу, праведный Кашьяпа, Посетил некоего дваждырождённого, превзошедшего законы, 20. Превзошедшего осуществленье познанья ученья о приходе-уходе*, Искушённого в целях и сущности мира, знавшего смысл счастья-несчастья. 21. Сущность рожденья и смерти он ведал, зло и добро постигнул, Он прозревал высокий и низкий путь дел воплощённых; 22. Как освобождённый он странствовал, совершенный, спокойный, сдержавший чувства, Счастьем браминства сияя, куда бы он ни явился. 23. Кашьяпа постигнул, что тому незримый путь ведом, Что он общается с незримыми совершенными, держащими диски*; 24. Наедине он сидит и собеседует с ними, Он ходит по воле, несвязанный как ветер; 25. Тогда тот лучший дваждырождённый, мудрый к нему приблизясь, Приникнул к его стопам, напряжённо жаждущий правды подвижник. 26. На многочудесного взирая, он по обычаю поклонился земно, Того дивного брамина созерцая, был поражён Кашьяпа. 27. Учителя он ублажил великим служеньем, Все совершал сообразно обычаю и закону; 28. Почтением он его ублажал, какое учителю подобает, врагов крушитель; Поэтому ублажённый, милостиво ученику он слово молвил; 29. К высшему совершенству стремясь, выслушай (его) от меня, Джанардана, Совершенный сказал: 30. Сынок, различные дела* (выполняя), или только следуя чистой йоге. Смертные идут этим путём*, иль в мире богов пребывают; 31. Но нигде не было высшего счастья постоянного состоянья Великого, вечного, ибо от труднодостигнутого отпаденье бывало снова и снова. 32. Недобрых, тяжких я достигал путей из-за привычки к злому: Одолевали меня вожделение, гнев, заблуждение, жажда; 33. Снова и снова смерть, снова и снова рожденье; Яства различные я вкушал, сосал различные груди, 34. Матерей различных, также разных отцов я видел, Разнообразные удовольствия и страдания, безупречный, 35. Много раз с любимыми разлуку*, с нелюбимыми общенье, Испытывал и утрату богатств, и от богатств страданье, 36. От раджей, их челяди тяжкие унижения, Злостные телесные и умственные болезни, 37. Испытывал страшное бесславие, мучительные убийства, узы; Ниспадая в преисподнюю, испытывал пытки в обители Ямы, 38. Постоянные недуги, старость, бесчисленные неудачи; Многое пережито мной в этом мире, что от двойственности возникает. 39. Затем пресыщение как-то (настало) и к покровительству Бестелесного* я прибегнул: Сущность* мира покинул из-за многих и тяжких страданий. 40. Продолжая существовать в этом мире, я стал на такую дорогу; И тогда, по милости Атмана, я здесь достиг совершенства. 41. Я не приду сюда снова до совершенства существ Вселенной: На миры я (только) взираю* с моей прекрасной дороги. 42. О лучший брамин, так я этого высшего совершенства вполне достигнул, Отсюда ж я пойду дальше, затем — запредельно дальше, 43. По непроявленному пути Брахмо, пусть у тебя не будет сомнения в этом; Я сюда вновь не приду, в этот мир смертных, подвижник. 44. Я доволен тобою, многопознавший; скажи, что тебе сделать? Тому, чего желая ты прибыл, приспело время; 45. Одобряю то, ради чего ты ко мне явился; Но вскоре я удалюсь, а потому тебя побуждаю. 46. Твоим обращеньем я премного доволен, разумный; Расспрашивай о благе; то, чего ты ищешь, разъясню досконально. 47. Я очень ценю твой разум, весьма его уважаю: Ты мудр, раз ты меня пробудил, Кашьяпа. Так в святой Махабхарате, в книге «Жертвоприношение коня», в книге «Анугита» гласит 16 глава Глава 17 Сын Васудэвы сказал: 1. Тогда, обняв его ноги, весьма трудно разрешимые вопросы Он стал задавать и разъяснял их лучший из блюдущих законы. Кашьяпа сказал: 2. Как покидают тело, как его (вновь) получают, Как от мучений самсары освобождается подлежащий самсаре? 3. Как, освободясь от пракрити, освобождается Атман от тела И, освободясь от тела, как принимает иное? 4. Как раздельно плоды хороших и плохих деяний Человек вкушает и где дело развоплощённого пребывает? Брамин сказал: 5. Как указанные вопросы разъяснил по порядку Тот совершенный*, я передам; внемли, Варшнея. 6. Если утверждающие жизнь и славу привычные деяния Исчерпались полностью при пребывании в этом теле, 7. То погибает жизнь и побеждённый Атман к противоположным делам привыкает, Извращается разум его и надвигается гибель. 8. Тогда уравновешенность, силу, время и себя познавший (раньше), Преодолённый Атман во вред себе действовать начинает; 9. Он всякие, крайне вредные приобретает привычки: Или совсем не ест, или ест слишком много, 10. (Принимает) испорченный рис*, мясо, напитки, иль несовместимую (пищу), Иль слишком старую*, иль тяжёлое ест без меры. 11. В телесных упражненьях превышает меру иль в половом общеньи, В постоянной алчности, к делу задерживает приятное движенье; 12. Или к лакомствам пристрастен, или спать днём привыкает; Созревая в неприспевшее время, он расстраивает соки тела*; 13. Расстроив свои телесные соки, заболевает он смертельно, (Даже) решается вешаться иль (совершить) какое-либо иное извращённое (дело). 14. От таких дел человека погибает тогда его тело. Каким образом жизнь нарушается, это постигни. 15. Если (в теле) поднимается слишком сильный ветер, теплота нарушается в теле, По всему телу распространяясь, она мешает пранам*, 16. Если слишком сильный жар распространится в теле, Он жизнедеятельность разбивает, знай это досконально. 17. Тогда уязвлённый джива гибнущую плоть покидает, Существо покидает тело, его жизненные узлы* рассекая. 18. Тогда «я»* одолевается язвами, знай это лучший, дваждырождённый. Рождением — смертью движимы все существа постоянно; 19. Видно, как они покидают тело, бык среди дваждырождённых, И как забравшись в утробу, они заползают в члены. 20. Подобную муку вновь человек принимает, Когда у него раздробится сустав или там образуется выпот, 21. Подобно тому, как в пять сутей вступает бытийность*. От холода*, в расстроенном теле, вздымается слишком сильный ветер, 22. Который в пяти сутях и в восходящем и нисходящем токе* пребывает, Тогда этот ветер, развоплощая измученного человека, вверх стремится* 23. И покидает тело; так оно видимо бездыханным, Без теплоты, без дыханья, без красоты, потерявшим сознанье. 24. Человек, полностью покинутый Брахмо*, мертвецом зовётся. Через течения* познаёт предметы чувств носитель тела, 25. Ими же он познаёт жизненные силы*, возникающие из пищи. А тот, кто там действует, в теле, есть вечный джива. 26. Далее, те узлы, что находятся (в теле), соединяя то иль иное, Знай, называются «марман», так учат Шастры. 27. Когда ж эти «узловые связи» расторгнуты, возникающие оттуда токи, Тотчас вступая в сердце, препятствуют саттве. 28. Тогда существо, хоть и в сознаньи, но ничего познавать не может: Его познанье заволочено тьмою, когда окутаны «узловые связи». 29. Тот джива, лишённый пристанища, треплется ветром, И тогда производит много ужасных, тяжёлых вздохов. 30. Выступая, он сотрясает быстро бессознательное тело, Затем, покидая тело, окутанный своими делами: 31. За ним следуют и те и другие — хорошие, чистые, а также злые. Причастные знанью брамины, сообразно решению Шрути, 32. Того отличного, добродетельного прозревают по знакам: Он как светляк во мраке то там, то здесь мелькает; 33. Зоркие его замечают, глазами знания обладая; В таком виде совершенные прозревают божественными очами дживу, 34. Покидающего (тело) и для рождения проникающего в утробу, Тройственное его состояние здесь видят знатоки Писаний. 35. Область деятельности — это земля, где существа пребывают: Затем все воплощённые за содеянное, хорошее или дурное, получают. 36. Уже здесь по своим делам они достигают высокого или низкого (положения); Совершив недоброе здесь, в преисподнюю отправляются за свои поступки — 37. Убийственна эта злая дорога, здесь потомков Ману припекают; Крайне трудно освободиться (оттуда), этого следует очень беречься. 38. Восходя, существа в тех становищах пребывают. О которых возвещают (Писанья), о них узнай от меня досконально; 39. Выслушав, разумом стойким ты достоверно постигнешь: Все звёздные образы, там, где диск луны (сияет), 40. Тот мир, что своим блеском озаряет диск солнца, Знай, это область людей, чьи деяния чисты. 41. Когда ж исчерпаются все (их) дела, они нисходят снова и снова; Однако и здесь различается высшее, среднее, низшее небо; 42. Но и там нет полного удовлетворения от созерцанья звезды сияющей счастья. Так по отдельности разъяснены все эти дороги; 43. Затем я тебе расскажу о попадании в лоно. Итак, внимательно слушай моё разъясненье. Так в святой Махабхарате, в книге «Жертвоприношение коня», в книге «Анугита» гласит 17 глава Глава 18 Брамин сказал: 1. Ни хорошие, ни дурные дела здесь не гибнут; Они созревают, последовательно ещё и ещё поля получая; 2. Как плодовое дерево много плодов производит, Так много чистого создаёт чистое сердце. 3. Также и злое создаётся злым сердцем; Ведь побуждённое Атманом дела совершает сердце (манас). 4. Как, окутанный делом, окутанный вожделением, гневом Человек попадает в утробу, дальше слушай: 5. Смешанное с кровью семя в полость женской утробы входит; Познавший дело получает поле, хорошее или дурное; 6. Но, вследствие тонкости непроявленного бытия, нигде не прилипает* И, как брамин, достигнув желанного, (становится) поэтому вечным Брахмо. 7. Это всех существ семя, им все рождённые живы; Он, джива, во все члены зародыша по частям проникает; 8. С помощью сознания он достигает и утверждается во всех становищах жизненных токов. Тогда начинает членами двигать зародыш, получив сознанье. 9. Как расплавленное льётся железо и принимает образ отлива, Так проникает в зародыш джива, знай это; 10. Как накаляет огонь, проникая в кусок железа, Знай, так попадает и джива в зародыш, 11. И как озаряет комнату зажжённый светильник, Так и тела озаряет сознанье. 12. Какие б ни совершал дела, в прежних воплощениях, хорошие иль дурные, (Плод) всех их невольно он вкусит. 13. Когда же он те исчерпает, наслоятся другие, Пока с освобождением сопряжённый долг его не пробудит. 14. Теперь сообщу тебе дело, которое порождает счастье, Развиваться оно продолжает от рожденья к рожденью, лучший: 15. Щедрость, обеты, соблюдение послушничества и слов закона, Укрощённость, спокойствие, к существам состраданье, 16. Самообладание, невреждение людям, чужих даров отклоненье*, Ненанесенье страданья* всем существам на земле, хотя бы мыслью, 17. Матери, отцу послушанье, почитание богов и гостя, Почитание учителя, чистота, постоянное обуздание чувств, горячее состраданье, 18. Следование благому — (всё это) называется поведением добрых. Так образуется дхарма — вечный путь поколений. 19. Такое всегда у праведных можно видеть, твёрдо они стоят на этом; Их поведенье являет долг, в котором умиротворённые пребывают; 20. Им присуща деятельность, которая и есть та вечная дхарма. Кто этому следует, тот не пойдёт по дурной дороге. 21. Так покоряется мир, отклоняющийся от колеи дхармы, Но тот йогин, который освобожденья достигнул, отрешается от обоих*. 22. Тот благой, кто так или иначе следует колесу дхармы, Будет извлечён из самсары, хотя б и через большое время. 23. Так вот из-за ранее совершённых дел существа вращаются постоянно; И в этом вся причина, по которой они сюда приходят. 24. Но кто ж изначально предустановил принятие тела? Такое сомненье существует в мире; я разъясню окончательно это. 25. Создав своё собственное тело, всех миров Предок, Произвёл (из себя) всё подвижное и неподвижное Брама. 26. Так он произвёл, как основу, природу* и воплощённых. Весь этот мир она заполняет; как высшее её в этом мире знают. 27. Это и есть то, что «преходящим» называют; непреходящее же, бессмертное запредельно. Связь тройственности (гун), с каждым особо, 28. И все существа произвёл Праджапати, явившийся изначала, Неподвижное* и существа — так учит древнее Шрути. 29. И Предок определил тому времени меру: (Срок) обращения среди живущих и возвращения снова. 30. Об этом я, мудрец, в прежних рождениях Атмана зревший, Возвещу тебе всё, как оно воистину происходит. 31. Кто видит, что совсем невечны счастье, несчастье, Что тело есть непотребное нагроможденье, что оно от дел зависит и бренно, 32. Кто (знает), что всякое счастье, а также несчастье смертны, Тот труднооборное, страшное море самсары пересекает. 33. Кто, окружённый старостью, смертью, болезнью (их) основу знает, Кто в сознательных существах единое сознание видит, 34. Тот отвращается ото всего, странствуя выше и выше. Это учение я разъясню досконально, лучший, 35. Вечного, непреходящего высшее знанье Внимай, певец, и от меня полностью его постигни. Так в святой Махабхарате, в книге «Жертвоприношение коня», в книге «Анугита» гласит 18 глава Глава 19 Брамин сказал: 1. Кто держится одного пути, молчалив и замкнут, ни о чём не помышляет, Бывшее, прошлое отбросив, тот разрешает узы. 2. Друг всех существ, всем помощник, он предан покою, преоборол чувства, Изжил страх и гордость, владеет собой: (такой) человек свободен. 3. Кто все существа в себе видит, сдержанный, чистый, Безгневный, без сомненья, тот вполне свободен; 4. Кто равен в жизни и смерти, в счастье-несчастье, В достиженье и неудаче, в приязни и неприязни, тот вполне свободен; 5. Такой ничего не желает, никого не презирает, Без двойственности, победивший страсти, он вполне свободен. 6. Без друзей*, без жены, без родных каких-либо, Ради дхармы оставивший вожделенья, (угасивший) желанья свободен. 7. Не придерживаясь ни хорошего, ни дурного, не глядя в прошлое, всё покинув, Истощив жидкости тела (дхату) и тем успокоясь, покинувший двойственность свободен. 8. Бездействующий, лишённый желаний, пусть он взирает на этот мир преходящий, Который подобен ашваттхе*, всегда подвержен рождению, старости, смерти. 9. Бесстрастным разумом всегда учитывая свои пороки, От своих уз он быстро освободиться сможет. 10. Неосязаемое, безмолвное, неуловимое, без запаха, вкуса, Незримое, непознаваемое узрев, он себя освобождает. 11. Беспричинное, (лишь) относительно принявшее образ*, лишённое свойств пяти сутей, Без свойств, наслаждающееся свойствами кто видит, тот свободен. 12. Все начинанья, телесные и умственные отбросив, Тихо принимает он нирвану*, как без дров огонь (угасает). 13. Свободный ото всех отпечатков прошлого*, от двойственности, привязанностей свободный, Толпу чувств укротив упражненьем, странствует тот, кто свободен. 14. Тогда, освободясь ото всех впечатлений прошлого, вечное Брахмо*, Высочайшее, умиротворённое, недвижное, постоянное, непреходящее он получает. 15. Теперь я разъясню непревосходимое, высшее учение йоги, И как приобщённые ему йогины совершенного Атмана* созерцают. 16. Ученье о нём я возвещу досконально; это от меня постигни, Какими вратами входящий в себе созерцает Атмана постоянно. 17. Вобрав чувства, нужно в себе удерживать манас, Сильно возогрев упражненье, сначала йоге освобожденья нужно предаваться. 18. Постоянно преданный упражненьям, должен исполнять писание йоги, Манасом в манасе*, вещий*, Атмана в себе созерцая. 19. Тот праведник (садху) может Атману приобщиться, Так как, соблюдая единство, он себя в Атмане видит. 20. Постоянно собранный, преданный, обладающий Атманом, победивший чувства, Полностью себя обуздавший, через себя Атмана созерцает. 21. Как во сне человек, увидев, «Вот он» восклицает, Так и преданный, как бы* овладев образом Атмана прозревает. 22. Как, вытянув из тростника, можно рассматривать стебель, Так созерцает Атмана йогин, из тела его извлекая. 23. Тростник — это тело, так поясняют, за Атмана стебель сходит; Это превосходное указанье возвещено знатоками йоги*. 24. Когда, приобщась Атману, полностью (его) созерцает носитель тела, То нет никакого владыки* у него, будь то миров повелитель. 25. В разные тела он произвольно вступает И вращаясь средь старости, смерти, он не скорбит, не ликует. 26. Даже божественности дэвов он, владыка, приобщиться может. Он принимает непреходящее Брахмо, покинув невечное тело. 27. При гибели существ у него не возникает страха, И когда существа страдают, он никак не подвержен страданью*. 28. От изнеженности и привязанности возникают страдания, скорбь, ужасные страхи, Но приобщённый Атману не колеблется, беспечальный, успокоивший сердце. 29. Не ранит его оружье, он не подвержен смерти И никого нет в мире его счастливей. 30. Он предстоит Атману, Атману в полноте приобщённый, Отстранив старость и смерть он может спать спокойно. 31. Он произвольно входит в тела, своё покидая тело, Но не испытывает отвращенья, (там) наслаждаясь*. 32. Кто себя полностью в Атмане видит, Тот не завидует самому Шатакрату (Индре). 33. Как на одно устремлённый достигает йоги, этому внемли. О показанных раньше странах света размыслив, он поселяется в том граде*, 34. Внутрь этого города, не вовне нужно направить сердце (манас). Пусть он внутри города пребывает, где живёт, в том жилище*. 35. В том обиталище нужно держать воспринимающие и действующие (индрии), также манас, В течение пребыванья, обдумывая всё, что есть в этом жилище. 36. За это время манас никуда отклоняться не должен, Собрав множество чувств, как бы в лесу глухом, безлюдном. 37. Пусть размыслит в целокупности о внутренности тела, О зубах, о нёбе, языке и глотке, также о шее. 38. И о сердце пусть размышляет, о сердечных жилах. Так я сказал тому разумному ученику, Мадхусудана. 39. И вновь он меня вопросил об очень трудно объяснимой основе освобожденья: Как переваривается в кишках постоянно снова съедаемая пища? 40. Как превращается в соки, как становится кровью? Как мясо и жир, жилы, кости в женщине (вырастают). 41. Как это всё (превращается) в тела воплощённых? Как возрастает то, что должно возрасти, как возрастают силы? 42. Как препятствующие вещества спускаются, как по отдельности (совершаются выделенья). Как же вдыхают и выдыхают снова? 43. В какой стороне присутствуя, пребывает в самом себе Атман? Как джива везёт, продвигаясь, своё тело? 44. Как подбирает он касту и как проникает снова? (Всё) досконально, владыка, благоволи мне сказать, безупречный. 45. Так певец меня вопрошал, Мадхава, И я отвечал, долгорукий, согласно Шрути, врагов крушитель. 46. Как поставив в свою казну сосуд*, его хранить подобает, Так манасу, ввергнув его в своё тело, обеспечить нужно ворота. 47. Там следует себя искать, нерадивости избегая, Так себя подтягивая постоянно с бодростью, даже вскоре 48. Можно обресть Брахмо, узрев которое, становятся знатоками Основы (прадханы); Но не индриями оно познаётся, не этими глазами: 49. При свете манаса великий Атман становится виден; У него всюду руки, ноги, всюду глаза, головы, лица, 50. Слыша со всех сторон, всё в мире окутав, он пребывает. Джива видит себя выступающим из тела; 51. И то (своё я) покинув в теле, сам став носителем Брахмо, На себя самого взирает как бы с улыбкой. 52. К освобождению он идёт, обратясь к покровительству Брахмо*, А значит ко Мне*, эту всю тайну я разъяснил тебе, дваждырождённый. 53. Я прекращаю и расстаюсь; иди, певец, счастливо. Так я говорил, научая ученика, великого подвижника, Кришна. 54. И пошёл, куда пожелал брамин, твёрдый в обетах. Сын Васудэвы сказал: 55. Так говорил мне тогда тот лучший дваждырождённый, Партха, И полностью предавшись основе освобождённых, он тогда скрылся. 56. Слушал ли ты это, Партха, сосредоточив сознанье? Ведь уже тогда, на колеснице стоя, ты это слышал. 57. Это, сын Притхи, нелегко познаётся смятенным, так полагаю — Неподготовленным человеком, чьё внутреннее «я» не очищено самосознаньем. 58. Провозвещённое и для богов — великая тайна, тур-Бхарата, И, конечно, никто из людей этого не слышал, сын Притхи. 59. Ибо это никому из людей не подобает слушать, кроме тебя, безупречный; Нелегко оно познаётся тем, у кого внутреннее «я» в смятеньи; 60. Ведь обрядами (жертв) поддерживается мир богов, сын Кунти, И богам нежелательно*, чтобы форма смертных исчезла. 61. Ибо это есть высший путь, Партха, это вечное Брахмо; Здесь бессмертия достигает, покинув тело, вечно блаженный, 62. Утвердившиеся в этой Основе даже те, кто дурного лона, Женщины, вайшьи, даже шудры идут путём высочайшим*. 63. Тем более брамины, Партха, и кшатрии, много изучавшие Шрути, Радующиеся своему долгу, ставящие своей целью мир Брахмо. 64. Это основательно доказывается, овладеть им есть средство: Устранение бедствий есть совершенство и освобожденье. 65. Выше этого — нет счастья, да и какое иное могло бы существовать, тур-Бхарата? О Пандава, разумный, верующий, отважный 66. Тот смертный покидает ничтожную ценность мира И таким образом скоро высочайший путь получает. 67. Итак, нет ничего, что можно добавить; Кто постоянно усерден в йоге, тот за шесть месяцев преуспеет, сын Притхи. Так в святой Махабхарате, в книге «Жертвоприношение коня», в книге «Анугита» гласит 19 глава Глава 20 Сын Васудэвы сказал: 1. Об этом такую ещё древнюю быль повествуют, Партха: О происходившей беседе четы домохозяев, тур-Бхарата. 2. Увидев некоего, превзошедшего знание и распознавание* брамина, Уединённо сидящего, браминка, его супруга, сказала супругу: 3. — В какой мир пойду я, прибегающая к твоей защите, как мужа, Который покинув дела (обрядов) сидит, как чурбан неприглядный. 4. Ведь жёны получают мир, достигнутый мужем, так мы слыхали, Тебе я близка, как мужу, так какой я пойду дорогой? 5. На такую речь тот, умиротворённый духом, как бы с улыбкой ей ответил:

— О благой доле причастная, я не ропщу, безупречная,

на твоё слово. 6. То, что считается делом — осязаемо, видимо, достоверно, Так вот определяют делатели дело, говоря: «таково дело!» 7. Деятельностью лишённые знанья идут к заблужденью. Но и бездеятельности в этом мире ни на мгновенье нельзя достигнуть*. 8. В деятельности, в хорошем иль нехорошем слове, Начиная с рожденья и до расставания с телом, в существах вращается дело. 9. Ракшасы (царят) на путях этих зримых вещей*, привязываемых для жертвы, И в Атмане я своим Атманом для них кров увидел 10. Там, где То, бездеятельное Брахмо, где Сома и Агни, Где, поддерживая существа, постоянно пребывает мудрый, 11. Где брамины и другие преданно То почитают, Где (пребывают) познавшие, блюдущие обеты, умиротворённые духом, обуздавшие чувства. 12. То нельзя пробовать языком, нельзя обонять обоняньем, Осязаньем нельзя осязать, достигать То манасом нужно; 13. То не одолеть глазами, То выше всего, что можно слышать, То без запаха, вкуса, неосязаемо; безубразность, безмолвие его признак. 14. Оттуда исходит Основа*, и там она пребывает: Прана, апана, самана, вьяна, удана 15. Оттуда развиваются, и в То они вступают; Внутри Его двигаются самана и вьяна, прана, апана; 16. Когда те (прана, апана) исчезают, исчезает самана и вьяна; Между апаной и праной становится удана и вьяна. 17. Поэтому, когда человек спит, прана и апана его не оставляют. Та, что поистине управляет (другими) пранами, потому уданой и зовётся. 18. Посредством неё совершают упражнения ко Мне идущие, учащие о Брахмо; Проникая в тело, они поглощают друг друга. 19. Вайшванара-Агни* внутри них семью языками сияет: Вот пять: обоняние, вкус, зрение, слух, осязанье; 20. Манас и буддхи — вот семь сияющих языков Вайшванары. Обоняемое, видимое, испиваемое, касаемое, слышимое, также 21. Мыслимое и постигаемое я как дрова* (принимаю). Вот пять — обоняющий, вкушающий, касающийся, слушающий, зрящий, 22. Мыслящий, постигающий — те семь считаются высшими жрецами. Предметы обонянья, вкушенья, созерцанья, слушанья, осязанья, 23. Обдумывания, постиженья, виждь, щедрая, причастная благой доле. Семь жрецов-хотаров жертвенные возлиянья в семь огней* семикратно свершают, 24. Совместно бросая, знающий* порождает их в их лонах, Пять — пространство, свет, вода, земля и воздух; 25. Манас и буддхи — так исчисляется лон семерица. Став жертвенным возлиянием хавис, все свойства в свойство огня вступают. 26. Пожив внутренним состоянием, они рождаются в своих лонах. Отсюда же в создателя сущностей они при мирокончине вступают* 27. Затем (вновь) возникает запах, за ним вкус возникает, Затем возникает образ, затем возникает касанье, 28. Затем зарождается звук, потом возникает сомненье*, Затем возникает решенье; таково семерых рожденье. 29. Так древние воспринимали первопричину. Полными жертвенными возлияниями преисполнились светом три полных*. Так в святой Махабхарате, в книге «Жертвоприношение коня», в книге «Анугита» гласит 20 глава Глава 21 Сын Васудэвы сказал: 1. Об этом ещё такую древнюю быль повествуют; Узнай об установленных таким образом десяти жрецах-хотарах. 2. Уши, кожа, глаза, язык, ноги, руки, Половые органы, задний проход, речь — вот, лучезарная, десять жрецов-хотаров. 3. Звучанье, касанье, взиранье, пробованье, обоняние, высказывание, деланье, хожденье, Семяизверженье, испражненье, мочеиспускание — десять жертвенных возлияний. 4. Владыки стран света, воздуха, солнца, луны, земли, огня и Вишну, Индра, Праджапати, Митра — вот десять огней, лучезарная, (ведай). 5. Десять индрий — жрецы-хотары, десять веществ (их предметов) — возлияние хавис. Предметы (индрии), по имени дрова, приносятся в жертву в десяти огнях, о лучезарная. 6. Сознание — жертвенная ложка и распределение (даров), очиститель — высшее знанье. Хорошо распределён этот весь преходящий мир, так сказано в Шрути. 7. И всё это познаваемое обозревается сознаньем и познаваньем, Познающий есть носитель тонкого тела*, носимого плотным телом. 8. Носитель тела есть домохозяйский огонь гархьяпати, от него происходят и другие; Манас же — хавания огонь, куда ввергается возлияние хавис. 9. Из Атмана* родился Владыка Слово, на то (Слово) взирает манас; (Из Слова) возникает форма; и букве следует манас. Браминка сказала: 10. Почему Слово возникло раньше и почему манас родился позже, Если обдуманному манасом следует речь? 11. Каким образом мысль достигает сознанья, А вознесённая* (до) него не доходит, что её держит? Брамин сказал: 12. Её владыкой становится апана (нисходящий ток), поэтому она погружается в апану; Её называют путём манаса, поэтому манас взирает (на Веды). 13. На вопрос о речи и манасе, о чём ты раньше меня спросила, На это я тебе расскажу об их обоюдном споре. 14. Оба, Речь и Манас, придя к Атману сутей* его спросили: «Кто из нас двоих лучше, скажи, разреши наше сомненье, владыка». 15. «Манас», — так отвечал владыка; тогда заговорила Сарасвати: «Я ведь твоя камадук, корова желаний», — так ему тогда Речь сказала. Брамин* сказал: 16. Устойчивое и движущееся, знай, это в манасе мои (состоянья); Устойчивость свойственна мне, твоя же область — подвижность; 17. Всё, что в ту область входит: ударение, буквы, мантра Именуется «подвижный манас», поэтому ты важнее. 18. Поэтому, прекрасная, к тебе приходит самадхи, Поэтому, соединясь с дыханием, произношусь я, Сарасвати. 19. Ведь между праной, апаной, дэви речь находится постоянно, И когда, причастная великой доле, она выступала, то выдыхала без вдоха, 20. И воззвала о помощи к Праджапати: «Смилуйся, владыка», Тогда появилось вдыхание, прана и речь подкрепилась снова. 21. Поэтому Речь никогда не звучит, присоединясь к выдыханию, Звучащей рождённая или беззвучной она всегда пребывает. 22. Но из этих двух безмолвная лучше звучащей, Как дойная корова она, богатая, превкусные вещи испускает, 23. Постоянно она течёт, возвещая о Вечном Брахмо; Дивная дивным возникновеньем, о ясноулыбная, она есть (небесная) дойная корова. 24. Между этими двумя тонкими (сутями), в их текучести различие постигни! Браминка сказала: 25. Одержимая желаньем говорить, когда ещё слова не возникли, Что изначала дэви тогда изрекла, Сарасвати? Брамин сказал: 26. «Та, что возникает первой, вдыханием из праны же попадает в выдыханье, апану; Затем, став уданой, верхним дыханьем, покидает тело и как межуточное дыхание, вьяна, окутывает нёбо. 27. Затем здесь (в мире) пребывает как вседыхание, самана», — вот что сказала Речь изначала. Поэтому манас отличается стойкостью*, а дэви подвижностью отличается. Так в святой Махабхарате, в книге «Жертвоприношение коня», в книге «Анугита» гласит 21 глава Глава 22 Брамин сказал: 1. Об этом ещё такую древнюю быль повествуют, причастная великой доле, О том, как произошло подобное установление семи жрецов- хотаров. 2. Нос, глаза, язык, кожа, пятые — уши, Манас, буддхи — эти семь жрецов-хотаров расположены (каждый) отдельно. 3. В скрытых местах они пребывают и не видят друг друга. Познай, прекрасная, семи жрецам-хотарам присущую природу. Браминка сказала: 4. В скрытых местах пребывая, как они не видят друг друга? Какова им свойственная природа, это скажи мне, владыка. Брамин сказал: 5. Незнанье их свойств есть нераспознаванье их (сути), знанье их свойств есть познанье их (сути), Они свойств друг друга никак не знают. 6. Язык, глаз, ухо, кожа, манас, буддхи Не познают запах, он познаётся носом. 7. Нос, глаз, ухо, кожа, манас, буддхи Вкусов не познают, они языком познаются. 8. Нос, язык, ухо, кожа, манас, буддхи Образов не познают, они познаются глазом. 9. Нос, язык, глаз, манас, буддхи Не познают касаний, они познаются кожей. 10. Нос, язык, кожа, манас и буддхи Звуков не познают, они познаются ухом. 11. Нос, язык, кожа, ухо, буддхи Размышлению не предаются, манас ему предаётся. 12. Нос, язык, глаз, кожа, ухо, манас Решения не предпринимают, его принимает буддхи. 13. Об этом ещё древнюю быль повествуют, Лучезарная, о беседе с манасом индрий. Манас сказал: 14. Без меня не обоняет нос, язык не чувствует вкуса, Образа глаз не объемлет, не познаёт касаний кожа; 15. Ухо, покинутое мной, никак не воспринимает звука. Всегда я из всех сутей лучший. 16. Как пустые жилища, как огонь, покинутый блеском, Никогда не сверкают чувства, коль я их покинул. 17. Как полусухие дрова (не горят), так чувствами которые покинул манас, Все существа без меня не воспринимают предметов. Чувства сказали: 18. Как ты полагаешь, господин, было бы верно, Если бы ты без нас нашими предметами мог наслаждаться? 19. Если бы после того, как мы исчезли, в удержании жизни была бы услада, И ты бы вкушал наслажденье, то было бы верно то, что ты полагаешь. 20. Ведь после нашего исчезновенья при предстояньи предметов Ты ими лишь в воображеньи наслаждаться способен. 21. Или ты полагаешь, что можешь всегда достигнуть наших предметов? Восприми-ка носом образ, вкус восприми глазами, 22. Запах восприми ушами, восприми языком касанье, Кожей звук восприми, разумом восприми осязанье; 23. Ведь сильный не ограничен, ограниченье — для малосильных; Непосредственно достигни-ка наслажденья: ведь только оставленное нами тебе доступно. 24. Как ученик для внимания Шастрам, к знающему Шастры приходит, Как он подчиняется условиям ради услышанья Шрути, 25. Так ты осмысливаешь показанные нами предметы — Предстоящие и бывшие как на яву, так и в грёзе. 26. У лишённых разума или малоразумных Сохраняется жизнь, если до лишенья наших предметов не дойдёт дело. 27. Измышляющий много воображеньем, придающийся грёзам Всё же, мучимый голодом, к предметам чувств прибегает. 28. В обиталище, лишённое дверей, проникший воображением, предаваясь наслаждению вещами, Вследствие истощения жизни, к покою всегда приходит, как угасает огонь, когда дрова истощились. 29. В силу того, что посредством отверстий тела мы привязаны К свойствам и не воспринимаем качеств друг друга, Без нас нет для тебя достиженья, поскольку без нас ты радости вкусить не можешь. Так в святой Махабхарате, в книге «Жертвоприношение коня», в книге «Анугита» гласит 22 глава Глава 23 Брамин сказал: 1. Об этом ещё такую древнюю быль повествуют, О причастная благой участи, узнай устав жрецов-хотаров. 2. Прана, апана, удана, самана, вьяна — Этих пять жрецов-хотаров и высших сутей мудрые знают. Браминка сказала: 3. От природы есть семь жрецов-хотаров, так раньше я полагала, А если есть пять хотаров высшего бытия, то скажи мне! Брахман сказал: 4. Праной собранный ветер порождает затем апану; Апаной собранный ветер затем превращается во вьяну; 5. Вьяной собранный ветер затем превращается в удану; Уданой собранный ветер порождает то, что зовётся саманой. 6. Те спросили изначально сущего, перворождённого Предка: «Кто из нас лучше, это поведай; та среди нас превосходней будет». Брама сказал: 7. Та, при гибели которой происходит гибель всех пран в теле носителей праны, После исхода которой они больше не двигаются, та из вас лучше; (теперь же) идите, куда хотите. Прана сказала: 8. При моём исчезновении происходит исчезновение всех пран в теле носителей праны. Я лучшая, ибо при моём исходе все праны уходят. Брамин сказал: 9. Прана исчезла тогда и выступила снова. Прекрасная, тогда самана, удана снова сказала слово: 10. Ты не проникаешь, как мы во всё это тело (в нём) пребывая. Не лучшая ты из нас, прана, ведь только апана в твоей воле. 11. Выступила снова прана, тогда отвечала апана. Апана сказала: 12. При моём исчезновении происходит исчезновение всех пран в теле всех носителей праны; При моём выступлении — выступают (праны); Я лучшая, взгляните на моё исчезновенье! Брамин сказал: 13. Вьяна и удана заговорили с ней тогда и сказали: «Не лучшая ты, апана, ты ведь подчиняешься пране». 14. Апана выступила, тогда ей вьяна сказала:

— Я лучше всех; слушайте, по какой причине!

15. При моём исчезновении приходят к исчезновению все праны в теле носителей праны; При моём выступленьи снова они выступают; взгляните на моё исчезновенье! Брамин сказал: 16. Тогда исчезла вьяна и снова появилась. Прана, апана, удана, самана ей сказали: 17. Ты не лучшая из нас, ибо лишь вьяна и самана под твоей волей. 18. Снова выступила вьяна, далее самана сказала:

— Я лучшая из всех, слушайте, по какой причине:

19. При моём исчезновении идут к исчезновению все праны в теле носителей праны; При моём выступлении снова выступают, я лучшая; взгляните на моё исчезновенье! 20. Когда выступила самана, удана той сказала:

— Я лучшая из всех, слушайте, по какой причине:

21. При моём исчезновении к исчезновению идут все праны в теле носителей праны; При моём выступлении снова выступают, я лучшая; взгляните на моё исчезновенье; 22. Тогда исчезла удана и вновь появилась. Прана, апана, самана, вьяна ей тоже сказали: 23. — Удана, ты не лучшая, ибо только вьяна в твоей воле. Брамин сказал: 24. Тогда собравшимся изрёк владыка существ Брама: «Вы все лучшие или не лучшие, ибо вы поддерживаете друг друга. 25. Все вы в своей области лучшие, ибо поддерживаете друг друга». Так всем собравшимся сказал существ Владыка: 26. «Каждая из вас самостоятельна и не самостоятельна, праны; Ведь так, единственный во множестве, воспринимается мой Атман. 27. Вы между собой друзья и поддерживаете друг друга; Счастливо странствуйте, благо вам, поддерживайте друг друга!» Так в святой Махабхарате, в книге «Жертвоприношение коня», в книге «Анугита» гласит 23 глава — ПЕСНЬ БРАМИНА Глава 24 Брамин сказал: 1. Об этом ещё такую древнюю быль повествуют,— Собеседование Нарады с риши Дэвамати. Дэвамати сказал: 2. У зарождающегося существа что сперва возникает: Прана, апана, самана или вьяна, удана? Нарада сказал: 3. Тот ветер, из которого проистекает существо, первый в него и входит. Есть пары пран, они направлены вверх, поперёк и вниз, так знать подобает. Дэвамати сказал: 4. О той, которая существо производит и какая иная в него входит. О паре пран, поперёк, вверх и вниз (направленных), скажи мне. Нарада сказал: 5. Воображение порождает (половую) радость, она рождается и от слова, Зарождается также от сока, от красоты возникает. 6. От изведённых семени и крови сперва зарождается прана; Когда праной изменено семя, тогда развивается апана. 7. От семени зарождается, также зарождается от крови Этот образ уданы, (половая) радость, когда сочетается пара. 8. От вожделенья возникает семя, кровь зарождается от вожделенья; Самана и вьяна производят схождение семени и крови. 9. Вниз и вверх направляется двоица: прана — апана; Вьяна и самана — эти называются поперечной двоицей. 10. «В Агни — все боги»*, — так указуют Веды, (Так) возникает, постигаемое через буддхи, знание брамина. 11. Из дыма Огня — тамас, форма; из его пепла — раджас; Всё возникает из того, куда ввергается (жертва) хавис. 12. Из (пламени) саттвы — самана и вьяна, то знают знатоки жертвы. Прана и апана — две части аджья (возлияния масла), меж ними — Пожиратель жертвы; 13. Этот образ уданы брамины как высший знают*, «Без двойственности», — так (называемый), а почему — об этом моё слово слушай: 14. День и ночь — это двоица; между ними* Пожиратель жертвы; Этот образ уданы брамины как высший знают, 15. Бытие-небытие — это двоица; между ними — Пожиратель жертвы. Этот образ уданы брамины как высший знают. 16. Вверх самана и вьяна дышут, они (совершают) то дело*; А на третьей (ступени) самана всё гасит. 17. Цель дхьяны — успокоение*, а покой есть Вечное Брахмо; Этот образ уданы как высший брамины знают. Так в святой Махабхарате, в книге «Жертвоприношение коня», в книге «Анугита» гласит 24 глава — ПЕСНЬ БРАМИНА Глава 25 Брамин сказал: 1. Об этом ещё древнюю быль повествуют, Об уставе четырёх жрецов-хотаров; такой устав (указан). 2. Этого всего мира указуется устав по Писанью. Внимай, лучезарная, моему разъясненью этой великой тайны: 3. Причина, действие, делатель, освобожденье — вот, благая, Эти четыре хотара, которыми преходящий мир окутан. 4. Об орудиях причин также услышь всё без остатка. Нос, язык, глаз, кожа, пятое — ухо. 5. Манас, буддхи эти семь познаются, как свойства причины. Запах, вкус, образ, звук и пятое — касанье, 6. Осмысливаемое и постигаемое это семь действий причины. Обоняемое, вкушаемое, видимое, сказанное* и услышанное — пятое это, 7. Мыслимое, постижимое — семь эти считаются делателя основанием. Качественные, они своё качество вкушают — хорошее и дурное. 8. «Я» бескачественно, вечно; те же семь — причина освобожденья Для знающих и понимающих область каждого по Писанью. 9. Те качества, будучи божествами*, всегда вкушают возлияние хавис, Ядущий, зная о сущности пищи, самости не поддаётся. 10. Не преодолевает самость для себя готовящий пищу, Вкушение запрещённого и пьянящего его убивает. 11. Ведь он убивает пищу и, убитая, его убивает пища. Но знающий, владыка, вновь возрождает убитую пищу. 12. Так питание не порождает ни малейшего проступка. Что проходит через ум, то выговаривается словом, 13. То, что слышится ухом, что воспринимается глазом, Что осязается осязаньем, что обоняется носом, 14. Манас шестым считая, — все эти жертвы-хавис отовсюду воспринимает Качественный огонь-очиститель, что внутри моего тела сияет. 15. Жертвоприношение йоги* творимое мной производит огонь познанья. Прана — хвалебная песнь, апана — чтение Шастр, отрешенье от всего — благие дары за жертву. 16. Делатель и свидетель — жрец-брамин, Атман*-хотар, адхварья и (удгатар), творящий хваленья, Правда — жрец прашастр, То — Шастры, последний дар — освобожденье; 17. А гимны Ригведы там произносят знающие Нараяну* люди, Которые богу Нараяне раньше нашли животных*. 18. Там воспевают саманы, а также повествуют притчи. Робкая, постигни, что бог Нараяна есть Атман Вселенной. Так в святой Махабхарате, в книге «Жертвоприношение коня», в книге «Анугита» гласит 25 глава — ПЕСНЬ БРАМИНА Глава 26 Брамин сказал: 1. Есть единый Закон и нет другого закона. Он пребывает в сердце, я к нему взываю; Ведь им освобождённый* я всегда влекусь, как вода с обрыва. 2. Есть Единый Учитель и нет другого, к нему, пребывающему в сердце, взываю; Этот Учитель всегда наставляет, даже змей, ненавистных миру. 3. Есть один Союзник и нет другого, к нему, пребывающему в сердце, взываю; Этим Союзником наставляются в союзе семь риши*, союзники, сияющие в небе, Партха. 4. Есть лишь один Наставник и нет другого, к нему, пребывающему в сердце, взываю; У этого гуру прошёл ученичество Шакра и бессмертия во всех мирах (достигнул). 5. Есть лишь один Наставник и нет другого, к нему, пребывающему в сердце, взываю; Он наставляет всегда, даже змей, ненавистных миру. 6. Об этом ещё древнюю быль повествуют: У Праджапати собрались змеи и дэва-риши. 7. Дэвы, риши, наги, асуры, к Праджапати приблизясь, Просили (его): «Да возвестится нам благо!» 8. Им, настойчиво вопрошающим, возвестил благо Владыка: «АУМ — единое непреходящее* Брахмо!» Этому вняв, в стороны они разбежались. 9. Из тех, прибежавших для (получения) поученья, У змей развилась кусливость согласно их первичной природе; 10. У асуров развилась лживость согласно их первичной природе; Щедрость развилась у богов, самообладанье у ришей. 11. Получив один закон, в едином слоге, На разное все решились: змеи, риши, боги, данавы. 12. Слушая наставника, каждый берёт сообразно своей сути, А спрашивая другого учителя, не получает (ответа), 13. И по своему решенью он тогда продолжает дело: Учитель, разумеющий, внимающий также и враг из сердца исходят. 14. Злодеем становится тот, кто со злыми общается в мире; Добродетельным становится тот, кто общается с благими; 15. Кто рад счастью чувств, по произволу живёт, поддаваясь влеченьям. А кто рад укрощению чувств, тот всегда брахмачарья. 16. Кто следует делу, обетам, пребывая лишь в Брахмо, Идя к бытью Брахмо, тот в мире становится брахмачарьем. 17. Ибо Брахмо — его дрова, Брахмо — огонь, содружество — Брахмо, Брахмо — вода, учитель — Брахмо; (так) он в Брахмо вступает. 18. Это есть то, что тайным состоянием брахмачарья пробуждённые считают, Узнав, они ему следуют, наставляемые Познавшим поле. Так в святой Махабхарате, в книге «Жертвоприношение коня», в книге «Анугита» гласит 26 глава — ПЕСНЬ БРАМИНА Глава 27 Брамин сказал: 1. Воображенье — кусливые мухи; радость и горе — это жара и холод; Заблуждение — слепота, жадность — болезнь, враги — змеи. 2. Предметы — единственный опасный след; вожделение, гнев — препоны; Такие великие дебри прошёл я, лес огромный, ужасный. Браминка сказала: 3. Где же тот лес, о многопознавший, какие его деревья, озёра, Какие его холмы и горы? В тот лес какая дорога? Брамин сказал: 4. Это уединенье не есть (уединенье)*, ибо есть ли другое подобное счастье? А то, иное, не есть общенье, ибо есть ли другое подобное горе? 5. Меньше того нет ничего иного, и нет его больше, Нет ничего и тоньше, нет иного подобного счастья. 6. Дваждырождённые не скорбят и не радуются туда проникнув. И никого не страшатся, никто их не страшится. 7. В том лесу есть семь гостей, семь плодов и больших деревьев, Семь обителей, семь самадх, семь обетов; таков образ леса. 8. Дивные есть там цветы и плоды пяти окрасок; Они выросли на там стоящих, наполняющих лес деревьях. 9. Цветы и плоды там прекрасноцветны, двуцветны, Они выросли на там стоящих, наполняющих лес деревьях. 10. Двуцветные цветы и плоды благовонны, Они выросли на там стоящих, наполняющих лес деревьях. 11. Одноцветные цветы и плоды благовонны, Они выросли на там стоящих, наполняющих лес деревьях. 12. Много цветов и плодов неопределённой окраски, Они выросли на двух там стоящих, наполняющих лес, больших деревьях. 13. Единственный огонь там — благоразумный брамин; дрова — его пять индрий, Освобождают от них семь плодоносных, посвятительных обетов; плоды — это гуны и гости те плоды вкушают*. 14. Гостеприимство принимают то там, то здесь великие риши; Когда их почтят, они исчезают: в другом лесу им любо; 15. Дерево там — мудрость, его плоды — освобожденье, а тень — умиротворённость. Познанье — там обитель, удовлетворённость — воды, а познавший поле — Солнце. 16. У тех святых, что (лес) тот посещают, вновь не возникает страха; Вверх, вниз и поперёк конца там не достигнуть. 17. Там* день за днём живут семь красноречивых*, блистательных и плодовитых женщин*; У всех существ они вкус к Высшему и Правду, а также (осознанье) непостоянства (мира) отнимают. 18. Туда приходят и оттуда восходят Семь из Семёрки* во главе с Васиштхой. 19. Для совершенных пылом — слава, блеск, благо, победа; За ними следуют семь светил (подобных) солнцам. 20. Там (в лесу), сгрудились горы, пригорки, (Там) многоводные реки, озёра, возникшие от Брахмо. 21. Схождение рек — в тайнике, в награде*; Пресыщенные собой туда идут, непосредственно к Предку. 22. Подвигом сжёгшие грех, вкушающие благие обеты, Вступившие в Атмана своим «я», чтущие Брахмо, 23. Умиротворённые там восхваляют познанье, лес — познавшие люди. Когда они туда попадают, осуществляются их думы. 24. Таков этот чистый лес, известный браминам; Узнавшие о нём, туда стремятся под водительством Познавшего поле. Так в святой Махабхарате, в книге «Жертвоприношение коня», в книге «Анугита» гласит 27 глава — ПЕСНЬ БРАМИНА Глава 28 Брамин сказал: 1. Не я обоняю запахи, не я ощущаю вкусы, не я вижу образы, не я касаюсь, Не я слышу различные звуки, не я ухожу в какие-то грезы*, 2. Это природа желает всего желанного, всё ненавистное ненавидит природа. Прана и апана, (возникшие) от природы, возбуждают влечение и отвращенье, в тело существ проникая. 3. И другие, чем эти свойства, от природы; Атмана существ* следует видеть в теле: Там я пребываю, нисколько не привязываясь к вожделению, гневу, старости, смерти. 4. Не вожделея никаких вожделений, не ненавидя никаких страданий, Я к свойствам природы не прилипаю, как вода к лотосам (не прилипает). 5. Он, вечный, на которого взирать подобает, владеет множеством качеств природы. Сеть наслаждений не уловляет его деяний, как сеть лучей солнца не уловляет неба. 6. Об этом ещё такую древнюю быль повествуют, Узнай, преславная, беседу отшельника* и жреца-адхварью: 7. Отшельник-яти, увидев скот, при обряде приносимый в жертву, Приблизясь к жрецу-адхварью, сказал с порицанием: «Это врежденье!» 8. Адхварью ему возразил: «Этот козёл не гибнет, Существо это к счастью пойдёт, раз так утверждают Шрути. 9. Что у него земное, то пойдёт в землю, Что у него от воды, то воде приобщиться, 10. Глаз к солнцу (пойдёт), к сторонам света — ухо, обоняние — в небо. На мне нет никакого греха: я поступаю согласно Агамам. Яти сказал: 11. Если разлученье козла с токами жизни* ты считаешь за благо, То жертва свершается ради козла, а тебе какое тут дело?* 12. Коли так, согласия (его) родных — матери, отца, братьев Ты бы спросил, его уводя; кроме того, и от других он зависит. 13. Их согласье ты разузнал бы, владыка; Лишь получив их согласье, ты продолжать можешь дело. 14. Жизненные токи этого козла по своим местам разойдутся И останется только недвижное тело; так полагаю; 15. Подобно дровам тело лишенных сознанья; Стремясь желанного достигнуть, убивают скот, (а затем) его за дрова принимают. 16. Неврежденье всех законов превыше, таково указание старцев. Только то дело, что (никому) не вредит, подлежит выполненью; так нам известно. 17. (Лишь) неврежденье признаю (законом); коль говорить продолжу, Во многом могу порицать твой поступок. 18. Неврежденье всем существам мы принимаем основой; Наглядное нам доступно, а к тому, что недоступно оку, нечего и стремиться. Адхварью сказал: 19. Ты наслаждаешься ароматами, свойствами земли; соки воды смакуешь; Ты образы видишь — свойство света, ты осязаешь — это воздуха свойство; 20. Ты слышишь пространством рождённые звуки, манасом думаешь думу; И все эти сути токами жизни считаешь. 21. (Итак), постоянно беря живое, ты погряз во врежденьи. Ничего нет без врежденья, как ты об этом думаешь, дваждырождённый? Яти сказал: 22. Непреходящее и преходящее — бытие Атмана двояко: Непреходящее есть истинное бытье; преходящее — это природа. 23. Токи жизни, язык, манас, саттва, раджас — это природа. Свободному от этих сутей, отвергшему двойственность и надежды, 24. Равному ко всем существам, свободному от самости, победившему манас, Свободному во всех отношениях — нечего бояться!* Адхварью сказал: 25. В сутях сосуществовать мы должны, превосходный мыслитель; Я выслушал твою мысль, и моя мне становится яснее. 26. Поняв тебя, владыка, я говорю: «Я согласен». Заветы Вед выполняя, я не виновен, дваждырождённый! Брамин сказал: 27. Отшельник, храня молчанье, ушёл оттуда; Адхварью же без заблужденья продолжил великое жертвоприношенье. 28. Так это рассужденье, освобождающее, утончённое брамины знают, И познав, следуют в этом учении Познавшему поле. Так в святой Махабхарате, в книге «Жертвоприношение коня», в книге «Анугита» гласит 28 глава — ПЕСНЬ БРАМИНА Глава 29 Брамин сказал: 1. Об этом ещё такую древнюю быль повествуют, О лучезарная, Картавирьи с Океаном беседу. 2. Тысячерукий раджа Картавитрья, по имени Заря (Арджуна), Луком победил опоясанную Океаном землю. 3. Как-то он пришёл к Океану, кичась (своей) силой И потряс Океан сотнями стрел, так мы слыхали. 4. Океан, ему поклонясь, руки сложив, промолвил: «Не мечи, витязь, стрелы, скажи, что я должен тебе исполнить? 5. В охраняемые мной существа ты мечешь великие стрелы; О тигр-раджа, они будут убиты, помилуй их, владыка!» Картавирья-Арджуна сказал: 6. Есть ли кто-либо из держащих лук, мне подобных в битве? О нём поведай, чтобы пойти мне сразиться. Океан сказал: 7. Известен ли, раджа, тебе Джамадагни, великий риши? Его сын мог бы противником быть, тебя достойным. 8. Отправился тогда раджа, обуянный великим гневом. В ту обитель придя, он приблизился к Раме*; 9. Со своими родными он высказал враждебность Раме; Гнев возник у великодушного Рамы. 10. Тогда многосильного Рамы запылала ярость И лотосоокий испепелил враждебное войско. 11. Затем, схватив топор ,того тысячерукого раджу, Как многоветвистое дерево обкарнал сразу Рама. 12. Увидев, что тот пал убитым, все его родные, Схватив мечи и стрелы, бегом окружили потомка Бхригу (Раму), 13. Воистину лучистый Рама, лук захватив, взошёл на колесницу; Выпустив ливень стрел, он победил царское войско. 14. Тогда иные кшатрии, гонимые страхом пред сыном Джамадагни, Побежали в труднопроходимые горы, как преследуемые львом лани. 15. Присущий им долг они покинули из-за страха. Их потомство в ничтожество впало за непочтительность к браминам. 16. Так дравиды, абхиры, пундры, шабары Впали в ничтожество* (шудр), кшатриев долг покинув. 17. Тогда, после убийства витязей, кшатрийки снова и снова От дваждырождённых рожали кшатриев, но искоренял их сын Джамадагни. 18. И вот, после двадцати одного жертвоприношения (кшатриев), медвяный, бестелесный голос, Слышимый во всём мире, с неба воззвал к Раме: 19. «Рама, Рама, прекрати, сынок, чего ты хочешь, У этих племён кшатриев жизнь отнимая снова и снова?» 20. Тогда тому махатме предки, во главе с Ричикой: «Прекрати, о причастный великой доле», — так сказали. 21. Не забывая убийство предков, Рама сказал тем ришам: «Благоволите владыки мне не препятствовать», — так он молвил. Предки сказали: 22. — Не следует тебе уничтожать род кшатриев, победитель. Убивать царей не подобает тебе, брамину. Так в святой Махабхарате, в книге «Жертвоприношение коня», в книге «Анугита» гласит 29 глава — ПЕСНЬ БРАМИНА Глава 30 Предки сказали:* 1. Об этом ещё такую древнюю быль повествуют, Внимай ей, лучший брамин, и тогда принимайся за дело. 2. Был очень великий подвижник, раджа-риши по имени Аларка. Знающий долг махатма, правдивый, очень твёрдый в обетах. 3. Он луком полностью покорил приморскую землю*; Совершив это очень трудновыполнимое дело, он (духовному) подвигу предался. 4. Когда у корней дерева сел он, закончив великое дело, О многочтимая*, к тончайшим (вопросам) его мысль устремилась. Аларка сказал: 5. В моём манасе народилось войско; победив манас (я достигну) прочной победы. Внутрь туда я пущу стрелу, окружённый врагами! 6. Он своей мятежностью разрушает дела всех смертных, Против манаса я пущу с очень острыми наконечниками стрелы. Манас сказал: 7. Никаким образом меня не пронзят, Аларка, стрелы, А твои жизненные узлы они раздробят; с разбитыми узлами ты погибнешь. 8. Иные стрелы измысли, которыми ты меня сможешь прикончить. Этому вняв, он стал размышлять, затем такое слово молвил, Аларка сказал: 9. Обонянье слишком много запахов (воспринимает), они же привлекают; Поэтому против обоняния буду метать я острые стрелы. Обоняние сказало: 10. Никаким образом меня не пронзят, Аларка, стрелы, А твои жизненные узлы они раздробят; с разбитыми узлами ты погибнешь. 11. Иные стрелы измысли, которыми ты меня сможешь прикончить. Этому вняв, он стал размышлять, затем такое слово молвил, Аларка сказал: 12. Он лакомится сладкими вкусами, они ж привлекают; Поэтому против языка я стану метать острые стрелы. Язык сказал: 13. Никаким образом меня не пронзят, Аларка, стрелы, А твои жизненные узлы они раздробят; с разбитыми узлами ты погибнешь. 14. Иные измысли стрелы, которыми ты меня сможешь прикончить. Этому вняв, он стал размышлять, затем такое слово молвил, Аларка сказал: 15. Осязает кожа различные касанья, они ж привлекают; Поэтому различными оперёнными стрелами я разорву кожу. Кожа сказала: 16. Никаким образом меня не пронзят, Аларка, стрелы, А твои жизненные узлы они раздробят; с разбитыми узлами ты погибнешь. 17. Иные измысли стрелы, которыми ты меня сможешь прикончить. Этому вняв, он стал размышлять, затем такое слово молвил, Аларка сказал: 18. Ухо слышит различные звуки, а те привлекают; Поэтому против него выпущу острые стрелы. Ухо сказало: 19. Никаким образом меня не пронзят, Аларка, стрелы, А твои жизненные узлы они разобьют, тогда ты лишишься жизни. 20. Иные измысли стрелы, которыми ты меня сможешь прикончить. Этому вняв, он стал размышлять, затем такое слово молвил, Аларка сказал: 21. Глаз видит многие образы, они ж привлекают; Поэтому его я убью отточенными стрелами. Глаз сказал: 22. Никаким образом меня не пронзят, Аларка, стрелы, А твои жизненные узлы раздробят; с разбитыми узлами ты погибнешь. 23. Иные измысли стрелы, которыми ты меня сможешь прикончить. Этому вняв, он стал размышлять, затем такое слово молвил, Аларка сказал: 24. Познавая, она разные принимает решенья; Поэтому против буддхи я выпущу острые стрелы. Буддхи сказала: 25. Никаким образом меня не пронзят, Аларка, стрелы, А твои жизненные узлы раздробят; с разбитыми узлами ты погибнешь. Иные измысли стрелы, которыми ты меня сможешь прикончить. Брамин сказал*: 26. Тогда Аларка предпринял ужасное, трудновыполнимое истязание плоти, Но не добился стрел, способных тех семерых прикончить. 27. Тогда, крепко собрав сознанье, стал размышлять владыка И, размышляя, в короткое время*, Аларка, лучший из дваждырождённых* 28. Постиг, этот лучший мыслитель, что выше йоги нет блага; На нём единственно сосредоточив мысль, он непоколебимо утвердился в йоге. 29. Могучий, одной стрелой убил он чувства. Йогой проникнув в Атмана, он высшего достиг совершенства. 30. Ликуя, он такое раджа-ришам сказал изреченье: «Увы, плохо, что мы за всем внешним гонялись, 31. Привязанные к жажде наслаждений, мы некогда ценили царство, Впоследствии ж я узнал, что нет счастья выше, чем йога. 32. Итак, Рама, не губи кшатриев с их потомством, Предайся страшному умерщвлению плоти, и ты достигнешь блага». 33. Согласно такому слову предков, сын Джамадагни предался страшному умерщвлению плоти И весьма счастливо достигнул труднодостижимых совершенств йоги. Так в святой Махабхарате, в книге «Жертвоприношение коня», в книге «Анугита» гласит 30 глава — ПЕСНЬ БРАМИНА Глава 31 Брамин сказал: 1. Есть три врага в мире, они, соответственно гунам, девятикратны: Радость, любовь, блаженство — присущи качеству саттва; 2. Жажда, гнев, горячка — присущи качеству раджас; Изнурение, вялость и заблужденье — присущи качеству тамас. 3. Их уничтожает стойкий множеством стрел неустанно. Недругов победив, победивший чувства, может успокоиться духом. 4. Люди, знающие стародавнее, об этом такое изречение хвалят: Его пропел Амбариша-раджа, некогда достигший мира; 5. Пробудив добродетели, преоборов пороки, Власти достигнул упорством, многославный Амбариша; 6. Он соблюдал себя от пороков, почитал добродетель; Придя к великому совершенству, он такое произнёс изреченье: 7. — Многие побеждены пороки, все враги убиты, Один порок, но тягчайший, мне нужно убить, я его не осилил. 8. Пока (моя) сущность с ним связана, я не достигну бесстрастья, Пока (человека) гонит жажда вниз, остаётся он неразумным. 9. Но человек бестелесному здесь причастный, Искореняя острым мечом, да уничтожит ту жадность*. 10. (Ибо) от жадности рождается жажда, отсюда возникает забота. И (человек) стремится к желанному, а достигнутое преимущественно бывает страстного свойства; Получив такое (свойство), он получает (затем) то, что преимущественно относится к тёмному свойству. 11. Обременённый этими свойствами, он попадает в узы, стремится к делам и рождается снова и снова. Когда жизнь истощается, распадается и рассеивается тело, а (человек) идёт снова к рожденью и смерти. 12. Поэтому, полностью прозревая жадность, решительно её схватив, в Атмане искать нужно царства. Кроме этого царства нет другого, а царь в нём — как должно, постигнутый Атман, 13. Такое изреченье спел Амбариша, прославленный раджа; Искоренив жадность, он достиг высшего царства. Так в святой Махабхарате, в книге «Жертвоприношение коня», в книге «Анугита» гласит 31 глава — ПЕСНЬ БРАМИНА Глава 32 Брамин сказал: 1. Об этом ещё такую древнюю быль повествуют, О лучезарная, брамина с Джанакой беседу. 2. Как-то провинившемуся брамину, наказания ради «В моей области ты не должен жить», — так молвил раджа Джанака. 3. На эти слова брамин лучшему радже ответил:

— Укажи область, раджа, подчинённую твоей воле,

4. Чтобы в иную область, раджа, я бы пошёл, владыка. Слово твоё исполнить хочу согласно закону, земли владыка. 5. На эти слова многославного брамина, раджа, Внезапно вздохнув, ничего не ответил. 6. На того сидящего в размышленьи неизмеримо сильного раджу Сомнение вдруг надвинулось, как пожиратель (Раху) — на солнце. 7. Раджа вздохнул, когда прошло смущенье, И быстро такое слово сказал брамину: Джанака сказал: 8. В унаследованном от отца и деда царстве, Подумав о всей земле, не нахожу области (моей) воле подвластной, 9. И не найдя на всей земле, я ограничился (городом) Митхилой; И там не найдя, я ограничился семьёю. 10. И здесь не найдя, пришёл я в смущенье, Но смущенье закончилось, когда новая мысль возникла: 11. Так как нет такой области, я подумал, то всё — моя область. Если и сам я не свой, то значит вся земля — моя (область); 12. Но как моя, так и других, так полагаю, дваждырождённый, Итак, живи, поскольку можешь, и наслаждайся, поскольку хочешь. Брамин сказал: 13. В унаследованном от отца и деда царстве, Свою область, скажи, на каком основании отрицаешь? 14. Какую мысль постигнув, полагаешь, что всё твоя область, Раз не имеешь области, то почему всё своей областью считаешь? Джанака сказал: 15. Преходящим считается здесь занятость всяким делом, Поэтому здесь своего ничего не нашёл я. 16. «Чьё это, кто обладает этим?» — такое слово говорят Веды*, И не нашёл ничего, о чём бы «это моё» мог подумать, 17. Придя к такой мысли, я тебе отрицал своё обладанье, Слушай, постигнув какую мысль (я сказал): «всё — моя область». 18. Не ищу для себя запахов, даже в нос вошедших, Поэтому победил я землю*, она навсегда в моей власти. 19. Не ищу для себя, даже находящихся во рту вкусов, Так победил я воду, она навсегда в моей власти. 20. А образов, света в глазах для себя не желаю, Поэтому свет победил я, он навсегда в моей власти. 21. Не ищу для себя касаний, даже достигших кожи, Поэтому воздух я победил, он всегда в моей власти. 22. И звуков для себя не ищу, даже (проникших) в ухо, Поэтому я победил звук*, он навсегда в моей воле. 23. Я манаса для себя не ищу, хотя постоянно внутри (меня) манас, Так победил я манас, поэтому он навсегда в моей воле. 24. Ради богов, предков, стихий и ради гостя, Вот ради кого существуют все эти стремленья. 25. Тогда брамин, улыбнувшись, снова сказал Джанаке: «Чтоб испытать (тебя) в этом, я ныне сюда явился, знай, что я Дхарма. 26. Ты — трудновращаемого колеса достижения Брахмо, Обтянутого ободом саттвы, единственный вращатель*». Так в святой Махабхарате, в книге «Жертвоприношение коня», в книге «Анугита» гласит 32 глава — ПЕСНЬ БРАМИНА Глава 33 Брамин сказал: 1. Не таково моё странствие в мире, робкая, в каком ты меня, благомудрая, упрекала*: Я брамин, домохозяина долг соблюдший, свободный обитатель леса*. 2. Я не таков, каким ты меня видишь в дурном и хорошем, Я объемлю всю эту (вселенную), с подвижным и неподвижным. 3. Знай, для всего подвижного и неподвижного, что родилось в мире, Для всех я последний, ужасающий Очиститель*. 4. Вся земля — моё царство, я охватил даже третье небо; Знай, они — сознанье*, а сознанье (это) моё богатство. 5. Один есть путь для браминов, по нему идёт мудрый, Будь то домохозяин, отшельник, учитель иль нищий*. 6. Во многих образах* почитается сознание, направленное к высшей цели, Теми, кто владеет познаньем покоя при разных образах жизни, на разных её ступенях; 7. Такие к единому Бытию направляются, как реки к океану; С этим сознанием нужно идти по пути, с плотным* идти невозможно. 8. Деятельность (связана) с началом, концом; поступки обусловливают тело*; 9. Поэтому тебе, благой причастная доле, не следует страшиться иного мира, Радуясь небытию быванья, в мой Атман ты вступишь. Так в святой Махабхарате, в книге «Жертвоприношение коня», в книге «Анугита» гласит 33 глава — ПЕСНЬ БРАМИНА Глава 34 Браминка сказала: 1. Этого не могут познать малодушные, несовершенные люди; Моя мысль множественна, расплывчата, рассеяна, ничтожна. 2. Скажи мне средство, которым я овладею мыслью; Дай мне постигнуть причину такого познанья. Брамин сказал: 3. Знай, что браминки мягкая часть арани, его верхняя часть — учитель. Изнурение плоти, изученье писаний есть трение, зарождающее огонь познанья. Браминка сказал: 4. Каков признак этого Брахмо, известного, как «Познавший поле»? Где такой признак, если я в состоянии это постигнуть? Брамин сказал: 5. Оно без признака, без качеств, не видно его причины, Но я скажу тебе средство, которым оно познаётся и не познаётся. 6. В уподоблении пчёлам совершенное средство видно В (их) работе*; «То» недоступно познанью, но через символ* к нему приблизиться можно: 7. Указания (Шастр): то следует делать, того не делать освобождению не научат; Смотрящего и слышащего «я»* должно родиться познанье, 8. Нужно столько частей собрать, поскольку это здесь возможно, Образов ясных и неясных — сотни сотен, тысячи тысяч. 9. В сочетании с обусловливающими их причинами, накопление разных предметов (познанья) Ещё не приводит к восприятию Высшего, но при усердии оно будет. Шри Бхагаван* сказал: 10. Так Познавший поле разрушил (неверную) мысль той браминки, Но потом Познавший поле развил (в ней) знанье Познавшего поля. Арджуна сказал: 11. Кто эта браминка, кто тот брамин, Кришна, Те, что достигли такого совершенства, те, чью беседу я слушал? Шри Бхагаван сказал: 12. Знай, брамин — это мой манас, а буддхи — браминка, А Познавший поле, о котором шла речь, это я сам, Дхананджая. Так в святой Махабхарате, в книге «Жертвоприношение коня», в книге «Анугита» гласит 34 глава — ПЕСНЬ БРАМИНА Глава 35 Арджуна сказал: 1. То высшее Брахмо я хотел бы знать, о нём благоволи мне поведать, Утончённому (познанию) радуется моя мысль по милости владыки. Сын Васудэвы сказал: 2. Об этом ещё такую древнюю быль повествуют: Беседу об освобождении, вопросы ученика великому гуру. 3. Некоего брамина с отточенными* обетами, занятого наставленьем*, Разумный ученик спросил: «Что есть благо, врагов крушитель?* 4. К благу стремясь, я припадаю к владыке И голову склоняю, певец; что подлежит сообщенью скажи мне». 5. Тому вопрошающему ученику, сын Притхи, учитель ответил: «Всё тебе возвещу, в чём у тебя есть сомнение, дваждырождённый». 6. После слов учителя, лучшего из гуру, учителя любимец Как вопрошал, сложив руки, это узнай, многомудрый. Ученик сказал: 7. Откуда я, ты откуда? Эту высшую истину открой мне! Подвижные и неподвижные существа как родились? 8. Чем живут существа, каков их крайний возраст? Как праведные разъясняют, певец, что такое истина, что тапас, что гуны? 9. Какие благие пути бывают, что такое счастье, несчастье? Эти мои вопросы, благообетный владыка, разъясни досконально. 10. Благоволи разъяснить здесь, сообразно истине, певец-риши, Ибо никто иной, кроме тебя, на эти вопросы ответить не может. 11. Говори, беспредельна моя любознательность, из знающих лучший, Чтобы ты, преуспевший в законе, в освобожденьи, в мирах был воспет, владыка! 12. Не видно другого, способного разрешить сомненья — Мы страшимся самсары, желаем освобожденья. Сын Васудэвы сказал: 13. Ему прибегшему, вопрошающему, как должно, Ученику, обладающему (добрыми) свойствами, достигшему мира, 14. Следующему как тень (за учителем), прилежному послушнику На те вопросы ответил мудрый, твёрдый в обетах. Гуру сказал: 15. Вся эта, блюдомая высшими ришами, изречённая Брамой, В истине бытия пребывающая, согласная с Ведами мудрость, 16. Есть знание высшего Брахмо, отречение и высшее умерщвление плоти. Кто неизреченную сущность знания решительно постигает 17. И во всех существах пребывающего Атмана, тот считается вездесущим. Кто, знающий, совместное и раздельное существование видит, 18. А также единственность и множественность, тот полностью от страданий свободен. Кто ничего не желает, ни о чём не мечтает, 19. Тот уж в этом мире бытию Брахмо причастен. Обладающий знаньем основы* и сущность свойств всех существ постигший, 20. Без собственности*, без самости освобождается, в этом нет сомненья. Огромно (дерево)*, возникшее из семени непроявленного*; его подножие* — буддхи; 21. Великая основа личности — его ствол, индрии — побеги и дупла*, Великие сути* — развилки, особенности* — разветвленья; 22. Всегда оно производит привлекательные плоды, цветы, листья; Это обитель существ, вечное семя Брахмо! 23. Знающий дерево и таттвы, мечом высшего знанья Срезав его, получает бессмертие, отвергнув смерть и рожденье. 24. Объемлющий прошлое, настоящее и будущее, удостоверяющий цель, закон и желанье, Вполне известный сонмам совершенных, несомненный, вечный, 25. Высочайший ныне я тебе путь возвещу, о многопознавший; Постигнув его, разумные уже здесь достигают совершенства. 26. Некогда вместе сошлись ищущие познания риши: Праджапати, Бхарадваджа, Гаутама, Бхаргава, 27. Васиштха, Кашьяпа, Вишвамитра, Атри, Прошедшие все пути, изнурённые своими делами. 28. Сурового риши Ангираса во главе поставили те брамины. В обители Брамы они желали узреть безгрешного Браму. 29. Ему, счастливо пребывающему, Махатме поклонились великие риши И, преисполненные смиренья, вопросили о высшем благе: 30. — Как нужно выполнять благое дело, как стать от грехов свободным, Каков благой наш путь, что есть истина, что злодеянье? 31. Как достигаются два пути деятельности: северный, южный? Возникновенье, бытие и гибель существ как происходит? 32. Что сказал Предок на слова лучших муни — Я теперь возвещу, внимай, ученик, как это было. Брама сказал: 33. Недвижные и подвижные существа родились от Правды; Подвигом они живут, благообетные, это знайте. 34. Свей деятельностью они развиваются, вступив в своё лоно. Истина, сопряжённая с гунами, пять признаков носит. 35. Высшая истина есть истинное Брахмо; истина есть существ владыка; От истины родились существа, этот преходящий мир возник Правдой*. 36. Поэтому певцы, пребывающие в правде, постоянно устремляются к йоге. Преодолев гнев, самообузданные, они предаются подвигу, долгу; 37. Обуздывая друг друга, они преданы Ведам, живут по закону; О них возвещу, о вечных хранителях мира, 38. О четверичной науке*, о кастах, и особенно о четырёх ступенях жизни. Единой дхармы четверичный путь мудрые называют вечным. 39. Брамины, я путь возвещу вам благой, ведущий к покою, Постоянный, древних мудрецов приведший к Брахмо, 40. Вам, о высшем, труднообъяснимом пути меня вопросившим. Постигните, причастные великой участи, полностью высшую Обитель 41. Ступень брахмачарья первой зовётся из (жизненных ступеней) ашрама; Состояние домохозяина — второй; отшельничество же в лесу — третьей. 42. Затем следует высшая ступень, касающаяся Атмана, так знайте. Свет, пространство, солнце, ветер, Праджапати, Индра 43. Не постигают высшего Атмана, поскольку его не созерцают. Я возвещу для этого способ — древние его разумели 44. Муни, питающиеся плодами, корнями, воздухом — обитатели леса. Предписывая отшельничество для трёх (каст) дваждырождённых, 45. Ступень домохозяина должны соблюдать все касты*. Признак благочестия — почитание предков*, так мудрые считают. 46. Так объясняется путь «дэваяна», по нему ступая Праведные, мудрые (своей) деятельностью прокладывают мост к Основе (дхарме). 47. Также кто иначе* подвизается в долге, заострив обеты, Со временем постоянное возникновение и закат существ прозревает. 48. Теперь, с надлежащим обоснованием, я скажу о таттвах: Они пребывают* в (соответственном) распределении во всех предметах. 49. Великий*, как проявленный Атман, принцип личности* также, Одиннадцать индрий и пять великих сутей*, 50. Пять особенных свойств (этих) сутей — вот постоянное проявление — Вот двадцать четыре таттвы и одна, перечисленные в Санкхьи. 51. Кто знает все таттвы, их возникновенье, исчезновенье, Тот, мудрый среди существ, не идёт к заблужденью. 52. Кто, сообразно действительности, познал все таттвы с (их) божествами и гуны, Тот сдувает (с себя) грехи, освобождается от уз и чистые миры вкушает. Так в святой Махабхарате, в книге «Жертвоприношение коня», в книге «Анугита» гласит 35 глава — БЕСЕДА УЧИТЕЛЯ С УЧЕНИКОМ Глава 36 Брама сказал: 1. Тот непроявленный, неисчерпаемый*, всепроникающий и постоянный Девятивратный кремль* подобает знать, трёхгунный из пяти влаг состоящий. 2. Его окружают одиннадцать индрий с манасом, сущность которого — распознаванье. Повелительница в нём буддхи, таков этот превосходный одиннадцатичленный* город. 3. Три потока туда стремятся снова и снова, Они состоят из гун, катятся проникнутые праной. 4. Тамас, раджас и саттва называются эти свойства (гуны); Они сочетаются друг с другом, друг из друга возникают, 5. Сталкиваются друг с другом, одно за другим вращаясь, Перекрывая друг друга; из пяти соков (дхату) состоят те свойства. 6. Тамас сочетается с саттвой, саттва сочетается с раджас; Также раджас с саттвой и сочетается саттва и тамас. 7. Когда подавляется тамас, тогда возрастает раджас; Где подавляется раджас, там возрастает саттва. 8. Мрак присущ свойству тамас, оно тройственно качеством, известно как заблужденье; Признак его — беззаконие, постоянно (присущее) злодеям*. 9. Деятельность по сути называется (свойством) раджас причиняющим измененья; Развиваясь во всех существах, оно заметно по признаку возвышенья. 10. Ясность во всех существах, благочестие, лёгкость — Таков образ саттвы; лёгкость с праведностью схожа. 11. Суть этих гун подлежит изложенью и доскональному обоснованию; В общем и частном, сообразно действительности, я расскажу. Постигни это. 12. Заблуждение, неведенье, непредприимчивость в деятельности, скупость. Сонливость, упрямство, малодушье, презренье к добру, горе, жадность. 13. Отрицанье, забывчивость, незрелость, слепота, безрассудность, распутность — вот поведенье худшей гуны. 14. К исполненному, неисполненному пренебреженье, пренебреженье к незнанью, знанью, Недружелюбность, извращённость, неблагочестие, заблужденье, 15. Непрямодушие, обособленность, худоумие, злодейство, Тяжесть, несдержанность, безволие, неповоротливость, коварство — 16. Вот перечислены тамаса свойства; есть и другие свойства, причисляющиеся к той же (гуне) в природе этого мира. 17. То там, то здесь подавляются все эти тёмные свойства. Те, что постоянно противоречат Ведам, порицают браминов, 18. Проявляют скупость, гордость, заблужденье, нетерпеливость, Корысть, те существа считаются окутанными тьмою. 19. Незакономерные дары, незакономерные начинанья, Незакономерное вкушение пищи под воздействием тамаса бывают. 21. Подобные этому здесь в мире злодеи, Люди преступные, они все считаются тёмного свойства. 22. Я назову тебе лона, предназначенные тем злодеям: (Их удел) состояние ниспадения, животное состоянье, 23. В недвижных растениях, рогатом скоте, в упряжных животных, В хищниках, пресмыкающихся, змеях и птицах, 24. В существах из яйца рождённых, в четвероногих. (Они рождаются) с дурными болезнями, безумными, глухими, немыми; 25. Погружённые в тьму, дурного поведенья, своих дел они отмечены знаком; Ниспадающие, тёмные, они (ещё глубже) погружаются в тамас. 26. Как они извлекаются вверх, я объясню теперь дальше, Как чистыми делами они мира праведных достигают. 27. Приняв иное направленье, они возрастают (своими) делами, И (силой) от своих дел отказавшихся браминов*, желающих блага, 28. Очищаясь, они восходят, подвизаясь вместе с миром, И вступают в небо богов; так сказано в Ведах. 29. В иное направленье попав, вразумляясь своими делами, Они вновь становятся людьми, возвращаются к дхарме снова. 30. (Сначала) попав в дурные лона, косноязычные, немые, (Затем) они других каст достигают, поднимаясь выше и выше; 31. Перейдя через лоно шудры и другие тёмные лона, (Хотя) они в средний поток вступают, но сохраняют тёмные свойства. 32. Пристрастие к наслаждениям — великое заблужденье; так указует Преданье; В этом заблуждаются, желая счастья, риши, муни, боги. 33. Тьма, заблуждение, великое ослепление, затемнённость называются злобой; И смерть есть ослепление, затемненье; гнев считается тёмным*. 34. По кастам, свойствам, рожденьям досконально Всё это, певцы, о тамасе возвещено согласно закону. 35. Кто, праведный, постигает это? Кто правильно видит? Вот признак тёмного: это тот, кто на недействительное, как на действительное смотрит. 36. Свойство тамаса разносторонне разъяснено, соответственно сказано, насколько простирается тамас. Человек, знающий об этих свойствах, всегда освобождается от качеств мрака. Так в святой Махабхарате, в книге «Жертвоприношение коня», в книге «Анугита» гласит 36 глава — БЕСЕДА УЧИТЕЛЯ С УЧЕНИКОМ Глава 37 Брамин сказал: 1. О раджасе я возвещу, сообразно действительности, лучшие (брамины); Страстные свойства, о причастные великой участи поймите. 2. Столкновение, телесная красота, холод и жар, радость и страданье, Царственность, мир и война, состязание, снисходительность, неудовлетворённость, 3. Неустойчивость и задор, сила, отвага, опьянение, ярость, Покровительство, себялюбие, зависть, предательство; пересуды, 4. Убийство, связанность, бедствия, купля-продажа, «Уничтожай, разбивай», — нападение на врагов с таким криком, 5. Повелительность, защита, угроза, вспыльчивость, ужас, Заботливость и небрежение к миру, стяжательность, пересуды, 6. Лицемерие, лицемерная щедрость, лесть, сомненье, Величие, слава, порицание, восхваленье, 7. Тревоги, послушанье, услужливость, уныние, жажда, Воеводство, государственность, нерадивость, дружественность, подозренье, 8. Хлопоты, что каждый в народе предпринимает особо, Мужчины и женщины: о скоте, богатстве, жилище, 9. Изнурение плоти, подозрительность, обеты и обузданье, Выполнение всевозможных дел, сопряжённое с расчётом, 10. С возгласом «свага» — хвала, «намас» — поклоненье, «свадха» — полученье, «вашат» — отдача, Порученье творить жертвы, изученье Писаний, совершение жертв, наставленье в законе*, 11. Раздача даров, отнятие, покаяние, благоприятные приметы и заклятья, Желание того или иного, пристрастие — из этой же гуны проистекают. 12. Донос, отвод глаз, унижение, гордость, Воровство, вреждение, отвращение, настороженность, самоистязанье, 13. Лживость, чванство, страстность, преданность, приязнь, весёлость, Приветливость, привязанность к женщинам, игра в кости, 14. Склонность к пляске, пению, музыке всякого рода — Певцы все эти свойства страстными считают. 15. В прошлом, настоящем и будущем все существа земные Радуются всегда этим трём: закону, вожделению, богатству; 16. Вращаясь в желаниях, радуются всем вожделенным удачам, Окутанные раджасом, сюда стремятся эти люди. 17. Рождениями в этом мире они постоянно опьяняются снова и снова… Существования мирского они вожделеют и после смерти. 18. Они дают и принимают воздаянье, приносят жертвы богам и предкам. Вот перечислены многие свойства раджаса, обволакивание (этим) качеством объяснено досконально; И человек, знающий страстные свойства, от этих качеств становится свободным. Так в святой Махабхарате, в книге «Жертвоприношение коня», в книге «Анугита» гласит 37 глава — БЕСЕДА УЧИТЕЛЯ С УЧЕНИКОМ Глава 38 Брамин сказал: 1. Теперь далее возвещу о третьей гуне, высшем свойстве; Оно благо для всех существ мира, свято, закономерно, безупречно: 2. Восторг, приветливость, озарённость, счастье, Бескорыстие, равнодушие к утехам, благочестие, удовлетворённость, 3. Терпение, стойкость, невреждение, уравновешенность, прямота, правдивость, Безгневность, отсутствие осужденья, щедрость, чистота, отвага, 4. Бескорыстное познанье, бескорыстное поведенье, бескорыстный труд, бескорыстное богослужение — Кто так подвизается в дхарме, тот запредельную бесконечность вкушает. 5. Без собственности, без самости, без надежд, уравновешенное совершенно, Без вожделений существованье — такова святых вечная дхарма. 6. Неутомимость, совестливость, стойкость, отречение, чистота, постоянство, Невреждение, незаблуждение, сострадательность к существам, отсутствие коварства, 7. Восторженность*, удовлетворённость, изумление, сдержанность — вот благих поведенье; Умиротворённая деятельность, очищение, благость, просветлённость мысли, 8. Незаинтересованность, целомудрие, полная отрешённость, Отсутствие самолюбия, отсутствие расчётов, соблюдение уставов. 9. Бескорыстные дары, бескорыстные жертвы (богам), бескорыстные обеты, Бескорыстное принятие подаянья, бескорыстное соблюдение уставов, бескорыстный (духовный) подвиг,— 10. Таково поведение тех, что в этом мире стремятся к саттве, О брамины, рождённые от лона браминок, мудрые, зрящие правду. 11. Так потомки Ману, беспечальные, все грехи отбросив И достигнув неба, мудрые, себе избирают тело*. 12. Творчество, мышленье, лёгкость, волю (Себе) создают те махатмы, как боги третьего неба. 13. Их восходящих, изменяющихся (произвольно), богоподобными считают; Они по-разному изменяют (свою) природу, достигнув неба. 14. Чего б ни пожелали, они получают и распределяют. Так поведенье саттвичных изъяснено вам, туры-брамины. 15. Это познав согласно закону, вы получите (всё) чего бы ни пожелали. Так по отдельности разъяснены свойства саттвы и сказано о развитии этой гуны. Кто знает эти гуны, не связывается свойствами, всегда их вкушая. Так в святой Махабхарате, в книге «Жертвоприношение коня», в книге «Анугита» гласит 38 глава — БЕСЕДА УЧИТЕЛЯ С УЧЕНИКОМ Глава 39 Брама сказал: 1. Нельзя говорить о гунах по отдельности о каждой: Нерасторжимы качества — саттва, раджас, тамас; 2. Они одно из другого исходят, одно в другом пребывая; Друг друга поддерживают, друг за другом вращаясь. 3. Поскольку саттва вращается, постольку и раджас, в этом нет сомненья. Постольку говорится о тамасе и саттве, постольку о раджасе также. 4. Неразлучные спутники, они совместно свершают дорогу, Совместно они вращаются, как причина и не причина. 5. О них, наплывающих друг на друга, взаимодействующих, вращающих друг друга, Следует сказать, как они превозмогают и отовсюду вытесняют друг друга. 6. Где превозмогает тамас, там утверждается животное существованье. Мало там познаётся раджас, а саттва и того меньше. 7. Где превозмогает раджас, там бывает среднее положенье: Мало там познаётся тамас, а саттва и того меньше. 8. Когда превозмогает саттва, образуется восходящий поток, восхожденье, Там мало познаётся тамас, а раджас и того меньше. 9. Саттва есть лоно преображенья и просветления индрий, Ибо нигде нет лучшего устоя, чем саттва. 10. Вверх идут пребывающие в саттве, страстные находятся посредине, Сопряжённые с худшим свойством, вниз идут тёмные люди. 11. Тамас преобладает в шудрах, в кшатриях — раджас, саттва — в браминах. Так распределяются в трёх кастах эти три гуны. 12. Хотя они и совместно движутся, но издалека видны По отдельности: тамас, раджас, саттва, так мы слыхали. 13. При виде восходящего солнца злодеев охватывает трепет; Несчастные (путники) перегреваются в зное под солнцем; 14. Солнце по преимуществу саттвично, но тёмны злодеи. А мучимые зноем странники считаются свойства раджас. 15. Солнце саттвично сияньем, (но его) зной — от свойства раджас, А прохожденье через узлы (затмений) признать нужно тёмным. 16. Так во всех светилах вращаются свойства То здесь — то там, то так — то этак они сменяются в движеньи. 17. В существах неподвижных, в животных преобладает тамас. Раджас их изменяя (возносит), их жир саттвичен. 18. День также нужно знать трояким, ночь признают троякой, Также сумерки, месяц, полумесяц с их временами года. 19. Трояко даются дары, свершаются жертвы, (трояка) наука, Трояки миры и боги, путь также нужно знать трояким. 20. Прошлое, настоящее, будущее, закон, цель, вожделенье Из трёх свойств состоят — прана, апана, удана; 21. Преходящие, они вращаются то там — то здесь, то так — то этак. Из трёх свойств состоит всё, что есть в мире. 22. Три гуны, вращаясь, (остаются) непроявленными постоянно, Таково непрестанное творчество свойств — саттвы, раджас, тамас. 23. Непроявленное (свойство) тамас есть обитель благого (саттва), раджас есть вечное лоно. Произрождение, изменение, кончина, возникновенье,

— Основа (прадхана).

24. Непоколебимое, вечное стойкое, без прибавления, без ущерба. Бытие-небытие всё это трояко непроявленное распределено по свойствам: 25. Воплощённые мужи, размышляющие о Высшем Атмане имя (его) да познают. Кто знает суть непроявленного, имён и гун и к отрешённости* дорогу, Освободясь от тела, безболезненно освобождается от свойств, зная сущность обособления. Так в святой Махабхарате, в книге «Жертвоприношение коня», в книге «Анугита» гласит 39 глава — БЕСЕДА УЧИТЕЛЯ С УЧЕНИКОМ Глава 40 Брама сказал: 1. От Непроявленного изначала — Махан-Атма многочтимый, Он начало всех свойств, именуется первым в твореньи. 2. Махан-Атма — мысль, это Победный Вишну, могучий Шамбху, (Шива), Буддхи, Познающий, Восприятие, Слава, Стойкость, Память. — 3. В ряде подобных слов, звуков познаётся Махан-Атма. Учёный брамин, его познав, не идёт к заблужденью. 4. Имея везде головы, рты, глаза, руки, ноги, Везде уши, проникая всё в мире, он пребывает. 5. В сердце всего прозревается великомощный Пуруша, Мельчайший, Тончайший, Достигший, Непреходящий, Свет, Владыка. 6. Те, что радуются истинному Бытию в мире постигают буддхи (сознанье), Погружённые в размышление*, постоянные йогины, преданные истине, победившие чувства, 7. Знающие, свободные от гнева, победившие жадность, Без собственности, без «я», мудрецы, победившие разум, 8. Все эти освобождённые в Величие вступают, Познавшие чистый и высший Путь, Великого Духа. 9. От принципа личности, аханкара, порождается пятерица великих сутей: Земля, ветер, пространство, вода, огонь — пятый*. 10. Этим пяти великим сутям существа причастны; Они действуют в звуке, касании, образе, запахе, вкусе. 11. При наступленьи пралаи, когда гибнут великие сути, Среди всех, кому присуще дыханье (только) мудрец не поддаётся страху. 12. Во всех мирах в заблужденье не впадает мудрый, В изначальных творениях Вишну, он становится Самосущим Владыкой. 13. Кто знает пребывающего в потаённом месте изначального, высшего владыку, всеобразного Пурушу, Золотого, премудрого, тот, мудрый, достигнув сознанья*, на высшем пути утвердился. Так в святой Махабхарате, в книге «Жертвоприношение коня», в книге «Анугита» гласит 40 глава — БЕСЕДА УЧИТЕЛЯ С УЧЕНИКОМ Глава 41 Брама сказал: 1. Называется «Аханкара» тот, кто первый возник от Махана. Сказав «я», он возникнул — это вторичным творчеством считают. 2. «Основа личности» есть начало сутей*, изменения производящий*, как указуют Смрити. Силой сознания* он становится творчеством творений, основных соков (дхату). 3. Как возникновение богов, это бог; как (возникновение) манаса — творец тройственного мира. «Я», — так сказав*, он на творчество мысль направляет. 4. Молчальники, создающие себя, знанием высшего Атмана насыщаясь, Совершенствующиеся жертвами, изучением Писаний, причастны этому вечному миру. 5. (Пуруша) захватывает основой личности эти гуны, произведённый же творец существ творчество осуществляет; Так в святой Махабхарате, в книге «Жертвоприношение коня», в книге «Анугита» гласит 41 глава — БЕСЕДА УЧИТЕЛЯ С УЧЕНИКОМ Глава 42 Брама сказал: 1. От «Основы личности» произошли пять великих сутей: Земля, воздух, пространство, вода и свет — пятый. 2. В этих пяти великих сутях существа блуждают, В деятельности звуков, касаний, образов, запахов, вкусов. 3. При наступленьи пралаи, когда гибнут великие сути, Среди тех, кому присуще дыханье, (только) мудрец не поддаётся страху. 4. Тогда, из какой сути родилась, в той (каждая) суть исчезает. Они вливаются в порядке обратном возникновенью: 5. Тогда подвижные и неподвижные существа проливаются совершенно, Но помнящие (о прошлых рожденьях) никаким образом не растворяются витязи* (духа). 6. Звук, образ, касание, сок, пятый — запах. Будучи постоянной причиной изменений, непостоянны и познаются как заблужденье. 7. От похоти и зарожденья возникшие в безразличной (смеси), не-нечто*. Одна в другой живущие кучи мяса и крови, 8. Так (называемые) «внешние я» несчастны, вызывают жалость*. Прана, апана, удана, самана и вьяна — 9. К внутреннему «я» относятся эти пять течений, С речью, манасом, буддхи они восьмиричный мир (образуют). 10. Кто покорил речь, нос, глаза, уши, вкус и кожу, Кто очищает сердце (манас), (тот) не позволяет блуждать сознанью (буддхи). 11. Человек, которого эти восемь огней никогда не опаляют, Направляется к блаженству к Брахмо, выше которого ничего не бывает. 12. О тех одиннадцати, которые индриями называют, Порождённых основой личности, я полностью (вам) расскажу, брамины. 13. Ухо, кожа, глаза, язык и нос — пятый, Речь, выводящие и детородные органы, руки, ноги — 14. В группе одиннадцатым считается манас, Эту толпу победить сначала нужно, а тогда явится Брахмо. 15. Насчитывают пять познавательных индрий и пять деятельных индрий. Слух и прочие пять по своей сути познавательными индриями считают; 16. Другие ж распознавать не могут, но деятельности причастны. Нужно знать двояким* манас; а двенадцатая (над ними) — буддхи. 17. Так перечислены индрии «я», одиннадцать поочерёдно; Овладевшего* ими пандиты считают завершившим науку. 18. О всех различных индриях я расскажу теперь дальше: Акаша есть первая суть, относительно «я» она называется слухом. 19. Относительно сутей это звук, относительно божества — (божество) сторон света. Вторая суть Марута — воздух, относительно «я» это считается кожа, 20. Это — осязаемое среди сутей, относительно божества — молния это. Третью суть называют светом, относительно «я» называют глазом. 21. Относительно сутей — образ, относительно божества — это Солнце. Нужно знать, четвёртая суть — вода, относительно «я» её языком называют. 22. Относительно сутей — вкус, относительно божества — это Сома. Земля, пятая суть, относительно «я» называется носом. 23. Относительно сутей — запах, относительно божества — это Ваю*. Отношение сутей по этим трём отделам изложено согласно преданью. 24. О всех различных индриях я расскажу теперь дальше: То, что брамины, знающие правду, называют по отношению к «я» ногами, 25. Есть относительно сутей подлежащее хожденью, относительно божества — Вишну. Относительно «я» выводящими органами называется вниз направленная апана, 26. Относительно сутей — исхожденье, относительно божества — Митра. Производитель во всех сутях относительно «я» называется детородный орган; 27. Относительно сутей — это семя, относительно божества — Праджапати. То, что люди, знающие «я», называют относительно «я» руками, 28. Есть относительно сутей дело, относительно божества — Шакра. Та, что воздаёт хвалу всем богам, относительно «я» называется речью, 29. Относительно сутей — подлежащее высказыванию, относительно божества — Вахни; О приводящем в движение пять сутей относительно «я» говорится манас; 30. Относительно сутей — намерение, относительно божества — Чандра (месяц). Аханкара относительно «я» есть то, что творит самсару, круговорот жизни; 31. Относительно сутей это переоценка себя, относительно божества — это Рудра. Преодолевающий шесть индрий относительно «я» называют буддхи; 32. Относительно сутей — подлежащее осмысленью, относительно божества — Брама. Три области для существ, четвёртой не бывает: 33. Почва, вода и воздух; а видов рожденья — четыре: Рождение от яйца, от корня, от выпота и от последа. 34. Признак этого множества существ — четвероякое рожденье; Помимо летающих есть существа иные, 35. Признаваемые яйцерождёнными, они из воды выползают. Черви, также подобные им существа рождаются из пота. 36. Это второе рожденье называется низшим*. Те, что рождаются со временем пробивая землю, 37. Называются произрастающими существами, лучшие брамины. Двуногие, многоногие, пресмыкающиеся, 38. Разные существа называются рождёнными от последа, о лучшие брамины. Следует твёрдо знать: двояко вечное лоно Брахмо: 39. Изнурение плоти и чистое дело*, так познавшие учат. Следует знать: различные дела, распростёртые пред ликом То* — дары, жертвы, 40. Чистое обучение молодёжи — так учат старцы. Кто это знает сообразно закону, дваждырождённые, тот приобщённым* да будет. 41. Постигшие это от всех грехов свободны. Первым возникло пространство (акаша), относительно «я» его называют ухом. 42. Относительно сутей — звуком, относительно божества (владыкой) сторон света. Вторым возник воздух, относительно «я» он именуется кожей; 43. Подлежащим касанию относительно сути, относительно божества он молнией (зовётся) А третий есть свет, относительно «я» его здесь называют глазом, 44. Образом — относительно сути, относительно божества — солнцем. Четвёртая есть вода, относительно «я» её языком называют; 45. Месяцем относительно сутей, относительно божества — водой, так следует ведать. Так я сообщил, что относится к «я», досконально; сообразно закону 46. Вы приняли это знанье, о познавшие дхарму; От (меня) постигшего чувства, предметы чувств и пять великих сутей; 47. Всех их нужно собрать и в манасе сосредоточить. Если полностью погублен разум, не предвидится благоприятного рожденья: 48. Существам, преисполненным знанья (принадлежит) такое счастье, мудрые так полагают. Дальше я возвещу о поглощающем, обусловливающем утончённое бытие, покое, 49. Который благостью или суровостью во всех существах (возникает). На одно устремлённое (поведение), непревосходимое, непривязанное к качеству качеств — 50. Называется пребыванием в Брахмо, единственным местом счастья. Знающий ото всего отвлекает желанья, как черепаха (подбирает) члены. 51. Счастлив всегда бесстрастный муж, ото всего свободный, Самообузданный, победивший жажду, укротивший желанья, самоуглублённый; 52. Ко всем существам сердечный, дружелюбный, он годен для бытия в Брахмо. Подавив индрии, повсюду стремящиеся к предметам, 53. Людные места покинув, огонь высшего Атмана возжигает муни. Как огонь поддерживаемый дровами, великий свет являет, 54. Так, при удержании чувств является Махан-Атма. Когда (человек), успокоив себя, все существа в своём сердце видит, 55. Тогда, озаряя себя своим светом*, в своём тайном он постигает непревосходимую тайну. Его видимость — огонь, его текучесть — вода, его осязанье — ветер, 56. Земля — его страшная, липкая накипь*, его слышимость — пространство, Окружено пятью потоками (чувств), преисполнено болезнями, горем, 57. Девятивратно, образовано из пяти сутей, обитаемо двумя божествами*, Страстно*, невзрачно, состоит из трёх гун и трёх соков (дхату), 58. Обуреваемо сомненьями*, неразумно тело; такова достоверность. Везде, во всём мире с ним трудно справляться; оно прибегает к покровительству саттвы*. 59. В круговороте времени оно обращается в этом мире, В океане ужасном, несказанном, огромном, известном как заблужденье; 60. Нужно его уничтожить, отвергнуть, бессмертный мир* постигнуть нужно. Вожделение, гнев, страх, жадность, коварство, неправедность, несправедливость — 61. Всё это, труднопокидаемое, нужно покинуть, обуздав чувства; Кто победил их в мире, состоящем из трёх свойств и пяти соков (дхату), 62. Тот, пребывая в небе, бесконечности достигает. Пять индрий образуют склон, по нему многоводным (потоком) стремится манас; 63. Этот поток впадает в море заблуждения, похоти, гнева; побороть их должен Свободный ото всех пороков; тогда запредельное он увидит; 64. В манасе манас замкнув, на Атмана в себе взирая, Всё познав во всех существах, он Атмана в себе находит. 65. То там, то здесь в единичного или во множественного превращаясь, Достоверно он прозревает образы, как светильник его сто светильников зажигает. 66. Он и Вишну, и Митра-Варуна, и Существ Владыка, Он Творец, Устроитель, Владыка вселикий. 67. В сердцах всех существ проявляется Махан-Атма, Его всегда восхваляют сонмы певцов, суры, асуры, пишачи, предки, Птицы, толпы ракшасов, толпы бхутов и все великие риши. Так в святой Махабхарате, в книге «Жертвоприношение коня», в книге «Анугита» гласит 42 глава — БЕСЕДА УЧИТЕЛЯ С УЧЕНИКОМ Глава 43 Брама сказал: 1. Из людей раджи, кшатрии принадлежат к средней гуне; Из упряжных животных — клыкастый (слон), лев — из обитателей леса. 2. Из всего рогатого скота — овен, из подземных жителей — змеи*, Среди коров — бык, среди женщин — мужчина; 3. Из деревьев ньягродха, джамбу, пиппала, шалмали, Шиншапа, мешашринга, камыш-тростник* также; 4. В здешнем мире это раджи деревьев, в чём нет сомненья. Химават, Парьятра, Сахья, Трикутаван, Виндхья, 5. Швета, Нила, Бхаса и гора Коштхаван, Гурускандха, Махендра и гора Мальяван — 6. Это цари гор; из сонмов небожителей — Маруты; Царь планет — Солнце, среди созвездий ночи — Месяц; 7. Царь озёр — океан, Яма — предков; Над жителями вод царь — Варуна, царём Марутов считается Индра. 8. Горячего верховный властитель Солнце, а светил — считается Месяц. Агни постоянный царь сутей, Брихаспати — браминов. 9. Сома — лечебных корней владыка; из могучих — наилучший Вишну. Высший царь образов — Тваштар, владыка рогатого скота — Шива. 10. Высшее из священнодействий — жертва, из богов — их владыка (Индра); Наивысшая из сторон — север*, (наивысший) из певцов — могучий Сома. 11. Кувера есть (царь) всех сокровищ, (царь) богов — Пурандара*. Это творчество есть владыка сутей; Праджапати — владыка тварей. 12. (Владыка) существ это Я, Великий, состоящий из Брахмо; Из существ высшего, чем я не видно, кроме Вишну*. 13. Великий Вишну есть царь царей, состоящий из Брахмо. Царственность творца познайте, несотворённого Хари; 14. Людей, киннаров, якшей, ракшасов, змиев, Богов, данавов, нагов — он владыка. 15. Великолепная владычица всех поклонников женского начала — Прекрасноокая Махадэви, именуемая Парвати*. 16. Высочайшую из женщин прекрасную Уму познайте. Апсары* обогащают сокровищами женщин. 17. Исполнители закона — раджи, брамины же — мост к закону, Поэтому раджи должны усердствовать в охранении дваждырождённых*. 18. Раджи, в чьих государствах бедствуют праведники (брамины), Губят свои заслуги и ниспадают в преисподнюю по исходе. 19. Таково достижение великодушных, знайте, быки-брамины. Теперь вам открою признаки вечной дхармы. 21. Высший закон — неврежденье; беззаконие — признак врежденья; Озарённость — признак дэва; деятельность — признак человека; 22. Звук — признак акаши; прикосновение — признак ветра; Признак света — образ; вкус — воды признак; 23. Признак земли, носительницы всех существ — запах. Слово, образующееся из согласных и гласных, — признак речи. 24. Признак манаса — мысль*, изречённая мысль — признак буддхи; Манасом мыслимые предметы буддхи определяет. 25. Признак буддхи — умозаключение, чтоб не оставалось сомненья*, Признак манаса — глубокое размышленье (дхьяна)*; признак праведника — скрытость. 26. Деятельность* — признак йоги, знание — признак отреченья; Поэтому сначала знание нужно мудрому, потом — отреченье. 27. Санньясин, владеющий знаньем, высшего пути достигает; Преодолев двойственность, он отходит от мрака, старости, смерти. 28. То, что касается признаков дхармы, изложено вам по Писанью. О восприятии гун полностью возвещу вам в дальнейшем. 29. К земле относящийся запах воспринимается носом, Носовой Ветер* восприятие запахов доставляет. 30. Основа воды есть вкус; язык постоянно его воспринимает. Язычный Сома знание вкуса доставляет. 31. Свойство света — образ, он воспринимается глазом; Глазное Солнце познание образа всегда доставляет. 32. (Свойство) ветра — осязанье, оно всегда воспринимается кожей; Кожный ветер всегда ощущенье касания доставляет. 33. Свойство пространства всегда воспринимает ухо; Ушные все Стороны Света доставляют восприятие звука. 34. Манаса свойство — мысль, её воспринимает познанье; В сердце пребывающее Основное Свойство знание манаса доставляет; 35. (Свойство) буддхи — разумная воля*, Махан её постигает; Его решением распознаётся ясное и неясное, чтоб не было сомненья. 36. Без признаков воспринимается вечный, бескачественный в себе, Познавший поле*; Единственный признак бескачественного Познавшего поле есть знанье. 37. Непроявленная природа есть область признаков, прихода-ухода свойств — поле; В ней растворяясь, всегда я познаю, вижу, слышу. 38. Пуруша познаёт это поле и потому называется «Познающим поле»: Происходящее здесь вращение свойств он прозревает насквозь. 39. Проистекающему бессознательному — начало, середина упадок, конец присущи. Проистекая снова и снова, Атмана не знают гуны; 40. Никто его не находит, но Познающий поле находит. Великое Высшее превыше гун и того, что из гун возникает; 41. Поэтому гуны, даже саттву, здесь должен покинуть знающий дхарму, Уничтожив пороки, превзошедший гуны в Познавшего поле* вступает. 42. Без двойственности, не совершая поклонения, не произнося «Свадха», Недвижный, бездомный, он становится Познавшим поле, Владыкой. Так в святой Махабхарате, в книге «Жертвоприношение коня», в книге «Анугита» гласит 43 глава — БЕСЕДА УЧИТЕЛЯ С УЧЕНИКОМ Глава 44 Брама сказал: 1. О том, чему присущи начало, средина, конец, о том, что восприятия средством (считают), Чему присущи имя и признак, я возвещу досконально. 2. Сперва день, затем ночь* считается; в месяце — его светлая половина* сначала. Начало созвездий — Шравана (Орёл); времена года начинаются с Шишира. 3. Земля — начало запахов; вода — вкусов; Образов — свет, солнце; касаний — ветер; 4. Акаша — начало звука; таковы свойства сутей. О высшем накале существ я скажу теперь дальше. 5. Солнце есть начало светил; Агни называется началом сутей; Савитри — всех наук (начало); богов — Праджапати. 6 Слог АУМ — (начало) всех Вед; (всех) слов (начало) — прана. Савитри называется (началом) всех предписаний; 7. Творчество началом существ зовётся; Гаятри — размеров начало. Дваждырождённые — начало людей; четвероногих — корова. 8. Орёл — начало летучих; возлияние масла — высшее из жертвоприношений. Наилучшее из пресмыкающихся — змеи, (знайте), наилучшие брамины. 9. Крита — начало всех юг, в этом нет сомненья. Золото всех сокровищ начало; ячмень* — злаков. 10. Из всех яств и приготовлений лучшей называется рисовая каша; Вода лучше всех жидкостей и напитков, 11. А из произрастающих существ, всех без исключенья, Первой считается смоковница (плакша), вечно чистая обитель Брамы. 12. Я* — из всех существ владыка, в этом нет сомненья; А надо мною Вишну, именуемый непредставимым Атманом, Самосущим. 13. Перворождённая из гор — великий Меру, Из сторон света, (основных) и промежуточных, восточная считается начальной. 14. Из рек считается первородной проходящая через три мира* Ганга. Море есть первородное из озёр, водоёмов. 15. Богов, данавов, бхутов, пишачей, ракшасов, змиев, Людей, киннаров, якшей всех их владыка — Ишвара-Шива. 16. Начало всего преходящего мира — великий Вишну, состоящий из Брахмо; Среди существ в трёх мирах превосходней его не видно. 17. Лучшее из всех ступеней жизни — состояние домохозяина, в этом нет сомненья. Начало миров, их конец — непроявленная природа. 18. Конец дня — закат, а восход — (конец) ночи. Конец радости всегда страданье, страдания — радость. 19. Конец всех намерений — уничтоженье; возвышений (конец) — нисхожденье; Всех соединений (конец) — разъединенье; смерть — конец жизни, 20. Всего сотворённого — гибель; рождённого — смерть, вестимо. Не бесконечно и устойчивое и подвижное в этом мире. 21. Жертва, дары, умерщвление плоти, изученье Писаний, воздержанье, обеты — Всё это погибнет, а знанью конца не видно*. 22. Поэтому очищением через знание, умиротворённый, победивший чувства, Без собственности, без основы личности, ото всех грехов достигает свободы. Так в святой Махабхарате, в книге «Жертвоприношение коня», в книге «Анугита» гласит 44 глава — БЕСЕДА УЧИТЕЛЯ С УЧЕНИКОМ Глава 45 Брама сказал: 1. Буддхи — втулка, манас — спицы, множество индрий — обод, Великие сути — обтяжка, обитель* (домохозяина) — (того колеса) закрепы*. 2. Отягчено оно старостью, горем, существует в болезни, страданьи, Двигаясь в этом пространстве и времени, в холоде, зное, 3. Оно неустойчиво, скрипит от усталости, запылено днём и ночью, Гонимо счастьем, страданьем, гвоздимо голодом, жаждой, 4. Потрескавшееся от тени* и жара, открыванием и закрыванием глаз приводимое в трепет, Забрызганное ужасной водой заблужденья, вращается (оно) без смысла. 5. В счёте полумесячий, месяцев бродит оно по ухабам мира, В грязи мрака грузнет, подстёгиваемое напором страсти, 6. Освещено великим личным началом, порождено вращением качеств; Недовольство ему мешает, а горе подхлёстывает, вертит. 7. Вяжет его причина и следствие, область страстей окружает, Сотрясает жадность, желанье, поддерживает различное незнанье. 8. Окутанное страхом заблужденья, оно существа в заблужденье вводит; В восторге удовольствий бродит, охваченное вожделеньем, гневом. 9. Оно простирается от Махана до различных признаков, неудержимое в бесконечном возникновеньи. Как манас быстрое, для манаса желанное — таково колесо времени в своём вращеньи. 10. Колесо времени сопряжено с двойственностью, лишено смысла; Его разрушив, отбросив, можно бессмертный мир постигнуть. 11. Вращающееся колесо времени остановить действительно можно; Живя среди существ, не заблуждается человек, который, который это знает. 12. Отрешась ото всякой двойственности, ото всех отпечатков прошлого свободный, Ото всех грехов свободный, на высший путь он вступает. 13. Состояние домохозяина, послушника, отшельника и санньясина Коренятся в состоянии домохозяина; так возвещены четыре ступени жизни. 14. Из всех учений, провозглашённых в мире, Это наилучшее, оно ведёт к конечной цели; его веление вечно. 15. Сперва подготовленный посвящениями, как должно выполняющий обеты, В прирождённом состоянии, определяемом добрыми свойствами, да пребудет знающий правду. 16. Всегда довольный своей женой, доброго поведенья сдержанный в чувствах, Пять* великих жертв здесь да приносит благочестиво. 17. Радуясь исполнению Вед, вкушая от богов и гостей остатки, Творя жертвы, дары посильно, счастливо. 18. Пусть не торопится муни двигать ногами, руками, глазами, Не торопится телом и словом: таково отличное поведенье. 19. Пусть всегда носит белую одежду, священный шнур* (и соблюдает) благие обеты. Занятый самообузданьем, дарами, с лучшими всегда общаясь, 20. Покорив детородный член и живот, занятый общением с лучшими, дружелюбный, Пусть носит бамбуковую трость, а для воды — кружку. 21. Пусть изучает и проповедует (Закон), за себя и других творит жертвы, Пусть даёт и получает дары; да следует такому шестеричному поведенью. 22. Знайте, три занятия поддерживают жизнь браминов: Преподаванье, совершение жертв за других — это два, (третье) — от чистого даров полученье. 23. Три другие занятия: даров раздача, Изученье писаний, принесение жертв (за себя), относятся к обязанностям (браминов). 24. Не должен быть нерадивым в выполнении этих трёх занятий, знаток закона; Щедр, терпелив, ко всем существам дружелюбен муни. 25. Всё это пусть соблюдает чистый певец посильно. Так, подвизаясь, блюдущий обеты домохозяин победит небо. Так в святой Махабхарате, в книге «Жертвоприношение коня», в книге «Анугита» гласит 45 глава — БЕСЕДА УЧИТЕЛЯ С УЧЕНИКОМ Глава 46 Брама сказал: 1. Следуя этим путём, указанным раньше, сообразно Писанью, Пусть брахмачарья* изучает (Закон) сколько сил хватает, 2. Радуясь своему долгу, знающий, укротивший чувства молчальник Преданно (заботясь) о приятном и полезном гуру, чистый, считающий высшим долгом правду. 3. С дозволения учителя безропотно вкушая пищу, Питаясь от возлияния хавис и подаянья, он стоит, сидит, ходит (по указанию гуру). 4. Будучи собранным, чистым, пусть дважды в день он Агни приносит жертву. Из дерева била или палаша пусть всегда держит посох, 5. (Пусть носит) льняную, бумажную одежду или шкуру лани. Пусть будет жёлтый, или красный, или другой, присущий дваждырождённым цвет одежды. 6. Да будет перепоясан (травой) мунджа, пусть заплетает косы, всегда при себе (хранит) воду. (Пусть носит) жертвенный шнур, изучает писанье, нежадный, пусть блюдёт обеты. 7. Очистителями, изреченьями всегда божество ублажая, Пусть прилежно подвизается (всем своим) существом: такой послушник похвалы достоин. 8. Так, подвизаясь, да победит он миры, пустынник победивший чувства; Найдя убежище в высшей обители, он не подвержен рожденьям. 9. Посвящённый во все таинства, целомудрие блюдущий, Пусть оставит деревню муни, бездомный, пусть в лесу обитает. 10. Одеваясь в шкуру или рогожу; утром и вечером пусть творит омовенье. Постоянно питаясь в лесу, он должен входить в деревню. 11. В час еды почитая гостя, он помогать ему должен. Пусть существует плодами, листьями, полезными корнями, хлебного дерева плодами. 12. Ключевой водой, воздухом и всем, что в лесу он встретит. Пусть одним за другим насладится, закон всегда соблюдая. 13. Пусть корнями, плодами и (собранным) подаяньем почтит пришедшего гостя; Что есть у него испрошенное съестное, пусть то и даёт, непрестанно, усердно. 14. Сдержанный в речи, сперва накормив божество и гостя, пусть всегда сам вкушает, Не стремясь сердцем (к пище), на божество возлагая надежды, 15. Самообузданный, дружелюбный, терпеливый, преданный, пусть бороду, волосы отпускает. Пусть приносит жертвы, усердствует в изучении Писаний, Поставив себе высшей целью закон и правду. 16. Собранный, чистый телом, всегда бодрый, постоянно в лесу пребывая, Так преданный, победивший чувства отшельник всё побеждает. 17. Домохозяин, брахмачарья*, также отшельник, Желая достигнуть свободы должны придерживаться высшего поведенья. 18. Никакому существу не внушая страха, он должен странствовать, не совершая обрядов*; Желая блага всем существам, дружелюбный, да сдержит чувства муни. 19. Неиспрошенным*, неприготовленным, случайно попавшим (он должен питаться). В послеобеденное время, когда уже нет дыма (над жилищем), когда люди отобедали — за подаяньем пусть ходит*. 20. Когда уже убрана посуда, должен идти за подаяньем знающий освобожденье; Получив, пусть не радуется; не получив, пусть не ропщет. 21. В подходящее время пусть (не прося) ожидает, пусть сосредоточась за подаяньем ходит; Пусть не ходит собирать с другими вместе, пусть не ест, когда ему оказывают почтенье (как гостю); 22. Как нищенствующий он должен чуждаться выражения почтенья. Если вкушаемая пища жгуча, горька иль кисла, 23. Или сладка, он не должен разбирать вкуса; В меру он должен есть, только для поддержания жизни. 24. Знающий освобожденье своим поведеньем не должен наносить существам ущерба; Собирая подаяние, он не должен требовать ничего больше. 25. Пусть не выставляет праведность на показ: освобождённый должен странствовать бесстрастно. Возле реки, в корнях дерева, в лесу или в пустке 26. Пусть он находит приют, там и живёт, или в горной пещере; В деревне летом он может провести лишь одну ночь, а во время дождей пусть остаётся на одном месте. 27. Солнце ему путь указует; как насекомое по земле он должен бегать; Из жалости к существам пусть ходит смотря под ноги*, 28. Он не должен собирать запасов, для жилья не должен облюбовывать место. Знающий освобожденье постоянно чистой водой должен совершать обряд (омовенья): 29. Свежепочерпнутой водой, человек должен всегда омываться. Невреждение, целомудрие, прямота, правдивость, 30. Безгневность, бесхитростность, безропотность, самообузданье, — Восемь обетов, их должен блюсти сдержанный в чувствах. 31. Пусть его поведенье всегда будет бесхитростным, бесстрашным. Безропотно, да удовлетворится он случайным глотком пищи. 32. Есть он должен в меру, только для поддержания жизни. Он не должен искать пищи, должен вкушать лишь полученное законно. 33. Лишнего он принимать не должен, только для пропитания и прикрытия (тела); Сколько необходимо пищи, пусть столько и примет, не больше. 34. Никоим образом он не должен принимать для другого*, иль подавать другому, Но для поддержки существ он должен отдать, поделиться* всегда должен мудрый. 35. Он должен принимать лишь неиспрошенное, не должен брать чужого, Насладясь какой-нибудь вещью, он не должен желать её снова. 36. Землю, воду, листья, цветы, плоды, пищу Он может использовать, если они не огорожены: свободно произрастающее употреблять можно. 37. Он не должен жить ремеслом, также желать золота не должен. Он не должен ненавидеть и поучать, он должен быть скромным. 38. Очищенное благочестием пусть вкушает, он не должен соблюдать приметы. Ему нельзя выдвигаться, привязываться к кому-либо, он должен изучать писанье. 39. (Он должен отвергнуть) всё, связанное с надеждой, с врежденьем. Общественных обязанностей ему совершать не надо, не следует к этому принуждать (и другого), 40. Пусть беззаботно странствует, превзойдя все условия жизни, Одинаковый ко всем существам: неподвижным, подвижным, 41. Никого он не должен приводить в трепет, ни перед кем трепетать не должен. Да успокоит он все существа, тогда лучшим знатоком освобождения он назовётся. 42. О будущем пусть не думает, к прошлому да не стремиться мыслью. Собранный, на настоящее пусть не взирает, о времени не заботясь. 43. Ни глазом*, ни мыслью, ни словом он не должен причинять кому-либо плохого. Ни на глазах, ни за глаза он не должен вредить другому. 44. Оттянув отовсюду чувства, как черепаха члены, Разрушив* индрии, манас, буддхи, знающий всё досконально да пребудет недвижным. 45. Без двойственности, не совершая поклоненья, не произнося «Свадха». Без собственности, без личного начала, без забот, Атману причастный, 46. Без надежд, без качеств, без склонности, без покровительства*, спокойный; Преданный Атману, знающий действительность — освобождается, в этом нет сомненья. 47. Без рук и ног, без спины, без чрева. Без качеств и действий, отделённый, незапятнанный, стойкий, 48. Без запаха, вкуса, не осязаемый, безубразный, безмолвный, Неисследимый, непривязанный, бесплотный, 49. Непредставимый, непреходящий, небесный, но везде дома, Во всех существах пребывает Атман: не умирает тот, кто его видит. 50. Туда не восходят индрии, ни разум, ни боги, Ни Веды, ни жертвы, ни миры, ни манас, ни обеты. 51. Считается, что (лишь) постигшие лишённую признаков туда приходят; Поэтому знающий лишённую признаков дхарму, да выполняет суть дхармы. 52. Знающий, сохраняя обязанности домохозяина, знающих поведение пусть выполняет; Незаблуждающийся в образе заблуждающегося пусть странствует, не пренебрегая Законом; 53. Постоянно, даже если выражают пренебреженье другие, Устава благих не порицая, да соблюдёт он в жизни дхарму. 54. Муни, соблюдающий такой образ жизни, называется превосходным. Индрии, их предметы, пять великих сутей, 55. Манас, буддхи, личное начало, непроявленную (природу), Пурушу Он перечисляет всё это и досконально определяет; 56. Зная действительность, он их в смертный (свой) час перечисляет. Освободясь ото всех уз, он тогда достигает неба; 57. Пусть размышляет, утвердясь в одной цели, тогда и без покровительства он станет свободным. Освобождённый ото всех привязанностей, летящий как (птица) в пространстве, 58. Уничтожив кошолки (тел), он беспрепятственно Запредельное То получает. Так в святой Махабхарате, в книге «Жертвоприношение коня», в книге «Анугита» гласит 46 глава — БЕСЕДА УЧИТЕЛЯ С УЧЕНИКОМ Глава 47 Брама сказал: 1. Саньяса есть умерщвление плоти, так говорили старцы, произносившие решенье. Брамины утвердившиеся в йоге Брахмо, знают, что высшая цель познания — Брахмо. 2. Покоющееся на знании Вед, запредельно в себе Брахмо. Запредельное бездвойственно, бескачественно, вечно непредставимо по свойству. 3. Знанием, умерщвлением плоти То Запредельное прозревает мудрый, Незапятнанный, сперва очистив манас, преодолев страсти. 4. Умерщвляя плоть, покойной дорогой идут к Высшему Владыке Люди, знающие Брахмо, радуясь постоянно санньясе. 5. Умерщвление плоти — светильник поведения чтущих Закон, так говорили; Но следует ведать, что познанье есть воистину высшее умерщвление плоти и высочайшее отреченье. 6. Кто постигает сущность безусловным, достоверным знаньем, Во всех существах (видит) Атмана, тот вездесущности достигает. 7. Кто знает сосуществование и остальное Бытие постигает, А также единство и разнообразие, тот освобождается от бедствий. 8. Кто ничего не желает и ничего не презирает — Тот (уже) здесь в мире способен быть в Брахмо. 9. Кто знает основу и сущность гун, а также существ основу, Кто без собственности, без личного начала, тот освобождается, в этом нет сомненья. 10. Кто без двойственности, не совершая поклоненья, не произнося «Свадха», Тот к бескачественному, непротиворечивому, вечно покойному приходит. 11. Человек, покинувший всё качественное (всякую) деятельность, хорошее и дурное, Праведное и неправедное оставивший, освобождается, в этом нет сомненья. 12. Из лона непроявленной (природы) возникает великая буддхи — это подножие. Великая основа личности — ствол, индрии сучья и дупла. 13. Великие сути — ветви; это (дерево) превосходит остальные деревья, Всегда в листьях, цветах и плодах, дурных и добрых; 14. Всем существам даёт жизнь вечное дерево Брамы. Срезав*, его раскалывает мечом знания сути мудрый. 15. Покинувший состоящие из привязанности сети — смерть, рождение, старость, Без собственности, без основы личности освобождается, в этом нет сомненья. 16. Есть две лишённые сознания птицы*, два постоянных друга, Выше этих двух есть другая, его сознательной считают. 17. Бессознательный в существах, освободясь от их множества, сознательным становится внутренний Атман*. Он, Знающий поле, всё множество существ постигнув, освобождается ото всех грехов, превзойдя гуны. Так в святой Махабхарате, в книге «Жертвоприношение коня», в книге «Анугита» гласит 47 глава — БЕСЕДА УЧИТЕЛЯ С УЧЕНИКОМ Глава 48 Брама сказал: 1. Некоторые (считают), что (одно) дерево состоит из Брахмо; другие ж — что есть великий лес Брахмо; Иные — что есть высшее, нетленное; иные — что есть Брахмо и непроявленная (природа). 2. Считают, что всё это исходит из непроявленной (природы) и в неё уходит. Кто в час смерти, хотя бы в течение вздоха, может быть спокойным, 3. И в Атмана войти, тот способен к бессмертью, Собрав себя в Атмане, хотя б на мгновенье. 4. Милостью Атмана он идёт к непреходящей цели мудрых. Кто ж пранаямой снова и снова собирает праны 5. Десять или двенадцать раз, тот превосходит двадцать четыре (сути). Так, сначала успокоив себя, он получит всё, что желает. 6. Из непроявленной (природы), извлекая саттву, он подготовляет себя к бессмертью. Нет ничего выше саттвы (в природе), мудрые так возвещают. 7. Постепенно мы постигаем, что Пуруша обитает в саттве; Нельзя иначе достигнуть Пуруши, лучшие брамины. 8. Терпенье, стойкость, неврежденье, уравновешенность, прямодушие, правдивость, Знание, отречение, отрешённость* относятся к саттвическому поведенью. 9. Ведь следуя этому, разумные постигают И саттву, и Пурушу, в чём нет сомненья. 10. Некоторые сведущие (люди), вполне утвердившиеся в познаньи, Говорят о единстве саттвы и Познающего поле, но это несправедливо; 11. Несомненно саттва существует отдельно; Надо признать: их существованье раздельно, но в сущности они вместе. 12. Тогда знающий человек утверждает разнообразие и единство; Так в сидящей на смоковнице мошке* и разделённость видна, и единство; 13. Так рыба и вода различны, но связаны очертанием*, Так связаны капли воды и красного лотоса листья. Учитель сказал: 14. Так говорил Предок мира тем витязям (духа) И снова впав в сомненье, вопросили лучшие муни. Так в святой Махабхарате, в книге «Жертвоприношение коня», в книге «Анугита» гласит 48 глава — БЕСЕДА УЧИТЕЛЯ С УЧЕНИКОМ Глава 49 Риши сказали: 1. Которую из обязанностей здесь особенно соблюдать подобает? Как бы расходятся пути законов, так мы видим. 2. Некоторые говорят, что (всё) происходит от тела, другие отрицают это; Иные во всём сомневаются, другие ж всё достоверным считают; 3. Есть непостоянные и постоянные (обязанности), так некоторые считают, они существуют и не существуют (считают) другие; Они однообразны, двойственны, разнообразны — так (утверждают). 4. Знающие сущность Брахмо полагают о Брахманах: Одни, что они просты; другие, что сложны, 5. Иные (считаются) со временем и местом*, не считаются другие; Некоторые носят косы и шкуры; бреются и не покрываются другие. 6. Некоторые утверждают, что не нужны омовения, другие — что нужно свершать омовенья; Так считают брамины, зрящие истину, познавшие Брахмо. 7. Некоторые заботятся о питании, другие постом довольны; Некоторые люди восхваляют деятельность, другие — предаются покою. 8. Иные считаются со временем и пространством, не считаются другие*. Некоторые прославляют освобожденье, другие предаются наслажденью*. 9. Иные ищут богатств, другие же покидают богатства; Некоторые считают средством* богопочитание, другие отрицают это. 10. Невреждению радуются иные, другие вредительству* предаются. Чистоту* и славу некоторые (ценят), другие отрицают это. 11. Некоторые радуются истинному Бытию, другие же находятся в сомненьи. Иные размышление (йоги)* выводят из страданья, другие же — из счастья. 12. «Нужно совершать жертвы», — говорят некоторые певцы; «Нужно творить дары», — другие. Иные прославляют умерщвление плоти, другие же люди — изученье Писаний. 13. Иные отреченье считают знанием, иные — (познание) стихий и природы. Иные всё восхваляют, не всё — другие. 14. Так как различным образом певцы толкуют законы, То мы не приходим к решенью, и заблуждаемся, лучший сура. 15. «Это благо», «то благо», — так вот утверждают люди. Каждый тот закон ценит, который ему по нраву. 16. Поэтому, не достигнув познанья, разбрасываясь мыслью, Мы выслушать желаем, что есть благо, лучший! 17. Благоволи, Владыка, открыть эту великую тайну: По какой причине связана саттва с Познающим поле? 18. Так говорили певцы Владыке, поддерживающему жизнь мира, И он им, праведный, всё известил досконально, премудрый. Так в святой Махабхарате, в книге «Жертвоприношение коня», в книге «Анугита» гласит 49 глава — БЕСЕДА УЧИТЕЛЯ С УЧЕНИКОМ Глава 50 Брама сказал: 1. Хорошо, я возвещу вам, лучшие, то, о чём вы вопрошали. Слушайте, что пришедшему ученику сказал учитель. 2. Крепко держитесь того, что вы услышите здесь подробно: Следует выполнять невреждение всем существам, так я полагаю. 3. Вот — незыблемый путь превосходный, вот — признак закона. «Знание — это спасенье», так смотрят решительно старцы, 4. Освобождает ото всех грехов чистота знанья. Те, что предаются врежденью, это знание отрицают, 5. Погрязшие в заблуждении, жадности, в преисподнюю попадают. Те, что своекорыстно всегда выполняют обряды, 6. Опьяняются этим миром и возрождаются снова и снова. А те, что выполняют обряды благочестиво, разумно, 7. И бескорыстно те, приобщённые йоге, мудрые правильно смотрят. Теперь дальше я возвещу о саттве и Познающем поле; 8. Постигните, лучшие, их связь и разъединенье. Отношение к предметам, предметность* здесь называется связью. 9. Стоит в отношеньи к предметам Пуруша, саттва же всегда называется предметом. Об этом сказано раньше в уподоблении: «смоковница и мошка». 10. Как предмет наслажденья — не познаёт, всегда бессознательна саттва, А тот, кто (сознателен), познаёт и наслаждающегося* и предмет наслажденья. 11. Мудрые говорят, что всегда с двойственностью сопряжена саттва; Без двойственности, без частей*, без свойств вечен Познающий поле. 12. Равно везде пребывающий согласно самосознанью, Как лотоса лист водой, так и он всегда наслаждается саттвой. 13. Не пятнается знающий, хоть он со всеми свойствами связан; Как подвижные капли воды на лотоса листьях, 14. Так вот и Пуруша не связан, в этом нет сомненья. Лишь поскольку она вещественна, саттва бывает для Пуруши; это достоверно. 15. Какова связь между делателем и вещами, такова и меж теми двоими. Как, идя во тьму, кто-либо берёт светильник, 16. Так стремящийся к Высшему идёт как со светильником с саттвой. Свет появляется, поскольку существуют предметы и свойства. 17. Когда исчезают предметы и гуны, свет внутрь уходит; Когда проявлены саттва и гуны, тогда непроявленным считается Пуруша. 18. Это, певцы, познайте. Итак, я говорить продолжу. И при тысячекратном (разъясненьи) неразумный не получает знанья; 19. И четвертью (разъяснения) довольствуется разумный и счастливо постигает. Для выполнения дхармы нужно знать (правильное) средство. 20. Мудрый, знающий средство, вкушает бесконечное счастье. Человек, отправляясь в путь без припасов, 21. Продвигается с великой нуждою и даже совсем исчезает, гибнет. Так и о деятельности нужно (сперва) узнать, плодотворна ль она или не плодотворна. 22. Для собственного блага человеку (нужно) рассмотреть хорошее и дурное. Подобен человеку, отправляющемуся пешком в дальнюю дорогу, 23. Неведомую раньше, тот, кто не исследовал сути; Но как тот же самый путь на запряжённой лошадьми повозке, 24. Быстро (человек) совершает, так (совершает) путь мудрый. Взбираясь на вершину горы, он не думает о ровной (дороге); 25. Смотри, как возничий на колеснице мучится, неразумный: Пока есть проезжий путь, можно (ехать) на повозке, 26. Когда же проезжий путь исчезает, спешивается знающий, повозку покинув. Пешком идёт разумный, знающий сущность йоги и предписаний, 27. Полностью постигнув свойства, восходит он выше и выше. Кто без корабля отправляется в ужасное море, 28. В заблужденьи (полагаясь) только на руки, к гибели тот несомненно стремится. Умеющий распознавать, на корабле, (захватив) хорошие вёсла, 29. По водам без устали движется и скоро переплывает море. А переправясь на другой берег, свободный от самости, он корабль покидает. 30. Это следует понимать, как и предыдущее уподобление о повозке и пешеходе. Кто подобно рыбаку в ладье из-за привязанности* в заблужденье впадает, 31. Тот, обуянный самостью, как бы в неё окутанный остаётся. Двигаться по земле, взойдя на корабль, невозможно; 32. Также двигаться по воде, взойдя на колесницу; Так и при выполненьи различных дел бывает, связанных то с тем, то с другим предметом. 33. Как свойственно выполнителю, так дела и творятся в мире. У чего нет ни запаха, ни вкуса, ни образа, ни касанья, ни слова, 34. Что (только) мыслью постигают разумные, то называют основой (природы). Непроявлена здесь основа, а свойство непроявленного — Махан (Великий). 35. Махан есть основа (природы); свойство его естества — аханкара (личное начало); От личного начала возникает свойство — великие сути (стихии). 36. Считается: в силу обособления сутей, как (их) свойства, (возникают) предметы. Непроявленное содержит само собой зарождающееся семя; 37. Семя — основа содержит Великую Душу (Махан-Атма), и она рождается, так мы слыхали. Она, как семя, содержит личное начало, рождающееся снова и снова; 38. Оно содержит семя, так рождаются пять великих сутей (стихии). Их считают содержащими себя, произрождение они совершают. 39. Как признаки воспринимаются особенности великих сутей: Здесь у пространства есть одно свойство; у воздуха два свойства считают; 40. Говорят, три свойства у света; у воды — четыре свойства; Пять свойств у земли надо знать: подвижные и неподвижные (существа) её населяют; 41. Она богиня, производящая все существа, хорошие и дурные. Звук, касание, образ, вкус и пятый — запах. 42. Эти пять свойств земли нужно знать, брамины. Запах всегда присущ земле, много запахов различают. 43. Этого запаха я сообщу большое разнообразие качеств: Приятный и неприятный запах, медвяный, кислый, острый, 44. Пронзительный, удушливый, нежный, острый, чистый; Нужно знать: запах земли бывает десяти видов. 45. Звук, касание, образ, вкус* — такие свойства воды различают. Я изъясню познание вкуса: вкус считается многообразным. 46. Медвяный, кислый, острый, жгучий, горький, солёный, так насчитывают свойственных воде шесть различных вкусов. 47. Звук, касание, образ называются свойствами света, Световое свойство — образ; образов много различают: 48. Светлый, тёмный, красный, синий, зоревый, желтый, Короткий, длинный, тонкий, толстый, четырёхугольный, круглый. 49. Нужно знать: так образности двенадцативидное лучезарное свойство Различают старцы-брамины, знающие дхарму, говорящие правду. 50. Нужно знать: различают два свойства ветра — звук и касанье; Свойство, присущее ветру, — касанье; различают много касаний: 51. Мягкое, упругое, горячее, прохладное, сухое, Влажное, скользкое, острое, грубое, с нежностью, лаской — 52. Вот двенадцать различных касаний воздушного свойства, Согласно указанью браминов, совершенных, знающих дхарму, истину зрящих. 53. Звук считается единственным свойством пространства. Я назову различные, многие свойства звука; 54. Их шесть: тон, втора, третий, средний, шестой и пятый*, А седьмой нужно знать, как последний. 55. Есть звук приятный и неприятный, а также сочетание звуков. Нужно знать эти десять видов звуков, возникающих в пространстве. 56. Пространство есть высшее из великих сутей, а выше — личное начало; Выше аханкара — буддхи, а выше буддхи — Атман. 57. Выше этого — непроявленная (природа), а выше непроявленного — Пуруша. Знающий порядок деятельностей и восходящий ряд сутей, 58. Став Атманом Атмана всех существ, в Непреходящего Атмана вступает*. Так в святой Махабхарате, в книге «Жертвоприношение коня», в книге «Анугита» гласит 50 глава — БЕСЕДА УЧИТЕЛЯ С УЧЕНИКОМ Глава 51 Брама сказал: 1. Так как этих пяти сутей владыка — манас, В их появленьи, исчезновеньи, то манас есть «я»* сутей: 2. Манас есть всегда руководитель великих сутей. Буддхи провозглашает владычество того*, кто именуется «Познающий поле». 3. Манас запрягает чувства, как добрых коней колесничий. Индрии, манас и буддхи всегда подчиняются «Познающему поле». 4. Крупными конями запряжённой колесницы управляет буддхи; На неё взойдя, Атман сутей (бхутатма) разъезжает повсюду. 5. Толпа индрий — упряжка, колесничий — манас, Буддхи — постоянная узда; такова великая брахманическая колесница*. 6. Кто, знающий, всегда постигает эту брахманическую колесницу, Тот, мудрый среди существ, не впадает в заблужденье. 7. Протяжённостью от непроявленной (природы) до особи, вместе с подвижным и неподвижным, С миром, украшенным луной, планетами, звёздами, озаряемым солнцем. 8. С узорчатой сетью горных хребтов и потоков, С различными водами, как в украшеньях, 9. Питающий все существа, путь всех носителей жизни, Таков вечный (лес) Брамы, там странствует «Познающий поле». 10. Все существа, подвижные и неподвижные, в этом мире Первыми растворяются, затем из сутей возникшие свойства, 11. После свойств — пять сутей; в такой последовательности существа (исчезают). Дэвы, люди, гандхарвы, пишачи, ракшасы, асуры — 12. Все от своей природы возникли, а не от (внешней) деятельности или причины*. Эти творящие мир певцы рождаются снова и снова; 13. И всё порождённое ими в тех пяти великих сутях, Со временем вновь растворяется, как в океане волны. 14. От самовозникших творцов мира повсюду возникают великие сути, И лишь освобождённые от пяти великих сутей идут высшей дорогой. 15. Владыка Праджапати мыслью (манасом) сотворил всё это. До богов возвысились риши в силу умерщвления плоти. 16. Всегда упражняясь в умерщвлении плоти, корнями, плодами питаясь, Совершенные уже здесь прозревают мыслью три мира. 17. Учение о лечебных корнях, о противоядиях и прочие разные науки Полностью постигаются через умерщвление плоти, ибо корень способов* — тапас. 18. Что труднодостижимо, труднопостижимо, трудноодолимо, трудновыносимо — Всё это тапасом усовершенствуется, ибо труднопревосходим тапас. 19. Пьяница, убийца брамина, вор, плодоубийца, ложа учителя осквернитель, Хорошо возогретым тапасом, освобождается от прегрешений. 20. Люди, предки, дэвы, рогатый скот, звери, птицы, И другие существа, подвижные и неподвижные, считают, 21. Что тапас всего превыше, тапасом всегда достигают совершенства. И дэвы, великие волхвы, тапасом достигли неба. 22. Кто всегда с расчётом свершает обряды, Сопряженно с личным началом, тот владыки существ достигает. 23. Йогой размышления, очищеньем (освободясь) от самости, от личного начала Достигают махатмы великого, высшего мира. 24. Йоге размышленья предавшись, всегда с успокоенной мыслью, Преисполненные блаженства, совершенно познавшие Атмана в непроявленное вступают. 25. Йоге размышленья предавшись, освободясь от самости, от личного начала, Уже здесь получают махатмы великий, высший мир. 26. Возникнув из непроявленного и к сознанию равенства (всего) придя снова, Освобождённый от раджаса и тамаса пребывает лишь с саттве. 27. Надо знать: отвергший всё сотворённое, от грехов свободный, И есть «Познающий поле»; кто это знает, тот знает Веды. 28. Собранный, сев в размышленьи, переходит муни от одного сознанья к другому, И о котором он размышляет, тем и становится — вечным и тайным сознаньем*. 29. Начиная от непроявленной (природы) и вплоть до особи признаком (всего) считается неведенье, Постигните: таков этот мир, его признак — гуны. 30. Два слога означают смерть, три слога — Вечное Брахмо; «Моё» — это смерть, «не моё»* — это Вечность. 31. Некоторые худоумные люди деятельность прославляют, Но те махатмы-старцы дела* не прославляют. 32. Деятельность порождает существо с его шестнадцатью* частями. Человек поглощает знанье, напиток вкушающих бессмертье; 33. Поэтому узревший Высшее не питает к делам влеченья: Такой человек считается состоящим из знанья, не из действий. 34. Бессмертен, вечен, необъемлем, неуловим, постоянен, Незапятнан, свободен Атман; кто его знает, становится бессмертным; 35. Изначален, несотворён, незыблем, вечен, Необъемлем, Атман бессмертье вкушает. 36. Кто такого Атмана знает — становится неуловимым, бессмертным, непоколебимым на этих основах; Он побеждает все отпечатки жизни* (самскара) и в себе самом собой владеет; 37. Он знает то, что превыше всего — благое Брахмо. Достигнув спокойствия саттвы, он (достигает) удовлетворенья. 38. Признак удовлетворенья в том, что (человек) смотрит на всё как на сновиденье; Это путь свободных, утверждённый в познаньи, 39. Изменчивость происходящего зрящих; Это дорога бессмертия; это вечная дхарма. 40. Достижение знающих — безупречное поведенье, Одинаковое отношение ко всем существам, отсутствие надежд, желаний. 41. Кто на всё одинаково смотрит, тот по этому пути идти способен. Итак, я всё возвестил (вам), лучшие певцы-риши; Выполняя это, вы совершенства достигнете быстро. Учитель сказал: 42. Так тогда говорил тем молчальникам гуру Брама. Мира бытия достигли, выполнив это махатмы. 43. И ты, причастный великой доле, изречённое Брамой слово Полностью соблюдай; очистив себя, ты совершенства достигнешь. Сын Васудэвы сказал: 44. Так тогда высший закон ученику разъяснил учитель. Выполняй всё это, сын Кунти, и ты совершенства достигнешь. 45. Тот ученик, выполнив всё, подлежащее выполненью, о лучший из рода куру, Достиг Запредельно, пришедший туда не знает скорби. Арджуна сказал: 46. О Кришна, кто этот брамин, кто ученик, Джанардана? Если дозволено мне это слышать, скажи, как действительно есть, владыка! Сын Васудэвы сказал: 47. Я тот гуру, ученик же — мой манас*, знай долгорукий, Из приязни к тебе я открыл, Дхананджая, тебе эту тайну. 48. Если ты навсегда сохранишь любовь ко мне, потомок рода куру, Выслушав о высшем Атмане, ты полностью будешь в нём жить, верный обетам. 49. О влекущий людей, полностью этот закон соблюдая, Совершенно избавясь от всех прегрешений, ты войдёшь в отрешённость*. 50. То же и раньше я тебе говорил, когда наступило время битвы*. Итак, прими это разумом*, долгорукий. 51. Но я давно не видел своего владыку-отца, лучший Бхарата, С твоего согласия, о рождённый под звездой Пхальгуна, я с ним хочу повидаться, Вайшампаяна сказал: 52. На эти слова Кришны отвечал Дхананджая: «Ныне отправимся в город Гаджасахваю, Кришна, 53. Там с добродетельным раджей встретимся мы, с Юдхиштхирой; С дозволения раджи ты сможешь идти в свой родной город». Так в святой Махабхарате, в книге «Жертвоприношение коня», (Ашвамедха), в книге «Последующая песнь» (Анугита) гласит 51 глава — БЕСЕДА УЧИТЕЛЯ С УЧЕНИКОМ
<p>ЗАКОНЧЕНА КНИГА «АНУГИТА»</p> ЗДЕСЬ В СВЯТОЙ МАХАБХАРАТЕ НАЧИНАЕТСЯ КНИГА О ЖЕНАХ note 1 Поклонение Нараяне-Наре, высочайшему из мужей, также царице Сарасвати, да провозгласится: «Победа». ВОТ КНИГА «ПРИНЕСЕНИЕ ВОДЫ» Глава 1 Джанамеджая сказал: 1. Когда был убит Дурйодхана и полностью уничтожено войско, О муни, что сделал, услышав об этом Дхритараштра, великий раджа? 2. Также и раджа Кауравов, премудрый сын Дхармы? Те трое, Крипа и другие, оставшиеся живыми, что совершили? 3. Я о деле Ашваттхамана* слышал; после взаимных проклятий, Что дальше случилось, поведай что молвил Санджая? Вайшампаяна сказал: 4. После убийства (его) ста сыновей был скорбен, дереву с отсечёнными ветвями подобен, Кручиной о сынах палимый владыка земли Дхритараштра. 5. Он впал в безмолвие раздумья; его сознание было затоплено (горем). (Тогда) подойдя, о махараджа, (ему) слово молвил Санджая: 6. «Почто скорбишь, махараджа, нет пользы в печали. Восемнадцать полных ратей* успокоилось, побито. 7. Обезлюдела эта земля, опустела, совсем одинока. Пришедшие со всех сторон, из разных стран владыки народов 8. Вместе с твоими сынами пошли на гибель. Для отцов, сыновей, внуков, друзей, знакомых, 9. Учителей — последовательно* соверши посмертные обряды». Вайшампаяна сказал: 10. Сострадания слово услышав, кручинясь о гибели сынов, внуков, Тяжко скорбя, он упал на землю, как дерево, сломленное ветром. Дхритараштра сказал: 11. Убиты сыны, убиты советники, убиты все дружественные люди. Горький, как я по этой земле скитаться буду? 12. Что мне, родных лишённому, в моей жизни ныне, Как с подсечёнными крыльями, отягощённой старостью птице? 13. Погибло царство, погибли родные и даже зрение погибло! Не светит, о многопознавший, как бы лишась лучей лучезарное (солнце). 14. Не исполнено слово друзей: советы сына Джамадагни, Дэва-риши Нарады, Двайпаяны-Кришны*. 15. Ведь то, что мне было на благо, Кришна изложил в собраньи: «Довольно распри, раджа, тебе обуздать* нужно сына!» 16. Малоумный, не выполнив этого слова, я очень страдаю! Не внял я и речи Бхишмы, сообразной долгу. 17. О смерти ревущего, как бык Дурйодханы И Духшасаны, о превратности (доли) Карны, 18. О закате солнца Дроны внимал я, и разрывалось сердце! Не вспоминаю, Санджая, чтобы раньше я сделал что-либо плохое, 19. Плод чего, безумному, мне бы теперь вкушать приходилось. Разве что в прежних рожденьях я совершил (преступленье); 20. Так за что же Дхатар подверг меня тяжкой доле — Гибели всех родных и (бесчисленным) бедам? 21. Гибель сердечных друзей по сопряжению судеб* настала; Есть ли другой человек на земле, меня несчастней? 22. Пусть же ныне суровые в обетах Пандавы таким меня увидят — Обращённым к миру Брамы, готовящимся в дальнюю дорогу! Вайшампаяна сказал: 23. Так он причитал, предаваясь великой скорби. Чтоб облегчить тоску владыки народа, вымолвил слово Санджая: 24. Полно скорбеть, (ведь) ты слыхал от старцев, раджа, Решение Вед, различных Шастр, Агам, о лучший правитель; 25. Некогда говорили муни скорбящему о сыне Сринджае*: «Царь, от юности сын твой был дерзким; 26. На слова предупреждавших тебя друзей ты не обращал вниманья, Благоразумного ты ничего не сделал, ты к получению плодов был жаден. 27. Своим разумом ты уязвлён, как мечом занесённым. Обычно развратные тебя окружали, ты попадал постоянно под их влиянье*». 28. А у того* советником были Духшасана, да злодушный сын Рахти, Развратный Шакуни, худоумный Читрасена, 29. Да Шило-Шалья, весь преходящий мир на него напоролся;* (Советы) старшего Кауравы, сына Ганги, Бхишмы, Видуры, 30. А также Дроны, махараджа, престарелого Крипы, И Кришны, о махараджа, премудрого Нарады, 31. Пресветлого Вьясы и всех других ришей Твой сын не исполнил*, Бхарата! 32. «Худоумный, себялюбивый, постоянно стремящийся к войне», — так о нём говорили: «Жестокий, яростный, всегда кичащийся отвагой». 33. Ты же известен, как мудрый, правдивый, неизменно щедрый; Такие не заблуждаются, они благочестивы, разумны. 34. Говорят: «Кто не чтит закона, тот постоянно к войне стремится, Кто всех (своих) губит — славу врагов умножает». 35. Ты, стоя между (спорящими сторонами), не призвал их к терпенью, Но трудно тебе было твёрдо держать равновесье. 36. Ведь с изначала человеку так поступать, по возможности, нужно, Чтобы цель не утратить и потом не подвергнуться горю. 37. Из пристрастия к сыну, раджа, ему ты угождать старался; И теперь не подобает тебе скорбеть, принимая это страданье. 38. Кто смотрит только на мёд, предусматривает ли паденье? А от жадности к мёду, разбившись, он скорбит, как ты владыка. 39. Скорбящий не достигает цели, плода не достигает скорбящий. Скорбящий не достигает приятного, скорбящий и высшего не достигает. 40. Того, кто зажёгши огонь, в подол его закутав, Обжигается и сердечно страдает, не причисляют к мудрым. 41. Ты ж и твой сын своими речами вызвали к жизни Пылающий огонь сынов Притхи, жадностью его поливали, как маслом. 42. Твои сыны, как мотыльки, ночные, в тот костёр упали, Пламя стрел их пожгло; скорбеть о них тебе не надо. 43. Царь, твоё лицо обильно залито слезами; Тот вид, что ты принял, не соответствует Шастрам, не хвалят его пандиты. 44. Слёзы, как искры жгут, конечно, тех сынов Ману, (О которых ты плачешь). Поддержи себя сам и разумом победи своё заблужденье. Вайшампаяна сказал: 45. Так (его) утешал великодушный Санджая, Затем прежнюю мысль стал высказывать Видура, о врагов сокрушитель. Так в святой Махабхарате, в книге «О жёнах», в книге «Принесение воды» гласит первая глава — УТЕШЕНИЕ ДХРИТАРАШТРЫ Глава 2 Вайшампаяна сказал: 1. Амритоподобными словами освежил человека-тура Сына Вичитравирьи, Видура: это слово постигни (Джанамеджая). Видура сказал: 2. Что ж ты лежишь? Поднимись, поддержи себя сам, махараджа; Ведь это последний путь всех существ, владыка народа, 3. Все начинания гибнут: конец возвышенья — паденье, Исход единенья — разлука; смерть — исход жизни. 4. Если труса уводит Яма наравне с отважным, Бхарата, То почему б не сражаться тем кшатриям, тур-кшатрий? 5. Несражавшийся умирает, сражавшийся живым остаётся. Не ускользнёт никто, махараджа, когда приспеет время. 6. Не бывает существ вначале, бывают они посредине, И при конце их не бывает, какая в этом печаль, Бхарата? 7. Не следует за умершим скорбящий и не умирает человек от печали, Так заведено в мире; что ж ты скорбишь об этом? 8. Все разнообразные существа, превосходный каурава, увлекает Время; Для Времени нет никого ни ненавистного*, ни дорогого. 9. Как верхушки трав во все стороны поворачивает ветер, Так по воле Времени движутся существа, тур-Бхарата; 10. Из всех, соединённых в движении к одной цели, Некоторых оно побуждает раньше, (других позже), о чём здесь печалиться, раджа? 11. И о тех, что на войне убиты, тебе скорбеть не надо: Они пошли высшей дорогой, согласно Ученью; 12. Они все изучали Шастры, все соблюдали обеты, Погибая, никто из них не казал тыла: что ж печального в этом? 13. Они из незримого появились и снова исчезли в незримом. Ведь они — не твои, и ты — не их; что же печального в этом? 14. Убитые, они достигают рая, убив — получают славу; И то и другое для них многоценно; не тщетна битва. 15. Индра для них желанные миры* уготовал: О тур-человек, ведь они становятся гостями Индры. 16. Ни жертвы*, ни дары, ни изучение Вед, ни умерщвление плоти Так не приводят смертного в небо, как витязей — гибель в сраженьи. 17. Тела богатырей они на огне приносили в жертву; священнодействуя, стрелами творили возлиянья. Безмерно мощные, они употребили стрелы для возлияния топлёного масла*. 18. Так я тебе свидетельствую о великом райском пути, раджа; Не указано для кшатрия никакого иного — помимо битвы. 19. Те великодушные кшатрии, витязи, украшенье собраний, Достигли высших желаний, не подлежат они скорби. 20. Тур-человек, не скорби, сам себя успокоив, Скорби не поддавайся ныне, тебе нельзя упускать подлежащего выполненью*. 21. Тысячи матерей, отцов и жён, сыновей сотни, Существуют в самсаре; чьи они? чьи мы? 22. Тысячи бедствий и сотни страхов Изо дня в день бывают, но проникают они в заблудших. 23. Для Времени нет никого ни дорогого, ни ненавистного, превосходный Каурава, Ни безразличного; всех уносит Время; 24. Время приводит к зрелости (все) существа, поколения Время уносит; Время бодрствует; непревосходимо Время*. 25. Не вечны юность, краса, жизнь, обладанье, здоровье, Сочувствие, дружба; не нужно за это цепляться познавшим. 26. И о несчастии подданных тебе скорбеть не надо: Ведь даже если до смерти скорбеть, ничего не изменишь*; 27. Если скорбящий не противодействует, он погибает не преодолев силы (горя); Лекарство ж от скорби — это о ней не думать. 28. Думающий о ней, (из неё) не выходит, она вырастает пуще От соприкосновения с нежелательным, от расторжения с приятным. 29. Только безрассудные люди были сжигаемы сердечными скорбями. У скорбящего нет ни богатств, ни дхармы, ни счастья. 30. Трёх этих спутников* лишась, в (своей) деятельности (скорбящий) не достигает цели; По разным состояниям богатства различаются люди*. 31. Неудовлетворённые заблуждаются, к удовлетворению идут пандиты; Сердечная скорбь уничтожается познаньем, телесная — (целебными) корнями; 32. Таково свойство знания; не иначе равновесия достигают. Лежат с лежащим и стоят со стоящим, 33. Бегут с бегущим дела, совершённые раньше человеком, Кто в каком состоянии хорошее или плохое совершает, 34. В таком состоянии он и плод (дел) вкушает. Кто таким телом* совершает дело, 35. В таком теле он и плод его вкусит. Каждый сам себе друг и каждый сам себе* недруг; 36. Ведь в соделанном и несоделанном (человек) сам себе свидетель: Счастья — в хорошем деле, в худом — несчастья. 37. За сделанное всегда получают, за несделанное никто никогда не вкушает, Ведь к многогрешным делам, (отрицаемым) знаньем, 38. Уничтожающим корни (освобожденья), подобный тебе, мудрец, не стремится. Так в святой Махабхарате, в книге «О жёнах», в книге «Принесение воды» гласит вторая глава — УТЕШЕНИЕ ДХРИТАРАШТРЫ Глава 3 Дхритараштра сказал: 1. Прекрасные речи, многопознавший, отгоняют мою кручину; Правдивые слова ещё и ещё мне хочется слушать. 2. Как освобождаются мудрые от сердечной скорби, Что от наступления нежелательного и от прекращения желательного возникает? Видура сказал: 3. Поскольку от скорбей и услад сердца свободен Овладевший собой пробуждённый*, постольку он достигает мира; 4. Тур-человек, он помышляет: «Это всё не вечно». В мире нет костяка, он подобен поросли банана*. 5. Когда познавший или заблудший, имущий и неимущий, Все (они), достигнув праотцов, почиют, треволненья покинув, 6. Их кости лишаются мяса, распадаются члены, рвутся связки суставов, Меж ними кого там отличат другие люди? 7. Итак, красота, родовитость знатных проходят. Почто же ищут друг друга люди, обманутые (майей)? 8. Учёные говорят: «Тела смертных подобны жилищам, Со временем они распадаются; Сущность единственно вечна». 9. Человек, покинув ветхие или не обветшавшие одежды Выбирает иную одежду; так и тела воплощённых*. 10. О сын Вичитравирьи, скорбное, приятное или благое Здесь существа получают за совершённые ими поступки. 11. Считается, что делами достигают рая, радости, горя, Бхарата; Так несёт человек эту тяжесть помимо воли или даже по своей воле. 12. Как глиняные сосуды с колеса гончара выходят: Который недоделанным, который совсем готовым, 13. Иной надтреснутым, иной позже, иной раньше, Который сырым, который высушенным, готовым к обжигу, 14. Иной спускается для обжига, иной вынимается, Бхарата, Иной уже употреблён для пищи — так и тела воплощённых: 15. Находятся в утробе, рождаются, (живут) сутки, Достигают полумесяца, месяца (иные), 16. Достигают и полугодия, даже двух полугодий, Бывают и юными, и среднего возраста, даже старости достигают. 17. В силу прежней деятельности существа возникают, гибнут; Так происходит в мире; что же печального в этом? 18. О раджа, как в воде плавая, играя, о владыка народа, Какое-либо существо ныряет и вновь выплывает, 19. Так в глубинах самсары ныряют и выплывают. Малоумные связываются, мучаются, вкушая плод поступков. 20. А стойкие в познании правды, благожелательные, в этой самсаре Познав движение существ, идут путём высочайшим. Так в святой Махабхарате, в книге «О жёнах», в книге «Принесение воды» гласит третья глава — УТЕШЕНИЕ ДХРИТАРАШТРЫ Глава 4 Дхритараштра сказал: 1. О лучший из говорящих, как мне познать глубины самсары? Я хочу это знать; вопрошающему досконально поведай. Видура сказал: 2. Деятельность существ проявляется начиная с рожденья, Сначала здесь среди нечистот живёт нечто. 3. Затем, достигнув пятого месяца, оно получает одежду, Потом образуется плод, полностью развивая члены, 4. Среди мяса, крови, слизи он развивается постепенно; Затем, силой ветра, он становится вниз головой, вверх ногами: 5. Подойдя к выходу лона, приобщается многим страданьям, Мучениям лона, преисполненный древними делами. 6. Избавившись от них, он видит иные, набегающие из самсары; На домохозяина набрасываются они, как собака на мясо. 7. А когда он достигает преклонного возраста, тогда болезни Вползают в живущего, пленённого своими делами. 8. Его, связанного узами чувств, опутанного, привязанного к усладам, Всевозможные пристрастия вращают, владыка народов, 9. Опутываемый ими всё больше и больше, насытится не может; Он тогда ни благого не выполняет, ни дурного. 10. Те, что вполне подготовлены, охраняют (себя) размышленьем, А к неразумеющему незаметно подходит мир Ямы. 11. Влекомый вестниками Ямы, идёт он к смертному часу. В меру ранее соделанного, желательного или нежелательного, он влечётся; 12. Так (человек) замечает, что он запутан всё больше и больше, Увы, мир уязвлён, он попал под власть Камы: 13. Обезумев от жадности, гнева и страха, он Атмана не постигает; Радуясь, знатный издевается над незнатным. 14. Обнаглевший, высокомерный богач, бедняков презирает, О других «Болваны!» — так говорит, на себя же не смотрит. 15. Обвиняя других в пороках, самого себя очищать не желает, А ведь разумный и глупый, богатый и неимущий, 16. Родовитый, безродный, гордец и смиренный, Достигнув предков, отрешась от забот, все почиют. 17. Их кости без мяса, разорваны на конечности связки, Отличного (от других) среди них не видят другие люди. 18. Да и как распознавать отличных красотою, родом, Если все, сровнявшись на поверхности кормилицы-земли, почиют? 19. Как один другим овладеть малоумные желают? Кто умиротворённый, познав самолично или от других (узнав) это Писанье, 20. От рождения выполняет Закон, тот высшего пути достигает; Кто следует истинному пути, зная всё это, 21. Тот освобождается от всех путей, о владыка смертных. Так в святой Махабхарате, в книге «О жёнах», в книге «Принесение воды» гласит четвертая глава — УТЕШЕНИЕ ДХРИТАРАШТРЫ Глава 5 Дхритараштра сказал: 1. Кто следует дхарме, постигнув её тайну? Весь этот путь мудрости возвести мне подробно. Видура сказал: 2. Самосущему совершив поклоненье, тебе открою, Что про дебри самсары говорят великие риши. 3. Существовал в огромной самсаре некий дваждырождённый; Однажды он достиг огромного, населённого хищниками, непроходимого леса, 4. Полного львов, тигров, слонов, устрашающего великим рёвом, Раздающимся со всех сторон; испугался бы сам Яма, это увидев. 5. При таком зрелище сердце (брамина) пришло в крайнее возбужденье; Вздыбились волосы, (лицо) исказилось, подвижник. 6. Через тот лес он торопясь пробирался, По сторонам озираясь. И (бормотал): «Где (найти) укрытье?» 7. Мучимый страхом, тех бед избежать стараясь, Не мог далеко пройти, чтобы от них освободиться. 8. Тогда он заметил, что тот ужасный лес тенётами кругом опутан; Много их было расставлено; и страшную, растопырившую руки женщину (он увидел). 9. Вздымающие по пяти голов, высокие как (деревья) шала, змеи, Касаясь неба, престрашные великий лес населяли; 10. Был там водоём посредине леса; рослые травы, Жёсткие, спутанные, кругом его покрывали. 11. Туда, в скрытое водовместилище, попал дваждырождённый И на переплетающихся ветвях лиан повиснул; 12. Как большой плод хлебного дерева на сучьях Там висел вниз головой, вверх ногами. 13. Тогда ещё другое, худшее подоспело несчастье: Внутри колодца* он заметил огромного, сильного змея, 14. И огромного слона увидел на краю крышки колодца; Чёрный, шестизевный, двенадцатиногий тот приближался, — 15. Медленными шагами, постепенно надвигался могучий, Возле висящего в гуще ветвей древесных (роились) 16. Разнообразные, ужасные видом, страшные пчёлы; Они поедали мёд, собранный раньше в соты. 17. Всё больше и больше они устремлялись к мёду, Он считался пищей существ, особенно детей привлекал он, Бхарата. 18. Постоянно проливались капли от изобилия мёда. Вися, человек те капли слизывал непрестанно. 19. Слизывая, пристращался: не утолялась жажда*, Всё-то ему хотелось насытится снова и снова. 20. И не родилось у человека отвращения к жизни, Этому препятствовала его надежда жить, раджа. 21. То дерево грызли чёрные и белые мыши. (Страх) перед хищниками в непроходимой чаще и перед женщиной ужасной, 22. Перед змеем внутри колодца, перед клыкастым (слоном) у его края, (Угроза) падения дерева, подтачиваемого мышами — пять (страхов), 23. Страх перед пчёлами у жаждущего мёду шестым называют; Так вот и был он там, брошенный в море жизни. 24. И (всё ж) от надежды жить не отвратился*. Так в святой Махабхарате, в книге «О жёнах», в книге «Принесение воды» гласит пятая глава — УТЕШЕНИЕ ДХРИТАРАШТРЫ Глава 6 Дхритараштра сказал: 1. Увы, бедственна его жизнь и скорбь велика, конечно, Откуда же радость его и удовлетворение, лучший из говорящих? 2. Где же та страна, в которой он существует при таком утесненьи закона? И как освободился тот человек от столь великого страха? 3. Это всё сообщи мне, чтобы действовать мы могли бы во благо. Великое сострадание у меня возникло, возбуждённое его борьбою. Видура сказал 4. Раджа, знающими освобождение создана эта притча; Ею потомок Ману заслуживает праведность в ином мире. 5. То, что названо лесом, — это великая самсара, Этот же лес — то дебри самсары; 6. А что названо хищниками, толкуется как болезни; А предстоящую там женщину с огромным телом, 7. Её называют старостью, уничтожающей многообразное познанье; А колодец тот — это тело воплощённых, владыка; 8. Змей, в нём живущий, — всеуносящее Время, Всех воплощённых существ кончина; 9. А дерево, что у колодца растёт, где уцепившись за ветви Висит человек, — это (желающих) жить воплощённых надежда. 10. Тот (слон), что на дерево взбирается, стоя на краю колодца, Шестиголовый, клыкастый, толкуется как времена года*; 11. Шесть голов — (шесть) времён года, двенадцать ног — это месяцы, так толкуют. А те, что дерево подтачивают, — пресмыкающиеся* и мыши, — 12. Те называются ночи и дни; они существа угрызают. Пчёлы, что там летают, называются страстями; 13. А многочисленные стекающие капли жидкого мёда, Знай, это наслаждения страстями, к ним стремятся люди. 14. Так вращение круга самсары мудрые понимают, Поэтому узы круга самсары мудрые рассекают*. Так в святой Махабхарате, в книге «О жёнах», в книге «Принесение воды» гласит шестая глава — УТЕШЕНИЕ ДХРИТАРАШТРЫ Глава 7 Дхритараштра сказал: 1. Увы, ты закончил притчу, Владыка, видящий сущность. Ещё меня возрадуй слушаньем твоих слов нектарных. Видура сказал: 2. Дальше внимай, я возвещу тебе особенность этой дороги; Зрящие, о ней услышав, освобождаются от самсары. 3. Раджа, как человек, дальний путь предпринявший, Делает иногда привал, трудом истомлённый, 4. Так и в странствии по самсаре, пребывая в зародыше (не развиваясь), Бхарата, Глупые делают привал; учёные ж к освобождению стремятся. 5. Оттого называют это дорогой люди, познавшие Шастры, А дебри самсары разумные называют лесом. 6. Так происходит в этом мире смертных, тур-Бхарата, С подвижным и неподвижным; мудрые туда не стремятся. 7. Телесные и душевные недуги, Видимые, невидимые, хищниками на земле называют; 8. Окружённые и мучимые ими постоянно, Бхарата, Худоумные не противостоят великим хищникам своими делами. 9. Но если, царь, удаётся человеку избежать тех болезней, Позже старость, как бы окутав, его красоту уничтожает. 10. Звуком, формой, вкусом, касаниями, разнообразными вещами, Мозгом костей, мясом, слизью он кругом обвешан. 11. Годы, месяцы, дни, ночи, с сумерками между ними, Отягощает постоянно его красоту, здоровье. 12. (Но) худоумный не знает, что это — область Смерти. Говорят, деятельность всех существ Дхатри определяет. 13. Тело существ колесницей зовётся, а сущность — возничим*, Индрии лошадьми называют, а деятельность разума — вожжами. 14. Кто за быстрым бегом тех лошадей стремится, Тот в колесе круговорота жизни, подобно колесу (сам) продолжает вертеться. 15. Кто сдерживать коней научился, не вкручивается, собой владея; В колесе этой самсары, подобно колесу (ещё) продолжая вертеться, 16. Не заблуждается он, странствуя по пути круговорота жизни. У блуждающего в самсаре возникают страдания, раджа, 17. Поэтому пусть приложит усилия мудрый к тому, чтобы не возвращаться. Нерадивости в этом нельзя допускать, иначе возвращаться будешь стократно. 18. Раджа, человек сдержанный в чувствах, не возбуждаемый похотью, жадностью, гневом, Удовлетворённый, правдивый, приходит к покою. 19. Колесницей Ямы называют то*, что худоумных в заблужденье вводит; И такие получают, что и ты получил, владыка народа: 20. Гибель царства, гибель друзей, гибель сынов, Бхарата; Это все мучительным называют; так возникает страданье, Бхарата*. 21. Праведный в тяжких страданьях да прибегнет к разуму как к лекарству, Пусть принимает он корень знания, труднодостижимое, великое средство. 22. (Человек), овладевший разумом, рассекает великий недуг страданий; Ни отвага, ни богатство, ни друг, ни товарищ 23. Так не избавят от страданий, как стойкое самообладанье. Поэтому, в дружбе утвердясь, добронравию следуй, Бхарата! 24. Самообладание, отрешённость и прилежанье — вот три коня Брахмо*. Кто стоит на колеснице рассудка, вожжами добронравия управляя, 25. Покинув страх смерти, раджа, тот направляется в мир Брамы. Кто обеспечивает безопасность всем существам, о земли владыка, 26. Тот идёт в высшую, безмятежную обитель Вишну. Не достигается тысячью жертв и постом постоянным 27. Плод, который обеспечивающие безопасность вкушают, Ведь для существ нет ничего дороже себя, конечно, 28. Самое нежеланное для всех существ называется умираньем, Бхарата, Поэтому ко всем существам питай сострадание, мудрый. 29. Затопляемые водой (своего) ума, подверженного различным заблужденьям, Не различающие тонкого, глупцы то там, то здесь блуждают, 30. А тонкое зрящие, раджа, держат путь к вечному Брахмо. Так в святой Махабхарате, в книге «О жёнах», в книге «Принесение воды» гласит седьмая глава — УТЕШЕНИЕ ДХРИТАРАШТРЫ Глава 8 Вайшампаяна сказал: 1. (Такими) словами утешал Видура, (но) превосходный Дхритараштра (Снова) охваченный скорбью о сыновьях, ударился уземь. 2. Увидев, что тот упал на землю, потеряв сознанье, Родные, Кришна-Двайпаяна*, Кшаттри Видура, 3. Другие друзья, привратники, советники, Санджая, С пучков травы* сладкой, прохладной водой, Бхарата, 4. Его окропили, а тело торопясь, обвевали руками. Долгое время они приводили в сознание обмершего Дхритараштру. 5. Затем, через продолжительное время, владыка земли, придя в сознанье, Долго-долго причитал о сынах и других, преисполненный (скорби). 6. «Воистину, позор человечности в людском роде*, Откуда корни зла возникают каждое мгновенье! 7. Гибель сыновей, богатств, гибель родных, знакомых Воспринимается слишком мучительно, подобно жжению яда, 8. Который опаляет тело; он губит познанье, владыка, И человек, им одержимый, за лучшее смерть считает. 9. Я такого достиг состояния превратной доли, Что иначе, как освобожденьем от жизни, мне конца её не достигнуть. 10. Так я теперь и сделаю, о лучший из дваждырождённых!*» Это он сказал махатме, отцу, лучшему из знающих Брахмо. 11. В таком заблуждении был Дхритараштра, дойдя до пределов горя; И замолк тот раджа в глубоком раздумье, о земли владыка. 12. Выслушав его слова, владыка Кришна-Двайпаяна Сыну*, обуреваемому скорбью о сынах, промолвил слово. Вьяса сказал: 13. Внимай тому, что я тебе скажу, долгорукий Дхритараштра. Ты знаешь Шрути, мудр и счастлив в делах Закона, владыка, 14. Нет ничего тебе неизвестного, подлежащего познаванью, врагов крушитель, О недолговечности смертных ты несомненно знаешь. 15. Раз мир живых нестоек, раз недолговечно существованье, Раз жизнь кончается смертью, так о чём ты скорбишь, Бхарата? 16. Перед твоими глазами бедствие это возникло, Сын твой стал (его) причиной в силу времён сочетанья*. 17. Царь, не зависело от человеческой воли избиение Кауравов; Что ж ты печалишься о богатырях, высшим путём ушедших? 18. Долгорукий, мудрый, великодушный Видура Прилагал все усилия ради мира, о владыка народа; 19. Но против решенья судьбы никто не волен, Хотя бы и долгое время старался — так мыслю. 20. А что богам надлежало делать, то я лично слышал; Я тебе сообщу, что тогда с ними было. 21. Некогда я, победив усталость, торопился в собрание Индры, И там сошедшихся небожителей увидел. 22. Всех дэва-ришей во главе с Нарадой, безгрешный, Видел я там и Землю, о земли владыка, 23. Ради совершения своего дела она среди богов явилась; Тогда Благая, подойдя к Дхатри, сошедшимся богам сказала: 24. «То, что вы должны были для меня исполнить, ещё в обители Брамы, Обещанную великую долю быстрее надо уладить». 25. Тогда почитаемый всем миром Вишну, услыхав её слово, В собрании богов, усмехнувшись, Земле молвил слово: 26. «Первый из ста сыновей Дхритараштры, Именуемый Дурйодханой, он совершит это дело. 27. Прими его, как земли охранителя, тогда свершится дело: Из-за него защитники земли сойдутся на Поле Куру, 28. Тяжким оружием они станут убивать друг друга. Тогда, очевидно, царица, твоя ноша* погибнет в битве. 29. Иди скорей, прекрасная, в свою область для поддержки мира!» Тот же сын, раджа — частица Кали*, 30. Попал в лоно ради уничтожения людей, владыка, Торопливый, вспыльчивый, немилостивый, гневный; 31. По сочетанию судеб подобные ж подобрались и братья, И Шакуни, брат матери, и ближайший друг — Карна. 32. Они подобрались вместе с земными царями для гибели рода; Каков родился раджа, таковы и его люди бывают: 33. Неправедные праведными становятся, если праведен хозяин; Хорош или плох хозяин, слуги такими же станут, в этом нет сомненья. 34. Неправедного получив раджу, царь, твои потомки погибли. О долгорукий, это дело знает Нарада, знающий (всё) досконально. 35. По собственной вине погибли твои сыны, земли владыка, Не скорби о них, Индра царей, нет у тебя причины для скорби. 36. Пандавы перед тобой не виновны ни мало; Твои заблудшие сыновья на этой земле совершали убийства. 37. Благо тебе, некогда Нарада — и в этом нет сомненья — Возвестил, с Юдхиштхирой встретясь во время посвящения на царство: 38. «Все пандавы, кауравы, сойдясь друг с другом, Погибнут, сын Кунти; что тебе надлежит совершить, исполни». 39. Слово Нарады услышав, тогда скорбели Пандавы. Вот вся тебе поведана божественная, вечная тайна, 40. (Знание) которой поможет тебе рассеять горе и принять жизнь, владыка, (Почувствовать) нежность к сынам Панду, (раз) начертанье судьбы тебе известно. 41. Это дело, долгорукий, я слыхал и раньше, О нём говорилось при совершении высочайшего обряда посвящения на царство Дхармараджи. 42. После того, как я открыл ему эту тайну, старался сын Дхармы, Чтобы Кауравы не разделялись, но рок был сильнее. 43. Ведь любое веление Разрушителя непреодолимо Для (всякого) существа, подвижного и неподвижного, раджа! 44. Ты, владыка — наиправеднейший, лучший из мудрых, Ибо ты знаешь то, что существа смущает: что есть путь и что не путь, Бхарата. 45. Узнав, что ты палим кручиной и каждый миг теряешь сознанье, Раджа Юдхиштхира прекратит (своё) дыханье. 46. Он мудр, всегда сострадателен даже к низшим животным, Как же не будет он сострадателен к тебе, царей владыка? 47. По моему велению и неотвратимое зная, А также из жалости к Пандавам (свою) жизнь сохрани, Бхарата! 48. Так в будущем ты обретёшь в мире славу; Ради Закона превеликий подвиг, сынок, ты совершать будешь долго. Вайшампаяна сказал: 49. Вняв этому слову Вьясы, безмерно великолепный, Мгновенно одумавшись, Дхритараштра молвил: 50. «Великая, горючая скорбь меня преследует, дваждырождённый, Не помню себя, беспрестанно теряю сознанье; 51. Вняв этим словам, по веленью судьбы рождённым, Я сохраню свою жизнь и не поддамся скорби». 52. Выслушав эту речь Дхритараштры, раджи, Исчез Вьяса, сын Сатьявати. Так в святой Махабхарате, в книге «О жёнах», в книге «Принесение воды» гласит восьмая глава — УТЕШЕНИЕ ДХРИТАРАШТРЫ Глава 9 Вайшампаяна сказал: 1. Когда удалился Владыка Вьяса, Дхритараштра, земли властитель, Что предпринял, о риши-певец, соизволь мне поведать? 2. Также и раджа Кауравов, многославный сын Дхармы, Те трое — Крипа и прочие, что совершили? 3. Об Ашваттхамане я слышал и о зле*, причинённом друг другу; Что произошло потом, скажи, как говорил Санджая? 4. После убийства Дурйодханы и всех ратей, Санджая, лишась прозренья* приблизился к Дхритараштре. Санджая сказал: 5. Сошедшиеся с разных сторон владыки народов Отправились в мир предков с твоими сынами. 6. Твоего сына постоянно уговаривали, Бхарата, (И всё же) он погубил землю враждой. Согласно закону, 7. Для сыновей, внуков, отцов, о земли владыка, А с них начиная, для всех посмертные соверши обряды. Вайшампаяна сказал: 8. Владыка земли, услышав это страшное слово Санджаи, Замертво упал на землю. 9. Подойдя к лежащему на земле земному владыке, Знающий всю Дхарму Видура сказал такое слово: 10. «Встань, раджа, почто лежишь, не скорби, тур-Бхарата, Ведь все эти саттваты в высшее ушли, владыка народа. 11. Не бывает существ вначале, бывают они посредине И при конце их не бывает, какая же в этом печаль*, Бхарата? 12. Не идёт за умершим скорбящий, не умирает человек от печали; Так заведено в мире; что же ты скорбишь об этом? 13. Тот, кто не сражался — умирает, кто сражался — живым остаётся; Не ускользнёт никто, махараджа, когда приспеет время. 14. Ведь Время все разнообразные существа увлекает, Нет для Времени ни ненавистного, ни дорогого, о лучший Каурава, 15. Как верхушки трав во все стороны клонит ветер, Так по воле Времени движутся существа, тур-Бхарата. 16. Из тех, кто стремится к одной цели, Некоторых Время побуждает раньше, (других позже), о чём здесь печалиться, раджа! 17. О тех, кто убиты в сраженьи, ты кручинишься, раджа, Но все эти махатмы беспечально отправились в третье небо. 18. Ни жертвы, ни дары, ни изучение Вед, ни умерщвление плоти, Не приводят смертного в небо так, как витязей гибель в сраженьи. 19. Тела богатырей они на огне приносили в жертву, Безмерно мощные, священнодействуя, они стрелами творили возлиянье. 20. Так я тебе свидетельствовал о великом райском пути, раджа, Не указано для кшатрия никакого иного, помимо битвы. 21. Те великодушные кшатрии, витязи, украшенье собраний, Достигли высшего блаженства, не подлежат скорби. 22. Тур-человек, не скорби, сам себя успокоив, Хотя ты и обуреваем скорбью, тебе нельзя упускать подлежащего выполненью»*. Так в святой Махабхарате, в книге «О жёнах», в книге «Принесение воды» гласит девятая глава — УТЕШЕНИЕ ДХРИТАРАШТРЫ Глава 10 Вайшампаяна сказал: 1. Тот тур-человек, выслушав слово Видуры, «Пусть запрягают повозку», — воскликнув, ещё слово добавил: 2. «Скорей приведи Гандхари, а также женщин-бхараток, Пусть приведут невестку, Кунти, и других женщин». 3. Так этот праведник сказал Видуре, лучшему из знающих дхарму; С подавленным скорбью сознаньем он проследовал к повозке. 4. Гандхари, мучимая горем о сыновьях, побуждаемая словом супруга, Вместе с Кунти и другими женщинами поспешила к радже. 5. Приблизясь к радже, охваченные великой скорбью, Наставляя друг друга, они подняли великое стенанье. 6. Кшатта их утешал, сам больше них страдая; Обливающихся слезами, посадив (на повозки) из города выехал с ними. 7. Тогда поднялось стенанье во всех городах Кауравов; Все были мучимы горем, даже дети. 8. Невиданные раньше*, даже самими богами, жёны, Мужья которых были убиты, тогда перед простолюдинами появились, 9. Растрепав прекрасные волосы, украшения сбросив, (Только) в одной одежде женщины бродили, стеная. 10. Живущие в домах, подобных белым горам, они выходили, Как из горных пещер, когда убит вожак, пятнистые лани (выходят), 11. Выбежав, большими толпами эти жёны, Мучимые горем, тогда метались, как по двору кобылицы, 12. Подняв великий вопль о сынах, отцах и братьях, Будто во время гибели мира, при кончине юги. 13. Причитая, они рыдали, туда-сюда метались, Потеряв от горя рассудок, они не знали, что делать, 14. Те, что раньше смущались даже при юных подругах, Перед свекровями теперь не смущались, (закрытые) лишь одной одеждой. 15. Даже в ничтожных делах привыкшие утешать друг друга, Раджа, теперь поражённые горем, они не смотрели одна на другую. 16. Рыдая, они тысячами окружали раджу; Он вышел из города скорбный, спеша к полю битвы. 17. Вайшьи-ремесленники, торговцы, все трудовые люди* Во главе с владыкой земли следом из города вышли. 18. Стенающих, скорбящих о гибели Кауравов, Великий вопль, как бы пронзающий миры, был издалека слышен. 19. Он подобен воплю горящих существ при конце юги, Будто небытие наступает — так существа полагали. 20. С глубоко взволнованным сердцем, о погибших Кауравах (кручинясь), Махараджа, они вопили; тот вопль был велик и страшен. Так в святой Махабхарате, в книге «О жёнах», в книге «Принесение воды» гласит десятая глава — ВЫЕЗД ДХРИТАРАШТРЫ Глава 11 Вайшампаяна сказал: 1. Пройдя на расстояние (человеческого) голоса, тех великих воителей они увидали: Сына Шарадвы Крипу, Критавармана и сына Дроны. 2. Они же, увидев того раджу, владыку, (глядящего) глазами знанья*, Заливаясь слезами, вздыхая, рыдая, так сказали: 3. «Твой сын, махараджа, совершив очень трудное дело, Отправился со своими последователями, раджа, в мир Шакры, о земли владыка. 4. Из (всего) войска Дурйодханы вырвались колесничие только мы трое, Все другие воители погибли, тур-Бхарата!» 5. Так говорил раджа Крипа, сын Шарадвы; Затем он сказал Гандхари, страдающей скорбью о сыне, такое слово: 6. «Побивая многие рати врагов, бесстрашно сражаясь, Богатырские совершая подвиги, отошёл твой сын к Смерти. 7. Конечно, достиг он тех неомрачённых миров, добываемых силой оружья; В светозарное тело войдя, он странствует подобно бессмертным. 8. И никто из сражающихся богатырей не повернул спину, Рук ни один не сложил, (моля о пощаде), от оружия смерть принимая. 9. Кшатрия высший путь — так древние указуют — От оружия смерть принимать; об этом тебе сокрушаться не должно. 10. Но их и враги не забудут — Пандавы, царица! Слушай, что мы под началом Ашваттхамана свершили: 11. Услыхав, что твой сын неправедно* был убит Бхимасеной, В спящий стан проникнув, мы произвели избиенье Пандавов; 12. Перебили тогда мы всех панчалийцев, во главе с Дхриштадьюмной; Пали родные Друпады, а также сыны Драупади. 13. Тогда множества вражеских сынов произведя избиенье, Мы умчались, так как втроём не могли устоять в битве; 14. Ведь богатыри, великие лучники Пандавы передвигаются быстро! Они нам отомстят, попав во власть гнева. 15. Услышав, что убиты их сыновья, придут в ярость те быки-люди И те преславные витязи по пятам нас преследовать будут! 16. Совершив избиенье их (близких), мы здесь оставаться не можем; Отпусти же нас, царица, и не кручинься (боле), 17. И ты, раджа, отпусти (нас) и пребудь стоек, Взирай только на высшую кшатриев Дхарму». 18. Сказав это радже, совершив прадакшину, Бхарата, Крипа, Критаварман и сын Дроны, 19. Взирая на Дхритараштру, премудрого раджу, Великодушные, быстро коней погнали по направлению к Ганге. 20. Удалясь, те великоколесничие раджи На три стороны разошлись, взволнованно простясь друг с другом; 21. В Хастинапуру отправился Крипа сын Шарадвы, В своё царство сын Хридики, а сын Дроны — в обитель Вьясы*. 22. Так разошлись витязи, оглядываясь друг на друга, мучимые страхом*, Совершив (преступное) уничтоженье сынов великодушных Пандавов. 23. Так, те богатыри, встретясь с царём до восхода солнца, Разошлись покорители врагов по воле, махараджа. 24. Ведь тогда великие богатыри Пандавы сойдясь с сыном Дроны, Победив его в битве, также немедленно удалились. Так в святой Махабхарате, в книге «О жёнах», в книге «Принесение воды» гласит одиннадцатая глава — СВИДАНИЕ С КРИПОЙ, СЫНОМ ДРОНЫ И БХОДЖЕЙ (КРИТАВАРМАНОМ) Глава 12 Вайшампаяна сказал: 1. Когда те рати были побиты, праведный раджа Юдхиштхира Услыхал, что дядя его отца выехал из Нагасахвайи, 2. К скорбящему о сынах, (сам) кручиной терзаемый о сыновьях, он вышел навстречу Вместе со скорбными братьями, о махараджа, 3. Сопровождаемый великодушным Дашархой, Богатырями Ююдханой и Юютсуной. 4. Его сопровождала, тяжко страдая, Драупади, терзаемая горем, С туда сошедшимися юницами-панчалийками вместе. 5. Толпы женщин возле Ганги, лучший Бхарата, Страдающих, стонущих как чайки* он увидел. 6. Тысячи вопящих, страдающих женщин окружали раджу, Дружелюбных и недружелюбных, рыдающих, воздев руки: 7. «Где ж твоё знание дхармы, раджа? Где благость, где неврежденье? Ты погубил учителей, друзей, отцов, сыновей и братьев! 8. После убийства Дроны, прадеда Бхишмы, Также Джаядратхи, как (успокоится) твоё сердце, великий раджа? 9. На что тебе царство, когда ты не видишь отцов и братьев, Трудноодолимого Абхиманью и сынов Драупади, о Бхарата?» 10. Миновав тех, вопящих как чайки, Юдхиштхира, Долгорукий, знающий дхарму, восхвалил дядю. 11. Крушитель недругов, по уставу, перед отцом* преклонился; Все Пандавы, также преклонясь, о себе возвестили. 12. Отец, тяжко страдающий о сынах и родных, недружелюбный, Терзаемый горем, обнял причинившего (смерть) сыновьям Пандаву; 13. Обняв Дхармараджу, он его почтил, Бхарата, Но, злобный, он искал Бхиму*, его как огонь опалить готовый. 14. Огонь его гнева, раздуваемый ветром горя, Как лесной пожар стремился испепелить Бхимасену. 15. Его намеренье против Бхимы поняв, предупреждая недоброе, Хари Оттащил Бхиму за руки, и железное подобие Бхимы 16. Выставил многомудрый: разгадал движение Хари, И такое направление ему придал многознающий Джанардана. 17. Железного* Бхимасену захватив руками, Раздавил могучий раджа воображаемого Врикодару. 18. Силой десяти тысяч слонов обладая, тот раджа железного Бхиму Раздавив, повредил (себе) грудь так, что кровь изо рта полилась. 19. Когда он упал, на землю кровь изливалась (краснея), Так коралловое дерево расцветает с вершины. 20. Тогда подхватил его возничий, сын Гавальганы (Санджая); Успокаивая и поддерживая, «Не делай этого», — молвил; 21. Он же, (так) выявив ярость, истощился во гневе, многочтимый; «Увы, увы, Бхима!» — царь восклицал, преисполненный горя. 22. Зная, что его гнев истощился и что (раджа) страдает убив Бхимасену, Сын Васудэвы, лучший из мужей, такое вымолвил слово: 23. «Не скорби, Дхритараштра, ведь ты не убил того Бхиму, А лишь его железное подобие низвергнул. 24. Зная, что ты подпал под власть гнева, тур-Бхарата, Я оттянул сына Кунти, который шёл в зубы смерти, 25. Ибо, тигр-раджа, ведь нет тебе равного силой, Какой человек, долгорукий, в состоянии вырваться из твоих объятий? 26. Как придя к смерти, живым никто не освободится, Так никто не уйдёт живым, попав в твои руки. 27. Поэтому, Каурава, то железное изображение Бхимы, Что было сделано твоим сыном, я тебе подставил. 28. Палимое горем о сыне, сердце твоё отторглось от правды, Поэтому ты и хотел убить Бхимасену, о Индра раджей! 29. Но от убийства Врикодары легче тебе не будет*, раджа: От этого не оживут сыновья твои, махараджа. 30. Итак, что сделано нами, заботившимися о мире, Мысленно проследи и сердцем не предавайся скорби». Так в святой Махабхарате, в книге «О жёнах», в книге «Принесение воды» гласит двенадцатая глава — РАЗРУШЕНИЕ ЖЕЛЕЗНОГО БХИМЫ Глава 13 Вайшампаяна сказал: 1. Тогда подошли служанки с водой для очищенья*. Когда омовение было завершено, Мадхусудана снова молвил слово: 2. «Раджа, тебе известны Веды и различные Шастры, Шрути, Пураны*, особенно обязанности раджи: 3. Это (всё) зная, многомудрый, способный проявить силу и слабость На случившееся по твоей вине, почто так гневишься? 4. Тебе тогда, Бхарата, говорили я, Бхишма, Дрона, Видура, Санджая, но ты не внял нам, раджа: 5. При выборе ты не последовал нашим уговорам, (Хотя) знал, что Пандавы, превосходят силой и богатырством Кауравов. 6. Раджа, ведь стойкий в познании учитывает свои ошибки, Должное время, распределение (сил) и так достигает блага. 7. Кто ж, уговариваемый благожелателями, хорошего от дурного не отличает, Настаивая на дурном, тот, попав в беду, горюет; 8. Так и ты избрал для себя иное, уразумей, Бхарата, Пойми, что ты подчинился воле Дурйодханы, раджа! 9. По твоей вине (всё) случилось, так зачем ты хотел убить Бхиму? Укроти поэтому ярость, свои злодейства вспомни! 10. Тот, кто подло проводил состязанье*, кто в собрание привёл Панчалийку, Тот убит Бхимасеной, желавшим ненависть утолить воздаяньем. 11. Посмотри на свои и твоего заблудшего сына преступленья, Ведь без вины ты Пандавов изгнал, врагов крушитель!» Вайшампаяна сказал: 12. Так Кришна сказал всю правду, о владыка народа; Отвечал сыну Дэваки, повелитель земли Дхритараштра: 13. «Правильно, долгорукий, что говорил ты, Мадхусудана! Нежность к сыну, праведный, мою стойкость поколебала. 14. К счастью, тигр-человек, могучий, воистину отважный, Тобой, Кришна, хранимый, не попал в мои руки Бхима. 15. Теперь я думаю лишь об одном — утихнул гнев, прошла горячка, Среднего Пандаву, богатыря, обнять желаю, Кешава. 16. Раз убиты владыки земли, сыновья также убиты, То защита моя — сыны Панду; восстановлена с ними дружба!» 17. Тогда Бхиму и Дхананджаю, и отважнейших богатырей, двух сынов Мадри, Он руками коснулся рыдая, благословил, ласково успокоил прекрасных. Так в святой Махабхарате, в книге «О жёнах», в книге «Принесение воды» гласит тринадцатая глава — ОСВОБОЖДЕНИЕ ДХРИТАРАШТРЫ ОТ ГНЕВА Глава 14 Вайшампаяна сказал: 1. Тогда те Кауравы-Пандавы, с разрешения Дхритараштры, Направились все братья вместе с Кришной и Гандхари; 2. Зная, что (своих) врагов убивал праведный раджа Юдхиштхира, Безупречная Гандхари, желала его проклясть, о сыновьях терзаемая горем. 3. Ведая её злое намеренье относительно Пандавов, Риши, сын Сатьявати*, тотчас же противное задумал. 4. Окропясь водой Ганги, очистясь благовониями, чистым напитком, Быстрее мысли в ту сторону* направился превосходный риши, 5. Дивным зрением то созерцая, что лежит на сердце* У каждого, обладающего дыханьем, владыка там появился. 6. Снохе*, всегда благословения говорящей, сказал великий подвижник: «Прошло* время проклятья, да явится время прощенья; 7. Успокойся, не гневись на Пандавов, Гандхари, Удержи слово (проклятья); моему внимай такому слову: 8. Восемнадцать дней просил твой сын, желая победы: «Благослови, мать, сражающегося с врагами!» 9. И каждый раз, желая победы, на эти речи Ты отвечала, Гандхари: «Кто пребывает в законе, тот побеждает!» 10. Ни лишнего, ни неправедного твоего слова, Гандхари, Не вспомню, ты ведь благу существ всегда рада! 11. В этой шумной схватке раджей, несомненно потустороннего достигший, Побеждённый сынами Панду в битве, был ли тот лучшим* хранителем дхармы? 12. Быв прежде терпеливого нрава, почему не прощаешь ныне? Победи кривду, знающая правду — «где дхарма, там и победа». 13. Мудрая, вспомни свой долг и тобой изречённое слово! Правдивая, не будь такой (мстительной), отойди от гнева, Гандхари». Гандхари сказала: 14. Я их не сужу, не ищу их гибели, владыка, (Но) силой кручины о сыновьях как бы поколебалось сердце. 15. Как о своих сыновьях заботится Кунти, так и я (о них заботиться буду), Буду их охранять, как Дхритараштра (их охраняет). 16. По вине Дурйодханы, Шакуни сына Субалы, Карны и Духшасаны произошла эта гибель Кауравов. 17. Не преступили закона Бибхатсу (Арджуна) и Врикодара, сыны Притхи, Также Накула и Сахадэва; и уж, конечно, Юдхиштхира! 18. Потеряв рассудок, собрались Кауравы сражаться друг с другом; Убивали те и другие, за это нет у меня неприязни (к Пандавам). 19. Но какое дело совершил Бхима на глазах у Васудэвы: Почтенный, он вызвал на единоборство палицами Дурйодхану; 20. Зная его превосходство в уменьи, многократно проявленное в битве, Ниже пупка* он его ударил, это мой гнев возбуждает. 21. Как, зная уставы, закон, махатмами данный, Богатырь (его) мог нарушить ради спасения жизни, как же?» Так в святой Махабхарате, в книге «О жёнах», в книге «Принесение воды» гласит четырнадцатая глава — УКРЕПЛЕНИЕ ГАНДХАРИ Глава 15 Вайшампаяна сказал: 1. Услыхав эти речи, как бы робея, Бхимасена Дружелюбно молвил Гандхари такое слово: 2. «Не по уставу иль по уставу, но так поступил я струсив, Желая себя спасти; соизволь простить мне это. 3. Ведь действуя по закону, павшего твоего могучего сына, Никто бы не смог убить; поэтому я совершил неправду. 4. Искуснейший в битве на палицах, из (всего) войска он один оставался; Я так поступил, чтобы, убив меня, тот не овладел царством. 5. Раньше неправдой он победил Юдхиштхиру И с нами всегда поступал бесчестно; 6. О княжне Панчалийке с кровями, в одной одежде, Что говорил твой сын, владычица знает. 7. Не захватив Дурйодхану, нельзя было нам насладиться спокойно Землёй и её морями; вот почему я так сделал. 8. Впрочем, твой сын неприязнь в нас сам вызвал, В собрании показав левое бедро Драупади. 9. Следовало бы нам тогда же убить твоего сына злодея; По приказу Дхармараджи мы тогда остались недвижны в собраньи. 10. Велика вражда, царица, зажжённая твоим сыном, От неё мы в лесу постоянно страдали; вот почему я так сделал. 11. Эта вражда дошла до предела, когда я убивал Дурйодхану в схватке; Получил Юдхиштхира царство и мы пошли своей дорогой*». Гандхари сказала: 12. Не надлежало его так убивать, сынок, будь даже сын мой таким, каким ты его ославил. Даже если он и совершил всё то, о чём ты сказал мне. 13. Когда конь Накулы был убит Вришасеной, Бхарата, Ведь в битве вы пили кровь, рождённую телом Духшасаны. 14. Праведные порицают (такую) жестокость, она свойственна нечестивым. Это недолжное, ужасное дело почему ты совершил, Врикодара? Бхимасена сказал: 15. Даже чужого крови не следует пить, а своего тем более; Для (человека) брат подобен ему самому, между ними нет отличья. 16. Матушка, за мой рот и зубы не переходила кровь, не печалься. Это знает сын Вивасвана (Карна); (только) руки мои кровь обагрила! 17. Увидев, что Вришасена убил коня Накулы в битве, Я задал страха ликующим братьям*. 18. Грызли мне сердце слова, что я сказал в гневе. Когда схватили Драупади за равные по сторонам, блестящие косы: 19. Я дхармы кшатрия лишился бы на вечные годы, царица, Если бы признали, что я не совершил того, что тогда обещался исполнить. 20. В грехе благоволи не винить меня, Гандхари, Как сынов нас, неповинных, не приняв и прежде, 21. Почто ныне во грехе обвинять изволишь? Гандхари сказала: 22. Ты убил сто непобедимых сынов старца, Как же ты не оставил хоть одного из них, который наименее виновен, 23. Для поддержки нас, сынок, двух стариков, лишённых царства? Как для двух слепцов* ты не оставил стоять хотя б один посох? 24. Хотя ты, сынок, убив (моих) сыновей, и жив остался, Я бы так не горевала, если б ты действовал по правде. Вайшампаяна сказал: 25. Это промолвив, о Юдхиштхире спросила Гандхари Гневно, мучимая смертью сынов и внуков: «Где же тот раджа?» 26. К ней подошёл Индра раджей, трепеща, сложив руки, Смиренным голосом ей сказал Юдхиштхира: 27. «(Вот) я, убийца (твоих) сыновей, вредящий людям, твой Юдхиштхира, царица. Прокляни меня, достойного проклятья, ибо я причина гибели народа. 28. К чему мне жизнь, богатство, царство, Такому убийце людей, их вредителю, безумцу?» 29. Говорящему такие слова, трепещущему, подошедшему к ней близко, Ничего не сказала Гандхари, только тяжко, глубоко вздохнула. 30. Он склонился (всем) телом, к её стопам припадая. Дальновидная, знающая дхарму, царя Юдхиштхиру 31. С концов пальцев до ног оглядела царица И стала под ногтями царя парша*, были ж у него завидные ногти. 32. Увидев это, Арджуна спрятался за сына Васудэвы, Забеспокоились, затоптались туда-сюда Бхараты. 33. Приободрила того, как мать, Гандхари, гнев её утолился. (Затем), отпущенные ею к (своей матери, Притхе, 34. Родительнице богатырей, двинулись широкогрудые* все вместе. Давно не видавшая сыновей, всегда за них преисполненная тревогой*, 35. Заплакала царица, закрыв лицо одеждой. Вместе с сыновьями проливала слёзы Притхи, 36. Оглядывала их многие боевые раны; Одного за другим она сыновей касалась снова и снова, 37. Соскорбела терзаемой горем Драупади: (ведь) рождённые ею были убиты; Рыдающую Панчалийку* она увидала, упавшую на землю. Драупади сказала: 38. Чтимая, куда же отправились твои сыны*, вместе с (Абхиманью), сыном Субхадры? Скорбную видя, что ж так долго к тебе они не приходят? 39. На что мне царство, когда я сынов лишилась?

— Широкоокая Притхи её утешала,

40. Дочь Яджнясены подняла рыдающую, терзаемую горем; Тогда с ней вместе и с сынами, раджа, пошла (Притхи). 41. Приблизилась к скорбящей Гандхари, сама ещё больше страдая, И вместе с преславной невесткой ей сказала: 42. «Дочь, не терзайся так горем, посмотри, ведь я ещё больше страдаю, Думаю, что ходом времени определена эта гибель мира. 43. Помимо (человеческой) воли произошёл этот ужас, по своей природе; Так исполнилось великое слово Видуры; 44. Случилось то, о чём после уговоров Кришны сказал многомудрый, Поэтому о неотвратимом, необычайном событьи 45. Не скорби, не оплакивай тех, что пошли на погибель в битве. Как ты, так и я; кто ж утешать нас станет? 46. Ибо по моей вине погибли эти вершины рода. Так в святой Махабхарате, в книге «О жёнах», в книге «Принесение воды» гласит пятнадцатая глава — ВСТРЕЧА ПРИТХИ С СЫНАМИ ЗАКОНЧЕНА КНИГА «ПРИНЕСЕНИЕ ВОДЫ» ВОТ КНИГА «ПРИЧИТАНИЕ ЖЁН» Глава 16 Вайшампаяна сказал: 1. Это сказав, увидала стоящая там Гандхари, Дивными прозорливыми очами, погибших кауравов. 2. Преданная мужу, приобщённая великой участи, блюдущая обеты, Целомудренная, творящая великий подвиг, 3. Силой дара Кришны (Двайпаяны), великого риши, чистого делами, Преисполненная разными божественными свойствами и дивным знаньем, 4. Вдали, как вблизи, могла премудрая видеть Небывалое, приводящее в трепет поле превосходной богатырской битвы*. 5. Костями, волосами устланное, залитое потоками крови; Много тысяч тел там лежало повсюду; 6. Покрывали его окровавленные воины, слоны, кони, Груды обезглавленных тел, без туловища члены: 7. Безмолвные* слоны, кони, толпы мужчин, женщин, Кишели шакалы, вуроны, галки, хищные птицы — «канки»*. 8. Там — людоедов-ракшасов радость; озвучено (поле) Криками чаек, да недобрых* (шакалов); коршуны туда слетелись. 9. Тогда по приказу Вьясы, владыка земли Дхритараштра И все сыны Панду, во главе с Юдхиштхирой 10. И сыном Васудэвы, пропустив вперёд жён убитых и (слепого) раджу, И все женщины-кауравы пошли вместе на поле брани*. 11. Достигнув Курукшетры те женщины, у которых туры были убиты, Увидели там братьев, сынов, отцов, супругов; 12. Терзали (убитых) хищники, коршуны, шакалы, Различные полуночники: бхуты, ракшасы, пишачи. 13. Смертоносное игрище Рудры тогда увидев, Женщины попадали с великолепных колесниц, стеная; 14. Увидя доселе невиданное, тяжко страдая, жёны Бхаратов Иные шатались, иные ж ударились уземь, 15. Иные ж от горя даже вовсе лишились сознанья. Великой жалостью были (охвачены) юницы панчалов, Кауравов; 16. С сердцем, подавленным горем, они перекликались воплями отовсюду. Увидев ужасающее побоище, знающая долг дочь Субалы, (Гандхари), 17. Тогда к Лотосоокому, величайшему из людей, обратилась; Созерцая уничтоженье Кауравов, сказала скорбное слово: 18. «Лотосоокий*, взгляни на этих моих снох, у них мужья убиты, Растрепав волосы, они кричат, как чайки, Мадхава; 19. Сгрудившись, туров-бхарат они вспоминают, Каждая подбегает, та — к сыну, та — к брату, отцу или мужу. 20. Родительницы богатырей, долгорукий, теми, чьи сыны убиты, поле покрыто, Повсюду жёнами витязей — вдовами витязей оно покрыто*»; 21. Украшено царственными богатырями: Бхишмой, Абхиманью, Карной, Дроной, Друпадой, Шалой; огнём блистают 22. Золотые кольчуги, дивные самоцветы великодушных; Наплечники, налокотники* и венцы (богатырей) украшают; 23. Уронили богатырские руки мечи, луки, стрелы, Разные острые ножи, палицы, (копья). 24. Стаи хищников (виднеются) местами — Иные стоят, иные лежат, играют иные. 25. Таков вид побоища, витязь, смотри, владыка! Взирая (на это), я палима скорбью, Джанардана. 26. С убийством панчалийцев, Кауравов, Мадхусудана, Произошла гибель пяти естеств*, я так полагаю. 27. Окровавленные прекраснопёрые и коршуны растаскивают (трупы); Тысячи коршунов на побоище, терзая, их пожирают; 28. Джаядратхи, Карны, а также обоих — Дроны и Бхишмы, И Абхиманью, кто мог предвидеть погибель?! 29. Неодолимых — убитыми вижу, Мадхусудана; Их (пожирать) кончают коршуны, канки, вороны, шакалы, собаки. 30. Посмотри на тех тигров-людей, как заглохшие огни, погасших. Попав под власть гнева, воле Дурйодханы они подчинились. 31. Мягкие, незапятнанные ложа им подобают, Ныне же они лежат разбросанные по развороченному полю; 32. Певцы их постоянно восхваляли в гимнах, (Ныне ж) внимают они зловещим, страшным, на разные лады воющим шакалам. 33. Некогда преславные богатыри покоились на ложах Умащенные санталом (опыленные) алоэ*; в пыли они валяются ныне. 34. (Теперь) коршуны, разные птицы, шакалы — их убранство; Зловещие, ужасные, с криком они набрасываются снова и снова. 35. (Богатыри), как живые, в бою охмелев, хранят любовно Позолоченные мечи, заклятые палицы, отточенные стрелы. 36. Иных гложут хищники, (другие ж), сохранив цвет и облик, (Прекрасные), в золотых венцах, лежат с турами схожи. 37. Иные богатыри, припав к палицам снова, Обняв их руками, навзничь лежат, как с любимой женою*; 38. У иных разбиты кольчуги, но стяги — без пятен; К ним, словно к живым, хищники подойти боятся. 39. Других же богатырей* хищники терзают, Их золотые венцы разбросаны повсюду. 40. Тысячи страшно ревущих* (шакалов), пробравшись к шее, С убитых витязей рвут убранства. 41. Других же, которых всегда по ночам певцы услаждали Превосходными гимнами, изысканнейшим обращеньем, 42. Оплакивают прекрасностанные в великом горе; Их тяжкая кручина (вызывает) жалость, тигр-вришниец. 43. Как заросли красных лилий сияют лучистые лица (Тех) превосходных женщин, предельно скорбящих, Кешава! 44. Они прекратили рыдать, полные горестной думы; То туда, то сюда мечутся в муке жёны Кауравов. 45 Солнцецветные, как раскалённое золото сияют Лица юниц-кауравок от исступлённых рыданий. 46. Юницы, скорбя, стараются успокоить друг друга, Но, находясь в неясном сознаньи, не разумеют они (своих же) воплей. 47. Иные, надолго задержав дыханье, причитать (принимаются) снова и снова; (Иная* ж), застыв от горя жизнь покидает. 48. Многие, взирая на трупы, себя по голове руками колотят. 49. Туловища*, головы, руки павших навалены в груды, Всё перемешано; усыпанная ими земля (как бы) пылает*. 50. На обезглавленные тела любимых взирая, На головы без тел, женщины теряют рассудок; 51. Обезумев, некоторые пытаются голову приставить к телу, Но заметив, что это разные (части) «Не так!» — восклицают печально; 52. Отсечённые руки, бёдра, стопы приставляя (к телу)* Палимые охватившим их горем, они застывали* снова. 53. Подняв головы, оторванные зверьём, (затянутые) птицей, Вглядываясь, иные жёны не узнавали супругов. 54. Руками себя по голове они колотят, Мадхусудана, Взирая на братьев, сынов, супругов, убитых врагами. 55. С мечами руки, головы с серьгами Завалили землю; непроходимо месиво из мяса и крови. 56. Безупречные, не знавшие (раньше) горя, теперь погружены в страданье, Созерцая землю, усеянную (телами) отцов, сыновей, братьев. 57. Как табуны прекрасногривых кобылиц, Джанардана, Смотри — вон толпы снох Дхритараштры. 58. Горшее может ли это представиться мне, Кешава, Чем (вид) всех этих с искажённым обликом женщин? 59. Видно в прежних рождениях (тяжкий) я грех совершила, Что (ныне) гляжу на поверженных внуков, сынов, братьев, Кешава!» 60. Так говоря, страдая, она увидала убитого сына. Так в святой Махабхарате, в книге «О жёнах», в книге «Причитание жён» гласит шестнадцатая глава — СОЗЕРЦАНИЕ ЖЕНЩИНАМИ ПОЛЯ БИТВЫ Глава 17 Вайшампаяна сказал: 1. Тогда увидев Дурйодхану, терзаемая горем, Гандхари Внезапно пала на землю, как подсеченный стебель банана. 2. Но вновь возвратясь в сознанье, опять и опять кричала, Взирая на Дурйодхану, поверженного на кровавое ложе. 3. Обняв его, Гандхари жалобно горевала: «Сын (мой), о (сын мой)», — так мучимая горем голосила царица; 4. (Его) богатырскую грудь*, украшенную ожерельем, Влагой, рождённой глазами, она оросила, полная горя. 5. Хришикеше, стоящему возле, она сказала такое слово: «Когда происходила битва, побоище рода, владыка, 6. Мне тот праведный царь говорил, о Варшнея: «В этом побоище родных, матушка, предреки мне победу!» 7. Зная, что всё из-за нашей стяжательности случилось я на такое слово (Ему) отвечала: «Тигр-человек, где правда, там и победа; 8. Раз ты стремишься к войне, берегись заблужденья, сыночек, (Тогда) оружием добытые миры ты, несомненно, получишь, как бессмертный владыка». 9. Так с изначала я говорила, потому не сокрушаюсь о сыне. О Дхритараштре несчастном горюю, у него все родные убиты! 10. Яростный, превосходный витязь полностью вооружённый, труднооборный, Покоится на богатырском ложе мой сын — гляди, Мадхусудана! 11. Кто во главе посвящённых на царство стоял когда-то, Тот ныне лежит во прахе; такова времён превратность! 12. Несомненно, богатырь Дурйодхана пошёл по пути нелегко достижимом, Оттого и лежит он мёртвым на богатырском ложе. 13. Некогда лучшие женщины, сидя кружком, его забавляли, Ныне — спящего на богатырском ложе увеселяют зловещие шакалы*. 14. Некогда, сидя вокруг, его мудрецы развлекали, (Теперь) убитого, распростёртого на земле коршуны обсели. 15. Его некогда юницы лучшими опахалами обвевали, Ныне ж опахалами крыльев овевают его птицы. 16. Вот лежит молодой, долгорукий, поистине отважный, Дваждыпьющий (слон), Бхимасеной, как львом, сражённый в битве. 17. Взгляни на Дурйодхану, Кришна, распростёртого, обагрённого кровью, В поединке на палицах убитого Бхимасеной, Бхарата!* 18. О Кешава, некогда долгорукий одиннадцать ратей Повёл на сраженье, (теперь же) своим поведеньем он (сам) пришёл к смерти! 19. Вот лежит Дурйодхана, великий колесничий, великий лучник, Поверженный Бхимасеной — так лев (повергает) тигра! 20. Пустомеля, он ведь отца и Видуру презрел, Мальчишка, из-за неуважения к старцам он пошёл во власть смерти. 21. Свободной от врагов его земля тридцать лет стояла, (Теперь же) мой сын лежит на земле убитый, земли владыка! 22. Не так давно, Кришна, управляемую потомками Дхритараштры Я видела землю полную слонов, коров, лошадей, Варшнея, 23. А ныне из-за их самоуправства, долгорукий, я вижу Погибли слоны, коровы, кони; к чему же мне жить, Мадхава? 24. Вон смотри: более достойные оплакивания, чем смерть моего сына. Там сидят возле убитых богатырей (их) жёны. 25. (Вон) с растрёпанными волосами прекраснобёдрая Шубханка*, жена Дурйодханы, Блистающая, как золотой алтарь; смотри, Кришна, то мать Лакшманы! 26. Не радовалась ли при жизни мощнорукого эта юница, Разумная, в объятиях прекраснорукого пребывая? 27. Как же на сто частей моё сердце не разорвётся При виде сына и (его) сына — вместе убитых в сраженьи? 28. Безупречная целует окровавленного сына, А прекрасные бёдра Дурйодханы гладит руками. 29. Разумная скорбит о супруге, о сыне, То смотрит на мужа, то взор обращает на сына. 30. Взгляни: вот она кистями рук по голове ударяя, Упадает на бёдра богатыря, царя Кауравов, о Мадхава! 31. Как тычинки лотоса, в голубом лотосе она сияет, Горемычная, она лицо сына погладит, а потом супруга. 32. Если правдивы Агамы, Шрути, то, конечно, Достигнутые силой своей руки миры получил тот раджа!» Так в святой Махабхарате, в книге «О жёнах», в книге «Причитание жён» гласит семнадцатая глава — СОЗЕРЦАНИЕ (ТЕЛА) ДУРЙОДХАНЫ Глава 18 Гандхари сказала: 1. Смотри, Мадхава, вот сто моих сыновей угасших, побеждённых в битве; (Вот) они на земле распростёрты, поверженные в бою палицей Бхимасены. 2. Но мне ещё больней, что мои юные снохи Простоволосые мечутся (по полю), утратив сынов в сраженьи. 3. (Раньше) они в убранствах на площадках садов гуляли, А ныне, упав* на заклёклую от крови землю, 4. Они отгоняют коршунов, разных птиц и воющих шакалов, Никнут, терзаясь мукой, как хмельные бродят. 5. Безупречные членами, соразмерные станом*, Они падают в преизбытке горя, ужасное побоище созерцая. 6. Гляжу на мою царевну, мать Лакшманы, Дочь раджи, и сердце моё, долгорукий, не находит покоя. 7. Иные заметив братьев, иные супругов или сынов, убитых в сраженьи, Падают, хватая прекрасными руками их руки. 8. Воплям старух, молодых, необорный, На жестоком побоище (их) родных, (Мадхава), внемли. 9. Возле трупов слонов и павших в упряжке коней, на колесницах, Измученные, они находят убежище, гляди, могучий. 10. Иные остолбенели, не находя оторванную от тела голову мужа, С прекрасным носом, серьгами; посмотри же, Кришна! 11. (Видно) те, что над павшими плачут, я, неразумная также, Не малый мы совершили грех в прежних рождениях, безупречный, 12. Что все (наши) близкие так повержены Дхармараджей, о Джанардана, Ибо не гибнут дела, хорошие или дурные, Варшнея! 13. Юные, с красивыми грудями, животами, Благородные, стыдливые, черноокие, чернокосые (жёны) 14. Гусынями гогочут, опьянённые тяжёлым горем, Как лебеди перекликаются; смотри, они упали, Мадхава! 15. Блистают как молния, как лотос, юницы, о лотосоокий, Безупречные лица накалены лучистым (солнцем). 16. Ревнуемые (некогда) павшими моими сынами, сын Васудэвы, Страстными, как слоны во время течки, ныне (те жёны) простолюдинам показались. 17. Белые, столунные щиты и солнцеподобные стяги, Нагрудники, кольчуги, золотые убранства, 18. Шлемы моих сыновей (валяются) на поле; Смотри, они сверкают огнями, обильно насыщенными топлёным маслом, Говинда! 19. Вот вражьим богатырём сражённый лежит Духшасана, Выпил* всю его кровь Бхимасена в битве. 20. Смотри, Мадхава, мой сын повержен палицей Бхимасены, Вспоминавшего несчастный проигрыш и побуждаемого Драупади; 21. (Духшасана), желавший угодить брату* и Карна, о Джанардана, Тогда сказали, приведя Панчалийку, выигранную в кости, 22. В присутствии Сахадэвы, Накулы, Арджуны: «Ты — жена раба*, живо ступай в наш дом, Панчалийка!» 23. Тогда я сказала царю Дурйодхане, Кришна: «Сын мой, избегай Шакуни, как сетей смерти! 24. Пойми дядю, материнского брата, друга раздоров, Скорее бросай его; мирись с Пандавами, сын мой. 25. Худоумный, ты не думаешь о ярости Бхимасены, Как раскалённым дротиком слона, ты его подкалываешь язвящим* словом!» 26. Но моё слово презрел гневливый и жало стрелы на них направил: Как змей на быков, на них (свой) яд изливая. 27. Вот покоится Духшасана, разметав могучие руки, Как лев большого слона, убил его Бхимасена. 28. Сверхъяростный Бхимасена чудовищную совершил жестокость: Гневный, он выпил кровь Духшасаны в битве. Так в святой Махабхарате, в книге «О жёнах», в книге «Причитание жён» гласит восемнадцатая глава — РЕЧЬ ГАНДХАРИ Глава 19 Гандхари сказала: 1. Вот мой сын Викарна; его мудрые уважали, Мадхава; (теперь же) Поверженный, он лежит на земле, на сто частей растерзанный Бхимой. 2. Между слонов лежит убитый Викарна, о Мадхусудана, Как осенью творец ночи (месяц) в разметанных синих тучах. 3. Сжавшие большой лук его мозолистые (от стрельбы) руки, Одеты в рукавицы лучников: голодные коршуны расклевать их не могут. 4. Страдалица, его жена, этих коршунов, охочих до мяса, Хрупкая*, непрестанно гонит, но (прогнать) не может, Мадхава! 5. Тур-человек, юный отважный богатырь Викарна, Привыкший к счастью, достойный счастья, лежит во прахе, Мадхава!* 6. Ушастыми стрелами, железными стрелами его грудь* разбита в сраженьи, Но красота лучшего из Бхарат не убита и поныне. 7. Вот охранитель, признанный богатырём в сраженьи, Обезглавленный лежит, о врагоубийца, Дурмукха, погибший в схватке. 8. Его лицо, сын мой, бродячие звери наполовину обгрызли, Оно превосходит мерой* семидневный месяц, Кришна! 9. На его прекрасное лицо взирая, как недруги в битве Могли убить богатыря? А сын мой прах грызёт* (ныне). 10. Против него, друг, никто не мог устоять в разгаре битвы, Как же недруги могли убить Дурмукху*, о премудрый победитель мира? 11. Вот Читрасена, сын Дхритараштры, на земле распростёрт, убитый; Погляди же на лучшего из лучников, Мадхусудана! 12. Он в пёстром убранстве, в венце; юницы, мучимые горем, Вместе с хищниками его окружили, рыдая! 13. Рыки бродячих зверей и крики рыдающих женщин — Такое смешенье меня поражает, Кришна! 14. Вивиншати, бывший всегда в кругу красивых женщин, Превосходный юноша — гляди — лежит разлагаясь во прахе, о Мадхава! 15. (Двадцатый сын) Вивиншати* лежит в кольчуге, пронзённый стрелами в сечи; Двадцать коршунов на него уселось, 16. Витязь, проникнув с боем в войска Пандавов, (Ныне) лежит на богатырском ложе, (на ложе) праведных, недвижном, высшем, 17. Прекраснобровый, чуть улыбаясь, владыке звёзд подобный, о Кришна, Смотри на этот прекрасный лик Вивиншати, с красивым носом; 18. Превосходные девушки верно ему служили, Как тысячи небесных дев играющему гандхарве. 19. Губителя полчищ витязей, богатыря, украшенье собраний, Крушителя недругов, Духсаху, кто уничтожил? 20. Кажется, утыкано стрелами (всё) тело Духсахи, Так на склонах гор торчат цветущие (деревья) карникара. 21. Убранства, блестящая броня горят огнями, Как белоснежные горы, хоть вышли из тела Духсахи боги. Так в святой Махабхарате, в книге «О жёнах», в книге «Причитание жён» гласит девятнадцатая глава — РЕЧЬ ГАНДХАРИ Глава 20 Гандхари сказала: 1. Кришна, вот тот, кого считают превзошедшим в полтора раза силой, отвагой Отца и тебя, тот яростный лев, о Дашарха! 2. Тот, который один мог разбить необорное войско моего сына; Став смертью для многих, сам пошёл во власть смерти. 3. Я вижу его, безмерно великолепного витязя, Кришна! Абхиманью даже убитого блеск не поблекнул. 4. Та дочь Вираты, сноха обладателя лука Гандивы, Юница, безупречная, скорбная, страждет богатыря увидев, мужа, витязя-друга; 5. Возле него присев — жена возле мужа — Его дочь Вираты гладит руками, Кришна! 6. Лик сына Субхадры, крутую шею Обезумевшая вестница любви целует. 7. Опьянённая медвяным напитком (любви), сияя, Стыдливая, лотосоподобная она его обнимала когда-то, 8. (Теперь же), сняв броню, золотые убранства, Обагрённые (кровью), рождённой раненьем, она 9. Юница, не отрывая глаз*, с тобой заговаривает, Кришна: Он, схожий с тобой глазами*, о лотосоокий, повержен; 10 Силой, отвагой, блеском подобный тебе, Безгрешный, Непревзойдённый, прекрасный, лежит, на землю повержен*. 11. Юный, ты возлежал на шкуре лани когда-то, Как же теперь на земле твоё тело не страдает? 12. В золотых убранствах лежит он, раскинув округлые руки, Объёмом в хобот слона; от тетивы омозолела их кожа! 13. Оттого и не отвечаешь ты мне, терпящей такие муки*. Как долгой борьбой утомлённый, он почиет сладко. 14. Моей вины пред тобой не помню, почто же ты мне не отвечаешь? Ведь издалека, завидев меня, ты заговаривал раньше. 15. Обид от тебя не помню, так что же ты мне не ответишь? Уважающий уважаемую, ты, Тридцатке (богов) подобный, 16. Субхадру, меня, в предельной скорби покинув, почто уходишь к предкам?— Волосы, увлажнённые его кровью, отстраняя руками, 17. К его груди прижимает уста и вопрошает как бы живого: «Сына сестры Варшнеи* и лучника, обладателя Гандивы, 18. Как могли убить те витязи в начавшейся битве? Да будет позор злодеям* Джаядратхе, Крипе, Карне, 19. Дроне и сыну Дроны, которыми ты был предан смерти. (Тех) туров-людей, где тогда было сердце, 20. Когда они, окружив одинокого юношу, тебя, мне на горе, убили? Как проглядели панчалийцы, Пандавы, 21. Что тебя, витязь, защитниками (окружённого), как беззащитного убивали? Зная, что многие на тебя напали в сраженьи, о витязь, как старейшины рода, 22. Богатыри, тигры-люди, как могут жить Пандавы? Ни получение богатого царства, ни над врагами победа 23. Радости не могут доставить Пандавам, лишённым тебя, лотосоокий! В миры, добытые твоим оружьем, я вслед (за тобой) отправлюсь: 24. Силой Дхармы, самообладанья там охранять меня будешь! Впрочем, трудно смерть получить, когда не приспело время, 25. Раз видев тебя убитым в сраженьи, горькая, живой я осталась! Кого же весёлым голосом ты будешь ныне ласкать, тигр-мужчина? 26. Как заговоришь ты со мной, сойдясь с другой в мире предков? Ведь в раю ты сердце апсар опьяняешь 27. Красотой несказанной*, приветливым голосом, улыбкой; С апсарами встретясь, достигнув миров блаженных, 28. Увлечённый, меня, верную, вспоминай временами! Совместная жизнь со мной тебе дана была, сын Субхадры, 29. Всего на шесть месяцев, а на седьмой ты устремился к гибели, витязь!» Так она говорила, пока женщины не оттащили к нему припавшую в скорби, 30. Обезумевшую Уттару, царевну из рода матсьев, И, отвлекая Уттару, они ещё пуще страдали. 31. Убитого Вирату завидев, они кричат, причитают, Покоится он на кровавом ложе, сложенном из стрел оружия Дроны. 32. Вокруг Вираты кричат шакалы, коршуны, (другие) хищные птицы. Черноокие, под крики хищных птиц, подходят к Вирате, 33. Немощные, не могут они поднять его, утратив волю, (Хоть) прилагают усилья скорбящие юницы. 34. Но красоту сохранили их измождённые бледные лица. Возле* Абхиманью — княжич камбоджей Судакшина, 35. Лакшмана; убиты прекрасные юноши — взгляни, Мадхава! Так в святой Махабхарате, в книге «О жёнах», в книге «Причитание жён» гласит двадцатая глава — РЕЧЬ ГАНДХАРИ Глава 21 Гандхари сказала: 1. Вот сын Викартаны, великий лучник, могучий (Карна); В битве огнём пламенел он, мощь сына Притхи* его угасила! 2. Гляди же на сына Солнца; много превосходных колесничих низвергнув, Поверженный (сам) на землю, он лежит обагрённый кровью. 3. Яростный, злопамятный, великий лучник, великий колесничий, Покоится богатырь, убитый в схватке лучником, (обладателем) Гандивы. 4. Мой сын великоколесничий, боясь Пандавов, Назначил полководцем, как вожака слонов (Карну). 5. Как лев тигра, как слона взбешённый слон (убивает), Так он был повержен Левшой* (Арджуной). 6. О тигр-человек, к богатырю, убитому в сраженьи, его супруги Рыдающие вместе сошлись; простоволосые вокруг него сели. 7. Юдхиштхира, праведный раджа из-за него был постоянно в тревоге. Тридцать лет с мыслью о нём, он ко сну не отходил (спокойно). 8. Как (неодолим) для врагов Магхава, так не видел соперников в битве (Карна). Он блистал огнём конца юги, как Химаван был стоек. 9. Богатырь, защита сынов Дхритараштры, о Мадхава, Как сломленное ветром* дерево он лежит, убитый Бхимой. 10. Смотри: супруга Карны, мать Вришасены, Причитает в скорби, рыдает, ударилась уземь: 11. «Согласно проклятью гуру ты был убит, конечно, когда сперва колесо загрузло в топи*, Потом враги тебя окружили в битве и голову срезала стрела Дхананджаи!» 12. Увы, увы*: она без сознанья упала, увидев того, чья броня* из золота Джамбу, Долгорукого Карну, непокоримого; рыдает скорбящая тяжко мать Сушены. 13. Не много оставили хищники, терзавшие тело, вид его для нас неприятен, Как вид (луны) запечатлённой зайцем в четырнадцатый день месяца, тёмной его половины. 14. Скорбная, она упала на землю и вот встала снова, Томится горем о смерти сына, рыдает, в уста целует Карну. Так в святой Махабхарате, в книге «О жёнах», в книге «Причитание жён» гласит двадцать первая глава — РЕЧЬ ГАНДХАРИ Глава 22 Гандхари сказала: 1. Авантийца (Вахлику), богатыря, поверженного Бхимесеной, Пожирают коршуны, шакалы; много было у него друзей, (ныне ж) он без друзей (остался). 2. Взгляни на него (некогда) недругов уничтожавшего, Мадхусудана, Покоится он на богатырском ложе, обагрённый кровью. 3. Разные хищники, шакалы, канки* По кускам его растаскивают. Вот как превратно время. 4. На богатырском ложе лежит богатырь, (воинственный) клич поднимавший; (Его) рыдающие жёны вокруг авантийца вместе сели. 5. Взгляни Кришна, на разумного сына Пратипеи, Вахлику, На убитого широкой стрелой* уснувшего тигра! 6. Хоть он убит, но краски его лица великолепно сияют, Как в полнолуние восходящий лик Сомы. 7. Рождённый Пакашасаной (Арджуна), палимый скорбью о сыне, Сдержал обещанье и сын Вриддхакшатры повержен. 8. Его охраняли одиннадцать ратей и махатма (Дрона), Но верный обету его низвергнул. Гляди же, вот Джаядратха! 9. Джаядратху, разумного владыку синдхов, саувиров, Терзают зловещие коршуны, о Джанардана! 10. Отбиваясь от хищников, стерегут его верные жёны, Ачьюта, Те же тащат (его) тайком в ближайшую ложбину. 11. Возле долгорукого владыки синдхов, саувиров, На страже сидят камбоджийские, яванские жёны. 12. Когда, захватив Кришни, вместе с кейкайцами он торопился, Уже тогда Джаядратха Пандавами был обречён на смерть, о Джанардана! 13. Почему же теперь они Духшалу* не уважут снова: Ведь тогда (ради) неё праведные пощадили Джаядратху? 14. Моя дочь совсем ещё девочка, в тяжёлой тоске причитает, Терзает* себя, упрекает Пандавов. 15. Что может быть для меня горше, Кришна: Моя юная дочь вдова, и мужья моих снох перебиты! 16. Увы, увы, смотри: Духшала, как бы отбросив страх и горе Мечется туда-сюда, не находя головы супруга! 17. Кто удержал всех Пандавов, (его) сыновей погубить желавших, Кто одолел (один) огромное войско, сам (ныне) попал во власть смерти. 18. Взбешённому слону был подобен неодолимый витязь (И вот) голосят, его окружив, луноликие жёны! Так в святой Махабхарате, в книге «О жёнах», в книге «Причитание жён» гласит двадцать вторая глава — РЕЧЬ ГАНДХАРИ Глава 23 Гандхари сказала: 1. Вот лежит поверженный дядя по матери Накулы сам Шалья, Знающий дхарму, о сынок, убил его в сраженье Дхармараджа! 2. Тот, кто с тобой, тур-человек, постоянно равнялся, Вот мёртвым лежит великий витязь, раджа мадров. 3. В битве он управлял колесницей Карны, главы колесничих, Сыны Панду ради победы великолепного убили! 4. Позор, увы! Смотри, как полная луна приятное видом Лицо лотосоокого Шальи вороны расклевали; 5. Оно сияло, как золото, (теперь) раскалённому* золоту подобно, Изо рта выпал язык — он склёван птицами, о Кришна! 6. Вокруг Юдхиштхирой убитого Шальи, украшенья собраний, Раджи мадров, знатные женщины сели рыдая. 7. Хрупкие кшатрийки вкруг раджи мадров, Человека-тура, быка кшатриев, сидя, (о нём) причитают. 8. Шалью, поверженного богатыря, окружили плотно Юные слонихи (жёны), как слона, когда он в грязи* увязает. 9. Гляди ж на защитника-витязя, лучшего колесничего — Шалью: Истерзанный стрелами, он лежит на богатырском ложе. 10. Вот Бхагадатта, горных пределов блистающий раджа Сброшенный, лежит он долу, лучший слонов управитель*. 11. Хоть и растерзали его хищники, Но блещет на голове золотой венец, волос украшенье. 12. Конечно, жесточайший бой был с ним у сына Притхи, Он вздыбил непомерный ужас, как (бой) Шакры и Балы. 13. Так бился богатырь с Дхананджаей, сыном Притхи; Вызвав его на брань, сам пал (от руки) сына Кунти. 14. А вот тот, кому нет подобного в мире, по богатырству, отваге, Повержен лежит наводивший страх в битве Бхишма. 15. Смотри на сына Шантану, о Кришна, он лежит сияя, как солнце, Как сверженное с неба Калой солнце в конце юги. 16. Вот, утеснив недругов в битве пылом оружья, отважный, Солнце людей отходит к закату, как солнце (неба) идёт к закату, о Лучистый (Кешава)*! 17. На покой* отошёл тот витязь, праведностью подобный самому Дэвапи. Смотри, он возлежит на желанном для витязей богатырском ложе. 18. Разметав многообразные стрелы*, на превосходное ложе Взойдя, он лежит, как на камыше владыка Сканда. 19. (Голова) сына Ганги покоится на превосходном приставном изголовьи, Составленном из трёх стрел — дар обладателя Гандивы. 20. Хранящий завет отца, многославный, удерживающий семя* — Вот лежит сын Шантану, первый (воитель) в битве, о Мадхава! 21. Праведник, знающий дхарму, совершенный в сужденьи, Смертный, он здесь и в других (мирах) подобно бессмертному (жизнь) сохраняет*. 22. Нет более знающего, более совершенного, более отважного в битве, И вот, поверженный врагами, лежит здесь сын Шантану, Бхишма! 23. Спрошенный Пандавами, тот богатырь, знаток дхармы, Правдивый, сам возвестил свою смерть в сраженьи. 24. Когда погибал род Кауравов, он вновь его воздвигнул* И в инобытие вместе с Кауравами ушёл многомудрый. 25. Кого будут вопрошать о законах Кауравы, о Мадхава, Раз этот тур-человек, чтущий богов*, богов достойный, ушёл на небо? 26. Вон Дрона, воспитатель Арджуны и Сатьяки, Смотри, он пал, лучший из дваждырождённых Кауравов, 27. Как владыка Тридцати (богов), как потомок Бхригу (Шукра)*, Дрона знал черырёхвидное оружье, Мадхава! 28. Его милостью Бибхатсу-Пандава исполнил трудновыполнимое дело. Убитый, теперь он лежит; его не охранило оружье. 29. Кауравы, поставив его во главе, бросили вызов Пандавам, Но лишился оружия лучший из носящих оружие — Дрона. 30. Как путь испепеляющего огня был (путь) на земле войска, Как угасший огонь лежит он (теперь) на земле — убитый. 31. Целы древко его лука и защитные рукавицы, Мадхава, У Дроны, даже мёртвого, вид как у живого, 32. Потому, что четыре Веды и всякое оружие, Кешава, Не покидают богатыря, как они Праджапати не покидают, 33. (Но) достойные хвалы и хвалителями почитаемые его ноги, Чтимые толпой учеников, тащат шакалы. 34. Убитого сыном Драупади Дрону, о Мадхусудана, Оплакивает Крипи, предстоя с сознанием, подавленным горем. 35. Смотри: простоволосая, опустив голову, она упала И села возле убитого мужа, Дроны, лучшего из носящих оружье, 36. Стрелами Дхриштадьюмны разбита броня, Кешава, На поле битвы кругом Дроны сидят послушники, заплетши косы*. 37. Старается выполнить посмертные обряды для убитого в поединке мужа Страдающая, жалкая*, нежная, преславная Крипи. 38. Сошедшиеся, добыв огонь и возложив Дрону, Со всех сторон подожгли костёр, воспевая три самана, 39. Носящие косы послушники костёр сложили Из луков, копий, колесниц и дров, Мадхава, 40. Из всякого оружия; так был сожжён многославный; Сжигая, они рыдали и восхваляли Дрону 41. Тремя саманами; и другие присутствующие восхваляли, Предавая огню, и Пожиратель Жертв уничтожил Дрону; 42. А дваждырождённые ученики Дроны направились к Ганге, Обойдя костёр слева*. Впереди поставили Крипи. Так в святой Махабхарате, в книге «О жёнах», в книге «Причитание жён» гласит двадцать третья глава — РЕЧЬ ГАНДХАРИ Глава 24 Гандхари сказала: 1. Взгляни, Джанардана, вот поблизости поверженный сын Сомадатты; Стаями птиц он (весь) исклёван, Мадхусудана. 2. О Джанардана, скорбь о сыне Сомадатту сжигает; Кажется, великого лучника Ююдхану он упрекает*. 3. Здесь и Бхуришраваса мать, в глубочайшей скорби, Сомадатту утешает безупречная супруга. 4. Хорошо, что махараджа жестокую битву бхаратов И ужасную гибель Кауравов, подобную концу юги, не видел! 5. Хорошо, что витязя с жертвенным столбом на стяге, Совершившего тысячи жертв, возлияний масла, убитым ты ныне не видишь. 6. Хорошо, что ужасный вопль снох на поле битвы, Их, цапель, многие причитания ты не слышишь, махараджа, 7. Одной одеждой обвитые, с растрёпанными волосами Мечутся твои снохи (скорбя об) убитых супругах, убитых владыках. 8. Хорошо, что ты не видишь, как сына терзают хищные звери; Руку ему, человеку-тигру, отсёк и низвергнул его Арджуна. 9. Убиты в сражении Шала и Бхуришравас; (Хорошо), что их вдов, (своих) снох, ты не видишь ныне. 10. Хорошо, что не видишь, как разбит золотой навес колесницы Великодушного сына, Сомадатты, носящего жертвенный столб на стяге. 11. Здесь и жёны Бхуришраваса, убитого Сатьякой, Горемычные, скорбя, они обступили супруга; 12. Причитают они, великой кручиной о муже терзаясь, Бросаются лицом на землю, жалуясь тебе, Кешава! 13. Как мог совершить Брезгливый (Бибхатсу) такое отвратительное дело? У отвлечённого* (иным) богатыря, как мог он отсечь руку, приносившую жертвы? 14. Ещё злейшее дело совершил Сатьяки: Ведь он убил умиротворённого, ожидавшего смерти по обету*. 15. «Один, убитый двумя, праведный, ты лежишь недвижно!»

— Так вопят жёны (должно быть «жёны Юпадхваджи»)

Юпадхваджи, Мадхава. 16. Тонкостанные, тонкорукие жёны Юпадхваджи, Руку* его положив на колени, жалобно горюют: 17. «Вот рука, что вытягивала язык*, разминала полные груди, Поглаживала ягодицы, пупок и бёдра; ныне она недвижима! 18. Вот рука, что врагов убивала, приводила кшатриев к смерти, Что защищала друзей, (браминам) тысячи коров раздавала; 19. Отсёк её грешно поступивший сын Притхи У отвлечённого поединком с другим — и на глазах* у сына Васудэвы! — 20. Что же ты, Джанардана, в собраньях, в беседах скажешь О великих делах Арджуны? Что сам Венценосец* скажет?» 21. Прекрасностанные, выразив порицанье, умолкли; Спутницы, видимо, их снохи, вместе с ними скорбели*: 22. — Вот поистине отважный, могучий Шакуни, раджа гандхарвов, Он убит Сахадэвой, племянником — дядя. 23. Двумя опахалами на золотых шестах его обвевали когда-то И вот он лежит, его обвевают крылами птицы. 24. На сотни, тысячи ладов он мог обернуться*. А (ныне) марева кудесника опалил зной Пандавов. 25. Маревом отведя глаза* он выиграл у Юдхиштхиры Богатое царство; и вот — побеждён победитель! 26. Шакуни (Сокола) птицы* со всех сторон обсели, Кришна, Плутнями он моих сыновей подтолкнул на погибель! 27. Так с Пандавами великая вражда возникла; Моих сынов, его самого и приспешников она погубила. 28. Как мои сыны оружием добыли миры (блаженных), Так и он, злокозненный, добыл оружием (те) миры, владыка. 29. Как бы и там (моих) сыновей и братьев Он не сбил с правильного познания на неправильное, Мадхусудана! Так в святой Махабхарате, в книге «О жёнах», в книге «Причитание жён» гласит двадцать четверная глава — РЕЧЬ ГАНДХАРИ Глава 25 Гандхари сказала: 1. Смотри: вот царь Камбоджи, труднооборный! Как он камбоджами* на костёр не возложен? Убит крутовыйный*, во прахе лежит, Мадхава! 2. Кровью ран измазаны руки, ведь он умащал их сандалом! Взирают на жалкого жёны, причитают в безмерной кручине: 3. «Вот эти руки, подобные железным засовам, с прекрасными пальцами кисти! Бывшую в их объятьях, не покидает меня былая радость. 4. Каким путём пойду, лишась тебя, людей владыка?*» Так , потеряв родного, беспомощные медвяноголосые плачут. 5. Но палимых (горем), изнурённых, исстрадавшихся женщин, Как разновидных венков краса — не вянет. 6. О Мадхусудана, там лежит богатырь, бесстрашный царь Калинга, Порой поручи его сверкают, обвивая огромные руки. 7. На Джаятсену, Магадхи царя, взгляни, Джанардана; Магадские жёны его окружили, рыдая. 8. Удлинённооких, чистоголосых, Джанардана, Возгласы, влекущие слух и сердце, моё сердце смущают. 9. Раскидав все убранства, рыдая, томимые горем, Привыкшие к застланным ложам, магадские жёны поникли на землю. 10. Там в стороне царь кошалийцев Брихадбала: Рыдающие жёны окружили супруга, 11. Они извлекают стрелы, пущенные рукой могучего (Абхиманью), Снова и снова теряя сознанье, полные горя: 12. Вполне безупречных, измученных, усталых, лица Подобны увядшим лотосам, Мадхава! 13. В сияющих поручах и золотых венцах лежат убитые Дроной Юноши-витязи, сыны Дхриштадьюмны. 14. Приблизясь к Дроне, как мотыльки на огне они сгорели — Его колесница — обитель огня, дрова — палица, дротик, а лук — пламя. 15. Убитые богатыри так и лежат, поручами сияя, Все к Дроне обратясь лицом, пять братьев кейкайцев. 16. Раскалённым золотом (блещут) их венцы, кольчуги, колесницы, стяги, Как зажжённые огни, блеском они озаряют землю. 17. Взгляни: там Друпада, поверженный в битве с Дроной — Так в лесу большой лев огромного слона убивает. 18. О Лотосоокий, незапятнанный белый зонт царя панчалийцев, Как осенью — творящая ночь (луна) сияет. 19. Скорбные женщины, снохи старика Друпады, После его сожженья, слева* обходят костёр панчалийки. 20. Вот великого лучника Дхриштакету, быка чедийца, Убитого Дроной воителя, несут красавицы, обезумев от горя. 21. Дрона его ниспроверг* в сраженьи, Мадхусудана, И великий лучник лежит, как дерево, поваленное бурей. 22. Тот колесничий великий, богатырь Дхриштакету, владыка чедийцев, Убив тысячи недругов, сам пал убитым в схватке. 23. Вокруг расклёванного птицами раджи чедийцев, С прекрасными серьгами, пышно одетого, жёны сидят, Хришикеша, 24. Лежащего*, истинно отважного сына Дашархи Прекрасностанные, приподняв на грудь, оплакивают чедийского раджу. 25. На прекрасноволосого сына Дхриштакету, с красивыми серьгами, Многими стрелами убитого в поединке с Дроной, взгляни, Хришикеша! 26. В сражении он соревновался с отцом, конечно, И даже теперь от воителя-отца не отстал, о Мадхусудана. 27. Сын моего сына, разящий недругов, долгорукий Лакшмана, Также последовал за своим отцом Дурйодханой. 28. Вот два авантийца, Винда и Анувинда, смотри, Кешава; Они свалились, как два расцветших в конце зимы дерева шала, поверженные ветром. 29. В поручах золотых, в чистых венцах, кольчугах, держа мечи, луки, Волоокие, они как два быка полегли в сраженьи. 30. Неуязвимы вполне Пандавы вместе с тобою, Кришна, Они ушли от Дроны и Бхишмы, от Карны, 31. От Дурйодханы, от сына Дроны и витязя-синдхийца (Джаядратхи), От богатыря Критавармана, от Сомадатты, Викарны; 32. От тех туров-людей, что быстротой своего оружья даже дэвов убить способны; И вот все они сами убиты; смотри, как превратно время! 33. Конечно, ничего нет трудного для судьбы, Мадхава, Раз эти кшатрии, богатыри, быки среди кшатриев, убиты. 34. Видно тогда уж погибли мои сыновья удалые, Кришна, Когда (безуспешно) закончилось дело и ты в Упоплавью вернулся*. 35. Ведь сын Шантану и премудрый Видура, Тогда ещё мне говорили: «Не нежничай со своими сынами!» 36. Не следовало мне, сынок, пренебрегать их советом; Скоро мои сыновья превратятся в пепел! Вайшампаяна сказал 37. Закончив говорить, Гандхари ударилась оземь, измученная горем. С помутившимся от скорби сознаньем, она утратила самообладанье, Бхарата. 38. Тогда, обуянная гневом, о сынах кручинясь безмерно, В смятении чувств Гандхари грех возвела на Шаури: 39. «О Кришна, Пандавы и сыны Дхритараштры пожгли друг друга, Кешава; Но как же ты, Джанардана, попустительствовал готовящемуся взаимоуничтоженью? 40. С твоей силой, многими приверженцами, с готовым огромным войском? С обладанием властью над обеими (сторонами), с твоим красноречьем? 41. Так как ты допустил гибель Кауравов, Мадхусудана, Так и получай своё, долгорукий! 42. В силу труднодостижимого подвига повиновенья супругу, Что я соблюдала, проклинаю тебя, носитель палицы и диска! 43. Как друг друга убивали родные — Кауравы, Пандавы По твоему попустительству, Говинда, так ты и (своих) родных погубишь. 44. По истечении тридцати шести лет ты, Мадхусудана, Убив родных, убив советников, убив сыновей, в лесу блуждая, 45. Презренным способом смерть получишь! По убитым сынам, по убитым родным, знакомым 46. Ваши женщины, как женщины бхарат, будут изнывать от кручины*». Вайшампаяна сказал: 47. Выслушав это слово, великодушный сын Васудэвы, Как бы с усмешкой, сказал царице Гандхари: 48. «Истребить вришни, помимо меня, здесь никому не под силу, Я это знаю и предполагал исполнить, ты же, кшатрийка, меня побуждаешь; 49. Чужие витязи убить их не могут, ни даже боги или данавы; Поэтому ядавы примутся уничтожать друг друга». 50. Сказанное Дашархой потрясло сознанье Пандавов; Глубоко они взволновались и на жизнь потеряли надежду. Так в святой Махабхарате, в книге «О жёнах», в книге «Причитание жён» гласит двадцать пятая глава — ГАНДХАРИ ПРОИЗНОСИТ ПРОКЛЯТЬЕ ЗАКОНЧЕНА КНИГА «ПРИЧИТАНИЕ ЖЁН» ВОТ КНИГА «ТРИЗНА» Глава 26 Шри Бхагаван сказал: 1. Встань, встань, Гандхари, сердцем не предавайся скорби! Ведь по твоей вине великое побоище это свершилось, 2. Так как твоего завистливого, злодушного, заносчивого сына, Дурйодхану, первого злодея, праведным ты считала. 3. Человеконенавистник, жестокий, он не следовал указаниям старцев. Как же собственный грех мне приписать теперь хочешь? 4. Кто об умершем или утраченном скорбит чрезмерно, Из-за беды беду принимая, удваивает тот страданье. 5*. Для (духовного) подвига дитя порождает браминка, для перевозки тяжести — корова, для быстрой езды — кобыла, Для служения — женщина-шудра, для скотоводства — женщина-вайшья и для убийства (рождают) подобные тебе царицы. Вайшампаяна сказал: 6. Вняв горькому* слову, вновь изречённому сыном Васудэвы, Гандхари, с глазами, полными скорби, пребывала в молчаньи. 7. Тогда, преодолев мрак, рождённый умом, Дхритараштра, Праведный раджа-риши, вопросил праведного раджу Юдхиштхиру: 8. «Число воинов, оставшихся в живых, зная, Число убитых, если знаешь, скажи мне, Пандава». Юдхиштхира сказал: 9. Миллиард шестьсот шестьдесят миллионов и двадцать тысяч человек убиты в сражении, раджа. Оставшихся же витязей — двадцать четыре тысячи сто шестьдесят пять, Индра раджей. Дхритараштра сказал: 10. Юдхиштхира, по какому пути они пошли, из людей наилучший, Сообщи мне, долгорукий, ведь тебе всё известно, так я полагаю. Юдхиштхира сказал: 11. Те, что радостно покидали тело в последней схватке, Поистине отважные, отошли в миры, подобные мирам Индры*; 12. Те, что умирали не с радостным сердцем, Бхарата, Сражаясь погибли в бою, те идут к гандхарвам; 13. Те, что в бою на земле, от врага заслоняясь, умоляя, Приняли смерть от меча, те пойдут к гухьякам; 14. Те же великодушные, которые, обезоруженные сражены врагами, Стоя на земле и помня о позоре, обращаются лицом к врагу в сраженьи, 15. И (ожидают) удара острым мечом, кшатриев долг соблюдая, — Те, золотые витязи, убитые, идут в обитель Брамы. 16. А те, что убиты где-нибудь на поле сражения, раджа, Достигают северной страны* Уттара-Куру. Дхритараштра сказал: 17. Силой какого знания, сын мой, ты, как достигший, видишь? Поведай мне, долгорукий, если считаешь, что это дозволено слушать. Юдхиштхира сказал: 18. Некогда странствовал я в лесу по твоему приказу, владыка, И получил этот дар, странствуя по (священным) криницам. 19. Предание это я принял, встретясь с дэва-ришей Ломашей*, А божественное зрение получил раньше силой джнана йоги. Дхритараштра сказал: 20. И союзников (моего) народа и недругов, Бхарата, Всех их тела надо сжечь по обряду. 21. С теми, у которых нет священного огня и совершителя (обряда), Как мы поступим? (Ведь) много, сынок, предстоит нам дела! 22. А те, которых растащили коршуны и другие птицы — Миры по своим делам* получат, Юдхиштхира! Вайшампаяна сказал: 23. Выслушав указание, многопознавший Юдхиштхира, сын Кунти, Приказал Судхарману, Дхаумье и возничему Санджае, 24. Многомудрому Видуре и Юютсу-каураве, Начальнику слуг и всем возничим: 25. «Совершите, чтимые, многочисленные посмертные обряды. Пусть и тела недругов не погибнут*». 26. По приказу Дхармараджи, Кшаттри и возничий Санджая, Судхарман, Дхаумья вместе с Индрасеной и другими, 27. Раздобыв льняные ткани, ценные сандаловые деревья, алоэ, Благовония, топлёное масло, льняное масло, 28. Великочтимые, они сухие дрова собрали, Разное оружие, разбитые колесницы. 29. На костры уложив усердно главных раджей, Их сожгли согласно посмертным обрядам. 30. Раджу Дурйодхану и сто его братьев, Также раджей Шалью, Шалу, Бхуришраваса, 31. Раджу Джаядратху, Абхиманью, о Бхарата, Царя Дхриштакету, также Духшасаны сына Лакшману. 32. Вриханту и Сомадатту, сотни сринджайцев, Раджу Кшемадханвану, Вирату, Друпаду, 33. Шикханди, и панчалийца Дхриштадьюмну, и раджу пришатцев Отважного Юдхаманью, Уттамауджаса 34. Царя Каушальи, сына Драупади и сына Субалы Шакуни; Ачалу, Вришаку, царя Бхагадатту, 35. Сына Викартана, Карну, вместе с (его) яростным сыном, Княжичей кейкайцев, великих лучников, великого Тригарту, 36. Гхатоткачу царя ракшасов, брата Ваки, Аламбашу царя ракшасов и царя Джарасандха, 37. Также других царей сотни, тысячи, раджа, Жертвами, сжигаемыми на пылающих огнях, приношением топлёного масла 38. (В честь) некоторых выдающихся махатм (совершали) тризну предкам. Саманы некоторые воспевали, другие же скорбели. 39. Звуки саманов и гимнов, рыданья женщин Во всех существах в эту ночь породили тревогу. 40. Блистающие очистительные огни бездымно сияли, Так на небе появляются планеты, окружённые облаками. 41. А тех, что с разных сторон сюда явились И без свершителей обрядов остались, в тысячи скопищ собрали 42. Многие движимые состраданьем: их на сухие дрова сложили. Так (всех) сжигал Видура по велению Дхармараджи. 43. Совершив те обряды, Юдхиштхира, раджа Кауравов, Поставив впереди (шествия) Дхритараштру, отправился к Ганге. Так в святой Махабхарате, в книге «О жёнах», в книге «Тризна» гласит двадцать шестая глава — ВОЗНЕСЕНИЕ КАУРАВОВ Глава 27 Вайшампаяна сказал: 1. Они приблизились к берегу благой чистоводной Ганги, С приятными затонами, огромной, многосильной. 2. Тогда, сняв убранство и верхние одежды, Для родных — отцов, братьев, внуков, 3. Для сынов и чтимых (супругов) женщины-кауравы, Тяжко страдая, рыдая, обряд (приношенья) воды совершили; 4. Блюдущие закон и для друзей водный обряд творили; Когда выполняли водный обряд для витязей богатырей супруги 5. Тихо струилась Ганга, больше расширился* берег, Но вид тех великих вод безрадостным был, унылым. 6. Переполненный жёнами богатырей берег Ганги бесконечным казался. Тогда, махараджа, Кунти, мучимая горем, 7. Рыдая, слабым голосом внезапно сынам сказала слово:

— Тот витязь, слава отряда колесничих, великий лучник,

8. Отмеченный знаками богатыря, убитый в сраженьи Арджуной, Которого сыны Панду считали сыном возничего, сыном Радхи, 9. Который блистал среди войска, как творец дня, владыка, Который против вас всех и ваших сторонников сражался, 10. Который был полководцем всех войск Дурйодханы, их озаряя, Которому нет на земле подобного по отваге, 11. Богатырь, предпочитавший всегда не жизнь на земле, но славу, Правдолюбивый витязь, не бежавший в сраженьях, 12. Неутомимо деятельный, он — брат ваш перворождённый! Да совершим водный обряд для него, рождённого мной от творца света (Солнца), 13. Для богатыря в броне и серьгах, солнцу подобного блеском!» Матери скорбное это слово услышав, Пандавы 14. Пуще ещё горевали по Карне и очень страдали. Тогда тот тур-человек, Юдхиштхира, сын Кунти, 15. Богатырь, шипя как змей, матери слово молвил: «Верхушка копья была его стягом; крокодилам подобны его громадные руки; 16. Возничий, он колесницы шумом земную ширь наполнял, подобно великому морю, Против паденья дождя его стрел никто устоять не мог, помимо Арджуны. 17. Владычица, как семя бога, как стал он твоим первородным сыном? Он, силой чьих рук мы были теснимы всюду? 18. Его, огнеподобного блеском, как ты облекла (утробой), Того, силу чьих рук всегда почитали сыны Дхритараштры, 19. Как мы почитали силу лучника, обладателя Гандивы. Он, могучий, лучший из всех могучих владык народа, 20. Не иной, как возничий Карна одолел колесничих — сын Кунти. Он — наш первородный брат, лучший из всех носящих оружье. 21. Но как такого чудесно отважного, ты, госпожа породила? Увы, мы убиты, владычица, что ты (от нас) эти слова утаила*. 22. Больше, чем гибель (других) родных, нас мучит смерть Карны, (Больше), чем смерть Абхиманью, убийство сынов Драупади, 23. Чем панчалийцев гибель, чем паденье Кауравов, Стократно большее меня постигло горе. 24. Как нещадный огонь жжёт меня скорбь о Карне; (Ведь) с ним нам всё было б доступно, даже то, что в небе. 25. Не было б и этой ужасной бойни, принесшей гибель Кауравам». Много так причитал Юдхиштхира, праведный раджа. 26. Кручиной томимый, водный обряд совершил для (Карны) владыка: Тогда внезапно отовсюду женщины завопили, раджа. 27. Водный обряд совершив, тем, кто там находился, Он велел привести родных женщин Карны. 28. Мудрый царь Кауравов, братолюбец Юдхиштхира, Праведный, вместе с ними тотчас же совершил посмертные обряды. 29. Выполнив их, он с тяжёлым сердцем из вод Ганги вышел. Так в святой Махабхарате, в книге «О жёнах», в книге «Тризна» гласит двадцать седьмая глава — СООБЩЕНИЕ О ТАЙНЕ РОЖДЕНИЯ ЗАКОНЧЕНА КНИГА «О ЖЁНАХ» ЗДЕСЬ В СВЯТОЙ МАХАБХАРАТЕ НАЧИНАЕТСЯ КНИГА ВЕЛИКИЙ ИСХОД note 2 Шри Ганеше — поклонение. Наре-Нараяне, высочайшему из людей, — поклонение. Дэви Сарасвати да будет провозглашено: «Победа!» Глава 1 Джанамеджая сказал: 1. Услышав об этом побоище палицей* народов андхаков и вришни, Что совершили Пандавы, когда Кришна отправился на небо? Вайшампаяна сказал: 2. Услыхав о великой беде вришнийцев, раджа кауравов, Мысль на уход направив, слово сказал Арджуне: 3. «Многомудрый, к зрелости все существа ведёт Время: Думаю, что оно приспело, и ты благоволи обдумать». 4. На эти слова, тот сын Кунти «Время, время» ответил. Так последовал слову старшего брата разумный. 5. Узнав мнение Арджуны, Близнецы и Бхима Последовали слову, что Левша промолвил. 6. Тогда, желая благого исхода, призвал Юютсу* И передал управление царством сыну вайшьи Юдхиштхира. 7. На царство же посвятил раджу Парикшита, (внука Арджуны). Раджа, старший Пандава, очень страдая, сказал Субхадре: 8. «Вот, Сына твоего сын будет раджей кауравов, А Ваджра будет поставлен раджей уцелевших ядавов, 9. Парикшит в Хастинапуре, а в Шакрапрастха Ваджра. Раджу ядавов охраняй; не отклоняй своё сердце от долга*». 10. Так мудрец Дхармараджа сказал сестре Вришнийца И старшему дяде из рода матери (Шале), Раме и прочим. 11. Затем, с братьями вместе совершил воды (возлиянье), Обряды для мёртвых исполнил, всё совершил по закону*. 12. Двайпаяну, Нараду и богатого подвигом Маркандею, Бхарадваджу, Яджнавалкью и Гари ублаготворил усердно: 13. Вкусив сладкую пищу, прославил обладателя лука Шарнга, Дал сокровища, одежды, деревни, коней, колесницы, 14. Сотни женщин осчастливленным дваждырождённым; Поклонился учителю Крипе, главным горожанам; 15. Ему в ученики Парикшита дал лучший Бхарата; Затем весь простой народ созвал Юдхиштхира; 16. Он сказал раджа-ришам, что собирается делать. Горожане и простые люди (весь) народ, выслушав его слово, 17. Не одобрил эту речь, их сердца глубоко взволновались. «Не следует этого делать!» — все сказали тому владыке народа. 18. Но знающий дхарму раджа не мешкал, раз время приспело; Праведный, горожан, весь народ отпустил он 19. И странствование стал обдумывать своё, своих братьев. Тогда тот раджа кауравов Юдхиштхира, сын Дхармы, 20. Драгоценности сбросил в доме, запястья и (оделся) в рогожу. Бхима, Арджуна, Близнецы, преславная Драупади, 21. Все также надели рогожи, царь народа. И последнее жертвоприношение совершил по обряду тур-Бхарата. 22. Те туры-люди водой все огни окропив, тронулись в дорогу. Их, высочайших людей увидев, все женщины зарыдали. 23. Среди отправлявшихся Драупади была шестая; так обыгранные некогда они удалялись, Но радость была (теперь) у всех уходивших братьев, 24. Видевших гибель вришнийцев и постигших мысль Юдхиштхиры; Пять братьев, Кришни шестая, а седьмая — собака. 25. Так из Города Слонов сам-семь вышел раджа. Все горожане и женщины кремля далеко его провожали; 26. И никто ему не перечил, говоря: «Возвращайся!» Потом вернулись назад, пошли обратно в городе живущие люди. 27. Сперва Крипа вернул Юютсу, затем в Гангу Бросилась Улупи-Кауравья, дочь ходящей на чреве, 28. Читрангада пошла в город Манипуру, Остальные мамки и другие окружили Парикшита. 29. Великодушные, преданные обету отреченья, приобщённые йоге, Проходили многие страны, (видели) моря, озёра. 30. Шёл впереди Юдхиштхира, прямо за ним — Бхимасена; За ним следовал Арджуна, затем шли близнецы по порядку; 31. Прекрасная*, широкобёдрая, лотосоокая Драупади, Лучшая из женщин, шла позади, превосходный Бхарата. 32. Один пёс за Пандавами шёл следом. В таком порядке шли те витязи к Червонному Морю. 33. Дивный лук Гандиву не оставлял* Дхананджая и оба колчана С великими стрелами: к этим сокровищам он был привязан*. 34. (Вдруг) впереди они увидали как гора стоящего Агни: Приняв человеческий образ, он стоял, преграждая дорогу. 35. Тот превосходный дэва сказал Пандавам: «Эй, эй, сыны Панду, витязи, знайте меня, Паваку! 36. Ты, долгорукий Юдхиштхира, крушитель врагов Бхимасена, Арджуна и оба сына Ашвин, богатыри, постигните моё слово! 37. Я, лучшие кауравы, — Агни, я сжёг лес Кхандаву* Властью Арджуны, а также Нараяны. 38. Этот ваш брат Пхальгуна пусть в лесу оставит, превосходный в битве (Лук) Гандиву: в нём (теперь) нет никакой нужды (и затем) пусть идёт дальше. 39. Драгоценный диск, что был у махатмы Кришны, Погиб и вновь уже никогда не попадёт в его руки. 40. У Варуны когда-то я взял для сына Притхи Превосходный лук — Гандиву, его надо вернуть Варуне!» 41. И Дхананджае сказали все братья: «Брось его в воду* и с великими стрелами оба колчана!» 42. Тогда, о лучший Бхарата, исчез оттуда Агни. Затем на юг отправились богатыри Пандавы; 43. Северным берегом Солёного Моря На юго-запад шли тигры-бхараты. 44. Потом они снова на юг повернули И увидели Двараку, (город Кришны), затопленный морем. 45. И снова повернув на север продолжали путь превосходные Бхараты. Приобщённые праведности, обошли они сперва землю*. Так в святой Махабхарате, в книге «Великий исход» гласит 1 глава Глава 2 Вайшампаяна сказал: 1. Тогда те самообузданные, северной стороны достигнув, Приобщённые йоге, увидели Химават, великие горы; 2. На них взобравшись, они увидели песчаное море* И лучшую из вершин, великую гору Меру. 3. Все они шли поспешно, соблюдая уставы йоги; И Яджасени (Драупади), от единенья отторгшись, поникла на землю. 4. Заметив, что она упала, могучий Бхимасена, Сказал Дхармарадже: «Взгляни на Яджасени! 5. Эта царевна не совершила беззакония, подвижник; Скажи, по какой же причине упала на землю Кришни?» Юдхиштхира сказал: 6. За склонность к яствам и за предпочтение Дхананджаи Тот плод она ныне вкушает, из людей наилучший. Вайшампаяна сказал: 7. Это сказав и на неё не взглянув, продолжал идти тот лучший Бхарата, Углублясь в размышление, тур-человек, праведный, мудрый. 8. Затем учёный Сахадэва свалился на землю; Видя, что он упал, сказал радже Бхима: 9. «Несебялюбивый, тот, что среди нас (всех) послушней, Сын Мадравати, почему свалился на землю?» Юдхиштхира сказал: 10. Он считал, что нет ему равного в познаньи; За такой грех упал тот княжич. Вайшампаяна сказал: 11. Так он молвил и, покинув Сахадэву, продолжал дорогу Вместе с братьями и псом Юдхиштхира, сын Кунти. 12. Увидав упавшую Кришни и сына Панду, Сахадэву, Мучимый приязнью к родным, свалился Накула. 13. Когда упал тот витязь Накула, очаровательный видом, Бхима снова тогда радже молвил: 14. «Соблюдавший законы кшатриев, повиновавшийся словам брата, По красоте — первый в мире, Накула упал на землю!» 15. Так Бхимасена молвил; и отвечал Юдхиштхира:

— Первый праведник, из мудрецов наилучший, Накула

16. Так полагал: «По красоте нет подобного мне кого-либо; Я — превосходней всех; такой — я один», вот что держал он в сердце. 17. Поэтому и свалился Накула; ты же иди, Врикодара! Что кому предназначено, витязь, то и получит он помимо воли. 18. Обладатель светлой колесницы (Арджуна), увидев, что те Пандавы упали, (Сам) рухнул, крушитель врагов, палимый кручиной. 19. Когда же упал тот тигр-человек, гордость Шакры*, Мужественно умирая, (тогда) Бхима сказал радже: 20. Не вспоминаю, чтобы махатма поступал неправедно даже в безразличном деле, Но тогда по какой причине он свалился на землю?» Юдхиштхира сказал: 21. «Я один победил врагов», — так говорил Арджуна, Но этого похвалявшийся богатырь не сделал, оттого и свалился. 22. Также ко всем лучникам Пхальгуна относился высокомерно. А кто хочет управлять существами, не должен подобного делать. Вайшампаяна сказал: 23. Молвив так, раджа продолжал идти, Бхима ж свалился. Упав, Бхима сказал праведному радже Юдхиштхире: 24. «Эй, эй, взгляни, раджа, я упал, твой любимец. Какова же причина паденья, скажи мне если знаешь? Юдхиштхира сказал: 25. Ты слишком прожорлив и хвастался жизненной силой; Сын Притхи, не уважал брата, потому и свалился на гибель. 26. Так ответив ему, ушёл, не взглянув, долгорукий. И только пёс, о котором тебе говорилось, пошёл за ним следом. Так в святой Махабхарате, в книге «Великий исход» гласит 2 глава Глава 3 Вайшампаяна сказал: 1. Тогда отовсюду озвучил небо и землю Шакра; На колеснице приблизясь к Партхе: «Всходи!» — так ему молвил. 2. Зревший падение братьев, праведный царь Юдхиштхира, Палимый горем, Тысячеокому сказал такое слово: 3. — Пусть упавшие мои братья со мной вместе восходят, А без братьев я не хочу идти на небо, богов повелитель. 4. О Пурандара, очень нежная, достойная счастья, Пусть и она* с нами всходит, на это согласись, владыка! Шакра сказал: 5. Братьев ты увидишь на небе, раньше тебя они взошли на третье небо; Всех, вместе с Кришни (увидишь), не скорби ж, Тур-Бхарата! 6. Сбрасывай человеческое тело; хватит с тебя, тур-Бхарата, (Жить) в этом теле своём; без колебанья всходи на небо! Юдхиштхира сказал: 7. О бывшего и будущего владыка, вот пёс; он был мне верно предан; Пусть же со мной вместе всходит; несправедливости не допускаю! Шакра сказал: 8.* Подобно мне, ты бессмертен, раджа, изобилуешь счастьем, великим совершенством; Ныне ты райского достиг блаженства; оставь пса; нет несправедливости в этом. Юдхиштхира сказал: 9. О Тысячеокий, благой, трудно благому неблагое исполнить. Не пойду я к счастью, если ради него я преданное существо должен покинуть. Индра сказал: 10. Небесный дар для собак не указан, они подвержены власти гнева, заслуги жертв уносят, Поэтому раздумывать нечего: пса оставляй, в этом несправедливости нет, Дхармараджа! Юдхиштхира сказал: 11. Оставление преданного называют величайшим в мире грехом, равносильным убийству брамина. Поэтому ради райского мира пса никак не покину, Махендра! 12. Он испуган и предан: это так, не иначе; принял страданья, жить хочет; До разлуки с жизнью мне покидать его не должно — таков мой обет навеки! Индра сказал: 13. Собака считается подверженной гневу; (заслуг) принесенья жертв и даров она лишает. Итак, этого пса тебе надо покинуть, оставив его, ты мира богов достигнешь. 14. Покинув братьев, даже любимую Кришни, ты заслужил мир блаженных своими делами. Почему же, оставив всё, не оставляешь ты этого пса? Ты заблуждаешься, витязь! Юдхиштхира сказал: 15. Ты упускаешь различие: ведь отличать нужно умерших и смертных; есть в мире такое решенье. Тех я не мог оживить, их тогда я и покинул, уже не живущих. 16. Боящемуся отказ в убежище, убийство женщины или спящего, убийство брамина — Вот четыре (греха), которым подобно предательство дружбы и преданного покиданье; так полагаю, Шакра. Вайшампаяна сказал: 17. Когда закончил Джанардана слово, владыка Дхарма, удовлетворённый, приняв свой образ, Сказал ласковое, одобрительное слово Юдхиштхире, владыке народов. Владыка Дхарма сказал: 18. Владыка царей, ты рождён по обету отца, для жертвы, Для сострадания ко всем существам, Бхарата. 19. Некогда, сынок, я тебя испытывал в лесу Двайти*, Где твои отважные братья без воды были мучимы жаждой; 20. Бхима, Арджуна покинули там тебя, оба брата, Когда добиваясь достигнуть равенства двух матерей, ты хотел (утвердить) жизнь рода. 21. «Этот пёс мне предан!» — так говоря, ты колесницу богов отвергнул; Поэтому в небе нет равного тебе, владыка народа. 22. Ты (ещё) в своём теле, непреходящих миров достиг, Бхарата, Ты достиг, лучший Бхарата, дивной, непревосходимой дороги. Вайшампаяна сказал: 23. Тогда Дхарма, Шакра, Маруты, Ашвины, Боги, дэва-риши на колесницу возвели Пандаву. 24. Отправились на своих летучих колесницах те совершенные, отрешённые от желаний, Все бесстрастные, чистые словом, разумом, делом. 25. Стоя на той колеснице раджа кауравов, лучший в роде, Быстро ввысь устремился, сияющий, облечённый величьем. 26. Тогда, находясь в собраньи богов, знающий все миры Нарада Великоречивый, слово сказал, великий подвижник: 27. — Славу всех, что присутствуют здесь раджа-ришей, Превзошёл этот раджа кауравов, он стал над ними. 28. Окружённый великолепием, удачей, он миры облёк (своей) славой. Этого он достиг (находясь) в своём теле: ни о ком другом, помимо Пандавы, мы не слыхали такого. 29. Величие богов уже находясь на земле ты зрел, владыка; (Ныне же) в горной обители созерцай их сонмы. 30. Выслушав слово Нарады, раджа промолвил слово; Праведный, должное он воздал богам и владыкам народов: 31. — Тех миров счастливых, иль несчастливых, где ныне находятся братья, Я хочу достичь, иных же миров не желаю! 32. Выслушав слово Нарады, раджа богов Пурандара Юдхиштхире, стремящемуся к справедливости, ответил: 33. — Ты достиг высшего совершенства, не достигнутого никем раньше, А твои братья, радость кауравов, этого состояния не достигли. 34. Как же ты к человеческой природе ныне вернёшься, владыка народа? Взгляни на дэва-ришей, на совершенных, на райскую прелесть третьего неба! 35. Но говорящему это царю, владыке богов, Юдхиштхира Снова промолвил; мудрый сказал такое слово: 36. — О сокрушающий дайтьев, здесь не могу оставаться, Направиться туда желаю, куда ушли братья, 37. Туда, где прекрасная супруга, богатая разумом, правдой. Туда пойду, где находится Драупади, лучшая из женщин! Так в святой Махабхарате, в книге «Великий исход» гласит 3 глава — ВОЗНЕСЕНИЕ ЮДХИШТХИРЫ НА НЕБО
<p>ЗАКОНЧЕНА КНИГА «ВЕЛИКИЙ ИСХОД»<emphasis></emphasis></p> ЗДЕСЬ В СВЯТОЙ МАХАБХАРАТЕ НАЧИНАЕТСЯ КНИГА ВОЗНЕСЕНИЕ НА НЕБО note 3 Шри Ганеше — поклонение. Нараяне поклонение, также Наре, лучшему из людей. Дэви Сарасвати да будет провозглашено: «Победа!» Глава 1 Джанамеджая сказал: 1. Достигнув рая, наивысшего из трёх, предки, Сыны Панду и Дхритараштры, каким состояньям там были причастны? 2. Это хочу я слышать, ибо, я полагаю, ты всё знаешь По милости дивного делами Вьясы, великого риши. Вайшампаяна сказал: 3. Высшего из трёх миров достигнув, что некогда предки, Во главе с Юдхиштхирой, свершили, об этом внемли. 4. Достигнув наивысшего из трёх миров, праведный раджа Юдхиштхира Увидел Дурйодхану в высочайшем блаженстве сидящего на троне, 5. Окружённого богатырскими знаками, сияющего как солнце, Вместе с победителями, праведниками, благочестивыми, богами. 6. Тогда разгневался Юдхиштхира, Дурйодхану заметив; Внезапно и блаженство ему стало противно, когда он Суйодхану увидел. 7. Сдвинув брови, он (молвил) слово: «Я с Дурйодханой, С жадным, недальновидным не желаю быть вместе! 8. Из-за него мы погубили друзей, родных, землю, (Из-за него) мы сначала в великом лесу бедовали; 9. Он на наших глазах приволок Панчалийку в собранье, Драупади, ходящую в законе, почтенную нашу супругу! 10. Я не желаю видеть Суйодхану, боги, Туда хочу идти, где мои братья!» 11. «Это не ладно», — ему сказал Нарада, как бы с усмешкой:

— Вражда погибает, раджа, коль живёшь на небе.

12. Так никогда не говори, богатырь Юдхиштхира, Против царя Дурйодханы, послушайся моего слова. 13. Ведь чтят того царя Дурйодхану наравне с Тридцатью (богами) Превосходные, благочестивые раджи; эти обитатели рая. 14. Заслужил он, витязь, путь в мир (блаженных), пожертвовав своим телом в битве. Вы все, как сонм богов*, присутствовали в битве. 15. Исполнением долга кшатриев он этого состояния достигнул: В великом бедствии остался бесстрашным, земли владыка. 16. Не держи в мыслях, мой сын, того, что было при игре в кости, Не следует тебе думать и о беде Драупади. 17. И о других, принесённых вам бедах В собрании и других местах; тебе не следует об этом думать. 18. Встреться с царём Дурйодханой, как подобает, Ведь в небе вражды не бывает, владыка народа. 19. На эти слова Нарады, Юдхиштхира, раджа кауравов Спросил о братьях и кротким голосом так молвил: 20. — Если эти великие миры отважных для Дурйодханы, Предателя друзей, греховного, не знающего дхармы, 21. Из-за которого земля погибла, с царями вместе, Который нас яростью опалил, злобе (его) противоставших, 22. (То где же) те витязи, что великие блюдут обеты, великодушные мои братья, Преславные богатыри, познавшие истину, говорящие правду? 23. Какой мир для них? Их я видеть желаю, Также великодушного, истинного вождя, Карну, сына Кунти, 24. Дхриштадьюмну, Сатьяки, сынов Дхриштадьюмны, Тех царей, что по закону кшатриев приняли смерть от оружья. 25. Где ж те цари, брамин, их я не вижу, Нарада, Всех главных: Дхриштакету, Вирату, Друпаду, 26. Шикханди, всех панчалийцев потомков Друпады, Трудноудержимого Абхиманью я видеть желаю, Нарада! Так в святой Махабхарате, в книге «Вознесение на небо» гласит 1 глава — БЕСЕДА НАРАДЫ И ЮДХИШТХИРЫ НА НЕБЕ Глава 2 Юдхиштхира сказал: 1. Я не вижу безмерно великолепного, разумного Радхею И двух великодушных братьев — Юдхаманью, Уттамауджу. 2. Те богатыри, что в пламени битвы (свои) тела принесли в жертву, Раджи и раджапутры, ради меня убитые в сраженьи, 3. Где они, великоколесничие, отважные, подобные тиграм? Какой же тогда они заслужили мир, великие люди? 4. Какое все те богатыри, тех миров достигнув, Великодушные, обрели состоянье, то и моим пусть будет, с ними вместе, боги. 5. Или прекрасного, непреходящего мира, те цари не достигли? Тогда и я не могу блаженствовать без них, без родных, без братьев. 6. Во время совершения водного обряда я слышал матери слово: «Подобает совершить обряд для Карны»; оно томит меня, обжигает. 7. Так мучусь я снова и снова, суры! Я не ведал, Что ноги его, безмерного духом, как ноги матери (почитать я должен)*; 8. И те (ноги) увидев* (как могу) не последовать за могучим Карной, Ведь Карну с нами вместе не победить и Шакре в битве; 9. Там, где он находится, я желаю видеть сына Солнца. Всё это мне неведомо было, когда Левша-(Арджуна) с ним сражался. 10. Страшного отвагой, того, кто мне дороже дыханья, Бхиму хочу видеть, Арджуну, сияющего, как Индра, и Близнецов, Близнецу (Яме) подобных. 11. Видеть желаю её, Панчалийку, живущую по закону, Не хочу я здесь оставаться, говорю вам правду! 12. Что мне в райском (блаженстве) лишённому братьев, лучшие суры? Там, где они, там и мой рай, так я мыслю. Боги сказали: 13. Сын, по вере твоей тебе надлежит идти незамедля. По воле раджи богов, угодное тебе исполним. Вайшампаяна сказал: 14. С этими словами, вестнику богов сказали боги: Друзей покажи Юдхиштхире!» — так изрекли, врагов крушитель. 15. Раджа, тогда вестник богов и сын Кунти Отправились вместе, тигр-раджа, туда, где были те туры-люди. 16. Впереди шёл вестник богов, а позади — раджа. Путём неблагим (они шли), труднопроходимым, путём злодеев, 17. Облачённым тьмою, заросшим космами трав, ужасным, Заваленным вонючим мясом злодеев, нечистотами, (залитым) кровью. 18. По сторонам (виднелись) глаза кровожадных птиц, зубы чудовищ, медведи; Разбросанная везде валялась падаль, — 19. Кости, волосы; кишели насекомые, черви. В округе не было проблеска света. 20. Железноклювые вуроны, коршуны, слетались, Иглоносые навьи, подобно разрушающимся скалам, толпились. 21. В крови, слизи валялись отсечённые руки, ноги, Изрубленные туловища, кисти, стопы, 22. Среди зловонных трупов (своим видом) вздымающих дыбом волос, В глубоком раздумьи шёл праведный раджа. 23. И увидел труднопроходимую реку, полную горячей водою, Железолиственный лес, где острые ножи торчали, 24. Накалённый песок, подобный каше и порознь — железные скалы; (Там) кипятила растительное масло жадная нежить*; 25. (Возле) высоких, непреступных, с острыми колючками деревьев шалмалика Мучения злодеев увидал сын Кунти. 26. Увидев эти труднопроходимые дебри, вестнику богов он молвил:

— Доколе нам ещё по такому пути пробираться?

27. И где же здесь мои братья, благоволи сообщить мне, Также знать хочу, это каких богов область? 28. Услыхав, что о возвращении речь повёл Дхармараджа, Вестник богов ответил: «Дотоль, пока ты идти продолжаешь, 29. Но можно со мной и вернуться; так светозарные мне сказали. Ежели ты устал, пойдём отсюда, владыка раджей». 30. Поражённый невыносимым зловоньем, Юдхиштхира смутился И не выдержав сердцем, повернул обратно. 31. Когда возвращаться задумал праведный, тяжким уныньем томимый, Скорбные возгласы отовсюду раздались: 32. — Эй, эй, рождённый Дхармой, раджа-риши, благородный Пандава, Милосердия ради с нами побудь хоть мгновенье! 33. Твой приход и пречистое веянье, долготерпеливый, Благоуханное твоё пришествие, отец наш, принесло нам счастье. 34. Возле тебя, тур-человек, долгое время, сын Притхи, Счастливо мы пребудем, на тебя взирая, лучший раджа! 35. Помедли, долгорукий, хотя бы ещё мгновенье, Бхарата! Когда ты здесь пребываешь, каурава, не томит нас возмездье! 36. Такие разные слова в воздухе жалобно звучали В той стране; взывающим отовсюду внимал он, раджа! 37. Слушая вопли: «Увы!» (все) эти жалкие стоны, Сострадательный Юдхиштхира стоял поражённый. 38. Сначала, тем голосам внимая снова и снова Мучимых, страдающих не узнавал Пандава. 39. Не постигая тех слов, Юдхиштхира, сын Дхармы молвил: «Кто вы? Здесь пребываете по какой причине?» 40. На эти слова со всех сторон отвечали: «Я Карна! Я Бхимасена, Арджуна!» — так (раздавалось), владыка: 41. — Я Сахадэва! Накула! Я Дхриштадьюмна, Драупади! Сыны Драупади! — возгласы возникали. 42. Внимая этим словам то там, то здесь (звучащим), владыка, Обдумывал раджа: «Что рок совершил здесь? 43. Что за нечистые дела великодушные эти (люди) свершили: Карна, сыны Драупади или (сама) прекрасностанная панчалийка? 44. За что в эту зловонную, наводящую ужас страну они попали? Неведомо мне, чтобы они, люди чистых дел, совершили злодейство. 45. А что же такое сделал сын Дхритараштры, Суйодхана-раджа, Раз он со всеми своими злодействами пошёл по пути блаженных? 46. Благовониями он высоко почтён, как Махендра и Лакшми. Так каковы же поступки, из-за которых в ад попали 47. Те, знающие все законы богатыри, преданные Правде, Цари, выполнявшие долг кшатриев, обильно одарявшие (браминов)? 48. Бодрствую я или сплю? Воспринимая, не воспринимаю — Иль исказилось сознанье? Иль поколеблено моё сознанье?» 49. На разные лады так раздумывал Юдхиштхира раджа; Он был преисполнен страданья, горя, в смятении чувств, размышляя. 50. Великий, чрезмерный гнев охватил царя, сына Дхармы; (Всех) богов, даже Дхарму, порицал Юдхиштхира. 51. Невыносимым смрадом мучимый, посланнику богов он молвил:

— Убирайся к тем, чей ты вестник, (предстань) перед

ними, 52. А я не пойду, я здесь останусь! Так и скажи им! Счастливы будут под моим кровом эти палимые горем — мои братья! 53. Так вестнику молвил премудрый Пандава. И тот отправился к ним, туда, где раджа богов Шатакрату. Так в святой Махабхарате, в книге «Вознесение на небо» гласит 2 глава — СОЗЕРЦАНИЕ ЮДХИШТХИРОЙ АДА Глава 3 Вайшампаяна сказал: 1. Простоял лишь мгновенье сын Притхи, Юдхиштхира, праведный раджа, И явились туда, каурава, боги под водительством Шакры. 2. Приблизясь, он приветствовал Дхармараджу, Придя туда, где был Юдхиштхира, раджа кауравов. 3. Когда засияли тела, очищенные познаньем, делами, Тогда, по приходе богов, тьма рассеялась, раджа! 4. Там исчезли казни злодеев, (железные) скалы, Стремительная река, деревья пыток — шалмали, 5. Кровавые чаны, вершины исчезли, леса, наводящие ужас, Растерзанные тела, валявшиеся повсюду. 6. И убедился раджа кауравов, что невидимы они, не существуют. Тогда ветерок повеял, лёгкий, благоуханный, чистый; 7. Прохладный, возле богов он витал, Бхарата; Вместе с Шакрой маруты, васавы, Ашвины 8. И другие светозарные — сиддхи, рудры, Адитьи, И совершенные, и великие риши, все там собрались, 9. Где стоял великолепный раджа, сын Дхармы. Тогда всеблаженный владыка сур, Шакра, 10. Первый сказал Юдхиштхире такое хвалебное слово:

— Негибнущий, непреходящий мир (принадлежит)

тебе, богатырь Юдхиштхира, 11. За то, тигр-человек, что ты так поступил, владыка, Ты достиг совершенства и непреходящих миров, долгорукий. 12. Не следует тебе гневиться, выслушай моё слово. Поневоле, сынок, ад должны увидать все раджи, 13. Тур-человек, хорошее и плохое — вот два счёта. Кто сначала вкушает (плод) добрых дел, потом опуститься должен. 14. Кто же сперва принимает адскую участь, тот потом в рай попадает. У кого больше злых дел, тот сначала вкушает радости рая; 15. Поэтому, царь, тебе подобает принять за цель блаженство в моём мире. Ты хитростью обошёл Дрону (в деле), касающемся его сына, 16. Оттого и тебе хитростью ад показан, раджа. Подобно тебе Близнецы и Бхима, сын Притхи, 17. Также Драупади-Кришни отправлены в ад обманом*. Приходи же, тур-человек, они от грехов свободны; 18. Так же цари, твои сторонники, убитые в сраженьи, Все достигли рая; смотри на них, тур-Бхарата! 19. И Карна, великий лучник, лучший из всех носящих оружье, Тот, из-за которого ты столько скорбел, высшего совершенства достигнул. 20. Посмотри на него, тигр-человек, на этого сына Адитьи, владыка: Он в своё состояние вернулся. О тур-человек, победи скорбь, долгорукий! 21. Царь, посмотри на братьев и на других (близких): Они в своё состоянье вернулись; пусть твоё сердце печаль покинет. 22. Причину страданья избудь отныне, каурава, Отбросив (её), безгорестный, отрешись от болезни, будь со мной вместе! 23. Сынок, плод чистых деяний, подвигом добытый, (Плод) царских даров прими, долгорукий! 24. Ныне боги, гандхарвы, Адитьи, апсары на небе Тебя поджидают, в подобающих (тебе) убранствах, блистающих одеждах. 25. Ты посвящаешься в цари миров, добытых тобой, блаженных. Великий плод подвига прими, долгорукий!* 26. Ты всех высших и высших царств, Юдхиштхира, достигнешь: Там, где Гари, где Месяц* пребывать будешь, сын Притхи; 27. Где я и Дхатар, где раджа-риши, где Бхагиратха риши, Где Бхарата, сын Душьянты, там и ты пребудешь. 28. Там, где чистая река богов, наполняющая три мира, сын Притхи, Ганга пространства*, вознесясь, туда погрузишься. 29. Там ты очистишься и всё человеческое тебя покинет. Беспечальный, ты станешь свободным от вражды, от усилий. 30. Так говорил Индра богов Юдхиштхире, Индре кауравов. Затем, появясь, речь начал Дхарма, своему сыну он молвил: 31. — Эй, эй, многопознавший раджа, сынок, я тобой доволен: Ты праведен, терпелив, правдив, мне предан. 32. Я тебя испытывал троекратно, сын Притхи, Но не смог поколебать твоей сути. 33. Впервые тебя вопросами испытывал я в лесу Двайта: Я облако распростёр, когда вы дрова собирали, 34. Когда погибали (твои) единоутробные братья и с ними Драупади, Бхарата, В образе пса я тебя испытывал снова. 35. И в третий раз, когда ты ради братьев здесь пожелал остаться. Долгорукий, ты очистился от грехов, ты свободен и счастлив. 36. Не заслуживают ада, Партха, и твои братья, владыка народа. Их покорили чары царя богов, Махэндры. 37. Всем раджам приходится видеть ад поневоле, Поэтому и ты на мгновенье принял это великое горе. 38. Ни Левша, ни Бхима, ни Близнецы, туры-люди, Ни правдивый витязь Карна не заслужили надолго ада, 39. Также и царевна Кришни никак не заслужила ала. Иди же, лучший Бхарата, созерцай Гангу, проходящую через три мира! 40. После таких слов раджа-риши, древний предок Отправился вместе с Дхармой и всеми в область третьего мира. 41. В реку богов, восхваляемую ришами, очистительную, чистую Гангу Погрузился* раджа, человеческое тело покинув. 42. Божественную красоту получив, праведный раджа Юдхиштхира Искупался в той воде, разрушающей скорби. 43. Тогда, окружённый богами, Юдхиштхира, премудрый раджа кауравов, Восхваляемый (в гимнах) великими ришами, отправился вместе с Дхармой 44. Туда, где туры-люди, богатыри, отрешённые от гнева пребывали, Сообразно своим состояньям — потомки Панду и Дхритараштры. Так в святой Махабхарате, в книге «Вознесение на небо» гласит 3 глава — ОСТАВЛЕНИЕ ЮДХИШТХИРОЙ ТЕЛА Глава 4 Вайшампаяна сказал: 1. Тогда воспеваемый богами, сонмами ришей, марутов, Юдхиштхира направился туда, где находились туры-кауравы. 2. Там увидал он Говинду, облечённого в благолепие Брамы. Сначала тот его заметил и незримый явился, 3. Пламенеющий своей красотой, с дивным своим оружьем, Его окружали страх наводящие, дивные носители диска. 4. С ним восседал сияющий золотом витязь Пхальгуна. Тогда сын Кунти увидел собственный образ Мадхусуданы. 5. Те оба витязя, увидав Юдхиштхиру, Почтённые (им), его встретили, как подобает. 6. И другого там ему показали вождя — Карну, лучшего из носящих оружье; Вместе с двадцатью* Адитьями сын кауравов его увидел. 7. Тогда и другой ему был указан владыка, окружённый толпой марутов: Сияющего красотой он увидел тогда Бхимасену, 8. Принявшего божественный образ возле образа Ветра-Ваю; Он находился в великом блаженстве, высокого совершенства достигнув. 9. На ступени Ашвин, обоих пламенеющих своим величьем, Накулу и Сахадэву увидал (Юдхиштхира), радость кауравов. 10. Затем увидал он венчанную лотосами Панчалийку, Достигшую небесной красы, пребывающую в блеске молний. 11. Только хотел спросить царь Юдхиштхира, Как владыка Индра, властитель богов, ему промолвил: 12. — Это Шри в теле Драупади, ради тебя принявшая человеческий образ, Юдхиштхира, вне утробы* родившаяся, благоуханная, желанная миру. 13. Копьеносица, ради брака с вами она явилась: Рождённая в семье Друпады, она сочеталась с вами. 14. Пять этих, причастных великой участи, сияющих гандхарвов, То пять ваших безмерно великолепных сынов, от грудей Драупади. 15. Смотри — вот царь гандхарвов, премудрый Дхритараштра; Перворождённого брата твоего отца узнай в нём. 16. Вот пламенеющий огнём твой старший брат, сын Кунти. Он слыл сыном старшего, возничего, превосходным сыном Радхи. 17. Он движется вместе с Адитьей-Солнцем, виждь его тура-человека, (Виждь) праведников, богов, вишвов, марутов 18. Вместе с Ганешей, виждь царя раджей вришнийцев, андхов, витязя Сатьяки, Витязей, глядящих вперёд, бходжей, богатырей великих, 19. Вон, смотри, вместе с Сомой — победитель врагов, первородный сын Субхадры, Абхиманью, великолепием подобный творцу ночи. 20. Вот великий лучник Панду, встретившийся с Кунти и Мадри. Смотри, твой отец ко мне приближается на колеснице Воздушной. 21. Смотри, вместе с Вазу там сын Шантану, Бхишма; Почти своего учителя; возле Брихаспати пребывает Дрона. 22. Эти и другие властители земли, сражавшиеся за тебя, Пандава, Они приближаются вместе — праведники, якши, гандхарвы… 23. Иные владыки народа пути гухьяков достигли, Оставив своё тело, очистив разум, дела, они овладели небом. Так в святой Махабхарате, в книге «Вознесение на небо» гласит 4 глава — ДОСТИЖЕНИЕ СВОЕГО СОСТОЯНИЯ СЫНАМИ ДРАУПАДИ И ДРУГИМИ Глава 5 Джанамеджая сказал: 1. Махатмы Бхишма и Дрона, царь Дхритараштра, Вирата, Друпада, Шанкха, Уттара, 2. Дхриштакету, Сатьяджит, раджа Джаятсена, Сын Дурйодханы, Шакуни, сын Субалы 3. Отважный раджа Джаядратха, сын Карны, Убитые в великом волненьи*, а также многие другие* 4. Неперечисленные (мной) витязи, светозарные раджи, Сколь долго в раю пребывали, скажи мне, 5. Иль бесконечно их там пребыванье, лучший из браминов? Приняв плод своих дел, куда отправились эти туры-люди? 6. Это хочу я слышать, поведай, лучший из браминов, Ведь силой света духовных подвигов ты всё прозреваешь. Саути сказал: 7. Вняв, он с дозволения риши-певца, махатмы Вьясы такую начал повесть. Вайшампаяна сказал: 8. Я не могу рассказать тебе о всех совершенных деяньях, Тем более обо всем сразу, как ты вопрошаешь, владыка народа. 9. Но внемли этой тайне богов, раджа, тур-Бхарата, Её поведал великолепный, обладающий дивным зрением подвижник. 10. Великий обетами древний муни, сын Парашары, каурава, Его разум — бездна, он знает всё, познал все дела совершенно; 11. Изречённое им я тебе возвещу: великолепный Бхишма Достиг своей тончайшей сущности, многославный; 12. К восьми васавам приблизился тот тур-Бхарата; В Брихаспати, лучшего из Ангирасов, вступил Дрона; 13. А Критавартман, сын Хридики, вступил в сонм Марутов. В Санаткумару вступил из него изошедший Прадьюмна. 14. Дхритараштра достиг труднодостижимого мира владыки сокровищ (Куберы), А с Дхритараштрой вместе и преславная Гандхари. 15. Панду, вместе с двумя супругами отправился в область Махэндры, Вирата, Драупада и Дхриштакету, земли владыка, 16. Милосердный Нишатха, Самбха, Бхану, также Видура, Бхуришравас, Шала и царь земли Бхури, 17. Камса, Уграсена и Васудэва, Уттара Вместе со (своим) братом Шанкхой, человеком-туром, 18. В вишвов-богов они вступили, лучшие мужи. Золотом сияющий, пламенеющий сын Сомы, 19. Тот Абхиманью льва-человека Пхальгуны был сыном; Суйодхава-кшатта, праведней которого нет мужа, 20. Благочестивый великий витязь, в Сому вступил, завершив дело. Убитый Карна, тур-человек, вступил в Солнце. 21. Двапары достиг Шакуни, Дхриштадьюмна — Паваки: Все сыны Дхритараштры, преисполненные богатством, силой, 22. Счастливые, великодушные, очищенные Шастрами, отправились на небо. В Дхарму вступил раджа кшатриев Юдхиштхира. 23. Ананта-дэва, владыка, вступил в Землю. Прародитель, управляющий ходом разъединенья и единенья, 24. Имя его — Нараяна; его частица — сын Васудэвы, Он, подвиги завершив, вступил в (Нараяну). 25. Его три тысячи шестнадцать жён, Джанамеджая, Со временем погрузились в Сарасвати. 26. Там, покинув тела, вознеслись снова к богу И, став апсарами*, в сына Васудэвы вступили. 27. Те же великоколесничные витязи, что в этой великой войне были убиты, Находясь в треволнении чувств*, те пошли к богам и якшам. 28. Причисленные к ракшасам, сообщники Дурйодханы, Постепенно достигли непревосходимых миров, раджа, 29. Владык Махендры и премудрого Куберы. Также в миры Варуны вступили эти туры-люди. 30. Так тебе, многодостойный, возвещены подробно Все деяния кауравов, пандавов, Бхарата. Саути сказал: 31. Слушая, лучшие из дваждырождённых и раджи, Джанамеджая, Чрезвычайно изумлялись, внимая во время совершения жертвы*. 32. Закончив обряд жертвы, они выпили сомы; Удовлетворённый, удалился достигший освобожденья Астика. 33. Затем раджа удовлетворил дарами всех дваждырождённых. Они же, его почтив, удалились своей дорогой. 34. Когда же ушли певцы, раджа Джанамеджая Вернулся в Пакшашилу, в Гаджадхаю. 35. Вот тебе всё поведано, возвещённое Вайшампаяной, По велению Вьясы, во время змеиного жертвоприношения (совершённого) раджей. 36. Чистая эта былина, очиститель высший, Сказана муни Кришной, вещим, безмерно правдивым, 37. Знающим всё, поистине познавшим Закон и Преданье, Преоборовшим чувства, чистым подвижником, себя сотворившим*, 38. Царственным, постигшим* Санкхья-йогу, Постигшим многие истины, их прозревая божественным взором, 39. Разнёсший по свету славу великодушных Пандавов И других кшатриев, блистающих великим богатством, 40. Кто этому внемлет, познавая упорно, от книги до книги, Тот, преоборовший грехи, овладевший небом, годен для бытья Брахмы. 41. Кто выслушает полностью это творение (Двайпаяны) Кришны, Будь то убийца брамина — миллионы грехов уничтожит. 42. Кто этому внемлет с верой, у ног браминов, Утолит жажду спокойно и отцов поддержит, 43. Разума, чувств совершит очищенье, Освободится, по вечерам Махабхарату повествуя. 44. Если брамин, окружённый женщинами, грех совершит ночью — Пусть повесть о Махабхарате прочтёт на рассвете. 45. Именуется Махабхарата великим опорным словом. Кто возвещенное знает, от грехов тот будет свободен. 46. Восемнадцать древних писаний о дхарме, Все Веды и дополнения в сказании о Бхаратах. 47. Как рёву льва нужно внимать (речам) того махатмы, Творца восемнадцати былин* — великого океана познанья. 48. В течение трёх лет владыка Двайпаяна-Кришна Полностью создал Махабхарату, владыка муни. 49. Внимающие благоговейно и постоянно этой повести о Бхаратах Всегда (получают) счастье, познание, силу — 50. В долге, желаниях, цели, в освобождении, лучший Бхарата. Что здесь есть то и в других (писаньях), чего здесь нет, того нет и где-либо. 51. Имя этой былины — Победа, внимать ей надо всем, кто хочет освободиться*: Брамину, царю и женщине, несущей во чреве. 52. Желающий неба получит небо, желающий победы получит победу; Получит сына или дочь, причастную великой участи*, несущая во чреве. 53. А владыка Кришна-Двайпаяна (получил) непреходящее освобождение, Завершив своё искусное плетение о Бхаратах во исполнение дхармы. 54. Тысяча шестьсот шестнадцать иных изборников завершил он. Из них тысяча сто три в мире богов хранятся; 55. Следует знать: пятнадцать у предков, четырнадцать — в мире якшей, Тысяча сто один произносят люди; 56. Их небожителям возвестил Нарада, Дэвала — предкам, Ракшасам и якшам — Шука, смертным же Вайшампаяна. 57. Кто этой былине чистой, многоценной, равной Ведам, Изречённой Вьясой, внемлет, тот достигает вершины браминства. 58. Тот муни Шаунака достиг всего желанного, славы И шествовал к великому совершенству, в этом нет сомненья. 59. Он превзошёл путь превосходных, чистый путь Бхаратов, Славится он великой преданностью и благочестием. Этот изборник он передал сыну Шуке. 60. Тысячи отцов, матерей, жён, потомков, В круговороте жизни последовательно существуют, сменяя друг друга; 61. В тысячи состояний восторга, в сотни состояний страха И заблуждения не вступают пандиты. 62. Кто, воздев руки, слушает меня с напряжённым вниманьем, Ради долга или преследуя другие цели, 63*. Того не постигнут ни страх, ни вожделенье, ни жадность; он не отступит от долга, даже при смертельной угрозе; В счастьи-несчастьи он будет всегда держаться долга; хоть непостоянна причина, постоянен джива. 64. Кто это спасительное сказание о Бхаратах проснувшись читает, Тот плоды Бхаратов получит и достигнет Вечного Брахмо. 65. Как владыка Океан, как Химават-горы Оба называются сокровищем, так и мысль сокровищем зовётся. 66. Кто знает это поучение Кришны, тот цель внимания получает. Кто сосредоточенно повесть о Бхаратах читает, Тот идёт к высшему совершенству, в этом нет сомненья. 67. Изошедшую из уст Двайпаяны, неизмеримую, очистительную, уносящую зло, благую Повесть о Бхаратах повторять подобает непрестанно, как живой воды источник. 68. Того, кто сто коров с позолоченными рогами даёт изучившему Веды, многославному брамину, Иль кто чистую повесть о Бхаратах слушает постоянно, того и другого — равна (награда). Так в святой Махабхарате, изборнике из ста тысяч шлок, повести Вьясы, гласит 5 глава книги «Вознесение на небо». ТАК ЗАКАНЧИВАЕТСЯ «МАХАБХАРАТА»* ПРИМЕЧАНИЯ БЕСЕДА МАРКАНДЕИ (кн. III) ГЛАВА 182 182, 1.Время дождей —  период от середины июля до середины октября. 182, 1.Они , т. е. Пандавы, совершившие в это время паломничество по священным криницам. 182, 4.Опьянялись (ядом) . В подлиннике образ дан в эллиптической форме: «зубы пресмыкающихся были пьяны». В период оживления деятельности яд змей, как и других ядовитых животных особенно концентрирован. 182, 8.Чатака —  «меланхолическая кукушка» ещё называется в индийской поэзии (как в данной шлоке) «птицей, просящей капельку дождя», так как она начинает куковать перед временем дождей. Чатака наряду с павлинами и куликами (кроншнепами) — одна из любимых индийской поэзией птиц. В шлоке упоминается ещё и другой вид кукушки кокила — «индийская кукушка». 182, 8.Надувались лягушки . Лягушки издают кваканье, раздувая особые мешочки. 182, 15.Сарасвати —  повтор подлинника. 182, 16.В чистейшую ночь . В шлоках 16—18 говорится о празднике полнолуния осенней луны, т. е. луны, которая «родилась» после вступления солнца в первый осенний знак зодиака (Весы). Так как полнолуние произошло в то время, когда луна находилась возле Плеяд, в знаке Тельца, то солнце находилось уже в Скорпионе, а значит описываемое время соответствует нашему концу октября — началу ноября. В обрядовой стороне индуизма фазы луны играют существенную роль, особенно дни новолуния и полнолуния. ГЛАВА 183 183, 10.Давно вернувшемуся из своего путешествия в небо Индры (см. вып. III). 183, 13.Таящимся-Скандой . Смысл стиха: Кришна был также рад видеть своего духовного сына Арджуну, как Шива своего сына Сканду (см. ниже последний эпизод I «Беседы» — легенда о рождении Сканды). В подлиннике полушлоки 13 шлоки рифмуются. Шлоки 13—40 ануштубх (строка двустопная; XI—XI). 183, 14.Старшему брату Гады , т. е. Кришне. Шлоки 13—40 выделяются из общего текста переменой ритма, наличием рифмы и обилием поэтических намёков — «дхвани (метафор)». Дхвани — одно из ведущих средств художественного выражения в искусстве Индии вообще и в частности в поэзии. Технически в поэзии дхвани осуществляется иносказаниями, заменой основного слова, выражающего понятие, синонимами и приёмом уподобления. Всё это в известном смысле аналогично тропам античной поэзии, от которой их унаследовали поэзии народов европейской культуры, приёмом дхвани индийская поэзия достигает совершенно изумительных эффектов. В данной шлоке имена Арджуна, Кришна заменены тщательно подобранными эпитетами, чем достигается преображение конкретных эпических фигур в символы огромного философского и психологического обобщения. Описывается не простая встреча раджей-богатырей, Арджуны и Кришны, боевых товарищей и родичей. Встречается Дхананджая, «Искатель (духовных) сокровищ», со своим божественным началом, Махатмой, Великой Душой, объединяющей и свет и тьму (Владыка бхутов), встречается ученик с учителем, духовный сын и отец. Приёмом дхвани ему даётся характеристика — «Таящийся». Так весь момент философски исторгается из мира времени и пространства во Вневременное, в мир вечного Становления. Озарённое духовное видение сверкнуло и исчезло, вызвав звучание всех нижних регистров психики, с их бесконечными обертонами. Шлока 14 всё снова конкретизирует, переводит из мира Абсолютной Реальности в мир майи, с его относительностью и связанностью. Но и здесь Арджуна дан как Человек (Нара), имущий власть (Венчанный), но в узах (гирлянды цветов), связывающих его по обряду с гостем. И Махатма уже не Нараяна, а «старший брат Гады», связанный узами родства с Арджуной. Кришна, брат жены Арджуны, Субхадры, как напоминает поэт приёмом дхвани, дядя с материнской стороны сына Арджуны, Абхиманью. Так как дхвани заставляет звучать все струны конкретной личности, конкретной психики. Приём дхвани дал возможность из 48 слогов двух шлок создать огромную философскую поэму, бездонную тему для созерцания и размышления. Таковы чары индийского искусства. 183, 19.Почитания предков . В подлиннике употреблён термин «шраддха», который принято переводить «вера», но такой перевод весьма относителен, так как под верой мы привыкли понимать «уповаемых извещение, вещей обличение невидимых», к чему бы вера не относилась. Шраддха же выражает более узкое понятие: благочестивая поддержка потустороннего существования предков определёнными жертвенными обрядами. Лишь позже слово приобрело более широкое значение, но менее всего оно выражает отношение человека к богам. 183, 21.Народ охранять , т. е. будешь верным правителем, защитником народа. Это краткое похвальное слово Кришны ценно тем, что оно выражает идеал правителя в древнеиндийском эпосе. 183, 28.Для сына Рукмини . Рукмини — жена Кришны, впоследствии отождествлённая с богиней Лакшми. Смысл вопроса: так ли ты воспитываешь сыновей, как Рукмини? Все высказывания и вопросы Кришны и Пандавов соответствуют ритуалу встречи домохозяина и почётного гостя, а потому отличаются известной изысканностью языка и патетикой. Этот же момент подчёркивается и переменой обычного размера на ануштубх. 183, 30.Рождённым тобой сказано потому, что говорится об Абхиманью, который также считается сыном Кришны, хотя и рождён Субхадрой: сыновья от одного отца и разных матерей, т. е. сводные братья по отношению ко всем жёнам назывались сынами (путра), когда же нужно было подчеркнуть, что речь идёт о сыне, рождённом данной женщиной, то говорили «атмаджа». 183, 31.Упряжными конями . Для такого понятия в санскрите существует особый термин (вахья), отличный от названия лошади вообще. Для обозначения слона в санскрите существует ряд терминов, выражающих те или иные свойства этого животного; в данном случае употреблён термин «клыкастый», характеризующий слона с точки зрения боеспособности. 183, 32.Сказал тогда Дашарха-Кришна . Эпитет Дашарха здесь подчёркивает значение Кришны как царя, т. к. вся дальнейшая его речь — организационные указания сторонникам Пандавов, стягивающим силы для оказания сопротивления Дурйодхане, затеявшему напасть на Пандавов до окончания срока их изгнания, т. е. в то время, когда они, согласно условию, не имели права сопротивляться. Об истории этого нападения повествует IV книга поэмы. 183, 33.Плугарь-Баладэва . Имя Баладэва введено в перевод для большей ясности, в тексте дан только эпитет (Халаюдха), что буквально означает «вооружённый плугом». В данном тексте эпитет относится к брату Кришны Балараме или Баладэве; иногда эпитет прилагается и к самому Вишну-Кришне. В Пуранах (Бхагавата Пурана) Кришна и Баларама рассматриваются как ипостаси Нараяны. 183, 34.Владыка Саубадхи . Дурйодхана, желая спровоцировать Пандавов на выступление раньше назначенного срока, рыскал по стране в поисках их местопребывания и стягивал к лесу войска союзников; в тексте упоминается об одном из союзников Дурйодханы — Бхауме, асуре, воплотившемся для помощи Дурйодхане. 183, 35.Соблюдал условие  — изгнания; в силу этого условия Пандавы лишились права не только нападения, но и защиты в течение 13 лет. Кришна говорит, что он не хочет, чтобы Юдхиштхира нарушал обет, но считает, что союзники Пандавов не обязаны его соблюдать, в частности дашархи, царём которых был Кришна, а также народ Нагапур или Хастинапур (город Слонов). 183, 36.Махатмой Пурушоттамой . Пурушоттама означает «Высочайший Дух», эпитет обычно прилагаемый к Вишну-Кришне, особенно в философских частях поэмы (ср. «Бхагавадгита», вып. II этой серии). В эпических частях этот эпитет нередко применяется как поэтический приём дхвани, для создания вибрации смысла, для того, чтобы дать почувствовать поэтическую форму как майю, через которую, согласно индийской философии, более или менее просвечивает Реальность. Такой приём всё время напоминает, что «Махабхарата» есть произведение религиозно-философское, каковым она и по настоящее время признаётся в Индии (ср. конец XVIII книги). В данном тексте, выделенном ануштубхом, этот приём особенно резко чувствуется. Отсюда «несообразности» текста, вроде применения особых эпитетов или высказывания, что эпический злодей Дурйодхана приближается путём адского асура. Для непривычного уха всё это звучит странно, иногда даже нелепо. Нужно приучить себя воспринимать приём дхвани для того, чтобы понять и реально пережить индийское искусство. 183, 37.Путь Пандавов . В стихе 37—38 параллелизм выражений «Ты — путь Пандавов» и «Ты — время» выражает покорность Юдхиштхиры воле Кришны, который как Путь решает направление, как Время определяет сроки, как истинный делатель решает дело. 183, 62.Сущность закона . В подлиннике употреблены термины с весьма многогранным значением «дхарма» и «тантра». Первое значение слова «дхарма» — поддержка, опора, это есть принцип, на который опирается народ, семья, каста, всё мироздание. В русском языке наиболее близкими по широте значения являются слова «основа», «закон», но смысловой объём этих слов всё же меньше смыслового объёма слова дхарма. Также широк смысл слова «тантра». Первое значение слова — «основа» (ткани). В широком смысле — основоположение, сущность, порядок, система; таким образом, в своих обобщениях термины «дхарма» и «тантра» сближаются. В данном тексте термины употреблены в возможно широком смысле. 183, 62.Владыка тварей  — Праджапати, здесь слово употреблено в широком смысле, почти без персонификации, как отвлечённая идея. 183, 69.До скотского состояния , т. е. наказанные за злодейства люди ниспадали по лестнице воплощений до такой степени, что рождались животными. 183, 69.В разных кругах воплощенья . В подлиннике — в разных самсарах. Самсара есть круговорот жизни, миропроявление. Смена явлений присуща лишь быванию, но не бытию, именно в силу непостоянства явлений, поэтому индийская философия отрицает за проявлением реальность. Разные школы в понятие «асат» (нереальное) вкладывали различный смысл, признавая различные степени относительности: Веданта и буддизм утверждают полную нереальность проявленного, самсары, понимая майю, — как чистую иллюзию. Школа относительного монизма Рамануджи признаёт за самсарой относительную реальность, рассматривая майю как шакти (силу) божества, как его женскую ипостась. 183, 72.Сущее отрицают . В подлиннике употреблён термин «наастика», который часто переводится как «неверующий», однако такой перевод очень мало передаёт смысл подлинника как в психологическом, так и в философском оттенке, т. к. само понятие «вера» в индийской философии отличается от европейского (см. прим. IV, 183, 19). Вера обычно относится к «психологии эмоций» и связывается (хотя и необязательно) с религиозным переживанием. Санскритский же термин «наастика» скорее относится к области интеллекта и характеризует человека, отрицающего бытие, реальность (nāsti — не существует), как основу миропроявления. Традиционные философские школы Индии с достаточным основанием применяют этот термин к тем школам, которые отрицают Бытие, как Реальность, например, к буддистам. В основу буддизма положен онтологический нигилизм. Последнее понятие, пожалуй, наиболее близко передаёт санскритский термин «Nāstika». 183, 75.Тело . Изложение становится всё более напряжённым философски, что требует возможно более точной передачи философских терминов, т. к. каждый из них несёт существенные смысловые оттенки. Для понятия тело, плоть в санскрите существует ряд терминов. В данном случае употреблён термин «калевара», который сводится, по-видимому к глаголу «Kal» — носить, исчислять, держать, т. е. слово можно понимать как «временная ноша». Вера в непосредственное перевоплощение из одного тела в другое и до сих пор существует в Индии, однако такая вера уживается вместе с учением о загробной жизни, награде и наказании. Требование обрядами поддерживать потустороннее существование предков одно из непременных требований индуизма. Наряду с утверждениями, подобными утверждениям данного текста, существуют в той же «Махабхарате» повествования о потусторонней жизни и воздаянии. Так. Юдхиштхира встречается в небе Индры со злодеем Дурйодханой, который временно получает райские радости за героическую смерть на поле битвы (ср. кн. XVIII). 183, 79.Агамы . Агамами называются известные части индийского священного канона, таким образом, здесь выражение употреблено по принципу «часть вместо целого». Здесь это выражение тем более оправдано, что дальнейшее развитие мысли до известной степени соответствует тематике Агам. 183, 80.Отмеченные добрыми знаками . В Индии существует учение о том, что душевные свойства находят себе выражение в телесных знаках. Так, в сказании о рождении Готамы-Будды описываются подробно «знаки Будды», которыми отмечено тело младенца. Особым отличительным знаком Вишну считается завиток волос на груди «шриватса». Ср. также выбор коней Налем по «добрым знакам» (см. вып. I). 183, 82.Атмана . Согласно индийской философии абсолютный субъект, Атман, в силу своей абсолютности, не подлежит внешним воздействиям. Только собственное его движение, нарушение абсолютного покоя, создаёт возможность воздействий рефлексов, воспринимаемых как внешние (ср. учение Фихте о рефлексии и учение Гегеля об осцилляции границы). Так возникает возможность рождений и смертей, т. е. самсары. Реальность этих воздействий различными школами расценивается различно, что определяет различие между школами, т. е. основная их концепция одна — учение об абсолютном субъекте. Главенствующая школа абсолютного монизма (ведантизм) полностью отрицает реальность пракрити, отождествляя её с чистой иллюзией, майей, грёзой Атмана. 183, 83.Мир богов , т. е. небесный мир, преходящий, как и всё проявленное: абсолютен лишь Атман. 183, 86.Не существует . Если к этим словам примыслить слово «счастье», как это делает Фош, то шлока принимает довольно плоский смысл констатации: «у каждого своя доля». Но такое примышление совсем не обязательно. Принимая текст, как он есть, в него можно вложить широкий философский смысл: существуют мыслители, признающие 1) реальность только этого мира (школа шарваков); 2) относительную реальность здешнего и потустороннего мира (ранняя Санкхья); 3) реальность только потустороннего мира (школа абсолютного монизма, Веданта); 4) наконец, некоторые мыслители отрицают реальность вообще (буддизм). Такое толкование шлоки представляет интерес для истории индийской философии. 183, 87.Усладами тела . В этой шлоке можно видеть выпад против школы шарваков, проповедовавших, как и эпикурейцы, гедонизм. Начиная с этой шлоки и до конца главы размер ануштубх. 183, 89.Прежде всего пребывают в законе , т. е. выполняют дхарму первой касты, браминов, которые получают богатства за совершение обрядов и, женившись после периода ученичества, становятся домохозяинами, совершают «для себя» жертвоприношения по различным обрядам. За такое толкование шлоки свидетельствует «средняя» форма глагола «yaj», употребляющаяся в случаях, когда говорят о совершении брамином жертвы «для себя», в свою пользу, а не в пользу того, кто оплачивает обряд 183, 90.Нет ни этого, ни иного мира . Буддизм проповедывал нигилизм, монашество и полное отречение от мирских интересов. Это учение с точки зрения браманизма — еретично, а следовательно, «отрицает истинное знание». 183, 91.Ради дела богов . Ср. XVII книгу, причиной битвы на поле Куру выставляется необходимость разгрузить землю от лишней тяжести. ГЛАВА 184 184, 6.Голубыми . «Раджива» — название голубого лотоса. Упоминание о голубоглазых арийцах неоднократно встречается в «Махабхарате»; это антропологическое сведение не лишено интереса для вопроса о происхождении арийцев, до настоящего времени ещё не получившего общепризнанного разрешения. 184, 7.Опечалились сердцем , так как грех убийства падал на весь род. 184, 21.В блистательном . Почти дословное повторение и лишняя полушлока свидетельствуют об известной редакционной недоработке. 184, 22.Самоотверженные (букв. «лишённые самости») — обращение, по-видимости, подчёркивает самоотверженный поступок кшатриев, принявших на себя грех, совершённый одним из них. 184, 23.Радуясь . Этот, в достаточной мере, наивный рассказ, равно, как и последующие, являются образцами тех приёмов, которыми брамины поддерживали почтение к себе, так сказать — «набивали себе цену». Во многих разделах «Беседы Маркандеи» очень сильно сказывается браминская редакция поэмы, созданной кшатриями-вишнуитами. ГЛАВА 185 185, 1.Совершать ашвамедху , т. е. принесение в жертву коня; это один из самых торжественных обрядов ведической религии. Он требует, чтобы намеченный для жертвоприношения конь год ходил на воле и пасся, где хотел; жертвователь обязан был охранять коня от хищников. В данном случае пас коня сам Вайнья («Сын Леса»), почему он и находился в лесу, как то видно из дальнейшего. Интересно отметить, что ритуал ашвамедхи существовал в дореволюционное время у марийцев. 185, 2.Так мы слыхали —  ритуальная формула передачи традиционных повествований. 185, 3.Лесу . Вайнья значит сын Леса, Лесной. Это слово можно принять как эпитет раджи. 185, 6.Готовящийся к жертве —  расчёт на особую щедрость раджи строится на том, что жертвователь будет особенно опасаться скупостью разгневить брамина, который мог бы свести на нет все результаты дорого стоющего обряда. 185, 7.По своему желанию , т. е. выполнив обязанности домохозяина, обеспечив домочадцев, ты можешь перейти к следующей стадии жизни — отшельничеству в лесу. 185, 8.Причастная великой доле —  вежливое обращение к замужней женщине, для которой «великая доля» — иметь сыновей. Эпос всегда подчёркивает изысканную вежливость в обращении между супругами. 185, 14.Гневно . Гаутама разгневался за то, что Атри выскочил первый с благословением, за которое полагалась соответствующая мзда, более щедрая, как первому. 185, 16.Царь царей —  обращение Маркандеи к Юдхиштхире. 185, 16.Законодатель . В этой живой жанровой сцене перебранки охочих до подачек браминов, Атри старается лестью склонить на свою сторону Вайнью. 185, 25.С Марутой Агни —  брамины, как хранители огня, связаны с Агни, начальник же Марутов — царь богов, т. е. кшатрий Индра. 185, 28.Гнедой . В подлиннике — «коричневый», эпитет коней Индры, Рудры и Сомы. Перевод дан пояснительный. 185, 35.Десять миллионов золотом . Интересно отметить, что в свадебном обряде украинцев сохранилась такая гипербола, но уже обращённая в шутку. На свадебном пиру существовал обычай оповещать гостей о подарках молодым от родственников. Делал это старший дружка. Он громогласно возвещал, что родственник такой-то дарит молодым тысячу десятин земли, тысячу рублей золотом — «та ще й курку», как трезвую реальность. На разнообразии гипербол изощрялось остроумие дружки, но вместе с тем он вёл и настоящий торг со скуповатыми родственниками, подбивая их раскошелиться. ГЛАВА 186 186, 2.Таркшья сказал —  2— 31 ануштубх. 186, 5.Указаньям —  подразумеваются Писаний, Шрути. Желающий достигнуть Брахмо должен изучать Шрути постоянно и неленностно. 186, 21.Разум —  буддхи по-санскритски женского рода. 186, 26.Высшей . Этот стих интересен тем, что он свидетельствует о существовании, уже в этот ранний период, различных йогических школ, из которых текст отдаёт предпочтение Санкхье-йоге, что естественно, так как в философском отношении «Махабхарата» является памятником ранней Санкхьи. 186, 28.Бамбук . Для европейского читателя может показаться странным такой резкий переход от широких абстрактных понятий к узким конкретным, свойственный индийской мысли. Даже в очень поздних тантрических текстах рекомендуются приёмы медитации, в которых абстрактнейшие понятия йогического учения конкретизируются в представления: острова, сада, золотых деревьев и пр. (ср., например, «Маханирванатантра»). 186, 30.Совершили жертвоприношения . В браманизме пафос жертвоприношения был настолько силён, что жертвоприношение получило какое-то самостоятельное, самодовлеющее значение, как изначальный акт творения, и чем больше делался акцент на жертвоприношении, тем слабее становилось представление о том, кому оно совершается; вот почему в текстах часто встречаются упоминания о совершении жертвоприношения богами, причём совершенно неясно кому они его совершают и даже во имя чего. Преобладает мысль: жертва есть средство получить награду, а от кого и почему — дело второстепенное (ср. «Бхагавадгита», III—IV). ГЛАВА 187 187, 4.Умерщвление плоти . Тапас, умерщвление плоти, как жертвоприношение, приобрело самодовлеющее значение. Совершенно не важно, что тапас был не только не нужен богам, но скорее страшен и опасен, поэтому им приходится принимать меры к прекращению тапаса слишком рьяных подвижников, о чём не раз повествует «Махабхарата». Похоже на то, что тапас, являясь актом решимости, крайнего волевого напряжения человека, способствовал укреплению этой воли и таким образом обеспечивал силы, необходимые человеку для достижения намеченной цели. Таково психологическое обоснование тапаса, переросшее в мифологическое представление о всемогуществе тапаса. 187, 6.Заплёл в косу . Обычай аскетов заплетать косы шиваитский: так представляли его поклонники самого Шиву, великого санньясина (аскета). Это — одно из выражений траура. Такая черта, попавшая в вишнуитский текст, свидетельствует о начале процесса слияния двух больших течений индуизма. 187, 7.Пугают . Интересно отметить «странствующий мотив» о взаимной услуге рыбы и человека, дошедший до «Сказки о рыбаке и рыбке». Несомненно, в основе этого произведения лежит фольклорная тема. Мотив воплощения Вишну в виде рыбы часто встречается в индийской эпической литературе, но воплощение Брамы — как редкое исключение. За последние десятилетия после раскопок в Мохенджо Даро сложилось учение о связи коренной индийской культуры с мессопотамской. Поэтому интересно сопоставить индийское сказание о воплощении Вишну в виде рыбы с вавилонским сказанием об Оанне, рыбоподобном существе, выходившем из моря, чтобы учить людей, а также сказание о потопе из вавилонского эпоса о Гильгамеше. Небезынтересно, что христианская монограмма Христа (Ichthyos) означает «рыба» и что католическая епископская тиара, родственна тиаре жрецов Эа, носивших плащ с рыбьей чешуёй и тиару в виде рыбьей головы. Эа в глубокой сумерийской древности отождествлялся с Оаном или Ононом: человеком-рыбой, учителем магии. Эа — благодетель людей; при потопе он спас Ут-непештима и дал ему план спасательного корабля, велел взять в корабль «всякое семя жизни». 187, 8.Сильные рыбы . Эта шлока невольно ассоциируется с известной гравюрой Босха (Бригеля?) «Большие рыбы пожирают маленьких», выполненной несомненно на фольклорную тему. Таков истинный реализм искусства, возводящего дифференциальное явление Природы в интеграл Символа. 187, 16.Вмещалась —  в подлиннике рифма: yojano-locana. 187, 18.Как знаешь —  оборот, выражающий просьбу, аналогично русскому — «Как милость ваша». 187, 24.В запахе —  в подлиннике. По-видимому текст испорчен. 187, 30.Связанный . Сравнить со «связанным плотом Контики» (Тур Хейердал — «Путешествие на Контики»). 187, 35.Отпустив . По индийским обычаям гость не должен уходить, пока его не отпустит хозяин, т. к. в данном случае каждый был «хозяин» и «гость», то они взаимно отпускают друг друга. 187, 41.Солёному морю . Так в тексте, хотя выше говорилось о «пресном море» или о разливе, возникающем в период дождей. Возможно, что этим текст указывает, что Рыба явилась в разлившиеся низовья Ганги, откуда и потащила корабль в Океан. Нужно отметить здесь сбитую нумерацию шлок, она даётся по бомбейскому изданию, где нередко под одним номером помечается не 2, а 3 полушлоки, так что смысловая парность шлок нарушается. 187, 41.Их , т. е. Ману и 7 ришей. Возможно, что в тексте пропуск, т. к. текст не описывает вхождения Ману в корабль. В семитском варианте повести о потопе об этом повествуется подробно. 187, 44.Небо . Большая образность и поэтическая выразительность описания потопа в «Махабхарате» свидетельствует об относительно поздней редакции текста, который выгодно отличается в этом смысле от прозаического описания события в «Шатапатабрамане» и семитских вариантов. Как странную особенность нужно отметить, что египетские памятники этой темы не касаются, вопреки ссылкам Платона в «Тимее» на авторитет египетских жрецов в повести о гибели Атлантиды. Как известно, это являлось основной причиной скептического отношения исследователей к свидетельству Платона, а вместе с тем последние геологические исследования дна Атлантического океана блестяще подтверждают данные Платона. Текст «Истребление людей» из гробницы Сети I носит совсем иной характер, хотя там и говорится о затоплении полей, но это не потоп, а спасительный разлив Нила (ср. Матье М. Э. — «Древнеегипетские мифы»). 187, 45. В этом тексте часто встречается приём переноса слов, тесно связанных по смыслу, с конца предшествующей строки в начало следующей. Такой приём вообще избегается эпической санскритской поэзией, одной из характерных черт которой является смысловая законченность строк. 187, 46.Последней в тексте лат. «para», т. е. крайнюю, ещё незатопленную водой. 187, 50.Тур-Бхарата . В подлиннике этим обращением заканчиваются строки шлок 45—51. Так создаётся своеобразный ритм, где повторы обращения передают всплески волн, поднимающих корабль, как обращение поднимает конец строк мерного повествования. 187, 50.Неморгающая —  своеобразный эпитет рыбы, параллельного которому мне не известно ни в древней, ни в современной литературе. 187, 53.Заблужденье . Библейский эпос видел причину потопа в этическом моменте: «земля развратилась перед лицом господним», на ту же причину указывает и египетский текст: «об истреблении людей» (ср. прим. 187, 45). Вавилонский эпос очень туманно говорит, что «произвести потоп решило сердце богов» (ср. перевод таблиц о Гильгамеше у Тураева). Индийский эпос прямо не указывает на причину потопа, но данную шлоку можно рассматривать, как намёк на причину. Впрочем, дальше, в изложении учения о последней юге настаивается на глубоком падении нравов в кали-югу. ГЛАВА 188 188, 4.Земном —  букв. «не промежуточном», «не воздушном». 188, 7.Самоуглублением , т. е. высшей степенью йогического сосредоточения, самадхи. 188, 9.Вишвакарман (букв. «творец всего»). Как эпитет этот термин прилагается к различным богам: Агни, Браме и др. Как имя собственное — очень туманно персонифицированный образ, подобно Тваштару (творцу). В тексте сказано: «Вишвакарман Вишну», причём второе слово стоит в родительном падеже, что по-русски не передаётся. В таком случае нужно перевести «художник (золотарь бога) Вишну». Вишвакарманом именуют ювелира не только Вишну, но и богов вообще. Текст 9—10 намекает на довольно неясный миф о том, как Маркандея и Вишвакарман украли у «труднооборного» (Индры?) на образец серьгу чудесной работы и сделали по её образцу ещё лучшую. 188, 10.Тот , т. е. Вишвакарман. 188, 18.В одеяниях жёлтых —  питаваса, эпитет Вишну, одежды которого меняются в зависимости от юги, о чём ниже. 188, 21.Веды его не знают . Критическое отношение к Ведам неоднократно проскальзывает в «Махабхарате», как памятнике (в основном) вишнуитском. 188, 22.Преходящего мира . Санскрит знает много синонимов для выражения понятия мир, вселенная: Loka, viзva, jagat. В данном тексте употреблён последний термин, происходящий от глагола «gam» идти и выражает идею текучести проявленного. Это настолько важный оттенок, что в переводе приходится вводить пояснительное слово «преходящий». Термин никогда не применяется к миру Брамы и другим «вечным» мирам, которые обычно обозначаются через «лока», выражающее идею мира, как воспринимаемого, зримого. Слову «вишва» ближе всего соответствует слово «вселенная». 188, 31.Как шудры . Текст говорит о шудрах, а не о вайшьях, перешедших от земледелия к торговле (процесс образования буржуазии в феодальный период), санскрит знает выражение «горожанин» в этом смысле. Шудры во времена эпоса являлись только слугами, почти рабами и об их обогащении не могло быть и речи, хотя домохозяин одарял их, покидая хозяйство и переходя к состоянию отшельничества (ср. гл. 185 — конец). Обогащаться шудры стали значительно позднее, а в период смутного времени и вторжения в Индию иноземцев даже достигали княжеской власти. Этот момент может служить основанием для решения датировки 188 гл. Возможно, что это очень поздний трактат пуранического периода. «Беседа Маркандеи», отличается большой пестротой различных относительно небольших текстов, редакционно объединённых, по-видимому, довольно поздно. 188, 32.Даже делами кшатриев . Это выражение также свидетельствует о позднем происхождении текста, так как в эпический период занятие браминов «делами кшатриев» не могло вызывать удивления: Дрона обучает кшатриев военному искусству; он, его сын Сатьяки и другие брамины принимают активное участие в битве. «Махабхарата» не раз повествует о сражениях между браминами и кшатриями (история Парашурамы встречается в «Махабхарате» в нескольких вариантах, ср. кн. III и XIV). В древнее время брамины создавали трактаты по военному искусству. Легенда приписывает создание теории военного дела мудрецу Шуке (планета Венера). Только значительно позднее браминам воспрещалось убийство и занятие военным делом. Нарушение запрета влекло за собой строжайшую кару : извержение из касты. 188, 33.Шептать молитвы . В обязанность браминов входит постоянное шептание молитв (джапа), что запрещено шудрам. Нарушение предписания и запрета равно расценивалось как грех. 188, 35. Упоминание о греках, вторгшихся в Индию в середине IV в. до н. э. даёт ориентир для определения границы наиболее ранней датировки текста. 188, 36.Камбоджи . Текст несколько сбивается: упомянутые в 36 шлоке народы никак не «чужаки» (mlocha), а исконные арийские племена, принимавшие непосредственное участие в борьбе кауравов и Пандавов. 188, 38.О Браме —  так в тексте, но под Брамой здесь свободно можно понимать Веды. Впрочем, смысл высказывания по существу от этого не меняется, но лишь получает несколько иной оттенок. 188, 38.Говорить надменно —  букв. «говорить эй!» (бхо). Восклицание «бхо» при обращении, как русское «эй!» носит несколько грубоватый оттенок и допустимо в устах высшего к низшему. Например, бога к человеку (ср. обращение Агни к Пандавам в XVII книге) или феодала к подданному, члена высшей касты к члену низшей. Арджуна просит у Кришны прощения за более мягкое товарищеское he («Бхагавадгита», XI, 41). Таким образом шлока этим приёмом выражает состояние извращённости нравов и нарушение считавшихся правильными социальных отношений, когда обращение шудр и браминов выходит из рамок установленных законом. Это место важно для датировки текста, который ясно описывает состояние «смутного времени» и период вторжения чужеземцев. 188, 39.Сочетаться с запахами . Согласно индийской психологии чувства «сочетаются» с объектами или поглощают их, почему объекты называются «пастбищем чувств». Считалось, что объект своими пранами (энергией) реально входил в орган чувства и сочетался с ним (такого приблизительно взгляда придерживался волюнтаризм и интуитивизм начала XX века). Запах согласно космологии Санкхья есть модус земли как «бхута» (стихии).Туманный оборот подлинника выражает извращение соотношения индрий и их объектов; такое соотношение является одним из основных положений школы Санкхья. Ниже идут аналогичные высказывания о вкусе (вода), формах (огонь), о манасе как центральном органе, синтезирующем индрии и о буддхи как способности суждения (нравственность). 188, 40.Приятной пищей , ср. XVII гл. «Гиты» о распределении пищи сообразно гунам. 188, 40.Уродливое тело —  букв. «не свойственным им». 188, 41.Смертельные муки . Вся шлока построена на игре значений слова «шула». Шула есть вертел, дротик, стрела, кол, на который сажали преступников; особенно воров. Таким образом, «атишула» значит смертельная пытка, мучительная казнь, мука вообще. Шивашула — дротик или стрелы Шивы, как символ смерти, разрушения, страдания. Наконец «кеша-шула» значит женщина, у которой волосы — стрелы, дротики, соблазнительница, распутница. Таким образом в шлоке тесно сплетаются идеи смерти, разрушения, разврата. Напомним, что Шива с одной стороны есть Кала — всеразрушающее Время, с другой — линга, созидающая половая сила природы, отчего Шива символизируется быком. 188, 42.Вороны . Ворона, как одна из «мирских захребетников» издревле считалась зловещей птицей (ср. русское «каркает вороной на беду»). 188, 43.Безвластных (букв. «которым плохо повинуются»). Убийство брамина считалось тягчайшим грехом, влекущим тягчайшие посмертные кары, со степенью этого греха сравниваются другие преступления. Принимать дар от браминоубийцы значит становиться причастным его греху. 188, 46.Ногти . Аскеты-шиваиты заплетают косы и отращивают ногти. Смысл высказывания: брамины будут лицемерно предаваться аскетизму. 188, 56.В торговых делах —  букв. в «имуществе». 188, 58.На кладбищах . Трудно подобрать вполне подходящее русское выражение для передачи санскритского шайтья, т. к. посмертные обряды индийцев и славян существенно отличны. Похороны, кладбище выражают идею укрытия трупа, захоронения его (в землю). В Индии при разнообразии её религиозных течений, лишь весьма приблизительно объединяемых расплывчатым термином «индуизм», посмертные обряды весьма разнообразны: иногда труп просто предоставляют на съедение зверям (маздаизм это сохранил, как единственный способ «погребения», таков же обычай и северных буддистов (например, монголов), иногда труп предавали земле и тогда над ним воздвигались надгробия, даже храмы в честь умершего (но не в честь богов!). Это и есть собственно «шайтья» (или буддийская ступа); такие погребения могли сосредотачиваться в одном месте, которое засаживалось «деревьями смерти» — смоковницами, плоды которой употреблялись на тризне (см. об этом в III выпуске). Иногда трупы бросались в воду (особенно в Гангу). С развитием Шиваизма стал преобладать обычай сжигания трупов. Этот обычай уже был хорошо развит в период создания «Махабхараты», о чём свидетельствует кн. XI. Кажется, что обычай захоронения больше дравидский, нежели арийский, во всяком случае делать из покойников «святых» или местных богов, Ренук (см. об этом Elmore Dravidian gods. Univ. Studies, Nebraska, vol. XV, 1915). О неарийском происхождении свидетельствует и обычай буддистов — почитать останки Будды и святых, который вызвал резкое осуждение со стороны браминов. 188, 68.Бхарата . Таким обобщением кончаются все три строчки в подлиннике, что создаёт особый музыкальный эффект, подчёркивающий мрачные краски этой эсхатологии. 188, 74.Содержат . Текст переходит на настоящее время, используя приём замены будущего настоящим ради усиления впечатления. 188, 75.Подобно кукушке —  в подлиннике употреблён эпитет чатаки: «дающая воду». Эта птица получила такое название потому, что начинает куковать перед самым началом периода дождей. 188, 75.Вороний глаз (букв. «воронии яйца) — название растения. 188, 76.С морским чудищем . В подлиннике — «макара», мифическое морское чудовище, изображение которого дано в вып. III. Некоторые хотят отождествить его с дельфином или китом. Макара — один из излюбленных иконографических мотивов браманизма (также и буддизма). Иногда изображение макара напоминают морского коня, иногда крокодила. Само название подстрочно переводится «делающий ма». «М» — последний слог мистического слова АУМ, раскрытию смысла которого уделяют много внимания Упанишады. «М» символизирует конец, растворение, пралаю. 188, 84.Пребывающий в лотосе —  Брама. 188, 86.Не убитый —  я читаю с Фошем anahata, а не ānahata, как стоит в бомбейском издании. 188, 89.Вниз корнями растущее —  одно из названий ашваттхи или бодхи, индийского фикуса. Это дерево играет большую роль в религиозно-философской символике индуизма и буддизма (ср. «Бхагавадгита», XVI и прим., вып. II). Основное значение символа — солнце, лучи которого уподобляются нисходящим корням дерева. Вот почему Маркандея видит на дереве младенца Вишну, солнце. Дерево — один из излюбленных символов Жизни. Ср. библейское дерево жизни, египетская акация, смоковница, хранящая сердце жреца из сказки о двух братьях; дуб, хранящий жизнь (смерть) Кощея Бессмертного, додонский дуб Зевса и многие другие сказанья. 188, 94.Цветку льна . Здесь говорится о цвете глаз дитяти, а не волос (т. е. голубых глазах, а не о светло-русых волосах, что, впрочем, биологически связано). В «Махабхарате» часто говорится о глазах Кришны, причём употребляются различные выражения, которые определяют или форму, или цвет глаз. Так, выражение «падма-патракша» нужно понимать как выражение, описывающее форму, т. к. падма есть название лотоса вообще, вне зависимости от цвета. Таким образом, падма-патракша нужно переводить как «тот, чьи глаза схожи с лепестком лотоса», т. е. удлинённой формы, что считалось очень красивым. «Радживалочана» частый эпитет Кришны, нужно скорее понимать в смысле цвета, т. к. раджива есть не лотос вообще, а только голубой лотос. Данная шлока — единственно известное мне место в «Махабхарате», где глаза Кришны сравниваются с (голубым) цветком льна. В настоящее время у индийцев преобладает тёмная окраска радужки (как и среди украинцев), однако голубые глаза встречаются не так уж редко (например у Р. Тагора). Подчёркивание цвета глаз у национального героя, каким является Кришна, нельзя оставить без внимания, оно не случайно, а выражает известный идеал национального типа. С исторической точки зрения эта черта важна для определения национального происхождения культа Кришны, а следовательно, для вопроса о связи пришельцев, носителей ведической религии с голубоглазыми народами. О глазах Шивы упоминается реже, но изображается он черноглазым, что является лишним доказательством его неарийского происхождения. Изучение развития и слияния культов Шивы и Вишну представляется весьма важным вопросом для углублённого изучения индийской культуры, которое ещё очень далеко от своего завершения. Возвращаясь к материалу, представленному данной шлокой нужно учесть ещё игру слов, один из любимых способов выражения в таких мистико-символических произведениях. Ataci значит род льна, это форма женского рода слова Atasa (м. р.) — грудь, душа, что даст переход к следующему символу этой шлоки: шриватса — особому знаку божественности, завитку волос на груди Вишну и его воплощений, в том числе и самого Кришны. Шриватса настолько важный вишнуитский символ, что он получил самостоятельное культовое значение, как лингам в шиваизме. 188, 94.Навсегда —  в подлиннике «всегда сиял». Слишком буквальное понимание выражения ведёт к явному и ненужному противоречию, т. к. непосредственно выше Маркандея говорит о том, что он до этого никогда не видел чудесного дитяти. 188, 106.Даятель сокровищ —  букв. «делатель сокровищ». Океан выбрасывает самоцветы, значит делает их, из него же добывается любимое украшение индийцев — жемчуг. 188, 118.Прекраснопёрых . Это обычный эпитет Гаруды, птицы Вишну и Аруны, брата Гаруды. Аруна — заря: Гаруда — «крылатое солнце» (т. е. солнце с короной, как показала Субботина Н. М., исследуя символ «крылатого солнца» — египтян). 188, 122.Предела . Учение о беспредельности мира в то время известно было только индийцам: народы «древнего Востока» знали лишь ограниченный мир, закрытый «твердью», т. е. твёрдой небесной сферой, за которой находится «тот мир», мир духов. Ещё в средние века, в начале книгопечатания европейцы изображали «восьмую сферу», как предел мира. Вопросы о предельности и беспредельности мира приводятся Кантом в «Критике чистого разума», как пример неразрешимой антиномии. Мысль древних индийцев была беспримерно смелее и проницательней. 188, 131.Тёмно-красные стопы . В Индии есть обычай красить подошвы и даже стопы в карминный цвет. 188, 142.Непредставим —  так в тексте. Вопрос касается непредставимых для человеческого сознания вещей. ГЛАВА 189 189, 3.Воды людского сознанья . В подлиннике этот вычурный оборот оправдан игрой слов «Apo narā» (так читает БПС) — «вода людей»; «Narayāna» — «путь людей». Такие объяснения свойственны не только древнеиндийской литературе, но и литературам других древних народов. Так, например, этот приём часто используется в Каббале. 189, 8.Небосклон . В предыдущей шлоке употреблён для обозначения неба синоним «dyaus», выражающий идею светоносного неба (ср. «светоносный эфир» у Эсхила в «Скованном Прометее»); в данной шлоке употреблено слово — «nabha» небо, как небосклон. Слово «dica», «стороны света» повторяется в обеих шлоках. 189, 9.В жертве богам (я пребываю) — ср. «Бхагавадгита», III, 15. 189, 9.Цари земные . Эта и следующая шлоки представляют значительный интерес в истории развития вишнуизма. Известно, что в ведической религии Вишну почти не имел значения. В гимнах о нём упоминается лишь раз, как о карлике, совершившем свои 3 знаменитые шага. Карлик, как правило, символизирует молнию, а не солнце, хотя миф о трёх шагах несомненно солярный: солнце проходит весь мир тремя шагами (восток-юг-запад). В дальнейшем, по мере развития культа Вишну-Нараяны, образ карлика был заменён образом младенца: изображение Кришны-ползунка и до сих пор очень популярно в Индии. Изображение солнца в виде младенца связано с мифом о его годовом рождении и рождении на восточном горизонте. Ср. египетский культ солнца-младенца Ра Гар-эм-хути и тексты «Книги мёртвых», например, XVII, 18: «я видел того Ра, который вчера родился от ложесн Ма-Орет» (небесная корова, небосклон; цитировано по переводу Roeder’а). В данных шлоках важно подчеркнуть характерный социальный момент: новый бог, как это бывает обычно, подменяет старых богов, как новый социальный или политический строй сменяет старый. Если старых богов нельзя просто уничтожить, спихнуть, то совершается процесс отождествления. В эпоху создания эпоса браминство ещё крепко держится за ведических богов, и новый бог кшатриев Вишну идёт на компромисс: пусть остаются старые формы, но им присваивается новое содержание: жертва, формально приносимая старым богам, принимается новым. Но следующая шлока уже ясно показывает, где зарождается новый культ, здесь прямо объявляется, что его создают кшатрии, а за ними подвластные им вайшьи. История развития культа Вишну-Нараяны является важным показателем социальных взаимоотношений в эпоху эпоса. 189, 10.Меру . Меру и Мандара обычно называются, как две разных горы (мифических), в данном тексте имена соединены в одно сложное и дополнение стоит в единственном, а не в двойственном числе. 189, 11.Став Шешей . В этой и следующей шлоках даны элементы учения об аватарах (воплощениях) Вишну. Обычно считается, что Вишну в образе черепахи поддерживает мир, а Шеша, змий вечности, считается ложем Вишну-Нараяны, на котором он покоится в молочном Океане Вечности (ср. фронтиспис, вып. II и III). 189, 11.Вепря . Воплощение в виде вепря третье или второе из 10 воплощений Вишну, иногда изображаемого с головой вепря. 189, 12.Подводный огонь —  молния, родящаяся в тучах. 189, 13.Выпиваю воду —  солярный образ: солнце пьёт воду с поверхности земли. Ведический Вишну — олицетворение Солнца. 189, 17.Всеобъемлющее пламя (anala). БПС понимает оборот данной шлоки, как указание на пламя конца мирового периода. В санскрите есть много синонимов огня, каждый из которых выражает какой-то особый оттенок понятия. Всепожирающий огонь кали-юги обычно именуется «анала». 189, 18.Всеобъемлющий ветер —  анила. Из синонимов ветра здесь выбран этот явно ради параллелизма с анала. В данном случае под «анила» нужно понимать жизненный ток, прану, жизненный принцип природы в целом и каждого существа в отдельности. Но прана сближается с огнём и говорится даже об «огне праны» (ср. Пранаагнихотра уп.). 189, 19.Корни моих волос —  лучи представляются волосами светил (ср. эпитет Кришны-Кешавы — «кудрявый», как олицетворение Солнца). 189, 26.Осуществивших . В индийской религиозной философии требование «осуществления» повторяется постоянно. Ведантисты понимают под этим полную психологическую проработку: отказ от личных желаний, от действий по личным мотивам, даже от собственной личности. Вишнуиты, развившие в индуизме течение бхакти (бенгальские школы вишнуизма), понимают под «осуществлением» достижение визионерских состояний — «радений». 189, 27.Я сам себя созидаю —  ср. «Бхагавадгита», IV, 7. 189, 30.Недвижное . Обычно под этим термином понимаются растения; «существа подвижные и неподвижные» — часто встречающееся выражение. Но в данной шлоке «неподвижное» противопоставляется «существам», и под ним надо разуметь землю, особенно горы. 189, 33.Три участи —  воплощение в касте париев, воплощение в животных, ниспадение в ад. 189, 33.Губителем . Это пояснительное слово введено для того, чтобы у читателя непосредственно мог возникнуть художественный образ, хотя бы относительно соответствующий образу подлинника. Художественный приём подлинника основан на накоплении значений слова — «кали», «кала». Оба слова означают «чёрный (ая)»; отчего и говорится, что цвет Нараяны в кали-югу чёрный. Кала есть время, как символ разрушения, (ср. «Бхагавадгита», XI, 32: «Я — время, возрастая, я причиняю разрушение миру»), а значит Смерти, отчего Кала есть один из основных эпитетов Шивы. Приложение эпитета Кала к Вишну встречается в «Махабхарате» не так уж редко и свидетельствует о развитии процесса образования браманической троицы: Брама-Вишну-Шива. Нужно заметить, что этому процессу способствовала характерная черта ведической религии — хенотеизм, то есть представление любого из главных божеств (Тридцатки), как главного и даже единственного бога, проявляющегося в форме других богов (ср., например, X гл. «Бхагавадгиты»). Египетской религии эта черта свойственна в гораздо меньшей степени, ещё менее выражена она у греков и почти вовсе не выражена в семитических религиях. 189, 34.Трёх путей (владыка) —  букв. «трёхдорожный» или «трёхколейный». Эпитет явно связан с легендой о трёх шагах Вишну (см. прим. IV, 189, 9), равно как и эпитет «широкошагающий» в следующей шлоке. Тексты обычно говорят о двух путях: богов и предков (ср. «Бхагавадгита», конец VIII главы). Под третьим путём здесь возможно подразумевается путь йогинов. 189, 35.Владыка . Я читаю «vibhuh»; это слово обычно переводится «владыка, властелин», точнее же «проявляющий мощь» (ср. «Бхагавадгита», X, где слово встречается многократно). Если принимать начертание бомбейского издания, где слово стоит с отрицанием, то пришлось бы, по основному значению, переводить «не проявляющий мощи» и, принимая словоупотребелние «Гиты», «непроявленный», хотя для такого понятия в санскрите существует особый термин «avyakta». Но при первом чтении мысль получается более целостной; Фош тоже читает без отрицания и переводит «бесконечно мощный». 189, 39.Половина моего тела . Индийская философия признавала неделимость только за абсолютным субъектом, Атманом; всё же проявленное, в том числе и Мировая Душа, признавались делимыми. Даже Кришна признаётся лишь частью Нараяны. 189, 41.Пребываю в грёзе . Иными словами текст развивает учение о мире, как грёзе Атмана, что характерно для школы абсолютного монизма (Веданты), тогда как вишнуизм придерживается учения относительного монизма, признающего относительную реальность материи, как энергетического проявления Духа, как его силы (шакти) или его атрибута (в смысле Спинозы); эта сила ипостазируется как «жена» или «Великая Матерь» — для Вишну — Лакшми, для Шивы (Калы) — Дурга-Кали. 189, 47.Великий подвижник —  Предок, Брама. Согласно повествованию Брама сотворил мир силой накаливания, аскетическим подвигом. Таким образом индийская космогония видит в тепловой энергии способ (causa efficiens) миротворения. 189, 49.Воду —  в первой полушлоке перечислены так называемые «бхуты» — сути, элементы, стихии, из которых, согласно космологии Санкхьи, состоит природа. Акаша, элемент, соответствующий пятой стихии эллинской философии (квинтэссенция) — пространство. Во второй полушлоке говорится о других элементах или «сутях» системы Санкхья, таттвах, которых насчитывается 24+1 (ср. XIV, 35, 45 и след.). Здесь бхава (существо) — таттва Анугиты. 189, 54.Древний Человек —  изначальный или вселенский человек-Пушан, приносимый в жертву ради бытия мира. Это учение аналогично учению об Адаме Кадмоне Каббалы и о предвечном Агнце. В вавилонских таблицах царя Ассурбанипала описывается, как боги собираются зарезать бога Ламга (Сина), чтобы создать человечество (1 табл., ср. Тураев — «История древнего Востока», 1, стр. 126). 189, 58.Сыны Притхи —  три старших Пандава. 189, концовка Сказание о предстоящем —  это название относится ко всему тексту гл. 188—189. ГЛАВА 190 190, 15.Непосредственного —  букв. «наглядного» знания, приобретающегося, согласно индийской философии, длительным упражнением в созерцании, т. е. путём внутреннего духовного опыта. Сравнить учение волюнтаристов «об интуиции». 190, 16.Распознаванья . В подлиннике употреблено слово «vijnana», о точном его значении см. вып. II этой серии прим. к IX, 1. 190, 19.Рогожа . В подлиннике употреблено слово «шана» — название неточно отождествлённого растения. 190, 19.Плевелы . В подлиннике не вполне ясный термин «карадушака», который БПС предлагает разделить на «кара» и «душака», последнее слово означает «загрязнённый», «сорняк» и употребляется только, как название определённого растения. 190, 20.Будут питаться рыбой . Рыба была запрещена для употребления в пищу браминам. Шиваизм, с его кровавыми жертвами узаконил употребление в пищу мяса и рыбы, так и до сих пор Дурге-Кали готовится в качестве жертвенного блюда нечто в роде рисового плова с мясом и рыбой. Вишнуиты отрицают кровавые жертвы и совершают жертвоприношения водой, листьями, цветами, плодами (ср. «Бхагавадгита», IX, 26). 190, 22.Потомки Ману , т. е. люди. 190, 22.Шептание мантр —  см. прим. IV, 188, 33. 190, 27.Глубоко взрыхлять —  в подлиннике довольно туманное выражение «в глубине пропасти» (Фош так и переводит), но такое высказывание не имеет смысла. По-видимому, смысл стиха заключается в том, что глубоко взрыхляя землю, земледельцы будут слишком утруждать священное животное, корову, да ещё и впрягать стельных. Примитивная соха лишь слегка бороздила землю. 190, 27.Годовалых бычков —  животное нельзя допускать в упряжку, не нанося вреда его развитию, раньше 3—4-летнего возраста. 190, 41.Полностью —  букв. «целый день насквозь». 190, 44.Ячмень —  по-санскритски «явана», откуда название острова Ява, куда, как известно, совершалась миграция индийцев. 190, 48.Пределом жизни . Во множественном числе слово прана означает жизненные токи организма, обеспечивающие его жизнь. В единственном числе прана есть «дыхание жизни» вообще, жизненный принцип. 190, 52.Башнями . В тексте довольно тёмное сложное слово» атришула». «Шула» значит стрела, дротик; «атри» — светёлка, мезонин, башня (на доме), как отвлечённое понятие — чрезмерность. Таким образом, выражение можно перевести «башенный дротик» или «дротик на крыше дома», как это делает Фош, или же «чрезмерность, изобилие дротиков, стрел». Смысл стиха заключается в том, что деревенские жители, земледельцы будут возводить укрепления и вооружаться, тогда как по закону они не участвуют в войне и сражающимся войскам запрещено их трогать. 190, 52.Дротиком Шивы . Дротик или трезубец — один из главных атрибутов Шивы; выражение, прилагаемое вообще к колющему оружию. Нилаканта не комментирует этого стиха, довольно трудного для понимания. 190, 53.Без разбора . Индуизм придаёт особое значение всевозможным ограничениям в пище, особенно для высших каст, где существуют сложнейшие правила в выборе пищи, способе её приготовления, хранения, правила о сотрапезниках и пр. Этим ритуалам придаётся настолько важное значение, что нарушение некоторых из них влечёт за собой извержение из касты; особенно это касается браминов. 190, 62.Разбойники . Такое значение даёт слову «dasya» схолиаст. Сперва, по-видимому, так назывались туземные (враждебные) племена, затем слово приобрело значение «злой человек», «разбойник». Мифологически эти социальные понятия выражены были в сказании об особых злых существах «дасью», с которыми сражается Индра. 190, 65.Мощи . Шлока содержит явный выпад против буддистов. Ведическая религия, настаивая на культе предков, никак не связывала этот культ с телом покойного, так как тело представлялось временной, случайной формой воплощённого, сменяющего одно тело на новое, как одежду (ср. «Бхагавадгита», II, 22). В этом существенное отличие ведической религии от малоазийских, в частности семитических и особенно от египетской. Буддисты же очень рано установили культ реликвий, возможно не без туземных влияний (ср. прим. IV, 188, 58). Над костями Будды и его учеников рано стали возводиться надгробия, ступы. С точки зрения ведической религии и браманизма это — нелепость, заблуждение, а потому и зло. Наиболее крайнее положение в этом отношении занимает маздаизм, как и браманизм, возникший из ведической религии; он считает труп мерзостью, оскверняющей стихии. Рассматриваемая шлока близка к такой точке зрения. 190, 68.Пьяницы . В этих словах, быть может, заключается выпад против тантризма, допускавшего употребление вина при садхане (культе) Дурги, равно как и мяса, что запрещается вишнуизмом. Впрочем, сома, так чтимый в ведической религии, является также возбуждающим и опьяняющим напитком. 190, 71.Людишки (букв. «ничтожные люди») —  так назывались шудры, подобно тому, как в древней Руси тяглое население называлось «людишки» («людишки ползут розно» — выражение летописца). 190, 72.Чужие народы —  mlocha термин равносильный древнееврейскому «Гой» и греко-латинскому «варвар». 190, 79.Тысячеокий владыка —  Индра (как звёздное небо). 190, 82.Не в лунных узлах . Раху — демон затмения, стремящийся поглотить Солнце (ср. 190, 79). Лунными узлами называются подвижные точки эклиптики, находясь в которых луна при новолунии может отбросить тень на землю или в полнолуние быть закрыта тенью земли. В древности эти точки назывались: первая — «голова дракона», а вторая, находящаяся на расстоянии 180° — «хвост дракона». Таким образом считалось, что «Дракон» или демон Раху-Кабандха постоянно из чувства мести гоняется за Солнцем и Луной, стремясь их поглотить. Так объяснялись солнечные и лунные затмения. 190, 83.Пожиратель жертв —  Хуташана, один из видов огня; их различалось много, о чём ниже. 190, 83.Выпрашивать , т. е. будет нарушен закон гостеприимства, вменяющий домохозяину принимать странника, как гостя и предлагать ему питьё и пищу. 190, 91.В одном доме сойдутся . Древняя астрология разделяла «гороскоп» или систему расположения светил в интересующий момент на 12 «домов», начиная с востока. Каждый «дом» имел своё значение и в зависимости от присутствия в нём тех или иных светил делались предсказания по такому вопросу, который касался «дома» (рождения и длительности жизни, брака, смерти и пр.). Брихаспати (Юпитер) считался самой «благоприятной» планетой, а Солнце, Луна определяли «жизненные показатели» — здоровье, длительность жизни и пр. 190, 92.Справа —  подразумевается — от солнца, т. е. планеты, находящейся восточнее, впереди солнца (т. е. восходящие до восхода солнца), особенно это касалось «утренней звезды», денницы или «восточной» Венеры, которую отличали от «вечерней звезды», «западной» Венеры: «восточное» расположение считалось «благоприятным», «западное» — «неблагоприятным», равно «благоприятным» считалось прямое движение планет, а попятное — «неблагоприятным». Древние индийцы хорошо разбирались в движении планет, даже таких медленных, как Юпитер и Сатурн, им было известно также изменение их яркости. 190, 95.Колесо вращающий — « чакравартин», т. е. проводящий всюду колёса колесниц — властитель мира. Эпос называет 12 таких радж. Арийцы оказались победителями над аборигенами Индии, так как обладали более быстрым способом передвижения, приручив лошадь. Какое ошеломляющее впечатление производила на древние народы, не владевшие конём, конница, очень ярко выражает пророк Аввакум, описывающий так налёт халдеев: «Вот я подниму халдеев, народ жестокий,… страшен и грозен он… быстрее барсов его кони и прытче вечерних волков; скачет в разные стороны конница его, издалека приходят всадники его, прилетают, как орёл, бросающийся на добычу… он забирает пленников, как песок и над царями издевается он…» ГЛАВА 191 191, 3.Воров , т. е. чужеземцев, узурпаторов страны. 191, 4.Шкуру чёрной лани —  признак отшельников-браминов; разное оружие — признак кшатриев; иными словами, установив власть браминов и кшатриев в покорённых странах и уничтожая покорённые народы, Калики будет властвовать над землёй. Трудно видеть в Калики какую-либо историческую личность. Это, конечно, не Канишка (I в. н. э.), так как он сам иноземец и буддист, а если видеть в нём Пулаксшина I, совершавшего ашвамедху и положившего начало династии Чалукьев пришлось бы признать, что данный текст относится к середине IV в. н. э. Возможно, что Калика есть образ народной фантазии, идеальный вождь-освободитель, о котором мечтает народ в смутное время: подобным же образом в дни вавилонского пленения у евреев возникла мечта о Мессии. 191, 10.Обители лжеучителей —  явный выпад против буддистов, но, по-видимому, лишь как мечта, а не как осуществление, которое было значительно позднее. 191, 16.Ваю Пурану . Ссылка на Ваю-Пурану, как на высокоавторитетное смрити, очень важна для ориентировочной датировки вишнуитского текста «Сказания о грядущем». Окончательная редакция и канонизация Пуран произошла очень поздно. Дасгупта (A History of Indian Philosophy т. III) считает, что наиболее древние Пураны, к которым относится и Ваю-Пурана, датируются эпохой Шанкары, т. е. VIII в. нашей эры, не раньше. Обычно период Пуран определяется X—XI вв. н. э., а может быть и позже. Ваю-Пурану, как признанный авторитет, цитирует Хемадри, философ вишнуитской школы Панчаратры (по-видимому, VIII—IX в.). 191, 24.Покинь беззаконье —  наставление, звучащее вполне в духе периода реставрации браманизма после Ашоки. 191, 25.Искорени нерадивость —  подразумевается — к закону, как то проявляли цари буддисты. Эта шлока дополняет 20 шлоку, где говорится об опасности пренебрежения к брамину. В свете такого толкования становится понятным вопрос Юдхиштхиры, какого придерживаться закона (подразумевается буддийского или браманического). Конечно, Это не вопрос древнего раджи эпохи Бхарат, но царя-реставратора. 191, 27.В битве —  так в тексте бомбейского издания. По-видимому, текст испорчен и следует читать не «Yuddhi», а «loke». Фош переводит «на земле». Схолиаст, как обычно, обходит эту трудность молчаньем. 191, 32.Обладатель лука Шринга —  эпитет Кришны. ГЛАВА 192 192, 1.О великой участи браминов . Глава 192 возвращается к тематике начальных глав, что ещё раз показывает, что главы 188—191 поздняя вставка. Нужно, однако, заметить, что начальные главы, до 192, написаны шлоками, тогда как с 192 главы начинается прозаический текст: в 192 гл. только две шлоки ритмичны. Как правило, прозаические части эпоса считаются более древними (Дасгупта). 192, 12.Заключив брак . Древнеиндийское законодательство признавало 7 форм брака, из которых наиболее торжественной и дающей наибольше прав являлась браманическая форма: только дети, рождённые в таком браке, пользовались полным правом наследства. Однако и простой уговор между мужчиной и женщиной (брак по форме гандхарвов) считался браком, и дети такого брака принимались в касту, если родители, вступая в брак, не нарушали кастовых законов, в главном, если каста женщины не была выше касты мужчины. Среди браминов практиковалась почти исключительно браманическая форма брака. Среди кшатриев формы брака были гораздо разнообразней и обычай умыкания невесты среди кшатриев был настолько распространённым, что такая форма считалась «браком кшатриев». Так, например, Арджуна, по совету самого же Кришны умыкнул его сестру Субхадру. 192, 16.В чём тут дело , т. е. почему раджа живёт замкнуто, никому не показываясь. 192, 26.Одежду отшельника . В индийских сказках животные часто принимают человеческий облик. 192, 29.Обет —  перебить всех лягушек. 192, 41.Сетей . Представление о Варуне (Уране), как о силе Неба, блюдущей закон, — ведическое и во времена эпоса уже архаическое. Варуна, уловлял в сети беззаконных, как охотник ловит ланей, и таким образом предавал их смерти в наказание за преступление. Позже, когда Варуна стал владыкой вод, атрибут сетей за ним сохранился без особой трудности. Сети Варуны есть образ посмертного окоченения, таким образом, восклицание Вамадэвы есть угроза смертной карой преступнику. 192, 65.Владыки земли —  предки царя, которые, естественно, должны желать мести за убитого потомка. 192, 67.Княжич . В тексте — раджапутра, сын раджи, равно как и в следующей шлоке, в первой фразе говорится о царице, а во второй она названа раджапутра, княжна. 192, 71.Дар . Как и полагается добродетельной супруге, княгиня сначала спасает мужа, потом сына, о себе же и не упоминает. Мотив спасения рода женщиной, идеальной женой, часто встречается в эпосе (Дамаянти, Савитри, Драупади). См. об этом вып I. ГЛАВА 193 193, 13.С океаном . Подробность не лишённая интереса для датировки текста. В более ранних текстах упоминается о западном Океане и прилегающих к нему местностях (хребет Виндхья, город Айодхья и пр. ср. «Наль», «Сказание о Раме»), в более поздних текстах говорится о низовьях Ганги (сказание о потопе) и о восточном Океане. 193, 16.Тридцать  — подразумевается главных богов. «Владыка тридцати» — эпитет Индры. 193, 25а. В бомбейском издании, по которому дана нумерация, в настоящем переводе, счёт шлок здесь сбит: не занумерована одна шлока. 193, 27.Не считает , т. е. заимодавец не высчитывает, через сколько дней ему будет возвращён долг, и никто не обзывает обжорой того, кто не смог отдать долг своевременно. 193, 32.Очищенной пищи  — ритуально очищенной. Пища, сваренная только для себя, считается нечистой (ср. «Бхагавадгита»: «нечестивцы, которые варят (только) для себя, вкушают грех», III, 13). 193, 33.Жертвенного напитка  — в тексте стоит «андхаса», что значит зелень, коренья, особенно растение Сома (эфедра? — ср. H. Sichrovsky. Indien ohne Schleier, Halle, 1956, с. 61), из сока которого делался священный напиток. Однако схолиасты, как правило, толкуют это слово в смысле «пища». Но в данном случае получалась бы тавтология, почему в переводе принято значение «жертвенный напиток». Галушки (рисовые), как ежедневная жертва предлагались предкам. Напиток же (сома) предлагался богам; таким образом, текст говорит о жертве предкам и о жертве богам. Мысль выражена слишком сжато, а потому для советского читателя не совсем ясно. Текст развивает два положения: 1) важность соблюдения закона о гостеприимстве и 2) важность соблюдения жертвенных обрядов. Но эти обряды мог совершать только брамин; за кшатриев их совершали домашние жрецы (пурохиты), которые и съедали жертвенную пищу, таким образом «питаясь остатками жертвы». В этом и заключается социальное значение текста. В «Беседе Маркандеи» кшатрийские вишнуитские тексты перемешаны с браминскими, главным образом рассчитанными на то, чтобы показать превосходство браминов во всех областях и путём разных трюков убедить в этом кшатриев. В этом смысле тексты имеют несомненный исторический интерес, так как отражают классовую борьбу и её приёмы в те древние времена. ГЛАВА 194 194, 1.Вайшампаяна сказал  — главы 194—199 написаны прозой с редкими вставками мерных шлок. По-видимому, это очень древние отрывки «итихас». 194, 6.Побеждает . Смысл этих трёх дидактических шлок не очень чётко выражен, т. к. синтактические отношения здесь не строго выдержаны. Особенно туманен смысл первой строки пятой шлоки, где первое высказывание мало связано со вторым. В частности затруднение представляет «nirnayah», первое значение которого: «удаление», «отвержение», но БПС для рассматриваемой шлоки даёт значение: «решение, определение, приговор». Если принять это значение, то смысл высказывания таков: «оценку достоинства человека нужно делать не по одному поступку, хотя бы и закономерному, но по всей линии поведения человека». Быть может прав Фош, считающий эти шлоки очень поздней интерполяцией. Во всяком случае они явно прерывают связность изложения. ГЛАВА 195 195, 1.Совершал сидение , т. е. совершал приём горожан, обращавшихся к радже. 195, 2.Нищенствующий . В обязанность брахмачарий, послушников духовного учителя (гуру), «старца» входило и собирание подаяний на пропитание учителя. Слово «по уговору» означает, что данный брамин остался у гуру сверх положенного 12-летнего срока. 195, 3.Ныне . Смысл этого «дипломатического» вопроса заключается в том, что брамин хочет сорвать порядочный куш, но предпочитает выразить это намёком, чтобы не вызвать протеста других претендентов (ср. гл. 185). ГЛАВА 196 196, 13.Стоимость можно перевести и «дал в награду 1000 лошадей». Смысл этой довольно странной притчи в том, что Вришадарбха, храня тайну обета, ударив брамина, ставил себя в положение виновного, с которого взималось вено за проступок. Так, не нарушая тайны обета, он мог дать брамину больше, чем тот просил. Некоторые наши юродивые, не желая показать, что они дают деньги, швыряли их, как дети камешки. Притча явно браминского сочинения и преследует одну цель — возможно больше ухватить. ГЛАВА 197 197, 2.Агни . Это знаменитое «Сказание о голубе» встречается в III книге «Махабхараты» дважды, в мерном варианте в отделе «Паломничество по криницам» и в «Беседе Маркандеи» в прозаическом, по-видимому, более древнем варианте. 197, 2.Кровожадного  — букв. «желающего мяса». 197, 14.Светлый . В подлиннике прилагательное «pracetas» просветлённый, умный, которое для данного места БПС принимает, как эпитет Агни, Адитьи. 197, 18.Не видел , т. е. я не из-за личной приязни прошу, но ради справедливости. 197, 27.От этой стороны или «от этой доли», т. е. правой стороны, где был вырезан кусок мяса. ГЛАВА 198 198, 2.Сын Ушинары . Шиби был единоутробным братом Аштаки и других, отцы у которых были разные (об этом см. вып. III, «Повесть о Галаве»). 198, 4.Отпадёт Аштака . По представлению браманизма небесные награды не вечны, но соразмерны количеству и качеству заслуг, равно и адское наказание. Таким образом, смысл данного вопроса и всего дальнейшего — выяснение количества заслуг каждого из братьев. 198, 8.Коренника  — перевод неточный, так как в колесницу впрягались лошади попарно цугом — 4–6 коней (ср., например, изображение колесницы Арджуны во II вып.). Таким образом, раджа отдал сперва двух передних коней («пристяжных»), затем двух ближайших («коренников»). Колесница была об одной оглобле, а не о двух оглоблях, как в древней Руси. 198, 14.Оскорбительное слово . По восточному обычаю похваленную гостем вещь хозяин должен отдать гостю (ещё в конце 18 в. обычай этот существовал и на Украине). Ответ раджи означал дипломатический отказ Нараде и разглашение этого отказа было для Нарады оскорблением, он оказался в смешном положении. 198, 24.Сознательно . Вопрос поставлен настолько сжато, что смысл его приходится до известной степени угадывать; подстрочно он звучит так: «чего желая владыка, зная, это совершил?» Фош дополняет: «зная ужас такого поступка». В предлагаемом переводе деепричастие заменено наречием и таким образом, сохраняя эллиптичность вопроса, перевод даёт тот же смысл. ГЛАВА 199 199, 2.Мою славу  — как самого старого из всех рождённых. 199, 7.Журавль , точнее — цапля. Эта неточность перевода сделана с целью сохранить род подлинника: в санскритском «бака» — цапля, м. р. 199, 10.Акупара  — В подлиннике местоимение м. р. , т. к. черепаха по-санскритски м. р. Замена сделана, чтобы не менять род подлинника. 199, 10. Столбов  — ритуальные столбы, называемые «юпа», к ним привязывались жертвенные животные. ГЛАВА 200 200, 4.От долга . По учению браманизма долг каждого мужчины иметь сына, продолжателя рода и совершителя жертвоприношения предкам, т. к. без таких жертв предки гибнут. 200, 8.Пустосвяту . В подлиннике специальный термин «брахмабандху», имеющий презрительный оттенок в смысле: брамин лишь по имени, недостойный член касты браминов. 200, 8.По женской линии рода . Такое патриархальное утверждение не следует переоценивать. Сама «Махабхарата» даёт многочисленные доказательства тому, что матриархальное право во времена эпоса было ещё достаточно сильным. См., например, «Супружеская верность», вып. I, «Странствование Галавы», вып. III, прочное существование в эпосе метерономий: Партха, Радхея и пр. 200, 9.Что делать слугам  — это противоречит другой установке, требующей одарять слуг (ср. 185, 7). 200, 13.Хома . Это название растения, из сока которого приготовлялся священный напиток, сохранилось в Авесте (маздеизм); в браманизме, как правило, растение называется «сома». 200, 16.Слизями («шлешма», флегма»). Учение о слизях и флегмах тела из Индии проникло в Грецию, о нём знал Гипократ и обосновал им учение о темпераментах, от которого его заимствовал Авиценна. Подробнее о слизях в системе индийской космологии см. во введении. 200, 17.Бастрюк  — так назывались в Индии дети, рождённые от постороннего мужчины при живом муже. Такая форма половых отношений, требовавшая лжи и нарушения обетов, считалась позорной, других же ограничений половых отношений (помимо кастовых) в индуизме не существовало, т. к. они все считались законным браком (см. прим. IV, 192, 12). 200, 17.Паршивый . Слово «кунакхин», употреблённое в тексте, буквально «страдающий болезнью ногтей». Парша ногтей — болезнь очень распространённая в Азии и до недавнего времени. Интересно отметить, что такой древний текст уже чётко выделяет эти два бича народов Азии: паршу и проказу. 200, 29.Хорошее золото . В подлиннике игра слов «суварна» — хорошее (очищенное) «золото» и «человек хорошей касты». Брамины разделялись по родам, достоинство которых было настолько разным, что брамин более высокого рода не разделял трапезы с более простым брамином. 200, 30.Получает  — букв. «он становится постоянным деятелем». 200, 39.На сладкий голос Ямы  — смысл шлоки заключается в обещании раджам, кормящим браминов, не откликнуться на призыв смерти, даже безболезненной. 200, 61.Сынами Васу . Васавы — особый класс богов; как эпитет в ед. числе по преимуществу прилагается к Индре. 200, 68.Давать корову , т. е. тогда, когда полностью может быть использован дойный период. 200, 74.Между коленями . В Индии, как и вообще в Азии, трапеза совершается на полу в сидячем положении с поджатыми ногами. 200, 76.Возлияние масла . Эту шлоку приходится переводить с пояснительными вставками, так как она изобилует специальными терминами, для которых нет соответствующих слов в других языках. Смысл шлоки всё тот же: подаяния браминам заменяют все другие заслуги. Шлока только подчёркивает «качественность» брамина: заслуга брамина, знающего Шрути, ценится выше, чем простого, недостаточно квалифицированного. 200, 77.Громовержец , т. е. Индра. Гроза представлялась древним, как бой богов с врагами. 200, 84.Планеты в небе . Говорится о «неблагоприятном» положении планет в гороскопе; силой очищения, брамины превращают их в «благоприятные». Если брамин будет обременён грузом кармы, равным грузу земли, если сочетание планет грозит ему гибелью, то от всего этого спасает священная формула поклонения Савитару (Солнцу), «спасительная песнь» Гаятри, которую брамины обязаны произносить трижды в день; членам же других каст она запрещена. Это — ведическая Гаятри, но существует ещё тантрическая, которую могут все произносить. 200, 86.Изучением Вед . В Яджурведе (чёрной) есть целый отдел, посвящённый разным колдовским приёмам, посредством которых, согласно вере древних индийцев, можно накликать болезнь, несчастье, смерть. 200, 94.Для очищенья  — букв. «благие считают себя очищенными свиданием с благочестивым». 200, 95.Ношение трёхрогой палки  — признак аскета-шиваита. Резкое изменение в последующем тексте свидетельствует, что здесь искусственно были соединены два разнородных текста: один, поставленный редактором-брамином впереди — браминско-шиваитский, ритуалистический и торгашеский текст; другой — кшатрийский, вишнуитский, резко полемический текст, отвергающий торгашеские ритуалистические установки и делающий упор на моменты внутреннего, нравственного развития человека в духе Упанишад. 200, 97.Индрий . Мысль шлоки: выполнять разные ритуалы и даже выносить физические лишения («умерщвление плоти») легче, чем бороться с трудностями психической жизни, утвердить психическую дисциплину, удерживать «деятельность чувств». Текст говорит о пяти воспринимающих индриях — шестой манас, как синтезирующее их начало. Мысль текста близка к буддизму, отрицающему эксцессы умерщвления плоти и проповедующему сдержанность психическую, «средний путь». 200, 99.Превознесение . Я читаю udaya. Смысл высказывания — полемика против крайностей шиваитского аскетизма, с его отрицанием всех мирских связей и проповедью всяческого «умерщвления плоти». Выдвижение идеи невреждения, как основной идеи духовной жизни, очень сближает текст с буддийскими взглядами. 200, 101.Прочее , т. е. другие способы умерщвления плоти. 200, 102.Сознаньем (букв. «бытием»). В индийской философии нет понятия вполне адекватного европейскому термину «душа» (anima), а потому и перевод «с опустошенной душой» может исказить смысл подлинника. При чтении психологических рассуждений индийских текстов нельзя забывать основного положения традиционной индийской философии: все психологические функции материальны, а потому и преходящи. К области духа относится только абсолютный субъект, Атман, характеризуемый формулой Бытье-Сознание-Блаженство. 200, 105.На твёрдом . В шлоках 104—106 перечисляются излюбленные шиваитами-аскетами приёмы, и поэтому данные шлоки можно рассматривать, как противошиваитский, а следовательно, противобраминский выпад кшатриев-вишнуитов. 200, 106.Знаньем и делом  — полемика против учения о «неделании» крайних ведантистов, поскольку это течение, зафиксированное в стройную систему гораздо позже Шанкарой, уже проявлялось в то время. 200, 109.Сокровенно пребывающий или «пещерный» (гухьяшая) — эпитет тигра. Таким образом, эпитет образно выражает учение об Атмане, который уподобляется могучему тигру, скрывающемуся в существах, как в пещере. 200, 110.Двусложным изреченьем  — схолиаст толкует: мантрой tat tvam asi — «Ты — То». Это одна из основных формул освобождения, данная в одной из древнейших Упанишад, Чхандогья (6, 11, 3 и след.). Индийская философия полагает, что размышление над этой формулой приводит к осознанию всеединства проявленного. Антитезой этой формулы «не То» (neti, neti) является формула Брихадараньяка уп. (2, 3, 6), утверждающая иллюзорность всего проявленного, в том числе и личности. Считается, что размышление над этой формулой приводит к той же цели осознания всеединства, выражающегося как абсолютный субъект, Атман. 200, 110.Следом шлоки  — довольно туманное выражение, неясность которого не проясняется замечанием схолиаста, что здесь говорится о следе Шрути. Если принять, что в данном стихе говорится о приведённых великих формулах освобождения, то есть основание предполагать, что под «следом» разумеется священный слог «Ом», как кратчайшая формула освобождения или даже размышление над точкой (бинду), входящей в начертание слога и передающей звук конечного «м», символом конца всего проявленного. Это упражнение считается одним из труднейших упражнений джнана йоги. 200, 111.Для сомневающегося  — ср. «Бхагавадгита», IV, 40 — «для сомневающегося нет ни этого, ни иного мира, ни счастья». 200, 113.Единому Вечному . В этой шлоке есть два слова, смысловая напряжённость которых позволяет развернуть высказывание в обширную тему для размышления. Такой приём характерен для индийских философских памятников. Первое из этих слов «Акшарам». Этот термин является эпитетом священного «Ом», о значении которого много говорится в Упанишадах и других философских памятниках, как о логической формуле, охватывающей все основные концепции традиционной индийской философии. Второе слово садхана. В предлагаемом переводе оно передано через «выводы», но значение термина несравненно шире, даже в эпической литературе и особенно в позднейшей, тантрической, где оно приняло особое значение… «Садхана» означает не только «вывод», но и «овладение» данной философской проблемой, «ссылка на авторитет» в рационалистическом аспекте и «подчинение своей воли» в волюнтаристическом. Отсюда видно, что шлока даёт целую систему рассуждений для достижения правды. Интересно отметить, что для обозначения этого понятия текст употребляет слово «таттва», а не «сатья». «Сатья» выражает скорее представление о правде в нравственном аспекте, и антитезисом к нему является неправда, ложь. Термин же таттва, который индийские философы связывают с формулой «тат твам аси», носит скорее онтологический характер: правда, как действительность, как сущее, антитезой которому является недействительное, несуществующее. Традиционное разложение слова на «тат-твам» (Ты — То), вероятно, и послужило основанием схолиасту для толкования 40 шлоки этой главы. 200, 114.Действительность  — таттва, см. предыдущее примечание. 200, 116.Можно избегнуть . Шлока излагает метод конечного освобождения, согласно теории ранней Санкхьи. Рассуждение строится так: воплощение есть результат причинно-следственного ряда, определяющего данный мировой период (югу). Для каждого воплощённого этот ряд (карма) определяется деятельностью чувств (индрий). Воплощение необходимо потому, что причинно-следственный ряд отвечает формуле n + 1, а значит, прервать его возможно только гася причины, порождающие неизбежно следствия, раз причина приведена в действие. Но органами общения со средой являются индрии, которые и производят причины. Отсюда вывод: надо сдерживать деятельность индрий, которая рассматривается, как насыщение индрий на их пастбищах, т. е. объектах (внешняя среда). Поэтому важно для освобождения не физическое голодание, т. к. насыщение есть только «вращение гун в гунах» («Бхагавадгита»), но отрыв от желания есть, от объекта, пищи; это текст называет «божественным неядением». 200, 118.Вайшампаяна сказал . Здесь кончается вставка, начавшаяся с 97 шлоки. Повторение вопроса Юдхиштхирой — след редакционной обработки. 200, 120.В (их) отсветах , т. е. отголоски Шрути и Смрити. 200, 120.Творящие тризну , т. е. жрецы, совершающие посмертный ритуал. ГЛАВА 201 201, 6.Кувалаяшва . Транскрипция дана по БПС, где указывается, что в данном месте «Махабхараты» стоит ошибочно Кубалашва. Это второе имя царя Пратардханы, а следовательно, название его Икшваку неточно, его следовало бы назвать Икшвакава, т. е. потомок Икшваку. 201, 16.Страны света . Вишну изображается четвероруким. 201, 23.Здесь везде , т. е. во всех преходящих мирах. 201, 24.Достигают . Значение употреблённого в тексте глагола не вполне ясно. ГЛАВА 202 202, 16.Уджджалака  — так в тексте. По-видимому, следует Уджджанака, так читает БПС, ссылаясь на шлоки данного текста; точное значение слова не совсем ясно, но БПС производит его от udyāna — подъём; быть может в этом можно видеть намёк на пустыни Деканского плоскогорья. 202, 18.Мадху и Кайтабхи  — эти два имени в тексте слиты, но слово стоит в двойственном числе, и это показывает, что речь идёт о двух лицах, которые признаются отцами одного сына. Выражение «сын двух отцов» и даже «двух матерей» легко допускается эпосом. 202, 25.Искры . Такое весьма чёткое описание вулканической деятельности встречается в «Махабхарате» неоднократно (например, в «Странствовании Галавы», вып. III); значит, древние арийцы где-то наблюдали вулкан, но остаётся вопросом, где именно, т. к. насколько мне известно, на Деканском плоскогорьи да и вообще в Индии не описано потухших вулканов, не говоря уже о действующих. 202, 29.Земли владыка  — повтор. подлинника. ГЛАВА 203 203, 6.В превосходную пущу . Неточность рассказа нередко встречается в «Махабхарате». Сначала говорится о том, что Брихадашва уже отправился в лес, и рассказ позволяет предполагать, что разговор с Уттанакой происходит в пуще, но из данной шлоки видно, что он происходит в городе, о возвращении туда раджи читателю предоставляется догадываться. 203, 8.Знать желаю  — повтор. подлинника. 203, 8.Великий подвижник  — букв. «богатый тапасом». 203, 21.Затрясся (гл. tras — трястись, трусить). Весь пафос повествования — прославление Вишну, а с Брамой рассказ обращается мало почтительно. В этом можно видеть влияние кшатриев, так как Браму преимущественно почитали брамины, кшатрии же стремились возвеличить Вишну за счёт других богов, в том числе и Брамы. Это следы острой социальной борьбы, происходившей в то время. ГЛАВА 204 204, 5.Обоих отцов  — см. прим. IV, 202, 18. 204, 9.Дхундхука  — так в тексте вм. обычного Дхундху. 204, 9.Лежал  — как один из приёмов умерщвления плоти. 204, 23.Пожару смерти  — часто встречающаяся метафора, т. к. по индийским представлениям каждый цикл миропроявления кончается вселенским пожаром. 204, 24.Заклятым (оружьем)  — в тексте «вимала», что значит чистый, незапятнанный, в ритуальном смысле «очищенный заклятием», «заклятое оружие»; другое значение — «белый слон». В тексте ещё стоит падвиша или «паттиша» — название какого-то неотождествлённого оружия. 204, 25.Он встал  — нарушая этим аскетический подвиг, обет неподвижного лежания. Такое нарушение обета считалось крайне опасным как для самого нарушителя, так и для того, кто потревожил аскета. 204, 27.Капила . О сожжении «сынов моря» Капилой (Красным) не раз упоминается в «Махабхарате» (см. III вып., «Путешествие Бхагавана»). Как и большинство индийских мифологических образов образ Капилы расплывчат, многогранен и многолик. Исторически это философ, основатель школы Санкхья, отождествляемый то с Кришной-Двайпаяной, то с Кришной-Варшнеей. Мифологически это образ Солнца, один из аспектов светила — «Золотое Семя» (Хираньягарбха). Возможно, что поэтически образ Капилы, сжигающего сынов моря — образ выходящего из океана солнца, золотящего его поверхность и облака. Так как индийцы раньше узнали западный океан, то образ сжигания сынов моря чаще связывается с западом. 204, 28.Сынов моря . Знаменательно, что сыны Кувалаяшвы названы «сынами моря». В данном случае можно разуметь под этим эпитетом облака, изливающие дождь, как это видно из следующего стиха. Таким образом, в мифе сливаются два мотива: извержение вулкана и борьба зноя с облаками. Облака — сыны Кувалаяшвы «голубого лотоса» или «Горизонта» (ку-валая — горизонт) — «голубой лотос» — синева неба. 204, 31.Оружием Брамы , наряду с «оружием Шивы» и «оружием Индры», часто упоминается в эпосе. С одной стороны — это молния, но также, особенно в связи с Брамой, — это сила заклятия, разящая психическая сила (ср. «слово зажигательное, убивающее» и пр.). Вот почему говорится, что Кувалаяшва действовал силой йоги; психической силе йогинов в Индии издревле придавалось большое значение. Учение об этой силе (шакти), как о потенциальной космической силе, свойственной всему живому, особенно ярко развито в Тантрах, где эта сила называется Кундалини-Шакти, Кувалаяшва мочится (ср. украинское — пророк Илья помочился в воду — купаться нельзя) — небо испускает дождь. Таким образом, миф явно принимает характер натуралистического мифа о грозе. Миф о грозе — один из любимых мифологических мотивов индийцев. 204, 36.Благосклонен Вишну  — черта важная для характеристики религии Вишну, как религии кшатриев. Всё пожелание Дхундхумары интересно, как формулировка идеального раджи, каким этот идеал представляется в эпосе. ГЛАВА 205 205, 5.Чтущим супруга в подлиннике «эка-патнья», термин, который можно передать только описательно: «та, для которой муж есть единственное божество». 205, 6.Смятение чувств  — букв. «толпу чувств». 205, 13.Так мыслю . Я не могу привести параллельного примера такого глубокого выражения уважения и нежности к женщине в литературе древних народов периода создания «Махабхараты», да и в более позднюю эпоху. Подобное отношение к женщине можно найти разве только в украинском фольклоре, но его разделяет от «Махабхараты» 2 тысячелетия… 205, 14.Вредит людям . Юдхиштхира поднимает вопрос, с такой остротой поставленный в «Бхагавадгите» Арджуной: как совместить долг кшатриев сражаться и убивать, с основным принципом индийской нравственности — невреждением (ахимса), ярко проводимым Индией и в наши дни (Махатма Ганди). Вопрос Юдхиштхиры актуален в Индии и по настоящее время. 205, 17.Чтимой мать  — эта и следующая шлока представляют большой исторический интерес, показывая, как глубоко затрагивался уже в то время вопрос о борьбе патриархата и матриархата. В период создания эпоса в арийском обществе патриархат уже победил, но ни тогда, ни позже он не принимал тех абсолютных форм, какие он принял у народов Малой Азии, в частности у семитов. 205, 20.Сыновьего долга , т. е. выполнения ежедневных жертвоприношений предкам для обеспечения их потустороннего существования. ГЛАВА 206 206, 5.Жизни  — букв. «сущности», «естества». 206, 28.Переварен . Миф о Ватапи развёрнуто дан в III кн. в разделе «Паломничество по криницам». Имя Ватапи даёт ключ к натуралистическому толкованию мифа: «ватапи» значит вихрь, смерч. Он превращает своего брата Илвалу в козлёнка и даёт его съесть браминам; съеденный Илвалу вылез из их желудков. За это и наказал Ватапи риши Агастья. Имя Илвалу более загадочно. Этим словом называется известная порода рыб и звёзды Ориона: три звезды его «пояса» и 2 ярких звезды этого созвездия (Ригель и Бетельгейзе). Орион находится в южной части северного неба, т. е. далеко от созвездия «Семь риши», так что трудно связать эти созвездия и данаву Ватапи, т. е. вихрь, смерч. Возможно, это какой-то обрывок сказания, объясняющий запрет браминам есть рыбу (см. прим. IV, 190, 20). 206, 29.Великодушных браминов  — повтор. подлинника. 206, 32.Лучший из дваждырождённых  — повтор. подлинника. 206, 35.Сливает  — букв. «для кого я и мир одинаковы», т. е. кто до такой степени отрешился от своей личности, что реально слился с общей космической жизнью. 206, 36.Читать поручает . В подлиннике идея совершения действия для себя и для другого выражается особыми формами одного глагола. Смысл высказывания состоит в том, что кшатрии обладают правом читать Веду, но не правом ритуального произнесения гимнов при обрядах, жертвоприношениях, так что понятие «совершения жертвы для себя» и «совершения жертвы для другого» очень чётко разграничены в санскрите. 206, 44.Праведного охотника . В кастовом отношении членом касты охотников является сын кшатрия из смешанной касты сарвасинов и потому стоит ниже касты кшатриев, а тем более браминов. Таким образом, брамину предлагается сломить свою спесь и поучиться у человека, которого он считает неизмеримо ниже себя. Демократическое значение такого момента весьма значительно. В этом выражается борьба против олигархии браминов, претендовавших на духовную монополию и требовавших, чтобы их считали земными богами. Такая борьба уже чувствуется во многих Упанишадах. Так, например, в Каушитхаки, в разных отделах Чхандогья и Брихадараньяка Упанишадах говорится о том, что раджи (кшатрии) поучают браминов, в «Бхагавадгите», созданной кшатриями, эта борьба постоянно проявляется, несмотря на тщательную редакционную тушёвку, произведённую браминами. Слово «вьядха» буквально значит «охотник», как представитель касты, но в данном случае скорее можно говорить о мясоторговце, т. к. «праведный охотник» не убивал животных, а перепродавал туши. Вивекананда, ссылаясь на данную повесть «Махабхараты», говорит о мяснике. ГЛАВА 207 207, 2.Верой  — таково вторичное значение слова «шраддха», но здесь скорее можно говорить о доверии. 207, 11.В мясном ряду . Хотя словарное значение слова «sūna» — бойня (БПС ссылается на данную шлоку, давая такое значение), однако по смыслу речь идёт о мясном ряде на рынке. т. к. там продавали мясо, а не забивали скот. 207, 11.Суетных  — в подлиннике употреблено слово «трина», первичное значение которого «трава» (ср. украинское «стерна»), метафорически же — суетность, тщетность. 207, 12.Брамину  — в подлиннике повтор через строчку. 207, 13.Что мне исполнить?  — ритуальных вопрос хозяина, принимающего гостя. Вставка «благо тебе» подчёркивает кастовое положение говорившего: оно настолько низко, что даже упоминание о нём оскорбительно для ушей брамина и требует особого оборота речи, который в данном контексте звучит, как «извините» и с «Вашего разрешения». Такой художественный приём, подчёркивая степень социального неравенства собеседников, подчёркивает и степень требуемого от брамина смирения. 207, 25.Земледелие  — такое определение занятия вайшьев свидетельствует об относительно раннем происхождении текста: в «Гите» о вайшьях говорится, что занятие их не только земледелие, но и торговля, а в «Нале» говорится о вайшьях, как о купцах. Это сличение текстов важно для изучения процесса развития буржуазии в раннем феодальном обществе и перехода от сельскохозяйственной натуральной экономики к экономике капитала, денежной. 207, 33.Вкушаю  — в подлиннике рифмуют те же строчки. О времени и частоте приёма пищи в Индии существуют разные установки: принятие пищи ночью данный текст вменяет в праведность (ср. мусульманский пост Рамазан), тогда как позднейший устав джайнистов запрещает это делать, т. к. принимая пищу при недостаточном освещении можно проглотить какое-либо насекомое и тем нарушить обет невреждения, особенно строго блюдомый. 207, 49.Отделённость (kaivalātma). Это изречение очень важно для понимания различия между йогой ранней и поздней Санкхьи. Вопрос уже был затронут во II вып. этой серии при разборе сущности йоги «Гиты». Йога ранней Санкхьи утверждает единство субъекта (Атмана) и объекта (Пракрити) утверждает слияние «я» с миром (ср. прим. IV, 206, 35), йога поздней Санкхьи проповедует отрешённость, отделённость от мира (кайвалья), с чем и полемизирует данный текст. Трудно сказать, когда возникло дуалистичесткое понимание йоги и учение об отрешённости (кайвалья). Датировка сутр Патанджали спорна, обычно этот памятник относят к I в. до или после н. э., а в сутрах Патанджали утверждается дуализм Санкхьи. Следующая шлока содержит ещё более резкий выпад против дуализма, который характеризуется как «самопоклонение». 207, 50.Обладает , т. е. человек, не занимающийся самопоклонением, скромен и не стремится к славе. 207, 53.Раджа . Обращение здесь явно ошибочное. Оно позволяет думать, что текст о дхарме раджей — позднейшая вставка, возможно один из вариантов первого раздела XII кн. («О дхарме раджей»). Этот раздел состоит из разнородных текстов и при редакции «Махабхараты» отдельный отрывок мог попасть в другую книгу. Изложение здесь обрывочно, тематика не выдержана. Шлока 53 написана ануштубхом — приём, обычно используемый «Махабхаратой» для выделения особо значительной мысли. 207, 59.Отличное . В подлиннике употреблён термин очень насыщенный смыслом: «шишитачара». Глагол «шиш» значит «оставаться», а потому и «выделяться»: «шишита» есть «остаток», а потому и «результат», «итог», то, что требуется доказать, а отсюда «шишитачара» — человек учёный, знающий традицию, порядок, выдающийся нравственно, духовно, а потому образцовый. Пожалуй, в русском языке этому сложному термину наиболее соответствует слово «совершенный», хотя грамматически оно адекватно санскритскому «сиддха». 207, 65.Постоянно дающий  — обращение к раджам, а не к браминам, оно так же неуместно в обращении к брамину, как и к «радже» в шлоке 53. 207, 67.Тайноучение . Слово «Упанишада» буквально значит «сидение внизу», у ног учителя, преподающего духовные истины, по своей сути доступные лишь подготовленному соответствующим искусом, а потому и «тайные». Позже это слово стало употребляться именно в смысле «тайноучение». Сущность этой тайны заключается в достижении такого миропонимания, которое не может осуществиться без полного самообладания или по терминологии европейской психологии, без преодоления «эмоциональности мышления», что в свою очередь достигается отрешённостью от личных интересов или отождествлением своей жизни с жизнью всеобщей. Такова схема йоги ранней Санкхьи, неоднократно излагающаяся в «Махабхарате» и выработанная уже Упанишадами, в которые корнями своими уходит Санкхья. Нужно подчеркнуть, что эта концепция неоднократно уже в Упанишадах противопоставляется браманическому формализму и ритуализму. Разбираемый текст по своей сути антибраманичен: он заставляет самодовольного брамина учиться даже не у кшатрия, а у охотника, человека весьма низкой касты. Об обращении «постоянно дающий» см. прим. к шлоке 65 этой главы. 207, 71.Отрицателей . Слово nāstika вполне адекватно передаётся словом «нигилист»; термин часто прилагается ведантистами к буддистам, почему эту шлоку можно понимать, как выпад против буддистов. 207, 98.На чертог  — для понимания образа нужно учесть, что крыши домов в Индии обычно являются местом отдыха и вышкой, с которой можно наблюдать за происходящим вокруг (ср. «Наль», гл. XIII, 45 и сл. и описание встречи Бхагавана в «Путешествии Бхагавана», вып. I и III). ГЛАВА 208 208, 3.Убивает судьба  — ср. «Бхагавадгита» — «мной убитых» (XI, 34). 208, 15.Брахмачарья . В период ученичества молодым людям предписывалось половое воздержание, но закончив этот период, брамин становился домохозяином и женился; таким образом, брак не только не запрещался браминам, но вменялся в обязанность до рождения сына. 208, 18.Не выполняет дхармы  — ср. «Гита» о делании и неделании и опасности чужой дхармы, гл. III—IV. 208, 20.Познанье  — здесь проводится одна из основных идей нравственности древних арийцев: нравственной оценке подлежит не факт, как таковой (хотя бы и столь ужасный, как людоедство), а его осмысление, распознавание, в силу чего факт становится актом, который единственно и подлежит рассмотрению в этике (проблема ценностей). 208, 23.По преданию . Интересно, что текст употребляет здесь термин «смрита», имеющий почти ритуальный смысл, как ссылка на священное предание (Смрити). Приводимое в этой и следующих шлоках рассуждение характерно для джайнизма и буддизма, религиозно-философских течений, возникших почти одновременно (IV в. до н. э.). Оба течения принимали невреждение краеугольным камнем нравственности. Эти течения настолько близки, что легко можно спутать по содержанию ранние джайнитские и буддийские тексты. Основная причина, почему джайнизм остался одним из течений индуизма, тогда как буддизм был почти вытеснен из Индии, заключается не в сути учения того и другого, но в отношении к кастам: буддизм отрицает кастовые различия и ограничения, джайнизм же, хотя и условно, но признавал кастовый строй. В этих социальных моментах нужно искать разгадку различия исторических судеб столь близких течений: по социальным причинам буддизм должен был или погибнуть, или существовать вне Индии, а джайнизм не мог существовать вне индуизма. Джайнизм отрицает земледелие из-за причин, изложенных в данном тексте. Это также важнейший социальный момент, определивший социальное становление джайнизма; в дальнейшем развитии истории индийского общества такая установка привела к парадоксу: джайнисты, и по настоящее время многочисленные в Индии, оторвавшись от земли, вынуждены были заняться ремёслами, а затем торговлей, которая легко перешла в ростовщичество. История джайнизма представляет большой интерес с точки зрения действия законов экономики в древнем обществе. Впоследствии джайнисты стали заниматься так называемыми «свободными профессиями». Насколько силён в Индии джайнизм — даёт представление тот факт, что Махатма Ганди был джайнист и положил принцип невреждения (ахимса) в основу своего политического кредо. 208, 35.Не совместны  — шлока передана несколько вольно; более точный перевод затруднителен вследствие сложного оборота подлинника. ГЛАВА 209 209, 15.Ловят . Шлока построена на сложной игре слов: вьядхи — болезнь; вьядха — охотник; оба слова происходят от глагола вьядх — ранить, язвить, поражать. Вайдья — ведун, знахарь. В переводе сделана попытка передать связь образов через глаголы: ловить, уловлять, набирать. 209, 17.Бедняками . В подлиннике игра слов: Bāhu — рука и Bahu — много (ср. украинское «багато»). В переводе этот приём передан антитезой богатырь (богатый)—бедняк. Напомним, что славянское и др. русское значение слова бедняк (бедник) — «безрукий» (ср. «добре ти есть беднику…» Мр. 9, 49; «добрейше ти есть внити… бедну», Мф. 18. 8). «Богатырь в русском эпосе употребляется и в смысле «богатый», ср. сказка о бочке золота, прикатившейся к «богатырю» (богатому) во двор. 209, 21.Сочетаниях . Эта шлока выражает скептическое отношение к астрологии, считавшейся в те времена непреложной наукой. Мысль заключается в том, что многие родятся одновременно, при одинаковых положениях звёзд, но судьба родившихся весьма различна. Вместо астрологического объяснения судеб людских, философ выдвигает, как объяснение, причинно-следственный закон, карму. 209, 26.Охотник сказал . Шлоки 26—28 — ануштубх, «половину десятка», т. е. покидает чувства, воспринимающие индрии (ср. «Бхагавадгита»: владыка уносит чувства… XV, 8). 209, 27.Исполненное не погибает  — учение о непрерывности причинно-следственного ряда — одно из краеугольных положений индийской философии. 209, 30.Зависит от обрядов . Это убеждение сохранилось в Индии и по настоящее время. Вивекананда в своих лекциях в Америке говорил, что в Индии родители тщательно готовятся к зачатию, так как считается, что ребёнок, зачатый без духовной подготовки родителей, не может быть духовно развитым человеком. Вивекананда говорил, что его родители 8 лет готовились к его зачатию. 209, 49.Бесстрастию . В подлиннике употреблено слово «нирведа», означающее отрицание, отсутствие любознательности, равнодушие, пресыщение всем внешним. Семема слова «атрипьяман» получает свои обертона в слове «нирведа». В переводе эта смысловая напряжённость, к сожалению, ослабляется. 209, 51.В подсобных средствах . Древние говорили: «страдание есть стимул к познанию». В этом смысле нужно здесь понимать «подсобные средства». Удары, полученные человеком вследствие его поступков, являются, по мнению индийских философов, «подсобным средством» к освобождению. Отсюда положение: «человек сперва изживает свои радости, потом страдания и тогда наступает время искать путь, с которого нет возврата». ГЛАВА 210 210, 5.Не зарождается в дхарме . Несмотря на известную шероховатость такого русского оборота, подлинник приходится передать буквально, т. к. мысль этой шлоки слишком важна для всего логического построения. Древнеиндийская психология утверждает материальность всех «сутей» (таттв), даже и психических, из которых буддхи является или вторым, или наивысшим, так как 25 таттва «махан» признавалась не всеми школами. Школы, отрицавшие 25 таттву, принимали наивысшей или буддхи, или «основу личности» (аханкара). Смешение этих двух понятий может встречаться даже в одном тексте (см. также введение — о Санкхье). Сущность мысли данной шлоки — анализ зарождения и развития психики: разум есть результат внешнего опыта, основанного на диалектике влечения и отвращения, а потому и не может зарождаться в основном законе (Дхарме), относящемуся к безусловному (ср. также спор манаса и индрий в «Анугите»). 210, 7.Желает  — в подлиннике полушлоки 6а и 7а связаны глагольной рифмой, а 6б и 7б — повтором. 210, 13.Не бывает  — в подлиннике глагольная рифма. 210, 16.Из великих сутей . «Махабхута» — понятие приблизительно соответствующее понятию «стихия» (элемент) в эллинистической философии (см. введение). 210, 19.Из (воспринимающих) индрий  — в подлиннике «из них». Так как манас является шестым не в грубых, а в тонких сутях (танматрас), то местоимение текста может относиться только к индриям; отсюда ясно, что в тексте выпала шлока, говорящая о пяти индриях. Далее в порядке от низшего к высшему перечисляются «тонкие сути». Данный текст принимает за высшую из них «основу личности» (аханкара), как суть, связывающую Дживу с Пракрити. ГЛАВА 211 211, 4.Три — воздуху и пространству , т. е. воздуху 2 качества, пространству — одно. Таким образом, число качеств убывает на единицу в порядке элементов. 211, 17.Премудрый Владыка  — Бхагаван. Этот стих интересен с точки зрения истории развития религии бхагаватов: в учении о Брахмо текст ссылается не на Упанишады, а на Бхагавана. В данном случае нельзя с решительностью ставить знак равенства между Бхагаваном и Вишну-Кришной (как это делает, например, Фош). Текст «Беседа брамина и охотника» не шиваитский текст, это можно сказать с достаточной уверенностью хотя бы уже по одному тому, что в качестве ученика фигурирует брамин, в качестве же учителя даже не кшатрий, а представитель одной из низших подкаст касты кшатриев, хотя термин «Бхагаван» позднее стал часто применяться к Шиве, однако в «Махабхарате» он, как правило, применяется к Вишну-Кришне. Сам термин вполне равносилен ассиро-вавилонскому «баал» или древнееврейскому «Адонай». Подобно тому, как в Малой Азии было известно много богов (владык) или адонисов (адонай — «мой владыка»), так и в индуизме термин «Бхагаван» мог быть отнесён к любому богу, но существовал и как имя — эпитет бога определённого племени. Процесс отождествления Бхагавана с Вишну-Кришной был, вероятно, достаточно длительным, так как в «Махабхарате» можно найти следы различных его стадий. Социологически этот вопрос интересен для изучения длительной и упорной борьбы каст кшатриев и браминов, процесса весьма выраженного в древнеиндийском обществе. 211, 18.Тапас . Этот термин здесь нет необходимости понимать в узком смысле — «умерщвление плоти». В более широком смысле «тапас» означает упражнение в самообуздании, самообладании (ср. «Бхагавадгита», XVII). 211, 20.Полнота закона йоги . Ср. первую сутру Йогасутр: «йога есть удержание волн (вритти) в материи мысли (читта)». 211, 20.Ада  — мысль выражена эллиптически; по существу это мысль 19-й шлоки. 211, 22.Шестёркой  — 5 воспринимающих индрий (чувств) + манас. 211, 23.Колесницей духа . Текст употребляет слово «пуруша», которое лишь очень приблизительно передаётся словом «дух», pneuma, spiritus. Все эти слова происходят от глагола, выражающего действие дыхания («дышать»), как основного признака живого существа; следовательно, они выражают идею жизненного принципа, чему в санскрите соответствует слово «прана». Слово же «пуруша» развивает совершенно иной круг идей, весьма интересных для индийской философии. Индийская традиция придаёт этому слову основное значение «горожанин». Как горожанин только живёт в городе, но не составляет с ним единого целого, не является непременным условием существования города, так и чистый субъект, Атман, только живёт в объекте, в Пракрити, не сливаясь с ней, не образуя с ней неразрывного целого. Жизнь Пракрити, в частности тело животного, развивается помимо пуруши, который только «созерцает», является «свидетелем» процесса, но не участвует в нём. Пуруша связан с Пракрити только постольку, поскольку он её воспринимает и не более того. В этом и состоит принципиальная разница между понятием «дух» и «пуруша», ибо дух, согласно системам, принимающим реальность этого понятия, есть жизненный принцип тела, обусловливающий его существование. 211, 25.Как корабль волнами . (Ср. «Бхагавадгита», II, 60). В данной шлоке специальные термины оставлены без перевода для того, чтобы читатель, уже знакомый с ними, мог бы учесть смысловую многогранность высказывания. ГЛАВА 212 212, 6.Безропотный  — так в тексте; т. е. настолько инертный, что даже не способен на недовольство; однако такое понимание не согласуется со следующим определением «завистливый». Возможно, что следует читать не «anasūyaka», но «asūyaka» (ропщущий), тем более, что такое чтение не нарушает построения шлоки. 212, 9.Личное начало  — аханкара. ГЛАВА 213 213, 3.Как бы вращаясь  — изложение идёт в обратном порядке, принятом в позднейшей йоге и тантрах. Эти системы помещают огонь, «огненную силу» (шакти) в нижнем отделе канала сушумна, соответствующему центральному каналу спинного мозга. Сила эта изображается свёрнутой, как змея в основном «лотосе» (чакра), отчего и называется «силой кундалини» (свёрнутой). Эта схема предвосхищает многое из современного учения о функции нервной системы. 213, 4.Мы определяем . Эта формула определения праны, как лона Брамы, является интересной чертой в истории развития космологии Санкхьи. О «лоне Брамы» говорит «Бхагавадгита» (XIV, 4, см. также прим. к этой шлоке в вып. II). Но «Бхагавадгита» точно не определяет, что это за лоно. В системе ранней Санкхьи высшим элементом считается Махан, который и является «лоном» остальных 24 таттв. В Упанишадах (ср. четвёртую прапатхаку Чхандогья уп.) на первое место ставится Прана, таким образом, данный текст придерживается более ранней концепции, что следует учесть при определении его относительной датировки (ср. также спор пран в «Анугите»). 213, 5.Пуруша . Санскритские философские термины оставлены в этой шлоке без перевода, так как любой перевод сильно ограничил бы многогранность смысла подлинника. Перевод только навязывал бы читателю какое-то частное сечение мысли. Нужно отметить, что в тексте из ритмических соображений нарушен порядок элементов: нужно махат, аханкара, буддхи. Изменение порядка перечисления из ритмических соображений узаконен индийской поэтикой. 213, 6.Саманой  — подробнее о пранах см. «Анугита» и Упанишады (Чхандогья уп. и др.). 213, 10.Первичных веществ . В подлиннике употреблено слово «дхату», которое чаще, но далеко не всегда, употребляется в смысле «слизь, жидкость тела». В данном случае слово взято в гораздо более широком смысле. Философ хочет показать разницу понятий «дхату» и «раса». В основу своей концепции жизни он кладёт принцип теплоты (тапас), т. е. движения. Текст очень важен для дальнейшего обоснования йоги, как праксиса: уже на третьей ступени восьмиступенной йоги начинаются упражнения, цель которых — овладевание распределением пран (нервных токов) тела. Смысл каждой асаны заключается в направлении нервного тока по желательному пути. Известно, что кортиковисцеральные рефлексы можно до известной степени вызывать сознательно (например, яркое представление пищи может вызвать слюнотечение). В Индии уже в древности владели искусством управления кортиковисцеральными рефлексами в почти невероятной для нас степени; традиционно это и называется искусством распределения пран. Искусство это сохранилось и до наших дней. В «Открытии Индии» Неру замечает, что он и теперь ещё не прекращает упражняться в некоторых асанах «для сохранения здоровья». 213, 12.Прана . Здесь термин нужно понимать в узком смысле: «восходящий ток», противопоставляемый апане, как нисходящему току. Правильное распределение этих основных токов входит в задачу пранаямы (четвёртая ступень восьмиступенной йоги). Без овладевания распределением праны и апаны немыслимо осуществление других, более сложных упражнений пранаямы, переходных к собственно психическим упражнениям через 5 ступень — пратьяхару (удержание). 213, 13.Нижний его отдел . Текст указывает предел распространения нисходящего тока (апаны). Как обычно в подобных текстах мысль сознательно шифруется: первая полушлока говорит о выделении остатков пищи через прямую кишку, поэтому вызывает недоумение высказывание второй полушлоки о зарождении всех пран в этой области. Но в тексте есть сознательный пропуск: закончив описание асаны, текст указывает, что здесь, в промежности есть узел (чакра) месторождения «всех пран», иными словами текст утверждает, что основа всей жизни есть воспроизводительная сила природы, детородная сила. Этот чакра называется «корневым» (мула-чакра) и помещается индийской традицией приблизительно в области предстательной железы. Мула-чакра есть основа канала сушумны (центральный канал спинного мозга). Деятельность мула-чакры относится уже не к токам пограничного ствола вегетативной нервной системы (ида и пингала), но к токам (физиологии) спинного мозга. 213, 13.Узлом пран  — «манипура чакра» или «солнечное сплетение», называемое современными физиологами «брюшным мозгом» (ср. A. Avalon «The serpent power», Lond,, 1931). 213, 16.Сосуды  — слово «nāda» пропущено, но подразумевается текстом. 213, 17.Прана и апана . Здесь названы 2 главные праны по принципу — «часть вместо целого». Нужно отметить, что название пран в разных текстах путается и, по-видимому, далеко не всегда непреднамеренно. Разные школы пользовались разной расшифровкой. Нужно это учитывать, чтобы раскрыть истинный смысл текста. 213, 18.Первичных веществ  — в тексте «kalā» весьма близкое понятию «дхату» (ср. прим. IV, 213, 10). 213, 21.Саттву  — порядок гун в тексте изменён по метрическим соображениям. 213, 21.Запредельного личному . Эта шлока представляет трудности для перевода из-за специфичности терминов. «Живая Душа» (Джива) — иллюзорно сознающий себя отдельным «я» — воплотившийся Атман; «познающий поле» есть по существу запредельный личному (parātmaka) Атман; такова мысль шлоки. Задача йоги понимается в духе йоги Патанджали, как осуществление осознания, что индивидуальность Дживы иллюзорна, т. е. основана на противопоставлении субъекта и объекта, «познающего поля» и «поля», тогда как Атман есть абсолютный субъект, вне какого-либо противопоставления объекту, т. к. такое противопоставление противоречит основному требованию абсолютности. 213, 22.Бываний , т. е. семи состояний мира. 213, 23.Душа существ или Атман существ — Бхутатма (ср. «Бхагавадгита», V, 7). 213, 24.Он уничтожает , т. е. плоды дел и таким образом освобождается от самсары. 213, 25.Как светильник  — ср. «Бхагавадгита», VI, 19 и прим. 213, 27.При светоче сердца . Здесь как и в предыдущей шлоке «манас» нужно понимать не в узком смысле, а в широком, как разумное и эмоциональное самосознание, что ближе всего передаётся словом «сердце», в переносном, психологическом смысле. 213, 27.Без «я» , т. е. постигнув внеличностный аспект чистого субъекта. 213, 33.Отрешённости . Это определение йоги интересно сравнить с определением «Бхагавадгиты» — «равновесьем называется йога» (II, 48) и йога — «в делах искушённость» (II, 50). Данная шлока построена на игре слова «йога», понимаемого, как «единение, сочетание», т. е. в основном смысле термина. «Единение, йога Брахмо есть разъединенье» — так определяет рассматриваемая шлока йогу совершенно в духе Патанджали. Характерно, что текст говорит о Брахмо, но не об Атмане. Это придаёт высказыванию выраженный атеистический характер в духе раннего буддизма. 213, 38.Встреча , т. е. брамин постоянно занят мыслью о встрече, обретении Брахмо в качественном. Это и есть настоящее дело, всё остальное — иллюзия. В исполнении этого заключается достижение счастья, а потому и говорится, что до счастья один только шаг. ГЛАВА 214 214, 26.С нарушением дхармы  — намёк на занятие мясоторговлей. ГЛАВА 215 215, 2.В Митхилу  — в подлиннике глубокая рифма не во 2-й, а в 4-й шлоке (vrata—matah). Кроме того, мужской рифмой соединены 2б и 3б. 215, 17.Раджа Яяти  — см. в III вып. «Странствование Галавы» в разделе «Путешествие Бхагавана», где эта легенда дана в развёрнутом виде. 215, 26.Коленчатой . Эпос различает много разных стрел, носящих различные названия. В данной шлоке говорится о стреле, состоящей из нескольких колен тростника или бамбука. 215, 27.На голос  — букв. «вызывая отзвук, эхо». ГЛАВА 216 216, 5.Заслужишь (букв. «пойдёшь на небо»). В подлиннике эти полушлоки связаны глагольной рифмой. 216, 15.Дорогу . Нельзя недооценивать революционную смелость мысли этих шлок, идущих в разрез со всей инерцией кастового строя, преодолеть который Индии удалось лишь в последнее время, после закона против кастовой дискриминации. Но лучшие умы Индии уже тысячелетия боролись с кастовой несправедливостью и гнётом. За свою борьбу против каст Гаутама Будда был признан браминами еретиком (напомним, что Будда был кшатрий, возникновение и развитие буддизма можно рассматривать в свете борьбы каст кшатриев и браминов). Махавира, учение которого весьма близко учению Будды, избежал обвинения в ереси только потому, что пошёл на компромисс: формально признавая касты, он в своей общине (джайнистов) свёл на нет кастовую дискриминацию, что собственно и стремится провести недавний закон о кастах. История выдвигала борцов против кастовой дискриминации именно из среды джайнистов, вплоть до Махатмы Ганди. Брамины же упорствовали в кастовой дискриминации и до последнего времени выступали в защиту кастового строя (ср. Bhattacarya. Hindi casts, 1896; Coomarasvamin. Hinduism and Buddism, Calcutta, б/г). 216, 24.Горе . В подлиннике игра слов: vishada — оседание, отчаяние, горе; visha — яд. «Виша-да» можно так прочесть: «дающий яд». ГЛАВА 217 217, 11.Накаливанье . В ряде этих шлок встречается термин «тапас», о многообразном значении которого не раз упоминалось. В данном тексте его приходится переводить то «подвиг» (в смысле «аскеза»), то «накаливание», делая ударение на первичном значении термина. В «Махабхарате» очень часто говорится о совершении аскетического подвига — «умершвлении плоти», но каков бы ни был оттенок контекста, к нему всегда примысливается первичное значение — «возогревание, накаливание». Передаваемый в гл. 217 миф об «огне, утратившем огненность» небезынтересно сравнить с египетским мифом об обветшавшем Ра. Древний человек стоял перед загадкой: как огонь может утрачивать своё свойство и прятаться в воду (тучу) и вдруг вырываться оттуда великолепной вспышкой молнии. В Индии грозовая деятельность велика и гроза занимала видное место в жизни древнеиндийского общества: от грозовой деятельности зависели многие экономические моменты — качество урожая, сохранность жилища (наводнения) и пр. В Египте грозовая деятельность отходит на дальний план, гроза, дождь почти не имеют значения для обитателей долины Нила; здесь всё зависит от солнца и разливов Нила, не зависящих от грозовой деятельности в самом Египте, вот почему миф об утрате огнём огненности мог развиться в Индии, тогда как мифология Египта сосредоточена на солнце. 217, 21.В различных обрядах  — эти слова свидетельствуют, что данный текст относится к обрядовым и родственным текстам Брамбн. Возможно, что это отрывки из священнодействия (мистерии), сопровождавшего процесс добычи огня для различных ритуальных целей (ср. египетский ритуал «открытия рта» из «Часов Озириса»). ГЛАВА 218 218, 1.Родоначальник кауравов  — здесь даётся особый вариант родословной кауравов, не совпадающий с родословной в I книге Эпоса. 218, 2.Брихаспати . Все имена, приведённые в этой шлоке, составлены по одному принципу. Первое слово «Брихат» означает «великий», второе соответственно: слава, самоцвет, Брама, разум (или сердце), изречение (заклятие), свет (сияние) и владыка. 218, 3.Он , т. е. Брахман. 218, 8.Экананша-Куху  — «единственная, у которой есть (все) части», эпитет Новой Луны (Куху), дочери Ангираса. Она отождествляется с Дургой, родилась одновременно с Кришной и подобно ему скрывается от Камсы. ГЛАВА 219 219, 4.Дхармаджа . «Рождающая дхарму» или по другому чтению: Дхармаджна — «Знающая дхарму». Имена двух первых жён означают Правда и Неправда. 219, 23.Свага (Svaha, Сваха), есть один из священных жертвенных возгласов женским божествам, подобно тому, как «намах» (поклонение) есть священный возглас мужским божествам. Путать эти возгласы значит совершать грех, равносильный кровосмешению. Характеристика «Сваги» в данной шлоке довольно темна, как и вообще весь текст об огнях, представляющий достаточно путанное ритуалистическое иносказание, мало свойственное философскому духу, которым проникнута вся поэма. Возможно, что здесь сказываются влияния мрачного культа Дурги. ГЛАВА 220 220, 4.Чёрными ногами  — огонь, оставляющий после себя чёрные угли, называют «черноногим» или «ходящим чёрным путём». 220, 5.Панчаджаньей  — «Пятиродным». Речь идёт о символике числа 5, очень запутанной и близкой скорее Брамбнам, нежели «Махабхарате». Не случайно Нилаканта, комментируя это место, ссылается на Шатапатабраману. Мистически огню соответствует звук «р» и он находится в круге (чакра) солнечного сплетения (ср. прим. IV, 213, 12). 220, 6.Очистителя Предков  — огонь, сжигающий трупы. 220, 8.Безударных слога  — «анудатта». Толкуя это место, Нилаканта ссылается на мантры Шатапатабраманы. 220, 10.Дэвов , хотя текст совершенно ясно говорит о дэвах, т. е. богах, однако Нилаканта указывает, что здесь речь идёт об асурах, пробирающихся к жертвенным яствам. 220, 11.Тапас . В этой и следующей шлоке перечисляются имена 15-ти асуров, мешающих удаче жертвоприношения, которое рассматривалось как магическое действо. По представлению магии, для того чтобы овладеть духом или человеком, надо знать его «настоящее» имя. Отсюда обычай древних народов давать людям и богам несколько имён, причём «настоящее» хранилось в тайне (ср., например, египетский миф о том, Как Исида выведывала «настоящее» имя Ра). Вот почему данный текст тщательно перечисляет имена «жадных до жертвы» асуров. Они разделены на три группы: «страшные» перечисляются в 11 шлоке, это «Очень Страшный», «Чрезвычайно Страшный», «Страшный», Страшный силой» и «Бессильный». По магическим представлениям последнее, завершающее имя отнимает силу от всей пятёрки. 220, 12.Митрадхармана . Имена этой группы построены на слове «митра» — друг: «Добрый друг», «Веянье друга», «Знающий дружбу», «Взращивающий дружбу», «Имеющий дружбу законом (долгом)». Приставка «су» в некоторых именах соответствует греческой «eu» и значит «благой», и «хороший»; она присоединяется к имени с целью магически превратить враждебную силу в дружественную (ср. греческое название Чёрного моря «Понт Эуксин», т. е. благоприятное море. Имя дано для того, чтобы смягчить опасности этого страшного, для греческих мореходов, далёкого моря). 220, 13.Богоубийцу . Эта группа имён наиболее разнообразна. В первых двух за основу взято слово «вира» — богатырь, витязь; третье имя значит «Владыка суров (богов)», четвёртое — «Золото», а пятое имя в подлиннике состоит из двух слов: «Убийца богов». 220, 16.Благих достоянье , т. е. достояние жрецов, совершивших обряд. Цель всех этих подробностей — придать побольше веса «знатокам обрядов». ГЛАВА 221 221, 4.Потомство Праджапати  — такое значение, хотя и под вопросом, придаёт обороту этой шлоки БПС. Нилаканта не разъясняет смысла этой фразы. 221, 9.Рождённые Сурьей . Как это часто бывает в индийской мифологии, персонификация образов настолько слабо выражена, что родство отдельных персонажей путается до полной неразберихи: Бхану, Сурья — оба олицетворяют Солнце и обычно принимаются как синонимы. 221, 13.Аграяна  — «Первинка», так называется возлияние Соме при обряде агништома (особое жертвоприношение); в данном случае это одна из форм Огня и приношение первинок плодов после периода дождей. 221, 14.Нирагни  — Отшельник, отказавшийся от огня, а потому и от обрядов. Текст становится всё более путанным. Сначала перечисляются Огни, сыновья Бхану-Солнца, сюда вплетаются вообще потомки Ангирасы; наконец, говорится об огне, «сыне отшельника, отказавшегося от огня». Сопоставляя это место с IV главой «Бхагавадгиты», можно думать, что этот «сын» символизирует психический огонь йоги. 221, 15.Она . Текст становится совсем сбивчивым. Казалось бы в первой полушлоке Ночь принимается, как супруга Бхану-Солнца (закат — их брак). Так делает Фош, который читает не Ману, а Бхану; в 221, 17 он читает Ману. От Ночи рождается дочь и Агни-Сома (Месяц), которые можно свести к одному Соме. При таком толковании миф представляется поэтическим объяснением появления молодого месяца после заката (брака Солнца и Ночи). В таком случае «она» следовало бы отнести к «дочери» Ночи. Однако такому пониманию противоречит толкование Нилаканты этой шлоки: он указывает, что Ночь была третьей женой Ману. Уловить последовательность изложения трудно. Внутренняя логика текста — желание объединить различные огни ритуалов, которые предполагались разными и вместе с тем одним. Как ни скучна на первый взгляд «Повесть об Ангирасе», но она важна как психолого-философский исторический пример, с каким трудом мысль древнего человека переходила от единичного и конкретного к обобщению, к понятиям видовым и родовым. Любопытно, что «родовое» логическое конкретное мышление передаёт, как нечто конкретное «родословную» огней. По-видимому, текст, хотя и в подновленной форме, передаёт очень древнюю традицию, вероятно, ещё ведического периода. Поражает сосуществование таких примитивов наряду с широчайшими, гениальными, гносеологическими обобщениями «Беседы брамина и охотника», которая не блекнет даже при сопоставлении с лучшими образцами греческого философского диалога, как «Пир», «Тимей». 221, 17.Владыка  — здесь Индра. Смысл высказывания: на этом огне совершается жертвоприношение Индре. 221, 18.Свиштакриту  — «хорошо приносящий жертву». В подлиннике непереводимая игра слов имени огня и отлагательного прилагательного, от которого производится имя. Смысл высказывания: для удачи основного жертвоприношения нужно умилостивить огонь, на котором оно совершается. 221, 19.Производит  — в подлиннике причастная форма. БПС связывает это слово (садхана) и слово «шабдарупасья» («облечённого в слово»), придавая слову «садхана» в этой шлоке частное значение «производящий», «выводящий на дорогу», Нилаканта толкует: Саннихита (третий сын) — отец звука (шабда), принявшего форму. ГЛАВА 222 222, 1.Апаса  — вода; по-санскритски это слово мужского рода. 222, 6.Носителю  — по-видимому огню Бхувибхарта, носителю или супругу земли. Это подземный огонь, вырывающися из вулканов (ср. историю Дхундхумары). Весь текст до конца главы плохо сохранился нередко здесь встречаются грамматические несогласованности, затемняющие смысл, а потому и перевод этих шлок не всегда убедителен. 222, 7.Приближающегося . В тексте единственное число, не согласованное с подлежащим, стоящим во множественном. Фош не без основания предполагает здесь пропуск. 222, 10.Пищей . Ср. IV, 190, 20 и примечание. Вопрос о запрещении и разрешении рыбы в пищу, как видно, решается противоречиво. Как правило, вишнуиты вегетарианцы, шиваиты едят мясо. Однако Бхабани Бхаттачарья в рассказе «Крокодилов пруд», описывая жреца-шиваита и его сына, упоминает о вкушении рыбы, как о нарушении запрета; с другой стороны, Шри Рамакришна, как жрец Кали, ел рыбу в жертвенных кушаньях и разрешал своим ученикам, хотя и происходил из рода браминов-вишнуитов. Вопрос этот представляет интерес не только как ритуалистический, но и как экономический. Такие ритуальные разрешения и запреты часто основываются на экономических моментах. Неопределённое отношение ариев к употреблению в пищу рыбы, сохранившееся с древнейших времён до настоящего времени, может быть связан с очень древним моментом, обычаем, который арийцы могли сохранить как воспоминание об их родине. Masson—Oursel (L’Inde Antiqne) считает, что наиболее вероятной колыбелью арийцев была Центральная Азия. Есть предположение, что родина арийцев находится где-то в бассейне Мургаба, в частности в области Мары. Интересно отметить, что туркмены этих мест не едят рыбу, тогда как прикаспийские — едят. 222, 14.Дэвадару  — род горной сосны, растущей на высоте 2000—4000 метров. Это упоминание свидетельствует о знакомстве текста с гималайской растительностью. 222, 18.Риши . Речь идёт, по-видимому, об атхарване; текст очень обрывист, производит впечатление заклинаний во время совершения обряда, когда действия и слова дополняют друг друга в создании общего смысла. 222, 20.Вот огонь  — по-видимому, ритуальные слова, сопровождавшие принесение (или добывание) ритуального огня. 222, 21.Утвари . Текст употребляет слово «дхишнья». В единственном числе оно употребляется как имя учителя богов Брихаспати и гения ума; во множественном оно означает особую посуду, употребляемую при жертвоприношениях Сомы; по некоторым комментариям это жом для выжимания сока из растения сома (эфедра?). Переносно так говорят о соке сомы, чем и объясняется дальнейшее перечисление рек, как потоков сомы. 222, 26.Соков сомы  — см. предыдущее примечание. ГЛАВА 223 223, 2.Жёнами брахма-ришей  — как видно из дальнейшего, жёны брахма-ришей тут были не при чём. Текст до того сбивчив в этом отношении, что следует думать о существовании двух вариантов мифа: одного с подчёркиванием астральных моментов, другого — ритуальных. Впоследствии оба варианта были довольно небрежно соединены в один. Возможно, что путаница усиливается всё тем же важным социальным фактором борьбы каст. Дело в том, что сказания о роде Ангирасы, вероятнее всего, складывались в касте кшатриев, так как Ангираса, которому приписывается создание одного из разделов Ригведы, как указывает R. Chander Dutt. A history of civilisation in Ancient India, L. 1889, стр. 151, был кшатрий. Своё мнение автор подтверждает ссылкой на Вишну Пурану IV, 3, 5. Да и сам Сканда по существу бог кшатриев. Брамины хотели его сделать брамином, а потому представили его сыном Шивы. ГЛАВА 224 224, 1.Дэвасена  — «Войско богов»; Дайтьясена — «Войско дайтьев»; «Кешин» — волосатый, косматый, облако; Манас — ум. Персонификация всех образов только намечается. 224, 8.Оборотней . Кимнары, кимпуруши мало охарактеризованные существа, название которых означает «как бы человек». На этом и обосновывается перевод «оборотень». Эти существа входят в свиту Шивы под общим названием «бхутов». Они часто изображаются с человеческим телом и лошадиной головой. 224, 12.Сочетание . На юге, где сумерки коротки, а переход от предрассветной зари к горению зари совершается быстро, серп нарастающей и убывающей луны можно видеть гораздо скорей после соединения светил, чем на севере. Вот почему упоминание текста о «грозном мгновении соединения» почти не поэтическая вольность, а описание факта. Новолуние должно было произойти днём, а потому и особо торжественные обряды новолуния, о которых говорится ниже, совершались одновременно с ежедневным обрядом агнихотра. 224, 15.На двадцать четвёртом узле или «доме» луны. Луна передвигается ежедневно среди звёзд приблизительно на 13° к востоку. Этот отрезок эклиптики в астрологии называется «домом» луны. Дома считаются от 1° Овна; так как цикл луны приблизительно равен 28 дням, то «домов» 28, а 24 дом начинается с 25° Козерога. Астрологически он считается благоприятным для брака и сулит победу воинам. Здесь находится особый «знак» судьбы. Вот отчего в тексте подчёркивается особая значимость момента. 224, 15.Ходящий в законе . Грамматически Сома мужского рода и обычно представляется мужским божеством подобно вавилонскому Сину и египетскому Кхонсу, но в некоторых случаях Сома играет женскую роль, и сочетание светил представляется как брак мужского божества Солнца (Ярило) и женского — Луны. В древних религиях пол Солнца, как правило, мужской, исключения очень редки (например, у древних германцев Солнце — женское божество, отчего и в современном языке die Sohne — ж. р.). Пол Луны менее устойчив, мужские божества луны встречаются значительно реже женских: Селена, Диана, Исида, Геката — женские божества. В русском языке двойственность олицетворения Луны сохранилась в двойственном названии светила — месяц и луна. Соме текст даёт эпитет обычно прилагаемый к женщинам: «причастный великой участи», что по отношению к женщине означает «замужняя» или «имеющая сына». Этим подчёркивается женская роль Сомы в данном случае. 224, 16.Луны  — Текст перестаёт называть Луну Сомой и употребляет другие синонимы. В данной шлоке «Шашанка—Заячья». Этот частый эпитет Луны обычно объясняется тем, что индийцы видели на луне фигуру зайца, образованную лунными пятнами. Кажется, вернее объяснить этот эпитет быстрым суточным движением Луны: каждый день она «перескакивает» между звёздами, как заяц в два «прыжка», проходя почти целый знак зодиака. Никакое другое светило не может угнаться за Луной, как другому животному трудно угнаться за зайцем. Отметим, что и в других религиях отмечалось это свойство луны, но в иных образах; так, например, Диана — охотница, и высшее её удовольствие бегать с собаками по горам. 224, 17.Зловещим  — данное соединение Луны и Солнца представляется вследствие «неблагоприятного» расположения планет и нахождения обоих светил в «неблагоприятном» знаке Козерога, находящегося «под влиянием» самой «неблагоприятной» из планет — Сатурна. 224, 29.Изойдя от диска Солнца . Возможно, что данный оборот не простая метафора, но выражает более реальный момент. О зажигании предметов путём их облучения в «Махабхарате» упоминается не раз. Так, Наль зажигал пучок травы, подержав его на солнце. Не исключена возможность, что жрецам был известен секрет «зажигательного стекла» или двояковыпуклого какого-либо прозрачного камня, на этот секрет и намекают тексты, подобные разбираемому. 224, 31.Жён . В подлиннике полушлоки соединены глубокой рифмой. В переводе это передано аллитерацией. ГЛАВА 225 225, 7.Семя . В тексте употреблено слово «шукра», первое значение которого как прилагательного — «светлый». Как существительное это слово употребляется для обозначения ряда предметов, характеризующихся признаком белизны, светлости (например, светлая жидкость). Для данной шлоки БПС даёт значение «семя», как по необходимости дано и в переводе, хотя это очень ослабляет символическую сложность текста. Миф, передаваемый текстом, сложен и не во всех его моментах удаётся достигнуть удовлетворительной ясности понимания. По общему правилу, при расшифровке мифа следует исходить из наиболее достоверных его моментов. Таковыми являются: 1) 7 ришей — 7 крупных звёзд Большой Медведицы; 2) жёны 7 ришей — Плеяды; 3) Васиштха и его жена — двойная звезда Большой Медведицы (вторая от конца «хвоста» — Мицар). Уже в большой древности было подмечено, что эта звезда двойная. Арабы проверяли по ней остроту зрения: зорок тот, кто видит, что это двойная звезда. 4) Только образа жены Васиштхы не могла принять Свага. Всё это с достаточной убедительностью свидетельствует об астральной стороне мифа; 5) Свга — жертвенный возглас обращения к женским божествам, а следовательно, олицетворение этих божеств, т. е. это есть один из аспектов Великой Матери. 6) Огонь Ангирасы покушается на честь жён браминов. Ангираса — кшатрий, но он хочет посягнуть на прерогативы браминов. 7) Огонь рождает бога-кшатрия, небесного полководца; 8) но в действительности отец Сканды не Ангираса, а Шива, брамин, Свага — его жена Дурга. 9) В конечном счёте верх над кшатриями берут брамины. Шлоки 6—9 относятся к социальной стороне мифа, которая более или менее ясна. Это — одна из бесконечных перепитий борьбы двух высших каст. С астральной частью мифа его социальная часть связана очень неискусно, и многое оказывается здесь сбивчивым, противоречивым. В расшифровке астрального мифа основным являестя вопрос о значении Паваки — огня. Здесь опорными могут оказаться следующие факты: Плеяды находятся в созвездии Тельца. Огонь забирается туда и долго там остаётся, любуясь на Плеяды. Если допутить равенство Огонь=Солнце, то длительное пребывание Солнца в Тельце и затем его уход оттуда проще всего объяснить символическим изображением факта прецессий равноденствий: долго Солнце находилось в Тельце в момент равноденствия, но потом оно ушло оттуда и перешло в созвездие Овна. Что под Павакой здесь разумеется Солнце, свидетельствует и принятие Свагой образа Гаруди, т. е. женской ипостаси Гаруды. Но Гаруда есть «Крылатое солнце», аналогичное египетскому Ра-Гарахте, почитавшемуся в Эдфу. В конечном счёте Свага остаётся навеки женой Огня, т. е. утверждается сизигия Павака-Свага—Гаруда-Гаруди. Если принять изложенную схему расшифровки мифа, то приходится принять и его очень большую древность, так как равноденствие в знаке Тельца уводит нас веков на 25—30 от начала нашей эры, а это в свою очередь поднимает ряд культурно-исторических вопросов, в частности вопрос о развитии астрономических знаний у древних арийцев. 225, 8.В лесу . Текст употребляет относительно редкий синоним «kānana», что не может быть объяснено метрическими соображениями, т. к. подстановка вместо kānana оборота вроде vane не изменила бы ритма шлоки. В таком случае можно искать особый смысл употребления слова. Помимо значения «леса» оно значит ещё и «дом». Второе значение, предполагающее разложение слова на ka+ānana, означает «Лик Брамы» или Солнца. 225, 9.Гаруди  — о роли Гаруди в данном мифе см. прим. 225, 7. Это имя, характерное для вишнуитского круга имён, весьма знаменательно в мифе, получившем окончательную шиваитскую редакцию. 225, 10.Белую гору  — «Белая гора» или «Белый остров» нередко фигурируют в мифологическо-философских текстах «Махабхараты» (ср. XII гл., 33 и сл.). Это образ Севера, Высшей страны (ср. «Странствование Галавы», вып. III). Бамбук в данном случае упоминается, как основной материал для стрел. В тексте употреблён тот синоним, который означает не только бамбук, но и наиболее распространённый вид стрелы (шара). Швета — белый, один из эпитетов Шивы, в иконографии которого преобладает белый цвет; стрелы также входят в число его атрибутов. 225, 11.Ядовито глядящие . Вера в ядовитость, убийственность взгляда змеи была довольно широко распространена. Достаточно напомнить хотя бы о греческой Медузе-Горгоне. В этой шлоке даётся выраженная шиваитская символика. Ракшасы, бхуты и пр. — исконная свита Шивы. 225, 14.Арундхати , супруга Васиштхы — вторая звёздочка в двойной звезде Большой Медведицы, отчего риши и не расстаётся со своей женой (ср. прим. 225, 7). 225, 17.Сканду . Это слово — причастие от глагола «сканд» — «брызгать», «выпадать». Как отвлечённое существительное оно значит «вбрызгивание», а как мифологический образ «нападатель», «нападать». 225, 19.Гуха  — скрытый, тайный, эпитет Сканды и Шивы. 225, 20.Приводящий в трепет  — букв. «вздыбливающий волосы». 225, 21.Разрушитель Трипуры  — Шива. 225, 23.Нага . Здесь под нагом можно понимать и мифического змия, обитателя Паталы и слона Индры Айравату. Это один из 4 слонов, поддерживающих землю. Ср. Геракл задушил в колыбели двух змей, посланных Герой; Кришна также ещё в колыбели задушил кобру. 225, 24.Петуха . Петух — символ огня, пожара, войны (ср. «пустить красного петуха»). 225, 27.То и дело  — букв. «многократно». ГЛАВА 226 226, 2.Несхожие  — букв. «противоположные». Выражение не вполне ясно: можно перевести «женщины и мужчины» и видеть в этом намёк на смешение каст, вызываемое войной (ср «Бхагавадгита», I, 41), но можно перевести и более широко: «самцы и самки», понимая под этим, что спаривались различные виды животных — выражение беспорядка, вызываемого в природе войной. За таеое понимание говорит предшествующее и последующее описпние разных потрясений, происходящих в природе. 226, 12.Юноше  — Кумара, один из эпитетов Сканды. 226, 17.Отпустили жёнам , так по тексту и по смыслу, хотя Фош, желая, по-видимому, согласовать с дальнейшим, переводит: «со всех сторон покинули жён», что не вполне вразумительно. Ясно, что текст дошёл до нас в плохом состоянии: разные его варианты сшиты белыми нитками, и поэтому возникает ряд неразрешимых противоречий, как и в данном случае; в данной шлоке жёны оправданы свидетельством Вишвамитры, что вполне согласуется с общим духом «Махабхараты», всегда очень чутко относящейся к моменту справедливости, нравственности. Но во втором варианте, где, по-видимому, больше сохранился стеллярный (астральный) миф, жёны оказываются изгнанными: Плеяды находятся в стороне от Семи ришей. 226, 17.Сказали . В тексте явный пропуск, т. к. отнести сказуемое к подлежащему «те» (риши) по смыслу нельзя. Наиболее вероятно приписать эти слова богам. Отрывок противоречит благосклонному отношению Индры к рождению Сканды, о чём повествовалось раньше; по-видимому, текст попал сюда из другого мифа. 226, 26.Шива  — текст явно путает два варианта: рождение Сканды от Агни и от Шивы. 226, 28.Жестокая . Женские воплощения жестокости, войны, известны многим народам. В Индии это бесчисленные Ренуки, божества, по-видимому, дравидского происхождения, различные варианты которых соединены в свирепой Кали-Дурге. В Асиро-Вавилонии — это отрицательный аспект Истар, в Египте — львицеголовая богиня Сохмет и свирепый аспект Хатор (ср. сказание о кровавом море), в Элладе тип смягчается в образе Афины Паллады и Артемиды, в Германии — жестокие Валькирии. 226, 29.Став козлоногим Найгамеей . О значении имени см. словарь. В данном тексте важно отметить, что сам Агни стал Овном зодиака, что ясно свидетельствует в пользу толкования, данного в прим. 225, 7. Астрологически этот знак начинает — «тригон огня». Текст всё время сплетает астральные, социальные и ритуальные мотивы. ГЛАВА 227 227, 2.С толпою мамок  — ненужное повторение, свидетельствующее о недостатке редакционной работы. 227, 3. Владыка Суров  — Индра; Айравата — его «вахана», «колесница», на которой он ездит. Текст как бы продолжает шлоку 20, гл. 226, так что получается впечатление, что 226, 21—29 и 227, 1—2  — позднейшая вставка, прерывающая нить рассказа. 227, 5. Деревянные луки . В тексте употреблено особое название лука, буквально значащее «сделанное из дерева кримука». 227, 6.Сопровождал Кумара . Текст даёт единственное число, и ясно, что здесь говорится о Кумаре-Сканде, а не о других Кумарах (например, сыновьях Ману); таким образом получается несообразность: Сканда выступает военначальником Индры в битве против себя же. Это вынуждает принимать данные шлоки за какой-то отрывок сказания о борьбе Индры с данавами, в которой ему помогал Сканда. 227, 11.Изо рта  — единственное число здесь явно ошибочное: у Сканды 6 лиц. 227, 17.Безрукого  — Вишакха (букв. «лишённый ветвей»), а отсюда безрукий и бедный (первичное значение «бедный» или «бедник» и в русском было «безрукий»). Символ, по-видимому, нужно понимать в том смысле, что война порождает калечество и нищету. ГЛАВА 228 228, 3.Козлоголовый владыка . В подлиннике «тот» грамматически относится к Вишакхе, но по смыслу выходит, что речь идёт о Сканде. Определение логического подлежащего ещё затрудняется общностью эпитетов Агни, Сканды, Вишакхи, Бхадрашакхи. По существу не так нужно уточнять подлежащее, т. к. названные мифологические образы легко сливаются и заменяют друг друга. Вишакха и Бхадрашакха слабо отделены от Сканды и являются скорее его формами, ипостасями. Такие неустойчивые формы вообще характерны для индуизма, в частности для вишнуизма. 228, 5.Рудре в образе Агни . Эта шлока выявляет тенденцию подменить Агни Шивой-Рудрой, сгладить кшатрийские элементы легенды, что в индуизме, при его слабой индивидуализации божеств, легко сделать; почти каждое божество можно подменить другим, путём отождествления. Из тождества Шивы и Агни вытекает тождество Дурги и Сваги. 228, 6.Тапас  — коллективное имя дочерей Хуташаны — выражение всё той же тенденции к разделению объединённого и объединению разделённого. В искусстве это выражается в создании многоголовых, многоруких образов. 228, 9.Сонм матерей удалился . В тексте опять разрыв. Выше шла речь о дочерях Сканды, эти же слова относятся к его мамкам. 228, 10.Были мамками . Текст опять спутан. Сначала говорится о дочерях Сканды, признавших его отцовство, затем без всякого перехода о мамках. Впечатление, что в повествование включён текст какого-то заговора против «матерей»—болезней, содержащий особый миф, лишь впоследствии связанный со Скандой. Сказание о «матерях» видимо очень древнего происхождения и восходит к культу Великой Матери до арийской эпохи. Культ таких злостных, жестоких матерей сохранился и по сю пору в глухих дравидских деревнях. Культы эти отличаются большой жестокостью, сопроводждаются длительным истязанием животных и пр. ГЛАВА 229 229, 1.С заплетёнными волосами . Слово «щуда», употреблённое текстом, означает свитые в валик волосы, в частности, пучок волос на затылке, оставляемый при ритуальном острижении ребёнка (ср. украинское «оселедцы»). Текст этим подчёркивает ещё ребяческий возраст Сканды. Этот художественный приём, к сожалению, не удаётся сохранить в переводе. 229, 6.Шестисуточным рожденьем  — так в тексте, но вернее было бы «зачатием», т. к. имеется в виду шестикратная встреча Сваги и Огня. 229, 13.Зрелости  — букв. «зрелой формы», сформирования. 229, 14.Состояния Индры . В брманизме представления о том или ином «боге» носят не столько личностный характер, сколько характер представления об известной функции, положении. Браманизм допускает, что любая живая сущность может оказаться на любой ступени «перемен», самсары. 229, 26.Крушитель Трипуры  — Шива, дэви — его жена, Дурга—Парвати. 229, 27.Владыка с диском на стяге  — Шива. Эта шлока даёт ряд отождествлений, свидетельствующих о значительном продвижении развития религии Шивы. Во-первых, уже закончился процесс отождествления Шивы и Рудры, во-вторых, начинается серьёзное наступление на ведических богов, в частности на Агни, который здесь считается Ангирасой, следовательно, не брамином, а кшатрием, подобно Индре, которого миф пытается заменить Скандой; браминство последнего спешно доказывается его происхождением от Шивы. Редакторы стремятся показать, что Агни есть лишь форма Шивы, единого, но пока что не единственного. Шива проявляется в формах Рудры, Агни и других. При этом происходит сложный процесс отделения Рудры от ведических Марутов; в поздний ведический период эти боги сильно сблизились. Представляет значительный исторический интерес проследить связь Рудры с Раваной и значение этой связи в истории взаимоотношения вишнуизма и Шиваизма, т. е. кшатриев и браминов. Что касается женской ипостаси Шивы: Дурги-Умы-Парвати, то через обобщение «дэви» или «махадэви» (царица или великая царица) редакторы легенды о Сканде стремятся связать её со Свагой, ритуально связанной с Агни и всеми женскими аспектами божества, мантры которым должны кончаться этим возгласом. По общему правилу функциональные связи мифологически выражаются родственными связями. Для взаимодействующих, но полярно направленных сил, это отношение мужа и жены, узы брака; для причинно-следственного ряда — отношение родителей и детей и т. д. 229, 28.Стожары . Текст принимает характер настоящей криптограммы, все слова которой принимаются в двойном значении, а потому буквальный перевод получается мало вразумительным. Слово «шукра» приходится переводить здесь через «семя», чтобы как-то связать с нитью повествования. Но это не снимает другого значения, а скорее требует его. Шукра есть планета Венера — один из мифических мудрецов, автор чуть ли не первого трактата о стратегии. Это «хозяин дома» созвездия Тельца, в котором находятся Стожары, жёны ришей и их очаг (Альдебаран? — похожий на раскалённый уголь очага). Текст говорит, что Стожары поместили Шукру на Белой Горе, Швета. Важно отметить, что в первой полушлоке Швета названа Парвати (гора, имя супруги Шивы), а во второй — «нага» (змий). Употребление двойных эпитетов является одним из признаков «криптограммной» литературы у разных древних народов. Значение «Парвати» ясно; гораздо сложнее объяснить здесь неожиданный термин «нага». Среди значений слова «нага» есть и значение «гора», но кроме того оно значит «дерево, змея, солнце». Дерево есть очень древний символ жизни, а значит Великой Матери проявленного мира. Символика змия также крайне сложна и носит выраженный фаллический оттенок, свойственный культу Шивы, одним из атрибутов которого является змея. Значение «солнце» опять возвращает нас к астральной символике перемещения равноденствий из знак Тельца в знак Овна. Встречается использование половых образов и в астральной символике. Так, Изида помещает семя Озириса в звезду Сотис (Сириус). В данном разрезе Озирис есть убитое Солнце, Изида — Луна, семя же помещается в звезду Сотис (Сириус) потому, что появление этой звезды в лучах утренней зари (конец августа) совпадает со временем разлива Нила, источника плодородия страны. Из семени, помещённого в Сотис, рождается Юный Гор (Гар-эм-хути — великий воитель и мститель за отца. Природные условия обеих стран повлияли на выбор небесных тел, богов, участвующих в мифе, но схема самого мифа одна. 229, 34.Шакти . Художественный приём этой шлоки основан на двойном значении слова «шакти» — «сила» (как женская ипостась божества) и «копьё». Таким образом, слово использовано так, что оно даёт ключ к символике колесницы бога войны. Колесница украшена стягом со знаком петуха, о значении которого сказано выше (прим. IV, 225, 24) и боевым копьём, которое вместе с тем есть «сила» или «жена» бога. 229, 34.Суля богам победу  — букв. «взращивающий победу». 229, 35.Врождённая  — образ сросшейся с телом брони — атрибут героев, связанных с Солнцем. Такая же броня, как у Сканды, была и у Карны, сына Солнца. Иногда герой получает такую броню не как врождённое свойство, а силой особых чар (Ахилл, Зигфрид). ГЛАВА 230 230, 2.Покинули  — см. прим. 226, 17. 230, 8.Абхиджит  — название шестого лунного дома. Звезда Рохини («Красноватая») одно из названий планеты Марса. Миф опять возвращается к астральному мотиву. В символике Сканды шестой лунный день имеет большое значение. Если принять, что рождение Сканды происходит в 25° Козерога (ср. прим. IV, 224, 15), то на шестой день Луна должна быть в 13° Овна, т. е. в «доме» Марса, и в знаке, куда перешла точка равноденствия, на что и намекает текст. Если же слово «Абхиджит» принять в смысле «шестой лунный дом», то тогда нужно думать, что речь идёт о созвездии Близнецов с их двумя яркими звёздами: Кастором и Поллуксом или по-санскритски — Ашвинами. Шестой дом луны астрологически: «благоприятствует охоте, осаде городов, распрям князей, портит посевы и препятствует лечению болезней» — всё это, как нельзя более точно характеризует Сканду и сильно говорит в пользу такого толкования. 230, 8.Совершать умерщвление плоти  — фраза вполне логична с точки зрения индийского миросозерцания, допускавшего, что таким приёмом можно добиться чего угодно, лишь бы хватило настойчивости. 230, 10.Начальное время . Смысл стиха не ясен, речь идёт о природе созвездий, причём между словами «Дханишта» и «начальное время» нет союза и второе можно рассматривать, как приложение по отношению к первому. В таком случае стих можно понимать, как рассуждение о порядке предварения равноденствий. Это явление, конечно, трудно укладывалось в умах древних астрономов, а потому Индра и заявляет, что он «сбит с толку». Все эти моменты очень важны для истории культуры. 230, 11.Счастливое созвездие  — созвездие «Семь риши» или 7 крупных звёзд Большой Медведицы. Васиштха остаётся со своей женой, как двойная звезда, а остальные супруги, будучи изгнанными, образуют созвездие Плеяд. Изложение здесь опять прерывается, нужно думать, что известное количество шлок утрачено. 230, 12.Винати (точная транскрипция Винатаа) — дочь Винаты, Гаруды, женская ипостась Гаруды, «Крылатого Солнца» индийцев. 230, 14.Матерей . Миф опять начинает путаться, как только дело касается «матерей», что свидетельствует об искусственном присоединении обрывков другого мифа. Особенно затрудняет то обстоятельство, что «матери» не отдифференцированы: текст называет так то «жён 7 ришей», то «матерей мира», кормилиц Сканды, то дочерей Сканды. В данном месте астральный мотив сменяется биологическим. Как бог войны и сын губительного Рудры, Сканда окружён толпой всяких вредоносных существ, болезней и пр. В миф о рождении Сканды были включены обрывки разных мифов, заклинаний, зачастую явно не арийского происхождения, а потому особенно сильно пострадавших от редакционной обработки. Весь дальнейший эпизод с матерями — нагромождение таких отрывков. Ведущей нитью для их понимания нужно взять представление о вредоносных силах свиты Сканды. Текст производит впечатление заговора против болезней, в частности — детских. 230, 16.Установлено для матерей . Эти слова позволяют предположить, что они произносятся от имени оттеснённых дравидических божеств, «вредоносных матерей», вера в которых и до сих пор сохранилась среди дравидского населения деревень Индии. Во всяком случае, миф сохранил следы борьбы матриархального начала с патриархальным. Кажущаяся нелепица претензий многих женщин быть матерями одного сына выражает лишь вполне естественные для матриархата соотношения, когда молодой человек, охотник уходит из женской общины, т. е. от тех, кого он привык называть матерями. В Индии и до сих пор сохранилось обращение к женщине, как к матери, даже к девушке. Предъявляемые Сканде требования со стороны женщин касаются не столько биологических моментов, сколько социальных: женщины заявляют претензию на обеспечение и общественное признание. Трудность полной разгадки мифа заключается в больших сдвигах различных его вариантов, насильственно соединённых, где социальные мотивы тесно переплетаются с биологическими и астральными, как познавательным космологическим началом. 230, 19.Тех матерей потомство  — в мифе постепенно усиливается биологический мотив. «Матери» Сканды, бога войны, «пожирают (на войне) потомство матерей», а в мирное время они, как болезни, пожирают детей. Губитель юношества на войне, Кумара-Сканда становится губителем и детей, насылающим болезни. 230, 26.Пожирателя . Здесь опять переплетаются биологические и астральные мотивы: «Граха» буквально значит «Схватывающий», «Пожирающий», а также «планета», в частности самая «зловредная» — Сатурн, считавшийся у древних народов причиной хронических болезней, тогда как Солнце — моровых. 230, 41.Среди шалуний  — «Почтенная», «Арья» в сущности не имя, но эпитет, относящийся ко всякой женщине высших каст. Текст употребляет слово «шалунья» для обозначения девочки, молодой женщины. Это же слово употребляется как название VI знака зодиака — созвездия Девы (pramadā). 230, 46.Махэшваре , т. е. Рудре-Шиве, так как речь идёт о его свите и свите его сына, состоящих из всякой нечисти, о вредоносных силах, защищаться от которых можно отдавшись под покровительство их владыки. ГЛАВА 231 231, 12.Убийц . В тексте употреблено слово kārā, значение которого разнообразно. Значение «убийцы» дано несколько вольно, т. к. слово обозначает не делателя, а действие. Кроме того, из довольно разнообразных значений слова следует отметить: «возникший из града», «гора, покрытая лесом». Возможно, что под семенем Шивы в данном случае нужно понимать град, губительное явление природы, от которого возникают губительные силы, злые духи свиты Сканды. 231, 12.Мяса . В тексте, по-видимому, разрыв; последняя шлока недостаточно увязана с предыдущей, а в бомбейском издании здесь сбит счёт шлок (что, впрочем, встречается не так уж редко). 231, 18.Два колокола , как символ непобедимости украшали Айравату, слона Индры. Но Индра, благоразумно сознавая себя побеждённым Скандой, передал этот символ ему — урок кшатрию, как надо почитать брамина. Ведические божества, в лице их главы Индры, уступают свои позиции и атрибуты новым божествам группы Махадэвы—Рудры, несомненно не арийского происхождения. По этой, казалось бы выщелоченной, ритуалистической форме можно составить себе известное представление о ходе исторического процесса ассимиляции пришлых арийских племён с коренными племенами Индии или с племенами, попавшими туда раньше (дравиды?). 231, 32.Лук Индры  — радуга. 231, 32.Владыка Сокровищ  — Кувера; о нём подробней в «Повести о Раме» (вып. III). 231, 34.Бык на стяге Шивы — символ мужской производительности. 231, 37.Трезубец  — один из главных атрибутов Шивы. Характерно, что ведические божества смиренно эскортируют Шиву в его триумфальном шествии. 231, 39.Пехота . В калькуттском издании стоит «паттиша», в бомбейском — «падвиша». Ни того, ни другого слова БПС не даёт. Перевод сделан условно, принимая во внимание, что слово «патти» значит пешие слуги, пехотинцы, а «падвика» — пешеход. 231, 41.Посох  — в этой и предыдущих шлоках упоминаются разные атрибуты Шивы, которые несут в торжественном шествии. 231, 42.Рудра . Упоминание о Рудре как об отдельном лице — признак неполного слияния этих двух мифологических образов. 231, 44.Апсар  — упоминание об апсарах наряду с морями, озёрами, реками, является лишним доказательством того, что апсары — водяницы. Об этом подробнее в III вып. 231, 46.Лук — упоминание о Дожде-Праджанье, поклоняющемуся луку Пинаке, свидетельствует, что текст отождествляет лук Шивы с луком Индры, символом радуги. 231, 47.Шакра . Из перечисления видно, что шиваизм успел уже низвести ведические божества до степени сановников при дворе Махэшвары, великого владыки Шивы, однако непосредственно следующее за этим описание налёта данавов показывает, что ко времени создания мифа Шива ещё не успел стать высочайшим, недостижимым божеством, безусловно превышающим все превратности самсары. 231, 51.Распорядитель тризны  — перевод вынужденно приблизительный. В тексте говорится о «вьяприта» — чиновнике, служащем на месте погребения или сожжения трупов. Так как европейские обычаи захоронения резко отличаются от обрядов над покойниками в Индии, где обычно не хоронят, а сжигают трупы, или оставляют их на съедение зверям, то и санскритские термины, касающиеся понятий этого круга, как правило, не имеют соответствий в русском языке, и поэтому возможны лишь приблизительные или описательные переводы. 231, 64.Стосмертельное оружие  — род оружия, ближайший характер которого не выяснен (копьё? лук?). Об этом подробнее в III вып., «Сказание о Раме». 231, 72.Тридцатка главных богов браманического пантеона. 231, 78.Литавры, бубны  — букв. «различные ударные инструменты». 231, 90.Владыка  — здесь Рудра-Шива. По другим сказаниям с Махишей сражалась Дурга-Парвати. Этот её подвиг — одна из любимых тем её иконографии. По-видимому, сказание о борьбе Дурги, восходящее к матриархату, древнее. Оно родственно сказанию об амазонках и валькириях. 231, 100.Пожирала . Остатаки каннибализма неоднократно отмечаются в «Махабхарате» (см. введение). 231, 105.Брамой . Характерно, что Шива ещё признаёт верховенство Брамы; позже будет установлено тождество Брамы и Шивы и даже превосходство Шивы. Нужно отметить, что развитие вишнуизма в то время шло быстрее: Вишну уже был признан Пурушоттамой, Нараяной, из пупка которого вышел Брама. 231, 105.Трын-травой , в тексте «трина» — трава, дёрн. 231, 110.Треоким Владыкой  — Рудрой-Шивой, у которго во лбу был третий глаз. Отметим, что у ископаемых змей (а Шива связан со змеёй) был также третий глаз, впоследствии редуцировавшийся в шишковидную железу мозга, которую и теперь в Индии называется «Глазом Шивы». 231, 110.Супруг Шачи  — Индра. ГЛАВА 232 232, 1.Имена  — знание имени признавалось весьма важным в культе бога. Ярким примером этому является «Книга мёртвых», где постоянно повторяется — «я знаю твоё имя» в смысле: «я владею тобой, твоей силой». В «Махабхарате» приводятся списки имён Вишну-Нараяны, Шивы. Небезынтересно отметить, что слово «вошебник» есть слегка искажённое древнееврейское «Bal-Schem» — «владыка имени», так назывались те, кто владел тайной имён божьих и могли поэтому творить чудеса, как в то верили. 232, 10.Брамин . Здесь начинается воззвание к Сканде, воителю-брамину, оттеснившему кшатрия Индру. 232, 15.С петухом играешь  — см. прим. к 225, 24. 232, 15.Владыка гор  — Шива. Дальнейшее — типичный пример хенотеизма, т. е. принятие данного бога за высшего и даже единственного, вмещающего в себе всех других богов. Помимо браманизма это явление выражено в египетской религии и почти не свойственно семитическим религиям. 232, 18.Двенадцатиокий . Значение чисел 6 и 12, связываемых со Скандой, нужно искать, по-видимому, в астрономических фактах: в Индии насчитывается 6 времён года по 2 месяца в каждом. Число 12 соответствует числу знаков зодиака. Таким образом, Сканда есть владыка этого круга, воинственное Солнце (ср. Гар-Гарехте египтян). АНУГИТА (кн. XIV) ГЛАВА 16 16, 5.Образ —  ср. «Бхагавадгита», гл. XI. 16, 9.Основе , т.е. дхарме. Кришна говорит Арджуне, что он сообщил ему закон вселенной «в его собственном виде», т.е. в абсолютной, а не в относительной формулировке. 16, 10.У тебя . Так в тексте калькуттского издания. Дейссен читает не «te», а «me» и переводит «у меня не сохранилось памяти». Такое понимание не убедительно, хотя как будто бы и подтверждается упоминанием об особом йогическом состоянии Кришны при беседе, изложенном в «Бхагавадгите». Думается, что правильней понимать эту шлоку в том смысле, что раз у Арджуны не сохранилось в памяти поучение, преподанное на более высоком уровне сознания, то и нет надобности его повторять, что было бы бесполезно, а приходится снижать уровень мысли, это вполне соответствует отношению «Гиты» и «Анугиты». 16, 14.По иной —  так буквально в тексте. Дейссен переводит «по высшему пути», что не оправдывается текстом. Вместе с тем эта, казалось бы мелочь совсем не безразлична, ибо она ясно указывает, что «Анугита» есть иной философский путь, нежели «Бхагавадгита». Путь «Бхагавадгиты» — путь бхакти и кармы. «Анугита» же носит выраженный характер джнаны и по поздней (атеистической) Санкхье. Весьма важно учесть, что текст сам подчёркивает это различие. 16, 15.Труднодоступного  — (букв. «трудновыносимого» вследствие своего духовного блеска). Дейссен переводит «жгучий». 16, 20.Приходе-уходе —  Дейссен поясняет существ. Эта и предыдущая шлоки представляют некоторые трудности для перевода, т. к. здесь на протяжении полутора шлок 5 раз повторяется глагол «идти» (gam) в различных его формах. Дейссен переводит последние слова шлоки несколько вольно: «знавшего предание (āgāta’gatam) постановлений», а («gatāgateshu») — «в уходе и приходе (существ)». Смысл шлоки заключается в том, что брамин, о котором идёт речь (за которым скрывается сам Кришна, Атман, как это видно из дальнейшего), реализовал в своём опыте учение о «приходе и уходе», т. е. о перевоплощении (понимая виджнана как «реализация знания»). Такое толкование шлоки существенно углубляет мысль и насыщает её философским содержанием. 16, 23.С держащими диски —  довольно расплывчатое выражение, которое Дейссен понимает как «небесные музыканты». Трудность заключается в том, что термин «чакрадхара» употреблён во множественном числе; в единственном же это один из обычных эпитетов Вишну-Кришны. 16, 30.Различные дела , т. е. обряды, в основном жертвоприношения, выполнение которых обеспечивает «путь в этом мире и мире богов», этим «делам» противопоставляется йога. 16, 30.Этим путём , т. е. в этом мире, противопоставляемом миру богов. 16, 35.Разлуку . Дейссен справедливо указывает на близость формулировки этих шлок с формулировкой «4-х истин» буддизма. О близости «Анугиты» буддизму см. введение. 16, 39.Бестелесного , хотя «nirakāra» является эпитетом Вишну или Шивы, но в данном случае это слово выражает отвлечённую идею непроявленного Атмана. 16, 39.Сущность . В тексте стоит «тантра», первичное значение слова — основа (ткань), в отвлечённом смысле закономерность, как основа явлений. Нельзя согласиться с трактовкой Дейссена, который переводит это место как «влечение к миру». Текст выражает более сильную идею отрицания не только влечения к миру (о чём тоже говорится), но и самой его основы, ткани (тантра), что соответствует буддийским взглядам. 16, 41.Я взираю . Эта шлока весьма напоминает учение «о втором пути» буддистов. Достигающий Освобождения может сделать выбор или полного отрыва от мира и погружения в нирвану (нирманакая буддха) или же добровольного принятия самсары, принятия на себя, ради блага существ, страданий мира, что является состоянием бодхисаттвы, последней ступени к состоянию Будды (Амитабхабуддха). ГЛАВА 17 17, 5.Совершенный —  в браманических текстах этот эпитет, характерный для буддизма, встречается редко. 17, 10.Рис , в подлиннике «анна», пища вообще и в частности рисовый плов, как повседневная пища (ср. русское «хлеб» в частном и общем значении). 17, 10.Слишком старую . Пища считается негодной через 3 часа после изготовления, что является вполне разумным гигиеническим правилом в жарком климате. (Ср. «Бхагавадгита», гл. XVII). 17, 12.Соки тела —  даша или дхату. Подробнее об этом см. словарь и введение. 17, 15.Мешает пранам —  жизненным токам тела (см. введение). 17, 17.Жизненные узлы — « марана» значит «смертельный», так обозначались места тела, поражение которых вело к смерти, в частности суставы. 17, 18.Я —  в подлиннике «Атман». В данном тексте этот термин нужно понимать как «джива», индивидуум, а не как Атман Веданты, абсолютный субъект. 17, 21.Бытийность —  в подлиннике «самбхутатва», как отвлечённое понятие бытия. Выражение это туманно. Дейссен предпочитает дать интерпретирующий перевод: «дыхание жизни». 17, 21.От холода . Здесь говорится не о внешнем холоде, а о перераспределении в теле свойств сутей (стихий), каждая из которых представляет сочетание основных свойств: тепла, холода, сухости, влажности. Так, земля (как «женская стихия») «суха и холодна», вода «тепла и влажна» и т. д. 17, 22.Восходящем и нисходящем токе —  прана и апана (подробней во введении). 17, 22.Вверх стремится —  в двулепестный лотос или чакра, помещённый в надбровьи; сюда стягиваются все токи тела в момент смерти (ср. «Бхагавадгита», VIII, 10). 17, 24.Брахмо —  здесь в смысле «Атман». 17, 24.Через течения —  говорится о потоках, связывающих, согласно системе Санкхья, индрии и их предметы (пастбища). 17, 25.Жизненные силы —  праны. ГЛАВА 18 18, 6.Не прилипает . Дейссен указывает на параллелизм этого места с Брихадараньяка уп. 4, 3, 15, где сказано, что дух, испытав блаженство полного успокоения, затем привлекается своими добрыми и злыми делами к новому полю (телу) в состоянии грезы и всё, что он при этом видит (т. е. испытывает в жизни), его не задевает, как греза, ибо к этому не прилипает дух. 18, 16.Чужих даров отклоненье . Непринятие даров — один из обетов первой ступени йоги. Дейссен переводит «воздержание от присвоения чужих богатств», что снижает смысл. 18, 16.Ненанесенье страданья можно перевести и как «невовлечение в обман». 18, 21.Отрешается от обоих . Таким образом, текст принимает «вечную дхарму» не как самоцель и «основу», но как средство «для покорения мира», после чего она уже становится ненужной по формуле позднейшей йоги: «шип вынимается шипом, потом оба отбрасываются». Освобождённый йогин погружается в отрешённость (кайвалья) «первого пути» буддистов и единственного пути джайнистов, когда никаких связей, даже этических, уже не существует между ним и миром. В этом — основное различие йоги «Бхагавадгиты» и «Анугиты». 18, 26.Природу . В этой шлоке употреблены два очень важных для индийской философии термина: «прадхана» и «пракрити». Прадхана («главное», «основное») есть потенция пракрити, первоматерия; пракрити состоит из трёх «волокон» или свойств (гун), которые и образуют «сути», а из них строятся тела. Как видно из шлок 25 и 26 текст принимает прадхану, как «тело Брамы». 18, 28.Неподвижное . Обычное сочетание «подвижное и неподвижное» означает, как правило, «растения и животные», но в данном контексте «неподвижное» скорее противополагается живым существам вообще. Впрочем, Дейссен переводит здесь «неподвижное» через «растение». ГЛАВА 19 19, 6.Без друзей . Нет необходимости видеть здесь противоречие со шлокой 2 («друг всех существ»), ибо там говорится о равном дружелюбном отношении ко всем существам, а здесь говорится об избирательной, личной привязанности, таким образом шлоки дополняют друг друга. 19, 8.Ашваттхе —  ср. «Бхагавадгита», XV, 1 и прим. 19, 11.Относительно принявшего образ —  в подлиннике употреблён довольно трудно поддающийся переводу специальный термин «намарупа». Слово «нама» означает «имя», «название» и присоединяется к основному понятию для выражения его нереальности, субъективности, видимости, аналогично русскому «так называемый», «слывущий за…» (сравнить средневековую концепцию номиналистов, обоснованную Ансельмом). В индийской философии это выражается не столько в учении о нереальности универсалий, в котором индийская философия скорее реалистична, сколько в учении о нереальности проявленного вообще, в учении о майе. Таким образом, в данном контексте под термином «нама-рупа» нужно понимать учение о непричастности бытия быванию (ср. «Бхагавадгита», II, 16) и видимости их связи, что и развивается дальнейшими положениями и формулируется учением о внеположности Реального («беспричинное» данного текста) причинно-следственному ряду. Без ясного представления этого основного положения индийской философии дальнейшие рассуждения остаются непонятными. Мифологически это учение выражается образом Дурги, пляшущей на безжизненном теле Шивы — в одном из величайших символов индийского искусства. 19, 12.Нирвану . Текст понимает учение о нирване совершенно в буддийском духе, как «отсутствие веяния» (жизни, праны), как полное угашение всего, подвластного закону причинно-следственного ряда, а потому определяемое только отрицательно. Нирвану можно взять или не взять, но не получить как награду от кого-то; весь процесс её достижения заключается в осуществлении самим мыслителем, без внеположной помощи, абсолютного субъекта, уже в силу своего определения отрицающего всякую внеположность, а следовательно, и помощь Пурушоттамы, о которой так настойчиво говорит Бхагавадгита, а за ней вся вишнуитская школа бхакти. Для истинной джнана-йоги бхакти есть просто нелепость, в лучшем случае примитивная попытка осуществления нирваны. Джнана-йога, к которой нужно отнести и буддизм, по своей сути атеистична. Буддизм экзотерически мог принять форму религии лишь позже, завуалировав свою беспощадную логику и слившись с вишнуизмом, только после чего он и стал терпим на севере Индии. Так зародилась Махаяна, сделавшая свой исконный атеизм экзотерическим учением. Хинаяна на юге, особенно на Цейлоне, сохранила первоначальную пессимистическую строгость учения Гаутамы-Будды. Особенно показательна для иллюстрации отношения бхакти и джнаны встреча Шри Рамакришны с Тотапури, здесь, как в фокусе, сошлись лучи обеих школ и выразилась их вековая борьба (ср. Ромен Роллан, т. XIX, «Жизнь Рамакришны»). 19, 13.Отпечатков прошлого —  самскара. Термин очень эластичен и в различных школах употребляется с различным смыслом. Наиболее часто под ним разумеется состояние очищенности, свобода от ошибок, затем — очистительный обряд. Но такое значение ясно не соответствует контексту. Дасгупта (History of Philosophy, II, 86) указывает, что в философию термин введён Буддой, который часто употреблял обычные санскритские слова в особом, философском смысле. В ранних буддийских памятниках значение «самскара» близко значению «карма». Это отпечатки, производимые действием на психическое тело. Выражаясь языком современной физиологии,— это «следовые рефлексы», обусловливающие выработку стереотипа, а на языке современной генетики — врождённые предрасположения. Достойно внимания, что данный текст пользуется буддийской терминологией. Дейссен переводит здесь слово «самскара» через Nachwirkung. 19, 14.Брахмо . Текст понимает этот термин совершенно в духе буддийской нирваны. 19, 15.Атмана . Учение об Атмане, как об абсолютном субъекте, является основным мотивом Упанишад и опирающихся на них традиционных философских систем. Буддизмом это учение отрицается, так как нирвану он понимает лишь отрицательно (как «не То»). В Маханирвана сутте повествуется, что перед кончиной ученики спросили учителя, продолжает ли существовать Совершенный, погрузясь в нирвану. На это Будда ответил, что такие вопросы недоступны пониманию тех, кто не осуществил нирвану. Таким образом, и в данном случае, перед кончиной, он дал лишь отрицательное определение. 19, 18.Манасом в манасе . Я предпочёл оставить это довольно тёмное выражение без перевода, неизбежно ведущего к искажению крайне концентрированной мысли подлинника, для правильного понимания которой нужно учесть всё широкое значение термина «манас». Дейссен передаёт это через «мудрый в разумении» (eiser an Verstand), что заведомо неадекватно. 19, 18.Вещий , или «певец». Термин равносилен термину «брамин», как и переводит Дейссен. Думается, что здесь не следует особенно подчёркивать кастовое значение термина, так как к занятию йогой допускаются все три высшие касты. Хотя учение и передаётся как беседа браминов, однако устами кшатрия (Кришна), который в конечном счёте есть автор поучения, преподаваемого кшатрию же Арджуне). Этот момент далеко не безразличен для учёта социальных мотивов «Махабхараты». 19, 21.Как бы потому, что Атман не имеет образа (ср. 19, 9). 19, 23.Возвещено знатоками йоги . Это, как указывает Дейссен, ссылка на Катхака уп. 6, 17, где уподобление совпадает почти дословно с данным. Нужно подчеркнуть, что Катхака уп. понимает освобождение, как отрешённость (кайвалья) от проявленного. Эта концепция, близкая к буддизму, положена в основу Санкхьи (поздней) и йоги Патанджали. 19, 24.Никакого владыки . Отрицание какого-либо «владыки» (ишвары), бога, вполне соответствует духу поздней Санкхьи, «ниришвара Санкхья» (безбожная Санкхья) и буддизма. Принято считать, что йога Патанджали теистична. Однако это мнение, основанное на сутре 1, 23 и следующих, по существу не обязательно, так ка учение об Ишваре не слито органически с системой Патанджали, оно лишь механически присоединено к системе атеистической Санкхьи. 19, 27.Не подвержен страданью потому, что осуществив в себе себя (Атман), не подверженного внешним воздействиям, он отделяет себя от своего тела и своей эмпирической личности. 19, 31.Наслаждаясь . Речь идёт о довольно позднем и упадочном веровании, что осуществивший йогу может завладеть чужим телом и таким образом, продолжая аскетические упражнения своим телом, наслаждаться радостями жизни в чужом теле. Это тесно связано с вопросом о совместимости йоги и наслаждения (бхога), обсуждавшимся на протяжении веков в йогических школах. 19, 33.В том граде , т. е. в себе самом, как это видно из дальнейшего; этому «граду» противопоставляются «показанные страны света», т. е. внешний мир с его множественностью, противопоставляемой единству «града». 19, 34.В том жилище —  здесь под «жилищем» понимается определённое тело, а под городом — внутренний мир человека, объединяющий разные тела, как город объединяет отдельные жилища. 19, 46.Сосуд —  в древней Индии сокровища хранились в плетёнках «коша» (отсюда русское «кошель»). 19, 52.Брахмо —  в подлиннике «его покровительству». 19, 52.Ко Мне . Эти слова вызывают сомнение, так как они противоречат всему содержанию атеистического текста, в остальном хорошо выдержанного в духе раннебуддийского атеизма, близкого поздней Санкхьи. Легко можно допустить, что словом «mayi» были заменены какие-либо два односложных слова, например, «sa, ca» по ритму равноценные. Такое допущение сохранило бы целостность всего текста, философски вполне выдержанного. Интерполяцию здесь тем более легко предположить, что этой шлокой заканчивается первый философский трактат «Анугиты», так как дальнейшие шлоки этой главы — редакционная вставка для перехода к следующему, обособленному тексту. 19, 60.Нежелательно . Мысль о завистливом отношении богов к людям очень часто встречается в древних религиях (яркий пример тому греко-римская религия). Случившаяся с человеком беда нередко приписывалась древними людьми богам. В индуизме эта черта выражена сравнительно слабо; древний индиец стремился всегда объяснить свою судьбу по причинно-следственному закону. Восклицание «плод какого дела случившееся со мной?!» характерно для эпоса. Так восклицает в беде Дамаянти, Дхритараштра, Гандхари (ср. XI кн.). Отсюда — непревзойдённый этический пафос древнеиндийского эпоса. 19, 62.Путём высочайшим —  эта и следующая шлоки почти точная цитата из «Бхагавадгиты», IX, 82. Такое преодоление каст можно встретить и в Упанишадах. Но открытая и решительная борьба против кастового строя — несомненная заслуга буддизма. Можно сказать, что обвинение браманистами буддизма в ереси мотивируется именно этим моментом. В остальном положения буддизма вполне приемлемы для индийской ортодоксальной философии; доказательством этому является джайнизм, принципы которого совпадают с буддическими, но джайнизм занял компромиссное решение в вопросе о кастах, и этого было достаточно для его признания весьма эластичным браманизмом. ГЛАВА 20 20, 2.Распознавание — « виджнана». На значении этого термина, постоянно встречающегося в сочетании с «джнана», приходилось останавливаться неоднократно. Подробнее об этом в прим. к «Бхагавадгите», IX, 1. Дасгупта указывает, что у буддистов это слово обозначало специальное знание осуществления действий, отпечатков (самскар) деятельности бывшей в прежних рождениях, сказывающихся на сочетании семени с кровью, что в буддийских текстах носит специальное название — «нама-рупа» (ср. прим. 19, 11 и 13). Буддийское понимание термина вполне приемлемо и для данного места. 20, 7.Нельзя достигнуть —  ср. «Бхагавадгита», III, 4—5. 20, 9.Вещей , т. е. животных, привязываемых к особым столбам (юпа) для забоя во время жертвоприношения. Эта шлока выражает яркий протест против кровавых жертв, напоминающий протесты Будды (ср. Виная-Питтака о жертвах: «совершилось жестокое дело, пали невинные коровы, жрецы отпали от дхармы»). 20, 14.Основа —  тантра (см. прим. 16, 39). Здесь под основой разумеется прана, жизненный ток. Подробнее см. введение. 20, 19.Вайшванара-Агни — « Всенародный огонь» по учению йоги помещается в солнечном сплетении и считается центром жизнедеятельности (пран). Шлоки 14—19 излагают теорию пран, основу йогических упражнений. В восьмиступенной йоге Патанджали управление пранами (пранаяма) есть 5 ступень, последняя, касающаяся внешнего мира. Только овладев деятельностью пран, можно приступить по-настоящему к тренировке в психическом сосредоточии (дхьяна — 7 ступень). Только на вершине сосредоточия достигается отрешение от внешнего — самадхи, т. е. погружение во внутренний мир. Йога знает различные степени интенсивности самадхи. 20, 21.Как дрова . С этой шлоки начинается уподобление йогического процесса обряду жертвоприношения — один из любимых мотивов йогических текстов (ср. «Бхагавадгита», IV). 20, 23.Семь огней. Смысл этой шлоки, довольно тёмной для читателя, незнакомого с обрядовой стороной браманизма, заключается в метафорическом изображении психофизиологических процессов; «семь огней» есть семь органов восприятия, о которых говорилось выше; «возлияние» — предметы, с которыми связаны эти органы; «семь жрецов» — 7 божеств органов. 20, 24.Знающий —  джива, индивидуальная душа бросает свои «индрии» во внешний мир, в «лона» этих индрий или в их «пастбища», т. е. в объекты, соответствующие данной функции. Порядок стихий («сутей») в подлиннике нарушен по метрическим соображениям. 20, 26.Вступают —  в двух последних шлоках изложена теория возникновения мира (космогенез). Стихии рассматриваются, как свойства Атмана. В психической его деятельности они входят в субъект, как восприятия, символизирующиеся «свойствами огня», пребывающего в солнечном сплетении, т. е. как проявление Атмана, ассимилирующего их; они «живут внутренним» состоянием; при кончине (пралае), космической или индивидуальной, стихии вступают опять в «непроявленное» (Пракрити в её потенциальном состоянии). 20, 28.Сомненье —  как предмет манаса и «решение», как объект буддхи. 20, 29.Полных . Сознанием Атмана наполняются «три полных», т. е. три мира: земля, поднебесье, небо. ГЛАВА 21 21, 7.Тонкого тела . Согласно индийской психологии все психические функции материальны и представляют различной интенсивности вибрации материи, находящейся в особо утончённом состоянии, которая и образует «тонкое тело» (сукшмашарира). Плотное тело есть оболочка, «носитель» тонкого тела, а это, в свою очередь, есть носитель «познающего», дживы, индивидуальной души; она может покинуть плотное тело и остаться только в тонком (ср. перелёты Галавы к разным царям — «Путешествие Бхагавана», вып. III; появления Кришны-Двайпаяны — I кн.). 21, 9.Из Атмана — в тексте «из него». «Слово» здесь — Веды; «владыка Слова» — Брама. Таким образом, рассудок следует форме, букве Вед, взирая на их сущность, Браму. 21, 11.Вознесённая в самадхи, экстазе йоги. Мысль и сознание в психологической системе йоги разделяются, ибо состояние самадхи доказывает, что мысль может существовать и при отсутствии сознания внешнего мира; то же происходит и во сне. Современная психофизиология объясняет явления естественного сна и гипноза как частичное запредельное торможение мозаичной функции коры. 21, 14.Атману сутей —  бхутатма, джива, индивидуальная душа (ср. также «Бхагавадгита», V, 7). 21, 16.Брамин —  представляет здесь манас. 21, 27.Стойкостью —  учение о двух состояниях манаса — особенность данного текста. Обычно манас признаётся неустойчивым, что и является основным препятствием для достижения йогического состояния (ср. «Бхагавадгита», VI, 33—35). ГЛАВА 24 24, 10.Все боги —  цитата из Айтареи Брахманы I ( указание Дейссена). 24, 13.Знают —  строка переведена буквально; Дейссен переводит: «в этом образе уданы брамины постигают Высшее». 24, 14.Между ними — обряд хавис совершается ежедневно на рассвете. 24, 16.Дело . Здесь символика сложна. Самана и вьяна физиологически считаются токами, переваривающими пищу в теле; но процесс этот рассматривается как жертва, а жертва — как переваривание. Маханирванатантра выражает это в указании, что после еды следует произносить великую мантру «Бхагавадгиты» (IV, 24), говорящую о Брахмо, как о жертве и жертвователе. 24, 17.Успокоение . Символика ещё более усложняется: всё предыдущее рассматривается как процесс йоги. Вьяна есть дыхание, пропускаемое через тело во время практики пранаямы; самана же есть космическое дыхание, называемое так при дифференциации пран. Выражение «самана гасит вьяну» равносильно выражению: индивидуальное растворяется в космосе, а это и есть нирвана или Брахмо, вечный покой Бытия-Знания-Блаженства по формуле Упанишад (ср. Нрисинха-уттара-тапания упанишада, 4 кханда). ГЛАВА 25 25, 6.Сказанное —  Дейссен справедливо замечает, что лучше «осязаемое». 25, 9.Будучи божествами , т. е. органы чувств (нос, язык и пр.), рассматриваются как божества, принимающие жертву хавис (обоняние, вкус и пр.), тогда как сам человек не связывает себя качествами (ср. «Бхагавадгита», III, особ. 10—12 и 27—28). 25, 15.Жертвоприношение йоги . Йогин, отказываясь от ведических жертв, совершает их символически (садхана). Далее текст перечисляет различные элементы ведического обряда и соответствующие элементы йогического упражнения в их символическом параллелизме. Огонь — знание; как огонь добывается трением, так знание — напряжением воли. Прана и апана, вдыхание и выдыхание, элементы пранаямы, основного физиологического процесса сосредоточия, уподобляются основным моментам ведического ритуала — пению гимнов и чтению ведических мантр. Йогическое отречение от мирского — дары (дакшина), получаемые жрецом, совершившим жертву. «Делатель» и «свидетель» — «основа личности» (аханкара) и «манас» — уподобляются младшим жрецам. 25, 16.Атман . По схолиасту — буддхи (замечание Дейссена). Это жрец-хотар, адхварья и удгатар — «творящий хвалы». 25, 17.Нараяну . Упоминание о Нараяне-Пурушоттаме свидетельствует, что «Песня брамина» есть вишнуитский текст, излагающий йогу ранней Санкхьи. 25, 17.Животных . Под «животными» здесь подразумеваются индрии (чувства), которые йогин силой распознавания может отделить от себя и тем принести их в жертву своей цели — Освобождению. ГЛАВА 26 26, 1.Освобождённый —  так буквально; Дейссен предпочитает перевести понуждаемый (getrieben), что создаёт известную двусмысленность, так как при таком переводе можно понять, что речь идёт о влечении через самсару, но в таком случае не должно было бы утверждаться осознание единства. Текст говорит об ином: блаженство экстаза йоги настолько сильно, что тот, кто хотя бы раз испытал его, уже неудержимо к нему влечётся. Этому есть почти современное свидетельство: о таком состоянии неоднократно говорил Шри Рамакришна в беседах с членами Брахмосамаджа, общества освобождения Индии. О жизни Шри Рамакришны писал ещё его современник Макс Мюллер. Свами Вивекананда, ученик Рамакришны, многократно умолял учителя позволить ему погрузиться в махасамадхи, которую Вивекананда пережил раз в начале ученичества, но Рамакришна запретил ему это до окончания его миссии. Как только Вивекананда понял, что дело, порученное ему учителем, завершено, он неудержимо устремился к махасамадхи, впав в которую он уже не вернулся. О таком влечении и говорит изучаемый текст. 26, 3.Семь риши —  7 крупных звёзд Большой Медведицы (ср. рождение Сканды в «Беседе Маркандеи»). 26, 8.Единое непреходящее можно перевести и «односложное» (так делает Дейссен). ГЛАВА 27 27, 4.Уединенье . Смысл этого, довольно туманного высказывания: уединение не страдание, а счастье, жизнь же с другими не счастье, а горе. 27, 13.Вкушают —  размер шлоки ануштубх. 27, 17.Там —  текст возвращается к описанию «первого леса». 27, 17.Красноречивых . Дейссен переводит — «глядящих вниз». Размер шлоки ануштубх. 27, 17.Плодовитых женщин —  5 воспринимающих индрий, манас и буддхи (эти слова по-санскритски женского рода). 27, 18.Семь из Семёрки —  см. прим. 26, 3. 27, 21.В награде . Дейссен переводит «три огня», так интерпретируя слово «vetana», буквальное значение которого «награда». Все эти описания трудно понимать символически, как перевод внутренних процессов йогических упражнений на зрительные восприятия. ГЛАВА 28 28, 1.Грезы . Слово «санкальпа» значит мечтания о внешнем, воображение, начинания. Шлоки 1—5 — ануштубх. 28, 3.Атмана существ —  bhūtātma ср. «Бхагавадгита», V, 7. В «Гите» Дейссен переводит это сложное слово через: «dessen Selbste aller Wesen geworden ist», здесь же через «природный Атман» (natьrliche Atman», ср. также IV, 21, 14). Думается, что в данной шлоке выражение равносильно высказыванию «Гиты», а не XIV, 28, 18, т. к. непонятно, как «я» следующей полушлоки может пребывать в этом «Атмане сутей» или природном Атмане (Дейссен относит местоимение «tasmin» — «в нём» к Атману, а не к телу (dehe). Естественнее рассматривать вторую полушлоку, как пояснение мысли первой полушлоки, тем более, что последующие шлоки звучат совершенно в духе «Гиты» (ср. «Гита», IX и особ. 8—9). 28, 6.Отшельника . Для обозначения этого понятия текст выбирает слово «yati», обозначающее отшельника сомнительного свойства; иногда под «яти» понимаются особые, не очень зловредные духи. Но и ракшасы принимают вид «яти». Так Равана в виде яти явился для похищения Ситы (см. «Сказание о Раме», вып. III). Излагаемый диалог можно рассматривать как изложение спора между буддистом и правомерным браманистом, отчего отшельник, изображающий буддиста, не санньясин, а яти, хотя он, как и санньясин, «без огня и без обрядов» (ср. «Гита», III, 3). Аналогичные диалоги, но только с противоположным разрешением спора можно в изобилии встретить в буддийских суттах. 28, 11.С токами жизни —  пранами. 28, 11.Какое тут дело —  букв. «как это тебя касается». 28, 24.Нечего бояться —  шлоки 23—24 точно формулируют одно из основных положений буддизма. ГЛАВА 29 29, 8.Раме —  разумеется «Парашурама», «Рама с топором», сын Джамадагни, брамин; как и Рама, сын Дашаратхи, кшатрий, он считался воплощением Вишну. Об их битве повествуется в III книге «Махабхараты». 29, 16.В ничтожество , т. е. стали шудрами. По-видимому, легенда сгущает исторические события, протекавшие в более длительное время, что часто наблюдается в фольклоре. С одной стороны, легенда отражает борьбу пришлых арийцев с туземцами, с другой стороны,— борьбу каст браминов и кшатриев, резко проявляющуюся в «Махабхарате». ГЛАВА 30 30, 1.Сказали —  речь предков разорвана разделением глав, так как здесь соединены два текста: один эпического характера, другой — философского. Весь текст выражает искание выхода из противоречий распри браминов и кшатриев и поэтому носит выраженные следы компромиссной обработки двух противоречивых сказаний. 30, 3.Приморскую землю . Как и Картавирья, Аларка покоряет «приморскую землю». Это черта свидетельствует, что легенда относится к периоду продвижения арийцев из долины Пятиречья на юго-восток, к Бенгальскому заливу. 30, 4.О многочтимая —  обращение к браминке в речи предков, обращённой к Парашураме; явная редакционная неувязка. 30, 26.Брамин сказал —  та же редакционная неувязка, что и в шлоке 4, т. к. речь должны были бы продолжать предки. 30, 27.В короткое время . В различных трактатах по йоге неоднократно встречается указание, что при достаточном напряжении можно достигнуть цели в течение 6 месяцев упражнений. В джайнистских памятниках есть даже указание, что при неуспешном упражнении в течение 12 лет человек имеет право покончить с собой, так как может считать, что цель его воплощения сорвана. Двенадцатилетний срок — обычный срок ученичества согласно Шастрам. Предание джайнистов утверждает, что именно в такой срок Махавира достиг освобождения. Ромен Роллан передаёт, что Тотапури, считая, что успех его трудов сорван, делает попытку к самоубийству. 30, 27.Лучший из дваждырождённых —  в тексте именительный, не звательный падеж, как следовало бы, если бы это было обращение к Аларке, но Дейссен, очевидно, считает, что в тексте ошибка и переводит это слово как обращение. Думается, что эта редакционная неувязка может навести на некоторые небезынтересные размышления. Хотя кшатрии и даже вайшьи считались дваждырождёнными, т. к. получали посвящение при приёме в касту и допускались к изучению Шастр, к аскетическим упражнениям, однако в «Махабхарате» обращение «дваждырождённый» относится всегда к браминам, к членам же других каст обращения иные. Таким образом, обращение к кшатрию Аларке, как к дваждырождённому, нужно принять как редчайшее исключение или как редакционную неувязку. И то и другое знаменательно: текст явно «кшатрийский», стремящийся доказать, что кшатрии не отстают от браминов именно в том, на что брамины претендовали, как на свою монополию. В таком случае оборот следует рассматривать как выражение претензии кшатриев. Но можно принять и что редакторы-брамины переусердствовали и, забывая, что Аларка — кшатрий, хотят изобразить его достигшим брамином. И в том и в другом случае анализируемый оборот свидетельствует, что перед нами два текста различных по духу и содержанию, довольно неудачно связанных при редакционной обработке. ГЛАВА 31 31, 9.Жадность . Смысл высказывания: пока человек побуждается жаждой наслаждений, он не мудр, но если он связывается с бестелесным (akāya), он должен искоренить в себе жадность. Дейссен понимает эту мысль несколько иначе: «akāya» он понимает как «бессилие» и переводит: «Жадность, побуждающую здесь на земле человека ею запятнанного к тому, чего он не должен был бы делать, ему следует искоренить острым мечом». Для такого перевода нужно придать слову «akāya» не вполне обычный смысл «бессильный» (abala), внести несуществующее в тексте отрицание и придать глаголу «sevati» необычный смысл «он посещает», «имеет обыкновение», а довольно насильственно понимать его в смысле «долженствовать». Текст не требует таких сложных ухищрений. Принимая слова текста в их обычном значении, можно получить без всякого насилия приемлемый смысл, вполне чётко выраженный. ГЛАВА 32 32, 16.Говорят Веды . Дейссен замечает, что такого текста в Ведах он не нашёл и что Нилаканта, комментатор «Махабхараты», ссылается здесь на Иша уп., что тоже весьма условно, т. к. в первой шлоке Иша уп. говорится, что мир принадлежит Единому, а потому человек не должен желать мира, как не ему принадлежащего. Конечно, такая мысль Упанишады близка мысли разбираемого текста, но формально в Упанишаде она выражена иначе. 32, 18.Землю , как стихию, характеризующуюся качеством запаха, ср. Гита: «я — чистый запах земли» (VII, 9); «я — вкус в воде» (VII, 8). Дальнейшие рассуждения построены по той же схеме. 32, 22.Звук (шабда) — так в тексте, но по схеме следовало бы «пространство» (акаша); текст берёт свойство вместо сути. 32, 26.Вращатель —  образ бытовой. В Индии есть засушливые земли, требующие полива, который производится путём перекачивания воды с помощью колеса, что делалось вручную; с этой, очень трудной и длительной работой сравнивается работа человека, стремящегося из глубин своего духа почерпнуть воду Истины (Брахмо). Разбираемый текст передаёт одну из многочисленных легенд о царе Джанаке («Родителе»), отце Ситы, жены Рамы (ср. вып. III). ГЛАВА 33 33, 1.Упрекала —  ср. 20, 2 и след. 33, 1.Обитатель леса . Отшельничество в лесу — третья стадия жизни по закону ашрама. Когда наступает время, домохозяин передаёт священный огонь, а с ним и всё имущество сыну, и удаляется (с женой) в лес. С этого момента он освобождается от всех обязанностей домохозяина. 33, 3.Очиститель (Павака) — вообще стихии, но особенно огонь; в частности огонь последнего мирового пожара, о котором здесь говорится. 33, 4.Сознанье . Текст употребляет здесь термин «буддхи» в более широком смысле. 33, 5.Нищий (бхикшу), то есть санньясин, отказывающийся даже от того немногого, что дозволяется отшельнику. У санньясина нет пристанища, он в бездождевой период может оставаться на одном месте не более трёх суток. Это последняя, не обязательная стадия жизни по закону ашрама. 33, 6.Образах . Эта шлока довольно трудно поддаётся переводу, т. к. два основных её термина, «линга» и «буддхи», в первой и второй полушлоке употреблены в различных смыслах: термин «линга» аналогичен термину «эйдос» эллинской и эллинистической философии. Известно, насколько различно его понимали Платон, Аристотель и Плотин. Можно сказать, что все смысловые оттенки, о которых говорят эти философы, присущи термину «линга»: линга есть и образ идеи в её философской символике, и уплотнение этой символики почти до грубого фетишизма (эйдос, как идол) и признак определённого понятия в чисто философском смысле, и приметы в смысле самой плотной мантики. Вот откуда, на первый взгляд, странное сочетание «линга» с глаголом «почитать» почти в ритуалистическом его оттенке. Термин «буддхи», как и в предыдущей шлоке, взят в смысле сознания. Во второй полушлоке «линга» употреблён в смысле признака, характерной черты понятия, в данном случае — стадий жизни (ашрама), а «буддхи» — в смысле познания, учения. Таким образом, мысль шлоки можно передать так: идею стремления к высшей цели можно чтить в различных её образах (аспектах) и различным способом в зависимости от конкретных условий жизни, но сущность стремления заключается в достижении покоя, мира душевного. Такова широчайшая идея индийской философии, обусловливающая её необычайную гибкость и терпимость. Индийская философия вмещает в себе все течения и этим отвергает исключительность какого-либо одного и фанатизм. В этом заключается её непревзойдённая диалектическая сила. Следующие шлоки развивают и поясняют формулу 6 шлоки. 33, 7.С плотным . Здесь «шарира» принимается не как конкретное понятие в смысле «тело», но как отвлечённое «плотное», «плотность»; Дейссен: «Kцrperlichkeit» (телесность). 33, 8.Обусловливают тело . Однако из основных положений индийской философии — утверждение связи воплощений с деятельностью дживы основано на утверждении непреложности причинно-следственного ряда, почему в логических работах индийских философов вопрос о причинности разрабатывался с особой тщательностью. Различные философские школы различно разрешали вопрос об отношении причины и следствия, и отсюда вытекало построение различных космологий, впрочем отличающихся друг от друга не в основном, а в деталях. Исходя из положения, деятельность обусловливает воплощения, а всякая деятельность, имея начало, должна иметь и конец, индийская философия пришла к выводу об относительности бывания. Таким образом, индийская философия, подобно эллинской, в онтологии различает бытие (ho on) и бывание (meon), как неустойчивый синтез антитезы бытия — небытия (ho on—ukon греческой философии или сат или асат в терминах индийской философии). Отсюда парадокс последней (третьей) строки данной шлоки; «небытие бывания» (hava’ bhava) Дейссен не раскрывает значение термина, но просто переводит «состояние» (Zustande), что упрощает смысл. ГЛАВА 34 34, 6.В (их) работе, т. е. в искании Брахмо, нужно подражать пчёлам, которые издалека чутьём летят к медоносным цветам. 34, 6.Через символ . В данном тексте термин «линга» употреблён в смысле обобщающей интуиции или синтетического сознания йоги, достигаемого в самадхи. Как пчёлы интуитивно летят к мёду, так йоги устремляются к То (ср. в последнем гимне Санатсуджаты-парван шлоки о пчёлах, вып. III). 34, 7.Я, т. е. никакие внешние предписания и правила не научат человека познанию своего истинного «я» своей индивидуальности, а без этого не может быть освобождения. Следующая шлока указывает, что такое познание может возникнуть при усердном накоплении фактов познания, не только чётких, но и неясных, проявляющихся по мере накопления познания. 34, 9.Бхагаван, т. е. Кришна. ГЛАВА 35 35, 3.Отточенными, т. е. строго соблюдаемыми. 35, 3.Занятого наставленьем —  букв. «сидящего ( в качестве) учителя». 35, 3.Врагов крушитель  — обращение рассказчика (Кришны) к Арджуне. 35, 19.Основа —  прадхана, «основная» ткань природы, «волокна», у которой 3 свойства (гуны), одни для всех существ, и они неотделимы от основы, «как волны неотделимы от моря», согласно метафоре, излюбленной индийской философией. 35, 20.Без собственности —  в тексте стоят рядом два почти равнозначных термина: «нирмама» и «нираханкара». Первый значит «без моего» в физическом и психическом смысле, второй — «без основы личности». 35, 20.Дерево —  как образ мира. Одна из любимых метафор религиозно-философской мысли не только индийцев, но и других народов, в частности, славян (ср. «История культуры древней Руси» изд. АН СССР, т. II, 1951 г.), египетское «Сказание о двух братьях», сказание о «дереве познания добра и зла и дереве жизни» ассиро-вавилонских легенд, додонский дуб Зевса и пр., а также «Бхагавадгита», XV, 1—3. В данном тексте — двойная символика: «махат» принимается и как проявленное вообще (дерево), и как первая таттва (суть) в системе 24 таттв школы Санкхьи. 35, 20.Непроявленный , т. е. прадхана, как невидимая основа всего проявленного. 35, 20.Подножиебуддхи . Текст принимает не махат за первую таттву, а буддхи, обычно считающуюся второй сутью (таттвой). 35, 21.Дупло («котура»). Дейссен пропускает это слово, вместе с тем оно занимает своё место в символике: активные индрии символизируются ветвями, воспринимающие — дуплами. 35, 21.Сути —  бхута, стихии: земля, вода и пр. 35, 21.Особенности —  в тексте рядом повторено слово «вишеша», но в одном случае в смысле «ветвь», в другом — «особенность», «отличительный признак», чем подчёркивается, что особенность понятия является как бы его логическим разветвлением. 35, 35.Мир возник Правдой . Это — важное положение, выражающее сущность отличия школы Санкхья от всего течения монизма. Веданта полностью отрицает реальность мира, считая его чистой иллюзией, майей. 35, 38.О четверичной науке , т. е. о познании благого, приятного и полезного и освобождения. 35, 45.Все касты . Текст даёт вполне выработанный устав о четырёх ступенях жизни, что свидетельствует об относительно позднем его происхождении, сближая этот памятник с законами Ману. 35, 45.Почитание предков . Принесение им подкрепляющих жертв: воды, рисовых галушек — таково первичное значение слова шраддха; лишь позже оно приобрело значение «вера». В тексте сказано, что дхарма есть «лакшана шраддха», что позволяет придать здесь слову «дхарма» значение «благочестие», «благочестивый долг». Дейссен переводит здесь «шраддха» как вера, но ставит слово в кавычки: «glauben» и ссылается на Чханд., 5, 10, 1 и Брихад., 6, 2, 15. Но в указанном месте Чханд. совершенно ясно говорится о шраддхе, как о почитании предков, которые через костёр идут в светлую половину месяца и года по дороге богов (ср. «Бхагавадгита», VIII, 23 и сл.). В соответствующем месте Брихад. говорится об аскезе пяти огней и в 15 шлоке почти дословно повторяется текст Чханд.; таким образом слово «шраддха» в разбираемом тексте нужно понимать в его первичном значении, а это обусловливает понимание слова «дхарма» на соответствующем уровне. Выяснение этих моментов важно, так как они в значительной мере определяют философский уровень изучаемого текста. 35, 47.Иначе или «отдельно», «особенно». Дейссен понимает здесь слово «дхарма» (долг) в узком смысле — «принесение жертвы», что без необходимости ограничивает смысл высказывания, так как понятие «долг принесения жертвы» скорее выражается терминами «карма» или «крия». Под выражением «иначе» Дейссен понимает «следуя дорогой предков» или низшим путём. Такое толкование представляется очень натянутым, сделанным для приближения данного текста к схеме, данной названными выше Упанишадами. Нет оснований отказываться от понимания данного текста в более широком смысле, в духе «Гиты», допускающей возможность постижения Атмана путём утверждения дхармы в широком значении долга вообще. 35, 48.Пребывают . Для выражения этой мысли текст употребляет причастную форму глагола «vart», основное значение которого «вращаться», что выражает идею динамического пребывания, а не статического нахождения (от глагола stha — стоять). Чтобы подчеркнуть идею движения, выражаемую текстом, в перевод введено пояснительное слово «в (соответственном) распределении», то есть меняющемся соответственно данным условиям. 35, 49.Великий —  Махан-Атма, Вселенская Душа, двадцать пятая таттва, которую отрицает поздняя Санкхья и признаёт ранняя, как Пурушоттаму, Высочайший Дух (ср. «Бхагавадгита», XV), как проявление в космосе безусловного субъекта — Атмана, объединяющего отдельные сознания (джива). Это учение находит в себе аналогию в учении о предустановленной гармонии монад (Лейбниц). Поздняя Санкхья признаёт только 24 таттвы, что приводит её к плюралистическому атеизму, как учению о множественности субъектов познания и к замене понимания ранней Санкхьей йоги, как единения с Пурушоттамой, пониманием йоги, как процесса отрешения (кайвалья) от проявленного объекта познания (пракрити). В этом — точка соприкосновения поздней Санкхьи и буддизма хинаяны. 35, 49.Принцип личности —  аханкара. «Также», стоящее в тексте подчёркивает логическое выделение Махан-Атмы как 25‑й таттвы, от остальных 24 таттв. Принадлежность «основы личности» к 24 таттвам, образующим по учению Санкхья, материальную природу (Пракрити) не оспаривается ни одной из традиционных философских школ Индии. 35, 49.Великие сути (махабхуты) соответствуют 4 стихиям эллинистической философии с той разницей, что пятая стихия, эфир, есть «квинтэссенция», объединяющая 4 остальных стихии, но не несущая особого свойства, тогда как пятая суть (бхута) индийской философии, акаша, пространство не только объединяет 4 остальные сути, но и сама несёт особое свойство — звук. Гуны, как видно из дальнейшего, не «сути» (бхута), но «свойства», проходящие подобно нити утока через всю «основу» (прадхана) материи и тем переводящие её из потенциального (авьякта) в актуальное состояние (вьякта) ГЛАВА 36 36, 1.Неисчерпаемый . Дейссен переводит «Unerschцpflih» (как существительное). Все перечисленные в данной шлоке качества «кремля» Дейссен принимает за существительное, с чем трудно согласиться, ибо в таком случае их надо принимать за атрибуты или, в крайнем случае, за модусы субстанции, но такая концепция не свойственна традиционной индийской философии. Слово «anudriktam» (от гл. rik + ud) БПС переводит: «никогда не являющийся чрезмерным», а для слова «pura» в этой шлоке даёт синоним «шарира» (тело). 36, 1.Девятивратный кремль , т. е. тело. Таким образом, текст утверждает аналогию между макро– и микрокосмосом. Эллинистическая философия так формулировала в знаменитых «Смарагдовых скрижалях» закон аналогии: «Достоверно, истинно и преистинно: то, что вверху, подобно тому, что внизу, и то, что внизу подобно тому, что вверху для утверждения чуда Единого Делания…». 36, 2.Одиннадцатичленный , т. е. состоящий из 3 гун, 5 сутей, индрий, манаса и буддхи (десять индрий принимаются за одно). Часто под «одиннадцатичленным» понимается 10 индрий + манас. 36, 8.Злодеям . За этим в бомбейском издании следует строка: «Природа тамасическая проявляется в других качествах» (Дейссен). 36, 27.Браминов —  ср. учение католической церкви «о сверхдолжных добрых делах святых», которое «обосновывает» позорную торговлю индульгенциями. 36, 33.Тёмным —  перечисленные здесь свойства при поверхностном взгляде могут показаться пустыми синонимами, но текст имеет в виду совершенно определённые понятия, разработанные индийской философией. Дейссен справедливо проводит аналогию между разбираемой шлокой и Санкхья-карикой 48. Заблуждением называется принятие Атмана за «основу личности» (аханкара). Ослеплением называется убеждение богов, что достигнутые ими совершенства нельзя утратить, т. е. что боги не могут ниспадать до самых низших состояний. Великим ослеплением называется стремление богов и людей к чувственным предметам. Затемнением называется воздействие («зависть») на психические таттвы (ср. Дейссен. Allgemeine Geschichte der Philosophie, 1, 3, 452—453). ГЛАВА 37 37, 10.Наставленье в законе . Брамины совершают жертвы «для себя» и «для других», кшатрии же лишь поручают браминам совершать жертвы, действуя через браминов. Брамины научают закону, кшатрии его изучают. ГЛАВА 38 38, 7.Восторженность в смысле способности сосредоточиться на Высшем, исторгаясь из окружающего; в том смысле «изумление» (исторжение из ума). Ср. «Мира восторг беспредельный сердцу певучему дан» (А. Блок). 38, 11.Себе избирают тело для следующего воплощения, тогда как тёмные и страстные вынуждены входить в тела, предопределённые бывшей деятельностью. ГЛАВА 39 39, 25.Отрешённости —  кайвалья. Термин несколько неожиданный для данного текста, его здесь приходится принимать в смысле «йога». ГЛАВА 40 40, 6.Размышление —  дхьяна, как восьмая ступень йоги, если не считать самадхи. 40, 9.Пятый —  в переводе сохранён порядок перечисления подлинника, хотя схема здесь нарушена по метрическим соображениям. 40, 13.Сознания —  буддхи. ГЛАВА 41 41, 2.Суть —  бхута. 41, 2.Изменения производящий Дейссен переводит «продукт продукта», т. е. Махана. 41, 2.Силой сознания . Дейссен переводит: «посредством теджас (раджас) и поскольку он охватывает духовность (Пуруша), он становится творчеством творений (т. е. Праджапати)». В предлагаемом переводе слово «четана» передано через «сознанье». Терминология текста не строго выдержана, так как в последней шлоке предыдущей главы употреблено слово «буддхи» в смысле «сознанье». 41, 3.«Я», — так сказав —  ср. «Ehie» (я есмь) сефиры Короны в системе сефирот Каббалы и творчество Аммона по фиванской теологии. ГЛАВА 42 42, 5.Витязи здесь в смысле «богатыри духа», ср. «Великий витязь» эпитет Махавиры, основателя джайнизма. 42, 7.Не-нечто , т. е. субстанционально; это «hyle» греков, а не «usia». Ср. также диалектику «нечто» и «ничто» в первой части «Науки логики» Гегеля. 42, 8.Вызывают жалость —  речь идёт о «стула шарира», плотном теле, которому противополагается «сукшма шарира», тонкое тело, образуемое энергиями или пранами («ветрами, течениями»). 42, 16.Двояким , т. е. обладающим способностью воспринимать и действовать через соответствующие органы, но не непосредственно (ср. гл. 22 — спор манаса с индриями). Таким образом, понятие «манас» в древнеиндийской психофизиологии в точности соответствует понятию «рефлекторных центров» современной физиологии. 42, 17.Овладевшего . Глагол «джна» подлинника здесь правильней перевести через «овладеть», а не «знать», т. к. текст имеет в виду не отвлечённое, а реализационное знание. Такая концепция знания присуща не только древнеиндийской философии; так, в Египте выражение «знать имя» было равносильно выражению «владеть сущностью». 42, 23.Ваю . Здесь некоторая неувязка: Ваю, ветер; относится к стихии воздуха (Марута, Матаришва): по-видимому, здесь это слово выражает идею летучести запаха (ср. «Гита», XV, 8). 42, 36.Низшим , т. к. есть высшее, «второе рождение», т. е. посвящение в касту. 42, 39.Чистое дело , т. е. не только аскеза и не только обряды, но и вообще поступки, лишённые эгоистических мотивов, являются способом «родиться в Брахмо» 42, 39.Пред ликом То , т. е. пред ликом Брахмо (ср. «Бхагавадгита», IV, 32). 42, 40.Приобщённым , т. е. кто знает путь к Брахмо (аскезу и пр.), тот должен осуществить это знание. 42, 55.Озарял себя своим светом . Дейссен берёт эти слова в кавычки как цитату из Брихадараньяка уп. 43, 6, где говорится, что, когда зайдёт солнце, луна и погаснет огонь, человек становится своим собственным светом, при котором он выполняет свой труд и возвращается в обитель свою. Ср. также «Бхагавадгита», XV, 6. 42, 56.Липкая накипь (букв. «удерживающая грязь»). Смысл шлоки: стихия земли есть накипь и грязь, удерживающая Атмана в самсаре. 42, 57.Двумя божествами , т. е. индивидуальной душой (джива) и Махан-Атманом, Душой Вселенской. 42, 57.Страстное . Дейссен даёт значение синонима: «запыленный». 42, 58.Обуреваемо сомненьями . Дейссен переводит «стремящийся к касаниям». 42, 58.Саттвы —  здесь это слово нужно понимать в смысле «разумность», «разум». Тело само по себе не разумно, преисполнено бедствиями, болезнями и пр., но оно находит защиту в разумном влиянии дживы, индивидуальной души. 42, 60.Мир . В этой шлоке, вторая половина которой буквально повторяется в IV, 45, 10, употреблён термин jagat, один из синонимов понятия «мир, вселенная». Этот термин происходит от глагола «gam» — «идти» и выражает идею нестойкости мира, поэтому лучше это слово переводить эпитетом «преходящий». Термин «loka» от глагола «lok» — глядеть, таким образом, термин выражает идею зримого, созерцаемого объекта, чем определяется только отношение субъекта, но не даётся определение последнего, а поэтому применим не только к преходящему, но и «вечному», идеальному миру. ГЛАВА 43 43, 2.Змеи . Символика змеи сложна; она идёт по 3 линиям: текучести движения этого животного, напоминающей движение воды («река змеится») и жгучести его яда, губительного, как огонь, и змеистого движения пламени («побежали змейки огня»). В период эллинизма символ змеи стал выдвигаться особенно чётко, по-видимому, в связи с проникновением в греческую культуру азиатских влияний, в частности мидо-персидских. Одним из представителей «языческой» гнозы были офиты. Мид (Mead. Fragments of a forgotten ‘faith. Lond., 1906, стр. 183 и сл.) подчёркивает связь символики змея с Индией. Позже тантры широко развернули символику в учении о силе Кундалини. В данном тексте можно видеть зачатки этой символики. Знак Овна по-санскритски avis, связан со стихией Огня (первый знак так называемого «тригона огня»). Особое, символическое значение высказывания текст подчёркивает употреблением для обозначения змеи необычного синонима — avis. Так создаётся непереводимая игра слов, образующая своеобразный узор мысли. 43, 3.Тростник . В тексте два синонима этого растения, по-видимому, мыслятся разные его виды. 43, 10.Север . Санскритское название севера «уттара» означает «высокий» (наивысшее годичное положение солнца, повышение почвы на север, в направлении к Гималаям). Отсюда развивается символика этого представления. 43, 11.Пурандара . В тексте чувствуются редакционные недоделки. В 8-й шлоке говорится об Агни, как владыке сутей (стихий), в 11‑й шлоке употреблено расплывчатое выражение «это творчество»; в 10‑й шлоке говорится о «владыке богов», но недостаточно чётко. Смысл 10‑й шлоки сводится к высказыванию: «владыка существ есть владыка существ», ибо значение имени Праджапати и есть «Владыка существ»; образ очень слабо персонифицирован. Эти и другие несообразности наводят на мысль об интерполяции, объяснимой любовью индийцев к детализации, перечислениям; иногда злоупотребление этими моментами ослабляет основную мысль. 43, 12.Вишну . Здесь опять отмечается редакционная недоработка. Под «я» нужно понимать Браму, от лица которого ведётся речь. Но идея персонификации, как это часто бывает в индийских памятниках, тотчас снимается, ибо текст поясняет, что это «я» состоит из Брахмо (brahmamaya), причём предоставляется широкая возможность вкладывать в это выражение разный смысл, начиная с ритуалистического в духе Браман, где под этим выражением чаще всего понимались Веды, вплоть до идей Упанишад, где под Брахмо понималась величайшая абстракция — внеположное миру бытие. Вишнуитские тенденции редактора сказались в знаменательной оговорке «кроме Вишну» явно теистического характера. Дальнейшие шлоки представляют развитие вишнуитской вставки. 43, 15.Парвати . В текст и без того запутанный неожиданно врывается шиваитский мотив: вместо ожидаемой Лакшми-Шри женой Вишну вдруг выступает Парвати, вселенская богиня Махадэви, жена «Великого владыки» (Махадэвы). Она названа владычицей тех, кто поклоняется женскому половому органу (bhagadevān). Позже это слово приняло выраженное отрицательное значение: «бабник, распутник». Дейссен склонен понимать текст именно в таком значении, так как он переводит: «denen die Vereherer den geschlechtslust nachstellen», что, с точки зрения исторической, очень рискованно. Нет сомнения, что в древности существовали не только фаллические, но и ктеические культы. Известно, что в шиваитском лингаме Шива символизируется мужским детородным органом, а его шакти, Парвати-Дурга — женским. Культы Дурги-Парвати всегда носили очень мрачный, садистский характер. Древний и сохранившийся до настоящего времени культ Дурги-Парвати требует строгого полового воздержания, хотя самооскопления от жрецов Кали не требуется, как это требовалось от жрецов Изиды. Только гораздо позднее тантрический культ Шакти принял иной характер. Выраженный эротический характер носил культ Лакшми в позднейшее время, когда придворные поэты использовали культ Раддхи для откровенной эротики. Вклинение шиваитского и, по-видимому, очень искажённого текста, в вишнуитское произведение объясняется эклектической тенденцией редактора. Возможно, что в шл. 13 следует читать, не Harim, но Haram, т. е. вместо Вишну — Шива, что до известной степени сглаживало бы противоречия дальнейших шлок. 43, 16.Апсары . Трудно согласиться с пониманием этой шлоки Дейссеном, который переводит: «из других женщин Апсары дают сокровища любовной утехи». Для такого понимания нужно внести слово «другие», которого нет в тексте и принять родительный за местный и, наконец, придать слову «vasuna» необычный смысл: «любовная утеха». Всё это слишком уж большие натяжки. Осмыслить текст возможно без них. Явные редакционные неувязки позволяют не соединять полушлоки. В первой говорится о Парвати, причём, как это показано выше, высказывание допускает различные толкования. Во второй полушлоке говорится об апсарах: если шлоку принять как обрывочное высказывание, то её можно понять просто, как заметку о том, что апсары обогащают женщин. Апсары — водяницы; их украшение — жемчуг, основное украшение индийских женщин. Жемчуг добывается из воды, мифологически выражаясь его дают апсары. Таким образом, слово «васуна» нужно понимать в его первичном и прямом смысле: «богатство, сокровище». Об апсарах упоминается под конец перечисления всяких владык; на этом оно резко обрывается и текст возвращается к рассуждению начала главы. Всё изложенное в соответственных примечаниях позволяет рассматривать шлоки 2—16 как довольно неуклюжую редакционную вставку. 43, 17.Дваждырождённых  — текст возвращается к одной из важных социальных задач, разрешению которой «Махабхарата» уделяет столько внимания: к диалектике отношений двух ведущих каст, кшатриев и браминов. Для изучения истории древнеарийского общества «Махабхарата» даёт богатейший материал. 43, 24.Мысль  — таково первое значение слова «cinta», но можно перевести и «внимание». Дейссен переводит «восприятие», а «буддхи» в той же шлоке через «познание», тогда как в следующей оставляет без перевода как специальный термин; слово «ukta» (сказанный) он в переводе опускает. 43, 25.Чтоб не оставалось сомненья так переводит и Дейссен, хотя в тексте сказано буквально: «в этом нет сомненья». Слово «vyavasāya» Дейссен переводит через «das Determinieren». Таким образом, он придаёт высказыванию этой шлоки выраженный кантиантский смысл, в согласии со своей общей установкой рассматривает ведантизм, как своего рода «восточное кантианство». Нельзя отрицать близость понятия «буддхи» к кантовскому понятию «практический разум». Этому своему термину, как известно, Кант придаёт смысл «способности нравственной детерминации», проще говоря — совести. Однако нельзя, основываясь на частной аналогии, делать вывод о тождестве, а тем более нельзя подтягивать изучаемый текст к заранее сложившейся установке. 43, 25.Дхьяна . Глубокое размышление есть восьмая ступень восьмиступенной йоги. Отсюда начинается краткое описание этой системы; поэтому под «праведником» (садху) вполне дозволительно разуметь йогина, что позволяет осмыслить слово «avyakta» как «скрытность» (первое значение слова «непроявленное»). Текст рекомендует упражняться в йоге уединённо, скрытно, чтобы устранить всякие посторонние помехи (ср. «Бхагавадгита», гл. 6). 43, 26.Деятельность . Довольно трудно объяснить, почему текст, выдержанный в тонах джнана-йоги говорит о «деятельности» (pravritti), вероятно, правильнее всего понимать «упражнения» в пранаяме и пр. Так понимает Дейссен. 43, 29.Ветер . Здесь как особое «божество органа», управляющая органом сила; далее называются и другие «божества органов». 43, 35.Разумная воля . «Adhyavasa» буквально значит «твёрдое веление», «решение». В шл. 25 этой главы термин употреблён в смысле «умозаключение». 43, 36.Познавший поле здесь джива, индивидуум (ср. «Бхагавадгита», гл. 13). 43, 41.В Познавшего поле . Текст чётко отличает «Познавшего поле» Атмана, Пурушоттаму (космическую душу) от «Познающего поле», т. е. от индивидуального сознания дживы. Основное отличие ранней Санкхьи от поздней заключается в том, что ранняя Санкхья признаёт Вселенскую Душу, а поздняя отрицает, что и является основанием считать её «атеистической Санкхьей». ГЛАВА 44 44, 2.Ночь . Древние придавали большое значение такому счёту, вкладывая в эти моменты символическое значение. У семитов счёт вёлся в обратном порядке: сначала ночь, потом день, вероятно вследствие того, что в основу летоисчисления у них был положен лунный, а не солнечный месяц. 44, 2.Светлая половина —  период возрастающей луны (до полнолуния). Со «светлой» и «тёмной» половиной месяца у древних связано было множество поверий «Светлой» первая половина называется потому, что луна видна в это время с вечера и в первую половину ночи, когда ещё не вполне закончилась дневная жизнь